Перейти к основному содержимому
МиссияКатехизацияМиссиологияКатехетика
О насАвторыАрхив
Катехео

Научно-методический центр
по миссии и катехизации

при Свято-Филаретовском православно-христианском институте

Жив Бог

Семейный катехизис, составленный группой православных христиан, членов парижского «Православного братства», и изданный ими в 1979 году.
18 апреля 2014

Содержание

Введение

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Рождество Господа нашего Иисуса Христа

От ветхого Адама к новому

   Глава первая. Образ Божий: сотворенный, падший и восставленный

   Глава вторая. От обездоленности к надежде: Иов

   Глава третья. Новый Адам: воплощение

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Крещение Господа нашего Иисуса Христа

От Авраама к Иисусу Христу: Ожидание и принятие Христа как Бога

   Глава первая. Мессианское ожидание

   Глава вторая. Признание Христа Богом

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. Преображение Господа нашего Иисуса Христа

Бог – Кто это?

   Глава первая. Явления Бога в Ветхом Завете

   Глава вторая. Преображение

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. Учение Господа Иисуса Христа – возвещение Царства

От Ветхого Завета – к Новому Завету

   Глава первая. Ветхий Завет. Декалог – Десятисловие

   Глава вторая. От Ветхого Завета – к Новому

   Глава третья. Новый Завет

   Глава четвертая. Кровь Нового Завета

   Глава пятая. Иудеи и христиане

ЧАСТЬ ПЯТАЯ. Крест и Воскресение

   Глава первая. Тайна Креста, возвещенная в Ветхом Завете

   Глава вторая. Страсти Господа нашего Иисуса Христа

   Глава третья. Воскресение

   Глава четвертая. Наше воскресение Крещением

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. Вознесение и Пятидесятница

Новая эра: эра Церкви

   Глава первая. Вознесение

   Глава вторая. Икона и тропарь Вознесения

   Глава третья. Святой Дух в Ветхом Завете

   Глава четвертая. Святой Дух, возвещенный в Евангелиях

   Глава пятая. Анти-Пятидесятница: Вавилонская Башня

   Глава шестая. Пятидесятница

   Глава седьмая. Церковь

   Глава восьмая. Тайна Божественной Евхаристии: ее происхождение, установление и смысл

   Глава девятая. Последование богослужения (Как совершается Божественная литургия)

   Глава десятая. Таинство и Священство Христа и Церкви

   Глава одиннадцатая. Таинство Миропомазания: личная Пятидесятница или царственное священство мирян

   Глава двенадцатая. Поставление епископов, священников и диаконов или священство служения

   Глава тринадцатая. Таинство брака или как брачный очаг становится клеточкой Тела Христова

   Глава четырнадцатая. Болезни членов Тела Христова и их исцеление

   Глава пятнадцатая. Заключение

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ. Второе Пришествие и Жизнь будущего века

   Введение

   Глава первая. Два пришествия Господа

   Глава вторая. Ожидание Второго пришествия: бодрствование

   Глава третья. Знамения, которые будут перед Вторым Пришествием

   Глава четвертая. Конец этого мира и творение нового мира

   Глава пятая. Воскресение мертвых

   Глава шестая. Богослужебное Время

   Глава седьмая. Жизнь в смерти

   Глава восьмая. Суд

   Глава девятая. Подход к православной эсхатологии

   Глава десятая. Молитва об усопших и сонм святых

   Глава одиннадцатая. Успение Божьей Матери

   Глава двенадцатая. Небесный Иерусалим

Введение

Эта книга была первоначально написана группой право­славных французов, членов парижского «Православного братства», и издана ими в 1979 году под заглавием «Жив Бог!» в парижском издательстве «CERF». Книга эта имела значительный успех и у инославных христиан, справедливо увидевших в ней свидетельство о православной духовной традиции. Это привело к тому, что французское издание книги было распродано в сравнительно короткий срок.

Авторы этой книги, во введении к французскому изда­нию, выражают надежду, что им удалось создать не «учеб­ник», содержащий в себе «уроки, которые надлежит усво­ить», а книгу живого свидетельства, Слово Бога Живого.

«Это Слово, – пишут они далее, – дыхание Божие (Дух Святой) донесено до нас через уста пророков Израиля, это Слово, действием того же Святого Духа, воплотилось, вочеловечилось в личности Господа Иисуса Христа. И, наконец, это Слово звучит сегодня в Церкви – собрании верующих, – в которой Христос воскресший всегда живет, всегда настав­ляет нас благодаря превосходящему наш ум действию Свя­того Духа».

Православное святоотеческое учение, мудрость подвиж­ников веры и молитвы, неизменно предлагает нам различать между «знанием о Боге» и «знанием Бога». Стать «специали­стом» по Священному Писанию и учению Церкви может и безбожник. Тот же, кто ищет разумеющей веры и живого богообщения, кто стремится приблизиться к тому, что псал­мопевец назвал «безвестным и тайным премудрости Божь­ей», будет восходить от «знания о Боге» как первой ступени – к «знанию Бога», к жизни в Нем и ради Него. Именно по­этому заключительная часть книги озаглавлена «Введение в молитву». Молитва есть трепетное и радостное предстояние перед Богом, она есть жертва хвалы и благодарения, которую мы приносим нашему Создателю и Спасителю, она есть прошение о том, чтобы благодать Святого Духа увенчала на­ше усилие победить в себе наши немощь и греховность, затмевающие дарованный нам образ Божий.

Эта книга написана не для чтения «подряд» всех составля­ющих ее глав, не для чтения спешного и потому с неизбежно­стью поверхностного. Правильнее было бы читать эту книгу по одной главе в день, вдумываясь в смысл прочитанного и соединяя чтение с богомыслием и молитвой.

Такое чтение должно привести вдумчивого читателя к со­знательной жизни в Церкви, которая, по слову святого апо­стола Павла, есть «столп и утверждение истины». Церковь есть предвосхищение Царствия Божия, которое дано нам уже здесь, на земле; ее святыне таинства приобщают нас к жизни божественной. В жизни Церкви нам вновь и вновь от­крываются величие и нетленная красота Божьего замысла о Его творении.

Многие из глав этой книги заканчиваются разделом воп­росов и ответов, которые преследуют цель разъяснить ска­занное в главе и ответить на наиболее часто встречающиеся вопросы и недоумения. Разумеется, что круг этих вопросов и ответов может и должен быть расширен.

В переводе мы сохранили как первоначальное построение этой книги, так и ее основное содержание, лишь в некото­рых случаях заменяя некоторые выражения, примеры и име­на, с целью приблизить их к пониманию русского читателя на родине.

Выдержки из Священного Писания мы приводим, как правило, в русском переводе, согласно так называемому «синодальному» тексту. Литургические, то есть богослужеб­ные, тексты мы приводим на церковно-славянском языке, снабжая их переводами или объяснениями в тех случаях, когда можно предположить, что их понимание для современ­ного читателя затруднительно.

Несколько слов о текстах Ветхого Завета. В катехизисе встречаются многочисленные выдержки из Священного Пи­сания, в том числе и из Ветхого Завета. Существуют разные переводы Ветхого Завета, и переводчику не всегда легко бы­ло решить, из какого перевода взять ту или иную цитату.

В принципе перед нами лежал русский перевод. Иначе го­воря, синодальный текст. Он был закончен в 1875 г. и утвер­жден Святейшим Синодом. Он принят у русского читателя. Фактически это единственный текст, доступный сегодняш­нему читателю катехизиса в нашей стране.

Кроме него, существует славянский, точнее – церковно­славянский, текст, перевод святых Кирилла и Мефодия IX века, сделанный с греческого, несколько раз исправлен­ный церковными властями и принятый для богослужебного употребления в Русской Церкви. Этот перевод считается у нас практически «канонизированным» православным тек­стом. Найти его в стране сейчас очень трудно. Он уже не со­всем понятен современному русскому человеку.

Русский перевод, о котором сказано выше, как и боль­шинство современных переводов на западные языки, сделан с древнееврейского, т. е. с оригинала. Таким образом, он бо­лее верен оригиналу, как и переводы на западные языки, в том числе и французский текст, который приводят француз­ские авторы катехизиса.

Однако между русским и французским переводами тоже встречаются различия. Мы старались везде, где можно, при­водить принятый у нас для домашнего чтения русский (си­нодальный) текст. Однако в некоторых случаях мы перево­дим цитаты с французского; главным образом тогда, когда он более точен и когда он облегчает понимание дальнейшего текста катехизиса. Русский перевод Ветхого Завета (Библии), сделанный в основном не для церковного, а для домашнего чтения, – не обязательно единственный для право­славного христианина. Разногласия в переводах возникали еще и из-за особенностей древнееврейского языка, часто допускающего несколько пониманий и толкований.

Перевод и издание этой книги – наш скромный дар нашей Церкви и нашему народу к юбилею тысячелетия со дня Кре­щения Руси святым и равноапостольным князем Владими­ром. Нашей Церкви и нашему народу уже в течение несколь­ких десятилетий суждена трудная историческая судьба. Но мы твердо верим, что Бог, попускающий подобное испыта­ние, не оставит Свою святую Церковь и наш народ Своей ми­лостью, что солнце Его правды продолжает таинственно све­тить и во тьме, что, по слову псалма, «знает Господь путь праведных, а путь нечестивых погибнет» (Пс 1, 6). Подоб­но тому, как солнце светит и для тех, кто лишены физического зрения, Солнце божественной Правды светит и для тех, кто сегодня еще слепы и глухи к благовестию Христову. Мы молимся и твердо верим в то, что сила Божия – в угод­ные Богу сроки – просветит умы и сердца тех, кто сегодня еще одержимы духом богоборчества или коснеют в духов­ном равнодушии, что исполнится слово Господа, сказанное Им через пророка Исаию: «Меня нашли не искавшие Меня, Я открылся не вопрошавшим о Мне» (Ис 65, 1; Рим 10, 20).

Долгие годы, проведенные в изгнании, в разлуке с род­ным народом, не ослабили нашей любви к нему. Мы земно кланяемся нашим собратьям по священству на родине, ко­торые в столь трудных условиях служат Христу и Его свя­той Церкви, и всем нашим братьям и сестрам во Христе и просим их молиться о нас.

Прот. Кирилл Фотиев 

Прот. Георгий Сидоренко

Часть первая. Рождество Господа нашего Иисуса Христа

От ветхого Адама к новому

Глава первая. Образ Божий: сотворенный, падший и восставленный

А. Творение«В начале сотворил Бог небо и землю; земля же была без­видна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою» (Быт 1, 1-2).

Этими словами начинается первая книга Библии – Бытие, истоки которой восходят к учению Моисея, личность кото­рого наложила свою печать на всю историю Народа Божия.

Заметим, что в этих стихах не говорится, как был сотво­рен мир. У еврейского народа всегда было чувство большой удаленности Творца от творения.

Лишь в более позднем тексте – во Второй книге Макка­веев, которая рассказывает о борьбе верных израильтян с греческими завоевателями, наследниками Александра Маке­донского – мы находим утверждение о сотворении мира «из ничего».

Царем Антиохом были арестованы семь братьев. Один за другим они были казнены, а мать их поддерживала и утеша­ла их. Когда пришел черед последнего, она сказала ему: «По­смотри на небо и на землю и на все, что в них, и знай, что Бог их сотворил из ничего и что таким же образом был со­творен и род человеческий» (2 Макк 7, 28).

Об этом нам напоминает и фраза, которую священник произносит на Литургии во время великой евхаристической молитвы: «Ты от небытия в бытие нас привел еси»...

Ребенок: А что было в начале, в самом начале?

Взрослый: Ничего, но был Бог; все было создано Им. Только Он сам не был сотворен, потому что Он Тот, кто со­творил все (ср. Ин 1, 3).

Ребенок: Это философия?

Взрослый: Нет, ни один античный философ и не думал об этом. Правда, у греков все же было понятие о высшем художнике, которого они называли «Демиург», который первоначальный хаос в природе привел в порядок. Но этот художник-мастер внес порядок в материю, которая уже существовала.

Ребенок: А что нам говорит Библия?

Взрослый: То, что она говорит, человек не мог бы знать сам. Это ему открыл Бог. Она нам говорит, что Бог дал бы­тие всему лишь силою своего творческого Слова. Бог ска­зал: «Да будет свет», и был свет. Достаточно Богу сказать – и все будет: Слово Его создает все,

Ребенок: А почему «Слово» пишется с большой буквы?

Взрослый: Потому что «Слово» (Логос по-гречески) – это термин, который употребляет евангелист Иоанн для обо­значения Единородного Сына Божия (Ин 1,1).

Ребенок: Бог сказал, и все есть, но ведь все движется. Происходит развитие, эволюция растений и животных. Со­творил ли Бог эволюцию?

Взрослый: Дыхание Божье дает жизнь миру. Дыхание по-гречески «пневма» – дух. Это слово употребляет Новый За­вет для обозначения Святого Духа. Библия нам говорит: «Дух Божий носился над водой – над водами». Другая кни­га Библии, Второзаконие (32, 11) объясняет: «Как орел но­сится над гнездом своим и над птенцами своими», которых он растит, так и Дух Божий дает жизни возникнуть и разви­ваться всему живому.

Ребенок: А откуда мы знаем, что Бог все создал? Ведь никто Его не видел за работой?

Взрослый: Вот это-то начало веры в Бога: понять, что кто-то все создал из пустоты, из ничего, из небытия. Это мы и на­зываем Верой. Вот почему Послание к Евреям нам говорит: «Верою познаем, что мир устроен словом Божьим, так что из невидимого произошло видимое» (11, 3). Чтобы нас научить этой истине, Библия предлагает нам рассказ, доступ­ный людям всех времен – ученым, поэтам, старым, взро­слым и маленьким детям. Это книга Бытия – вся первая глава и первые стихи второй главы. Прочтем!

«И отделил Бог свет от тьмы... И был вечер, и было утро: день первый. И сказал Бог: будет твердь... И был вечер, и было утро: день второй.

И сказал Бог: да соберется вода... и да явится суша. И на­звал Бог сушу землею, а собрание вод – морями. И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву... дерево плодови­тое... И стало так. И увидел Бог, что это хорошо. Был вечер, и было утро. День третий.

И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной... све­тило большое для управления днем и светило меньшее для управления ночью, и звезды... И увидел Бог, что это хорошо. И был вечер, и было утро: день четвертый.

И сказал Бог: произведет вода душу живую; и птицы да полетят над землею... И было так... И увидел Бог, что это хорошо. Бог благословил их – рыб и птиц... И был вечер, и было утро: день пятый.

И сказал Бог: да произведет земля душу живую: ско­тов, и гадов, и зверей земных... И было так. И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Наше­му. Да владычествует он над рыбами, над птицами и над скотом. И сотворил Бог человека по образу Своему.., мужчину и женщину сотворил... И увидел Бог все, что Он создал: это было хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой.

И почил Господь в седьмой день от всех дел своих, кото­рые делал. И благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в этот день Он почил от всех дел своих, которые творил и созидал...» (Быт 1, 4-31; 2, 1-3).

Это величественная поэма, которой Бог объясняет всем людям всех времен, что именно Он создал всё и «всё создал премудро» (Пс 103).

Ребенок: Ведь Библия говорит, что солнце было сотворе­но в 4 день. Но еще раньше в твоем тексте было сказано: «…Был вечер, и было утро: день первый». Как же могли быть день, вечер и утро, когда еще не было солнца?

Взрослый: Наверное, этот вопрос пришел в голову и на­шему автору. Но, конечно, дни, о которых он говорит, – это не те дни, которые измеряются восходом и заходом солнца. Дело не в сутках и не во вращении земли вокруг своей оси. Речь идет о днях Божьих, а не о днях человеческих. Вот по­чему апостол Петр нам говорит: «У Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет 3, 8).

Ребенок: Значит, Божье время – это совсем не то, что че­ловеческое время?

Взрослый: Конечно, нет. Бог не жил и не живет во време­ни, ибо Он-то и сотворил

время, как и пространство. Бог су­ществовал «прежде всех веков» и вне всякого пространства. Вот почему нельзя сравнивать открытия науки с откровени­ями Библии, как это хотели делать некоторые умы, ду­мая, что автор Бытия хотел написать трактат по геологии или палеонтологии – науке, которая изучает древнюю флору и фауну.

Ребенок: Так кто же говорит правду: наука или Библия?

Взрослый: Истина библейского откровения иного рода, чем истины частичные и относительные, которые изучает нау­ка. То, что изучает наука, касается мира видимого, мира вре­менных явлений, измеряемых минутами и мерами, происходящих во времени и в пространстве человека. Библейское же откровение превосходит время и пространство и восхо­дит к Богу, Который сотворил время и пространство и все то, что изучает и открывает наука, Который сотворил и чловеческую способность разумения, создавшую и саму науку.

Ребенок: Так какова же истина, которую мы находим в повествовании о сотворении мира?

Взрослый: Верующий человек, прочтя библейское пове­ствование, видит природу обновленным взглядом. Он с вос­хищением находит и открывает красоту творения, великоле­пие дела Творца. А Его дело отражает и невообразимую кра­соту Творца. Вот почему «пришедше на запад солнца», «видевше свет вечерний», как говорится в вечерней молитве «Свете тихий», верующий человек со всей Церковью поет на вечерне 103 псалом.

Псалом 103

«Благослови, душа моя, Господа!

Господи, Боже мой, Ты дивно велик,

Ты облечен славою и величием.

Ты одеваешься светом, как ризою,

Ты простираешь небеса, как шатер.

Ты устрояешь над водами горние чертоги Твои.

Ты творишь ангелами Твоими духов,

служителями Твоими – огонь пылающий.

Ты поставил землю на твердых основах,

не поколеблется она во веки и веки...

Ты напояешь горы с высот Твоих,

плодами дел Твоих насыщается земля...

Дивны дела Твоя, Господи,

Всё с премудростию сотворил Ты!

Да будет Господу слава во веки!

Да веселится Господь о делах Своих!

Буду петь Господу всю жизнь мою,

буду петь Богу моему, доколе есмь [т. е. пока я жив].

Да будет благоприятна Ему песнь моя;

буду веселиться о Господе.

Да возвеличатся дела Твои, Господи,

Всё с премудростию сотворил Ты!

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу

и ныне, и присно, и во веки веков!

Аминь. Аллилуйя, Аллилуйя, Аллилуйя, Слава Тебе, Боже!» (Трижды).

[Пс 103 в пер. С. С. Аверинцева]

1 Благослови Господа, душа моя!

Господи, Боже мой, Ты весьма велик,

славою и блистанием облечен.

2 Ты облачаешься, словно в ризу, во свет,

Ты раскидываешь, словно шатер, небеса;

3 Ты над водами возвышаешь чертоги Твои,

делаешь облак колесницею Твоей,

шествуешь по ветровым крылам,

4 ветры вестниками Твоими творишь,

слугами Твоими – пламена огня.

5 На устоях землю Ты утвердил,

не поколеблется она в век и век;

6 как ризою, бездну Ты облачил.

Воды стояли на горах –

7 от укора Твоего побежали они,

убоялись гласа грома Твоего,

8 Спустились с гор, стекли в дол,

на место, что назначил им Ты.

9 Положил Ты им предел,

которого им не прейти,

сызнова не разлиться им по земле.

10 В долах дал Ты место родникам,

меж горами струи текут,

11 поят всех зверей полевых,

онагры утоляют жажду свою;

12 подле струй обитают птицы небес,

голос подают промежду ветвей.

13 Напояешь Ты горы с высот Твоих,

от плодов дел Твоих насыщается земля.

14 Растишь Ты для скотов траву

и на потребу человеку – злак,

и хлеб изводишь из недр земли,

15 и вино, что сердца людей веселит,

больше, чем елей, намаслит лик,

и хлеб укрепляет сердца людей.

16 Насыщаются Господни дерева,

кедры Ливанские, что Ты насадил;

17 птицы гнездятся там,

и аисту кипарис – жилище его;

18 козерогам – высоты гор,

ущелья – убежища барсукам.

19 И луну сотворил Ты, мету времен,

И солнце, что знает свой закат;

20 Ты простираешь тьму, и бывает ночь,

и пробуждаются все звери лесов –

21 рыкают львята о поживе своей,

у Господа просят снеди себе;

22 взойдет солнце – идут они вспять,

по логовам расходятся своим;

23 выходит человек на труды свои,

до вечера на служение свое.

24 Велики, о Господи, труды Твои,

всё с премудростию Ты сотворил,

и полна земля творений Твоих!

25 Вот море, без меры велико,

и в нем живности без числа,

малые твари при больших;

26 там плывут суда, и там же – змий,

Тобою сотворенный, чтоб играть с ним,

27 Все они уповают на Тебя,

что Ты во благовремение дашь им снедь;

28 и Ты отверзаешь руку Твою

и всякое животное полнишь благ.

29 Сокроешь лик Твой – ужаснутся они,

отнимешь у них дух, и они умрут

и снова возвратятся во прах.

30 Дохнешь ли на них – и восстанут они,

и Ты лицо земли обновишь.

31 Да будет слава Господня вовек,

да возрадуется Господь о делах Своих!;

32 Он воззрит на землю – и дрогнет она,

Он коснется гор – и дымятся они.

33 Воспою Господу во все дни жизни моей,

пою Богу моему, пока я есмь.

34 Да будет угодна Ему песнь моя –

а моя радость вся о Нем!

35 Да исчезнут грешники от земли,

чтобы словно не бывало злых!

Благослови Господа, душа моя!

Аллилуия! - Прим. ред. портала]

Б. Сотворение человека

Бытие 2, 4-7 и 21-24

Взрослый: Выше мы цитировали описание творения. Оно завершается человеком, который, в общем, казался такой же «тварью», как и все остальные.

Однако быть может, ты заметил разницу. Для всей твари, кроме человека, Бог повелевает, и тот или иной вид появля­ется. Потом Бог сказал: «Сотворим человека по образу На­шему и подобию, и пусть он господствует над всеми живот­ными».

Ребенок: Да, видно, что Бог придает человеку особое зна­чение, как будто Он хотел бы сделать его своим представите­лем на земле.

Взрослый: Это сказано еще яснее во второй главе Бытия (Быт 2, 5-7): «Еще не было полевого кустарника на земле, и не росла еще полевая трава, ибо Господь Бог не посылал дождя на землю, и не было человека для возделания земли; но пар поднимался с земли, и орошал все лицо земли. И соз­дал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою».

Ребенок: А почему есть два рассказа о творении?

Взрослый: Да потому, что эти первые главы Бытия – не «история». История предполагает свидетеля, а во время Тво­рения Бог еще один. Но эти главы рассказывают нам о замы­сле Бога о человеке, который в Ветхом Завете Святой Дух открыл пророкам.

Ребенок: Что означают эти два рассказа?

Взрослый: Первый нам показывает творение этой вселен­ной, которую, как ты сказал, Бог доверил человеку.

Другой нам говорит, почему человек был сотворен по­следним; для того, чтобы увенчать мир и его привести к Богу, так как человек так же нужен для возделывания земли, как и дождь, орошающий ее.

Эта ответственность человека была так велика, что Бог помыслил, что ему следует дать помощницу. Но для этого не годился никто из уже созданных, поэтому эта «помощь» бы­ла создана человеку из него самого. «И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и когда он уснул, взял одно из ребер его, и закрыл то место плотию. И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку» (Быт 2, 21-22).

Этот текст позволяет нам сделать следующие два вывода:

а) что у мужчины и женщины одна природа;

б) что женщина призвана быть подругой-помощницей мужчины, быть рядом с ним, бок о бок.

Проснувшись, человек воскликнул: «Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; ...потому оставит чело­век отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть».

Читая в тексте о сотворении Богом человека из земли, из праха земного, мы понимаем, что наша связь со всем творе­нием очень важна. Мы сделаны из «того же теста», из той же материи, что и все остальное, мы часть творения, мы обра­зуем с землей одно целое. Кстати, имя человека Адам – происходит от еврейского слова «адама» – земля.

Но Бог вдохнул в человека жизнь. Человек – живое тво­рение, ибо Бог с ним. Человек – жизнь, так как Бог дает ему постоянно жизнь: Своим Дыханием, Своим Присутстви­ем, Своей Силой.

Бог сотворил мужчину и женщину по Своему образу. Все человечество в своем разнообразии сотворено по образу Божию. Величие, красота и свобода человека – следствие, того, что он сотворен Богом по подобию Божию.

Как Бог един, как Его лица – Отец, Сын и Святой Дух – одно, так и мужчина и женщина, сотворенные по образу Божию, призваны стать одним, единым во взаимной люб­ви друг к другу.

Но, будучи созданными по образу Божию, мы можем быть похожими на Бога все больше и больше, становиться богоподобными, если мы любим Бога и принимаем в себя Дыхание божественной Жизни. Становиться все более подоб­ным нашему божественному образу – цель существования человека.

Ребенок: Ты нам говоришь, что человек сотворен Богом по Божьему образу. А мне говорили, что человек происхо­дит от обезьяны. 

Взрослый: Как мы видели из предыдущей главы, все, что Бог сотворил вначале, Он сотворил из ничего. Но уже чело­века Бог сотворил не из ничего. Он его создал из «праха земного» и из всего, что этот прах содержал. Значит, при творении человека Бог использовал всю природу и все, что в ней эволюционировало, не исключая ни обезьяны, ни ры­бы, которые тоже созданы из земной материи. Ведь человек – венец творения. Он включает в себя и возглавляет собой все творение. Но кроме того, Бог оживил человека Своим Дыханием, Своим Духом. Именно это присутствие Божье, которое озаряет человека светом Лица Господня, и отлича­ет человека от обезьяны и от всей прочей твари. Это присут­ствие Божье, Дыхание Божье – делает человека образом Божьим и дарует ему красоту, «венец славы», поставляет человека царем и ответственным за творение – см. Быт 1, 28-29; 2, 19-20.

В. Грехопадение

Бытие 2, 8-17; 3, 1-24; 4, 1-16

Адам и Ева жили в раю в большой близости к Богу. Они исполняли то назначение, которое им дал Бог как властели­нам твари. Адам давал имена всем животным. Этим он утвердил себя стоящим выше, способным господствовать, но также способным любить, оживлять и, будучи царем и священником, приносить творение в жертву Богу.

Однако посреди сада росли древо жизни и древо познания добра и зла. К древу познания человек не должен был прика­саться, чтобы не умереть.

«Древний змий, называемый Диаволом и Сатаною, оболь­щающий всю вселенную» (Откр 12, 9), – соблазнил Еву и предложил ей вкусить от плода, который ее сделает «как бо­ги, знающие добро и зло». Искушение Адама и Евы – это не­истовая жажда бесконечного, абсолютного, это желание по­ставить себя на место Бога.

Ева съела от плода и дала съесть Адаму. Это был решаю­щий миг, когда люди, мужчина и женщина, добровольно от­вернулись от Бога, вместо того чтобы оставаться в общении с Ним. Адам и Ева осознали то, что можно назвать изменени­ем состояния.

С одной стороны – райского состояния, уча­стия в божественной жизни. С другой – состояния грешни­ка, которое наступило теперь, перенесенного в жизнь, полную препятствий. Библия образно передает это: «Они осо­знали, что они были наги».

«Они услышали... Господа Бога, ходящего в раю во вре­мя прохлады дня; и скрылись Адам и жена его от лица Гос­пода Бога между деревьями рая. И воззвал Господь Бог к Адаму и сказал ему: «Где ты?». Адам ответил: «Голос Твой я услышал в раю и убоялся, потому что я наг, и скрыл­ся» (Быт 3, 8-10).

Вопрос Бога: «Где ты?» – не имеет в виду установить ме­сто, где скрывался Адам. Дело не в географической удален­ности, а в состоянии греховности, которая нас удаляет от Бога. Бог не хочет оставить Адама. Он ищет его, Он зовет его (см. притчу о Блудном Сыне в шестой части книги). Адам же, вместо ответа на милосердие Божье, пытается оправдаться, и это увертка, уклонение от ответственности. Сначала Адам сознался, что он боится, потому что «он го­лый», потом он свалил вину на Еву, которая, в свою оче­редь, свалила ее на змия. Следует тройное взыскание: с муж­чины, с женщины и со змия. Взыскивает с них Бог. Это взыскание-наказание – следует понять это правильно – не проклятие. Оно происходит не как результат судебного решения Бога, а как неизбежное следствие вины. Да, как и сказал им змий, открылись глаза Адама, но они открылись на мир страданий, в котором, чтобы выжить, человеку при­дется трудиться, бороться с терном и сорняками, в поте ли­ца своего зарабатывать свой хлеб, в котором женщина будет рожать в болях; на мир, в котором все проходит, все уми­рает и где человек, будучи землей, возвращается в землю.

А пресмыкание змия, Диавола, следует считать прокля­тием, и Бог устанавливает вражду между ним и женщиной и ее родом, до уничтожения змия. В этом библейском стихе Отцы Церкви видели пророческое предвестие о победе Хри­ста над Дьяволом, которая станет возможной через Марию Богородицу – новую Еву.

[Апостол Павел именует Христа Новым Адамом. Он спасает чело­вечество от греха (1 Кор 15, 45 и Кол 3, 9). Отцы Церкви, связывая Богородицу с делом спасения, совершенным ее Сыном, называли Ма­рию новой Евой. С конца IV века титул «Отец» или «Отец Церкви» применяется к богословам и иерархам, авторитет и святость кото­рых делают их особыми свидетелями евангельского учения и преда­ния. «Было бы ошибкой считать отцами лишь церковных деятелей прошлых времен... если бы их не было в наше время, это означало бы, что в Церкви нет больше Духа Святого» (Тимофей Вэйр, ныне епископ Каллист, «Православие», с. 279). – Прим. авт.]

Доступ в рай закрыт, так как если бы после вкушения от древа добра и зла человек вкусил бы и от древа жизни, зло пребывало бы вечно. Ведь смерть, одновременно, и след­ствие грехопадения и лекарство от зла. Она мешает злу стать вечным. Древо Жизни с тех пор и впредь охраняется херуви­мами и огненным оружием.

Ребенок: А какие у нас есть доказательства, что все так и было, как говорит Библия?

Взрослый: У нас нет никаких доказательств. Истина этого рассказа лежит не в историческом плане. Так же как «сад» неуловим в пространстве, так же не следует Адама и Еву искать во времени.

Ребенок: Но ведь говорят, что Адам и Ева – первые люди, что они наши предки.

Взрослый: Были ли Адам и Ева действительно первой па­рой людей или они представляют собой все человечество? С уверенностью нам не могут ответить на этот вопрос ни От­кровение, ни наука. Верно лишь то, как учит нас апостол Павел (Рим 5, 12-13) – что каждый из нас может себя узнать и осознать в Адаме. В каждом из нас есть те элемен­ты, те черты, которые сделали бы возможным и искушение, грехопадение Адама и Евы.

Ребенок: Ты хочешь сказать, что и мы могли бы сделать то же, что и Адам?

Взрослый: Да, но разница в том, что мы больше не в зем­ном раю, мы не находимся больше в такой близости к Богу, как Адам и Ева в саду, в раю до грехопадения. В раю Адам не знал ни страха, ни боязни.

Но наступило второе искушение для человека, второе испытание его свободы. Оно описано в рассказе о Каине и Авеле. Каин и Авель приносили жертвы Богу, каждый из них приносил то, что у него было. Каин – «от плодов земли», а его брат – «от первородных стада своего и от тука их». Бог принял жертву Авеля и не принял жертвы Каина. Это мо­жет показаться произвольным, но и здесь было испыта­ние. Бог предупредил Каина, как Он перед тем предупре­дил Адама и Еву не вкушать от древа. Бог сказал Каину: «... У дверей лежит грех, он влечет тебя к себе, но ты господ­ствуй над ним». Под грехом подразумевается змий предыдущего рассказа. Но Каин слушает змия и вместо того, чтобы господствовать над змием и грехом, бросается на своего брата и убивает его. Таким ясным рассказом описа­на внутренняя борьба, сопровождающая всякое грехопа­дение. С другой стороны, Авель приносит Богу лучшее из того, что у него есть.

Страсть, особенно гордыня, готова овладеть человеком. На минуту он может избавиться от нее. Если нет, он стано­вится рабом этой страсти, которая заставляет его творить зло. Так было с Каином.

Как мы уже видели в случае Адама и Евы, последствия наступают немедленно: Каин изгнан с плодородной земли. Он осужден быть «изгнанником и скитальцем на земле».

Горько плакал Каин: «Вот Ты теперь сгоняешь меня с лица земли и от лица Твоего. И всякий, кто встретится со мной, убьет меня» (Быт 4, 14). Это та же драма, что у Адама и Евы. Драма разрыва с Богом. Но и к Каину, как и к Адаму и Еве, милосерден Бог, по-прежнему проявляется Его лю­бовь к человеку. Он дает знамение Каину, чтобы защитить его, чтобы не убил его первый попавшийся, хотя Каин и будет странствовать по земле.

Библия помещает оба эти повествования в начале, у исто­ков происхождения человека. Но глубина истины в том, что то, что они нам открывают, остается актуальным по сей день. Каково было положение падшего Адама, каково было странствование по свету Каина, таково и наше положение, человека-грешника. «...Грех вошел в мир, и грехом смерть, и... так и смерть перешла на всех людей, потому что в нем все согрешили» (Рим 5, 12). Но у нас есть надежда на спа­сение, надежда на возвращение к древу жизни, так как Христос, Новый Адам, пришел на землю для того, чтобы мы все последовали за Ним, и чтобы Он был старшим из «множества братьев».

Глава вторая. От обездоленности к надежде: Иов

Итак, человек, созданный Богом для вечной жизни и по­добия своему Творцу – познал лишение и смерть.

[«…Мы будем подобны Богу» (ср. 1 Ин 3, 2). – Прим. авт.]

Конечно, знак, запечатленный в нем присутствием Божь­им, не был стерт окончательно. В человеке осталась постоян­ная неудовлетворенность, постоянное желание вернуть поте­рянный рай, жажда Бога. Отсутствие Бога оставило глубокий шрам в сердце человека. Но красота образа помрачи­лась. Человек, образ Божий, становится карикатурой с иска­женным лицом. Божьи дары – ум, воля, творческая способ­ность – уклоняются от своего первоначального назначения, доходят даже до служения злу. Любовь часто становится ревностью. Человек становится честолюбивым, стремится к господству. Вместо поисков вечных благ, он одержим стя­жанием. Златой телец занимает место истинного Бога. Князем века сего становится Лукавый, искуситель, древний Змий, Клеветник и Разделитель, Диавол, Отец лжи. Он своей властью насаждает страх, ненависть, болезни, страдания и смерть.

Но Бог не оставляет Своего творения. Он посылает в мир пророков, которые доносят до людей Его слово. Он дает людям примеры верных служителей своих – таких, как Иов. Иов – образец сопротивления злу и терпения перед ли­цом испытаний.

История Иова показывает нам, что зло, которое никогда не бывает от Бога (Иак 1, 13),  тем не менее может иногда служить средством выражения верности Богу и искренности нашей любви к Нему.

Испытание, конечно, может быть поводом к падению. Но оно может так же быть причиной терпения, надежды, укреп­ления в добре, победы над злом, потому что человек свобо­ден. Бот почему Бог допускает испытания, которые развива­ют качества Его рабов и куют их стойкость, испытывает их любовь и их верность.

В Ветхом Завете книга Иова не считалась мессианским текстом, но христианское понимание рассказа об Иове, не­заслуженно наказанном праведнике, наводит нас на мысль о приходе страдающего Отрока, Победителя, который восста­новит человека в его первичной красоте.

В этой книге мы неоднократно будем стараться показать нашему читателю, как следует по-христиански читать Вет­хий Завет и понимать его в свете Евангелия. Апостол Павел нас учит, что Христос снимает покрывало с сердца тех, кто читает Ветхий Завет, не зная Его. «Когда обращаются к Гос­поду, тогда это покрывало снимается» (2 Кор 3, 13-17). Мы думаем, что есть и иное «покрывало»; для тех, кто пы­тается читать Библию – Ветхий и Новый Завет – как про­стой «объект познания», без знания Бога живого, открываю­щегося в ней...

Однажды жил в стране Уц человек по имени Иов, честный праведник, боящийся Господа, воздерживающийся от зла. Было у него семь сыновей и три дочери. Дал ему Бог и до­статок.

Однажды собрал Бог своих ангелов, среди них и Сатану, который обходил землю.

[Сатана: на иврите означает «противник». Пророк Исаия (14, 12-15) пишет о Деннице – сыне света – сыне зари, который осмелился воскликнуть: «Я взойду на высоты, буду подобен Всевыш­нему». Мы уже слышали о нем, выступавшем под видом древнего змия, который ввел в грех Адама и Еву. Его называют также Диаволом – клеветником, разделителем. – Прим. авт.]

Бог обратил его внимание на Своего раба Иова. Но Сатана ответил: «Разве даром богобоязнен Иов? Не Ты ли наградил его богатствами? Но простри руку Твою и коснись всего, что есть у него, – и я клянусь Тебе, что он проклянет Тебя».

И сказал Господь Сатане: «Вот все, что у него есть, в руке твоей. Только на него не простирай руки твоей».

Сатана возвращается на землю. Он уничтожает все богат­ства Иова, он губит даже его детей. Но Иов, несмотря на го­ре, не впадает в грех и не позволяет себе вызова Богу.

Представ снова перед Господом, Сатана услышал от Бога о своем поражении. Бог сказал: «Ты напрасно возбуждал Меня против него, чтобы погубить его безвинно». А Сатана ответил: «Простри руку Твою и коснись кости его и плоти его, – благословит ли он Тебя?»

«Бот, он в руке твоей, – сказал Господь Сатане, – только душу его сбереги». Последнее испытание, смерть, Бог разре­шит только для Сына Своего возлюбленного Иисуса Христа, смерть Которого нас избавит от Сатаны навеки.

Вновь возвращается Сатана на землю. Он посылает Иову ужасную болезнь. Тогда жена сказала ему: «Ты все еще тверд в непорочности твоей? Похули Бога и умри!» (Иов 2, 9).

Иов ответил ей: «Ты говоришь как безумная. Неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем при­нимать?» (Иов 2,10).

Во всем этом не согрешил Иов устами своими.

Услышали трое друзей Иова о всех этих несчастьях, по­стигших его, и они пошли к нему утешить его.

Иов же, удрученный ужасными страданиями тела и души, проклял день своего рождения. Елифаз. один из трех друзей, напомнил ему о том, во что верит каждый еврей: страдание – следствие греха против Бога. Но Иов настаивает на своей невиновности. Иов продолжает жаловаться.

«Дни мои бегут скорее челнока, и кончаются без надежды. Вспомни, что жизнь моя – дуновение, что око мое не возвратится видеть доброе» (Иов 7, 6-7).

Но Вилдад утверждает, что Бог не отвергает праведника. Иов же, будучи в полном отчаянии, видя несправедливость, начинает сомневаться в премудрости Божьей.

Измученный Софар ему напоминает, что он не может быть безупречным в глазах Бога.

Несмотря ни на что, Иов продолжает утверждать свою не­виновность, которую он готов доказать даже Самому Богу.

На это Елифаз отвечает, что лишь человеческое безумство способно подняться против своего Творца.

Удрученный Иов продолжает: «Он потряс меня» взял меня за шею и избил меня...

Окружили меня стрельцы Его. Он рассекает внутренности мои и не щадит, пролил на землю желчь мою... При всем том, что нет хищения в руках моих, и молитва моя чиста... Где же после этого надежда моя?» (Иов 16, 12-13, 17; 17, 15).

Непорочный Агнец становится мишенью на Кресте. На Кресте, спасающем мир от насилия Сатаны.

Вилдад: «Когда же ты положишь конец таким речам?»

Иов: «Знайте, что Бог ниспроверг меня... Он совлек с ме­ня славу мою и снял венец с головы моей» (Иов 19, 6, 9).

Царь Славы, Господь Саваоф, которого приветствовала толпа при входе в Иерусалим, теперь унижен и оскорблен.

Иов в полном отчаянии восклицает, тем не менее, о своем полном доверии к Богу:

«А я знаю, Искупитель мой жив, и Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу мою, и я во плоти моей увижу Бога» (Иов 19, 25-26).

Славное Воскресение Христа открывает нам ворота Цар­ства и дает нам возможность вечно созерцать Всевышнего.

Елифаз: «Неужели Вседержитель, боясь тебя, вступит с тобой в состязание, пойдет судиться с тобою? Верно, злобь твоя велика, и беззакониям твоим нет конца» (22, 4-5).

И он призывает Иова в смирении вернуться к Богу.

Иов: «Далек я от того, чтобы признать вас справедли­выми; доколе не умру, не уступлю своей непорочности» (27, 5)… «Объявил бы ему число шагов моих, сблизился бы с ним как с князем» (31, 37).

Христос-Победитель восходит во славе к царскому Пре­столу.

Елиуй, который до сих пор слушал, не говоря ни слова, пришел в ярость: не отказывается ли Иов видеть в своем испытании призыв к нему Всевышнего к обращению его грешного и непокорного сердца?

Господь отвечает Иову в грозе и буре, в них раздается Его сильный голос:

«Кто сей, омрачающий Провидение словами без смысла? Я буду спрашивать тебя, а ты объясняй Мне: Где ты был, когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь.

На чем утверждены основания земли, или кто положил краеугольный камень ее, при общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости?» (Иов 38, 2-4, 6-7).

Иов, пораженный этим явлением Бога, признает Его трансцендентность. Это слово означает, что Бог запредель­ный, неопределимый, невыразимый и непонятный до конца человеку. Больше Иов не требует от Бога отчета. Он понимает, что Господня премудрость может дать смысл стра­данию и смерти, смысл, остающийся непонятным Иову, но который откроет нам Христос.

После слов, сказанных Иову, Бог обращается к Елифазу и его друзьям и – о, диво! – оправдывает Иова, подтвержда­ет его невиновность, обрушивая Свой гнев на них. Ведь они видели в Нем хотящего господствовать тирана! А упреки Иова, наоборот, – лишь прославляли любовь Бога к Своему творению, показывая таким образом нам Его истинный лик.

После этого испытаний Господь восстанавливает положе­ние Иова и даже удваивает его богатства. После этого Иов жил еще сто сорок лет, он увидел своих детей и внуков до четвертого поколения.

История Иова возвращает нам надежду. Хотя образ Бо­жий в человеке потускнел из-за греха Адама и Евы, из-за греха Каина, из-за грехов всех нас, Иов дает нам надежду на то, что придет Некто праведный и страдающий, терпеливый и торжествующий, который смело восстанет против козней Лукавого и победит его, чтобы возвратить человеку присут­ствие Божье, утраченное вследствие греха, и восстановить образ Божий в человеке во всей его первоначальной кра­соте. Чтобы преуспеть в этом, Бог пошлет к людям самого Совершенного, по образу которого Он творил людей. Сын Божий, будучи сиянием славы Отца (Евр 1, 3) войдет в человеческую природу, облачится ею, как одеждою, и восста­новит Нового Адама, Человека совершенного, сияющий образ Божий. Это богословы называют воплощением. Оно совершилось в тот день, когда Гавриил, посланник Божий, посетил Деву Марию в городе Назарете Галилейском – в день Благовещения.

Глава третья. Новый Адам: воплощение

А. Благовещение

Взглянем на икону праздника. (См. Рис.1. Икона Благовещение) Что мы видим? Ангел схо­дит с неба к Деве, чтобы ей возвестить «Благую Весть». По-гречески и по-славянски праздник поэтому и называется Благовещение.

Действительно, ангел Гавриил возвещает деве Марии са­мую большую новость, начало нашего спасения: Сын Божий становится Сыном Человеческим! В тропаре поется: сегодня начало нашего спасения и явление превечного таинства. Сын Божий становится Сыном Девы, и Гавриил приносит добрую новость о благодати. С ним и мы поем Ей: радуйся, Благо­датная, Господь с Тобой! По-славянски в церкви этот тро­парь звучит так:

«Днесь спасения нашего главизна, / и еже от века таинства явления. / Сын Божий Сын Девы бывает, / и Гавриил благодать благовествует. / Тем же и мы с ним Богородице возопиим: / Радуйся, Благодатная, / Господь с Тобою!»

[Ныне спасения нашего начало / и извечной тайны откровение: / Сын Божий Сыном Девы становится / и Гавриил благодать благовествует. / Посему и мы с ним Богородице возгласим: / «Радуйся, Благодатная, // Господь с Тобою!» – Прим. ред. портала]

Мы уже изучали сотворение мира, сотворение человека по образу и подобию Божию и грехопадение. Как восстановить, правильные отношения между Богом и человеком? Как восстановить утраченный образ, как снова приобрести подобие Божье?

Бог даст ответ: Он продолжит диалог с человеком через; пророков, которых Он породит в недрах еврейского народа. Он ему пообещает Мессию, и этот народ, несмотря на свои многочисленные проявления неверия, пронесет это обещание с верою, и будет жить в ожидании и надежде.

Чтобы уяснить себе Божье обещание, обетование – про­чтем отрывок из Книги Бытия, который Церковь предлагает нам осмыслить на вечерне Благовещения. Текст о Лествице Иаковлей – Лестнице Иакова (Быт 28, 10-17).

Лестница Иакова

«Вот лестница стоит на земле, а верх ее касается неба. И вот ангелы Божий восходят и нисходят по ней» (Быт 28,12).

Земля – это мы, Небо – это Бог. Они соединены. Вернем­ся к иконе: Ангел нисходит с неба к Богородице, его кры­лья еще трепещут от спуска» Крылья символизируют про­исхождение посланника: он пришел с неба, от Бога. Вот и сбылся сон Иакова. И еще мы увидим, как сбывается его сон. Ведь Христос сам нам обещал: «Истинно, истинно гово­рю вам: отныне будете видеть небо отверстым и Ангелов Божиих, восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому» (Ин 1, 51). Бог сказал Иакову: «... и благословят­ся в тебе и в потомстве твоем все племена земные» (Быт 28,14).

Иисус Христос происходит от Авраама, Исаака и Иакова. Апостол Павел учит: «Аврааму даны были обетования и се­мени его. Не сказано «и потомкам», как бы о многих, но как об одном: «и семени твоему, которое есть Христос» (Гал 3, 16).

Когда Бог воплощается, принимает плоть, – небо и земля соединяются. Так как Христос – истинный Бог, второе Лицо Троицы, Он пребывает, «сидит» на небе по правую сторону – одесную Отца. Но Он и истинный Человек, второй Адам, как Его именует апостол Павел. «Адам», человек, означает «из земли», так как он взят из земли, сделан из элементов зем­ли (Быт 2, 7). Но для того, чтобы произошло чудо, чудо встречи Бога и человека, нужно, чтобы человек принял Бога. Его принимает Богородица Мария, добровольно соглашаясь родить Иисуса Христа. Вот ее ответ: «Я раба Господня. Да будет мне по слову твоему!» (Лк 1, 38).

Мы понимаем, почему в наших молитвах Богородица именуется Лествицей Иакова. Это потому, что Она – связь между небом и землей. Мы ее также называем Дверью не­бесной, так как через нее входит Бог к людям в лице Иисуса Христа. Вот почему Благовещение обычно изображается на царских вратах иконостаса. Иконостасом называется стена, покрытая иконами, которая отделяет алтарь от остальной части храма. А царские врата означают двери Небесного Цар­ства.

Рис. 2. Икона Знамение

Б.  Знамение

Есть образ – икона Марии, ждущей младенца. Она называ­ется иконой Знамения Божьей Матери. (См. Рис.2. Икона Знамение)

Она изображает про­рочества Исаии:

«Слушай же, дом Давидов!.. Сам Господь даст вам знамение. Вот Дева во чреве приимет и родит Сына и нарекут имя Ему: Эммануил, что значит, с нами Бог» (Ис 7,13-14).

Это пророчество исполняется в день Благовещения. Дей­ствительно, Богородица отвечает согласием на весть ангела. Это согласие называется «Да будет Мне по слову твоему». Это ответ Богородицы ангелу, ее «да», согласие стать Божь­ей Матерью. Без этого добровольного согласия Бог не мог бы стать человеком, Он не мог бы воплотиться, так как Бог не действует силой, не принуждает нас ни к чему, Он всегда ожидает добровольного ответа от человека. Человеку дана полная свобода ответить Богу согласием и любовью. Каж­дый раз, читая «Отче наш»: «Да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли!», мы, следуя за Богородицей, отвечаем Бо­гу. Каждый раз после молитвы мы говорим «Аминь». Это тоже наше «да» Богу. Он хочет этого от нас. Хочет, чтобы мы соглашались с Ним добровольно и с любовью.

Прежде согласия на божественное материнство Богороди­ца спрашивает ангела: «Как будет это?» Не зная мужа, Она не представляет себе, что такое рождение возможно. Ангел отвечает, что это совершится Духом Святым. На некоторых иконах мы видим Святого Духа в виде голубя или луча, сходящего на Марию. «Дух Святый сойдет на Тебя, и сила Вышнего осенит Тебя».

Как только Богородица произнесла «да», было исполнено благовестие архангела Гавриила:

«Единородный Сын Божий, превечно рожденный от Отца, рожден, но не сотворен... сошел с небес, воплотился от Духа Святого и Марии Девы и стал человеком – вочеловечился» (Слова из Символа Веры).

Отметим, что благая весть архангела совпадает с пророче­ством Исаии. Это пророчество уточняется еще удачным пере­водом Семидесяти толковников, которые, переводя Вет­хий Завет с еврейского языка на греческий, уже за два века до Иисуса Христа перевели еврейское слово «альма» (молодая женщина) греческим словом «парфенос», то есть – дева.

Эта икона Знамения Божией Матери наглядно показывает также исполнение обещания, данного всем пророкам, патри­архам, всей линии предков Христа:

«Клялся Господь Давиду в истине и не отречется от нее: «от плода чрева твоего посажу на престоле твоем» (Пс 131, 11).

Этот стих псалма поется на благовещенской Литургии пе­ред выносом Евангелия.

Молитва «Богородице Дево, радуйся» 

Ангел Гавриил сказал Богородице: «Радуйся, Благодат­ная! Господь с Тобою» (Лк 1, 28). На основании этих слов сложилась и церковная молитва «Богородице, Дево, радуй­ся, Благодатная...»

Вскоре после этого Богородица встретилась со своей род­ственницей Елизаветой, матерью Иоанна Крестителя. Елиза­вета, видя беременность Марии, поняла знамение Исаии уже по радости, которой исполнился будущий Иоанн Креститель во чреве Елизаветы. Елизавета, дополняя приветствие анге­ла, воскликнула: «Благословенна ты между женами, и бла­гословен плод чрева твоего!» (Лк 1,41-42).

Вскоре после этого и Церковь будет учить, что именно Де­ва «родила Спаса душ наших». Так и составилась прекрасная молитва Богородице, которую мы произносим постоянно: из приветствий Ангела и Елизаветы и – слов Церкви.

Величит душа Моя Господа

Посмотрим еще на икону Богородицы, ждущей Младенца. Мы видим на ее одеянии три звезды: одну на лбу, а две – на плечах. Это знак Ее девства: была, есть и будет вечно девой и после рождения Ею Младенца. Мы видим, что и сама Бого­родица молится.

Руки Ее подняты, воздеты кверху. Это сим­вол молитвы. Поэтому Она называется еще Оранта, моляща­яся (от латинского слова «ораре» – молиться). Вот и молит­ва самой Богородицы. Она ее произнесла в доме Елизаветы и Захарии, после приветствия Елизаветы.

«Величит душа Моя Господа, и возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем, что призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды; что сотворил Мне величие Сильный, и свято имя Его; и милость Его в роды родов к боящимся Его»

Таковы слова Богородицы. Мы же при пении этой молит­вы вставляем и поем после каждого стиха еще и хвалу самой Богородице: «Честнейшую херувим, и славнейшую без сравнения серафим, без истления Бога Слова рождшую, сущую Богородицу Тя величаем!»

Как видим, этим мы исполняем и Ее пророчество: «Отны­не будут ублажать Меня все роды».

А вот продолжение и конец этой молитвы Марии:

«[Бог] явил силу мышцы Своей; рассеял надменных помышлениями сердца их;  низложил сильных с престолов, и вознес смиренных; алчущих исполнил благ, и богатящихся отпустил ни с чем; воспринял Израиля, отрока Своего, воспомянув милость, как говорил отцам нашим, к Аврааму и семени его до века».

Исайе, ликуй!

Пророчество Исаии о рождении Сына Божьего Девой встречаем мы в наших церковных песнопениях в довольно важных случаях жизни человека: например, во время венчания, во время рукоположения в диаконы и в священники. Ины­ми словами, во время тех таинств, которые открывают нам путь в Царство Небесное. Во время процессии, обхода во­круг аналоя при венчании или престола при рукоположении, мы поем, обращаясь к Исаие, хвалу Богу словами его пророчества:

«Исайе, ликуй! Дева зачала и родила Сына Эммануила, Бога же и человека, Восток имя Ему. Его же величающе, Деву ублажаем».

Бога и человека! Бог и человек – в этом весь смысл Во­площения. Дева соединилась с Богом, став Его Матерью. По образу Марии и мы принимаем Бога, так как Бог воплощается так же и в нас Духом Святым. В борьбе с грехом для получения прощения Божия настоящая цель христианина – принять воплощение Слова в свою жизнь, в свою плоть.

Молитвы отцов Церкви, которые мы читаем перед прича­стием, готовят нас к этому соединению с Богом в нашем те­ле. Вот, например, молитва святого Василия Великого:

«Принимая частицу Твоих Святых Даров, я соединяюсь с Твоим Телом и Твоею Кровию, и Ты будешь жить во мне со Отцем и Святым Духом».

Христос, живой Бог, приходит за нами, чтобы привести нас к Своему Отцу и примирить нас с Ним. Именно Он воз­вращает нам наш утраченный образ Божий. Он стал по­добным нам для того, чтобы мы могли вновь найти наше подобие Богу. Он ищет нас, как потерянную драхму, как за­блудшую овцу. Мы должны согласиться стать сынами света, чтобы стать подобными Ему. «Бог вочеловечился, для того чтобы человек обожился». Эту фразу мы находим у многих отцов Церкви. Но... какое дерзновение верить в это, – ска­жем мы. Обратимся вновь к Богородице, так как Она полностью приняла соединение с Богом и ведет нас по этому пути.

В. Рождесто Христово

«И Слово стало плотию и обитало с нами» (Ин 1, 14).

В предыдущей главе мы размышляли о Слове Божьем, которое стало человеком, но чудесным образом еще сокры­тым в утробе Матери. Теперь мы с благоговейным изумле­нием лицезрим рождение Иисуса Христа. Но прежде чем подробнее ознакомиться с Рождеством Христовым, остано­вимся на минутку на одном аспекте его, который, быть мо­жет, для некоторых из нас – соблазн.

Празднование Рождества принимает иногда размеры, угрожающие забвением подлинного смысла этого праздника.

Праздник проходит уж слишком под знаком торговли, украшенных магазинов, домов и улиц, деда-мороза, изобилия еды и подарков. Поистине живо и язычество, и поклоне­ние идолам! Златой телец завоевал место Бога, ставшего че­ловеком. Многие подростки испытывают пресыщенность от этих излишеств, помня о Рождестве лишь по обилию шо­колада и подарков. В домах оставляют скромное место для младенца Христа в форме куколки. Главное внимание уделяется празднованию в семье. И мы забываем тайну Боже­ственного Младенца и часто позволяем нашему капризному ребенку стать царем семьи и праздника!

Другие, отталкиваясь от изобилия, стараются придать это­му празднику социальный характер. Молодежь часто устраи­вает праздничный стол для бедняков, сирот, больных, стари­ков и одиноких. [Речь идет о праздновании Рождества в странах Запада. – Прим. пер.]

Если мы поняли рождественское благовестие как любовь к бедным и как служение им, обратимся прежде всего к са­мому Христу. Лишь Он один может нас научить любить бед­ных по-настоящему: не ради нашей славы и общественного идеала, а настоящей человеческой любовью, как Он сам лю­бит нас. Право, Иисус Христос Сам первый среди бедных. Никто не дошел до такой нищеты, как Он, и к тому же – добровольно. Не забудем, что Он – Второе Лицо Троицы, Сын Божий, и Он умалил себя до беспомощного младенца, лежащего на соломе у ног животных. Это называется кенозис, то есть добровольное умаление, обнищание, унижение, самоотречение Бога (об этом см. в части пятой).

«Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ ра­ба, сделавшись подобным человекам и по виду став как че­ловек» (Флп 2, 6-7).

Он действительно раб. Ведь Он начал свою земную жизнь во время правительственного указа о переписи населения и был записан подданным императора. Став человеком, Он не был принят людьми, для Него не нашлось места в домах:

«Камень, который отвергли строители, стал главою угла» (Пс 117, 22).

Будучи всеми отвергнут, Он должен был бежать с ро­дителями в Египет.

Как видим, Он раб, бедняк и изгнанник – Он, Царь Все­ленной!

Рождество – благовестие всему миру. Даже тем, кто забыл Христа, кто никогда не знал Его, Рождество несет мир на земле и любовь друг к другу. Пусть на двадцать четыре часа, пусть на одну ночь (напр., передышка, пе­ремирие на войне, прекращение огня и т. п.). Верно, что Хри­стос – Бог милосердия, и Миру Его нет предела (Ис 9, 5-6).

Мир в этом мире является часто синонимом затишья меж­ду двумя войнами. Иисус Христос – «Князь Мира», мира бесконечного, Его Царство не сокрушится, как другие цар­ства, державы, правительства и диктатуры. Мир Иисуса Хри­ста уже сейчас дает нам возможность входить в Его будущее Царство. Научимся же уже сегодня носить этот Христов мир в нас! Как пастухи, услышим мы ангельское пение в Рож­дественскую ночь: «Слава в вышних Богу и на земли мир, в человеках благоволение» (Лк 2, 14).

Будем свидетелями этого чудесного примирения между небом и землей, между Богом и людьми!

Мы никогда не исчерпаем до конца рождественскую благую весть, ее красоту и тайну. Мы говорим, о мире и бедности. Лучше всего мы поймем их в лице Иисуса Хри­ста. Он Мир и Он самый бедный из всех бедных. А теперь мы можем углубить наше понятие Рождества Христова, познакомившись с более существенным аспектом этого праздника. Главное, что нам открывается, – это тайна Воплощения, вочеловечение: Бог стал человеком.

Постараемся понять Воплощение с помощью иконы пра­здника Рождества (См. Рис. 3. Икона Рождества Христова) и чтения Евангелия. Посмотрим на икону. Она сразу привлекает внимание к самому празднику Рожде­ства и заставляет забыть все, что происходит вокруг него. В ней царит мир и гармония. Все празднует, значит все радуется. В небе светят звезды, скалы раздвигаются, чтобы принять своего Создателя, обрели мир животные, пастухи разделяют ангельскую радость, волхвы радостно спешат обрести Истину, открытую им звездой. Все погружено в свет особое сияние, о котором говорит евангелист Лу­ка: «Вдруг предстал им ангел Господень, и слава Господня осияла их» (Лк 2, 9).

А вот кондак Рождества, составленный Романом Сладко­певцем:

«Дева днесь Пресущественнаго раждает, / И земля вертеп Неприступному приносит.

Ангели с пастырьми славословят, / Волсви же со звездою путешествуют: / Нас бо ради родися / Отроча младо – Превечный Бог».

«Ныне Дева Сверхсущностного рождает, / земля же пещеру Неприступному предлагает; / ангелы с пастухами хвалы возносят, / волхвы же со звездою свой путь свершают; / ведь ради нас родилось // Дитя младое – Превечный Бог!»

[Здесь и далее тексты тропарей, кондаков  и отдельных песнопений в переводе на русский язык приведены по «Православное богослужение: В пер. с греч. и церковнослав. яз. Кн. 1: Вечерня и Утреня: С прил. церковнослав. текста. Изд. 2-е, испр. и доп. / Пер. свящ. Георгия Кочеткова. – М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2009. С. 197-224. – Прим. ред. портала]

И поэт Роман Сладкопевец, и анонимный иконописец вдохновение получают из того же источника – Нового Завета.

Вернемся к иконе и рассмотрим ее. Хлопоты при родах, ясли с Младенцем – при всех житейских подробностях ико­нописец остается верным духу Евангелия. Если мы пере­чтем оба повествования о Рождестве – в Евангелии от Мат­фея и в Евангелии от Луки – мы найдем все, изображенное на иконе. Проведем параллель между Евангелием и иконой (Мф 1, 18-25).

Прежде всего, сомнение Иосифа в девственности Марии и божественном происхождении Иисуса. Внизу образа Иосиф сидит подавленный и удрученный, сжав голову руками; он терзается лукавым духом сомнения, принявшим образ ста­рого пастуха, за всю историю человечества не только Иосиф сомневался в этой тайне, слишком непостижимой для чело­века... После отрывка об Иосифе, которому ангел открыва­ет истину о человеческой и божественной природах, соеди­ненных в Иисусе Христе, евангелист Матфей быстро перехо­дит к самому рождению – рождеству в Вифлееме и рас­сказывает подробно о посещении волхвов (Мф 2, 1-12).

Рис. 3. Икона Рождество Христово

На иконе мы видим волхвов, людей знатных, ищущих Царя Иудейского. Тропарь праздника развивает тему волх­вов:

«Рождество Твое, Христе Боже наш, / Возсия мирови свет разума: / В нем бо звездам служащии / Звездою учахуся – / Тебе кланятися Солнцу правды / и Тебе ведети с высоты Востока. / Господи, слава Тебе!» (Тропарь Рождества Христова, глас 4)

[Рождество Твоё, Христе Боже наш, / озарило мир светом познания, / ибо тогда звёздам служащие / звездою были научены / поклоняться Тебе, Солнцу Правды, / и познавать Тебя, Зарю свыше, — // Господи, слава Тебе! – Прим. ред. портала]

Волхвы – представители древней науки, они изучали звез­ды и учились у звезд. И благодаря звезде, они идут к царю, который должен родиться, и находят младенца, лежащего на соломе.

[Со времен Моисея врагам Израиля было возвещено пророчество, чтобы явить Мессию языческим народам. Валак, царь Моавитский, ис­пугавшись числа и силы еврейского народа, позвал волхва, прорица­теля Валаама. Валаам, хотя и был чужим для Израиля, признавал ис­тинного Бога и служил Ему. Валак потребовал от Валаама проклясть Израиль для того, чтобы Израиль потерпел поражение. Несмотря на это, вместо проклятия, Валаам трижды произнес благословение на Израиль. Затем он изрек пророчество о потомстве Иакова: «Вижу Его, но ныне еще нет. Зрю Его, но не близко. Восходит звезда от Иа­кова, и восстает жезл от Израиля» (Числ 24, 17). Мы можем уви­деть, узнать в Валааме предшественника волхвов. Он смутно предви­дел ожидание Мессии вне Израиля, как потом ясно скажет в храме, держа Младенца Иисуса, старец Симеон: «Видели очи мои спасение Твое, которое Ты приготовил пред лицем всех людей: свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля» (Лк 2, 30-32). В наше время очень важно помнить, что Бог не изменил своего отно­шения к людям, чуждым веры. Если христиане получили от Израиля мессианское наследие, если они признают в лице Христа Сына Божия, то это не для того, чтобы замкнуться в Нем и ревностно хранить Его в лоне Церкви, а чтобы Его слава светила всему миру. – Прим. авт.]

Они хотели поклониться Царю Иудеев, как они сказали Ироду, но, найдя Младенца, они так обрадовались, что вместо простой чести воздали Ему поклонение как Богу. Они при­несли Ему дары: золото как Царю, ладан как Богу и смирну как смертному человеку. Эти мудрецы, пришедшие с Восто­ка, нашли настоящую истину, ту, которую постоянно искали в звездах. Теперь они познали Солнце Правды-справедливо­сти, «Восток с высоты», то есть сходящий с неба. Но это бы­ло не то небо, которое было создано в первые дни творе­ния, не тот небосклон, по которому движутся звезды. Эти звезды могли дать волхвам лишь частичное знание. Солнце Правды никогда не было создано, Оно нетварное, Солнце Познания открывает Бога. Это Слово, которое было исконис Богом, которое было Богом превечно (Ин 1,1). Это значит, Оно было прежде времени и прежде тварной материи.

Мы можем провести параллель между поисками волхвов и откровением пастухам-пастырям, о котором рассказывает евангелист Лука (2,1-19).

Долго искали волхвы Бога. Пастухи же услышали Бла­гую Весть непосредственно от ангела без всякой подготовки.

Текст евангелиста Луки составлен с большим мастерст­вом. Будучи как иконописцем, так и песнопевцем, еванге­лист созерцает событие острым взглядом, освященным Святым Духом, и описывает его в свете, возвышающем и преображающем повествование.

Евангелист сразу помещает событие в исторические рам­ки: указ кесаря Августа, перепись населения, имя наместни­ка Сирии в эту эпоху. Затем он помещает главных действую­щих лиц в географическое пространство: Иосиф и Мария бредут из Галилеи в Вифлеем, потому что они из колена Иудова, потомки Дома Давидова. Здесь история переплета­ется с божественным замыслом. Согласно воле Божьей, а не случайно, рождается Иисус в Вифлееме, городе, откуда про­исходил царь Давид. Иисус, Помазанник Господа, по-еврей­ски «Мессия», по-гречески «Христос». Он Царь Израилев, Сын Давидов (Мих 5, 2).

Евангелист Лука изображает рождение Иисуса вне насе­ленных мест, в чистом поле. Присутствие неподалеку пасту­хов свидетельствует уже о том, что все происходит на лоне природы. Но, заметите вы, рассказчик не упоминает о пещере, он говорит лишь о яслях. Но ясли предполагают хлев, ведь это кормушка для скота, и пастухи пользовались пе­щерами для укрытия скота и самих себя от непогоды.

Евангелист не упоминает также ни об осле, ни о воле. Ло­гика дополняет повествование: для путешествия у Иосифа был осел, а ясли были наполнены сеном для кормления ско­та. Вол в данном случае напоминает о присутствии скота. Но животные изображаются на иконе не для придания ей прав­доподобия, а потому, что во все времена и во всех странах иконография Рождества Христова ссылается на пророчество Исаии:

«Вол знает владельца своего, и осел ясли господина своего, а Израиль не знает Меня, народ Мой не разумеет» (Ис 1, 3).

Перед вертепом (пещерой) Мария лежит в обычной позе роженицы. Ее силуэт монументален, в композиции иконы она занимает обширное место. Этим выражается важность роли Девы Марии в тайне Воплощения. Рождением своего Сына Мария становится Божьей Матерью, Богородицей.

Но многие удивляются, почему на этой иконе Богородица повернута спиной к Младенцу. Она с состраданием смотрит на Иосифа, который терзается сомнениями, а с ним и все человечество погружено во мрак неведения. Рука Ее указы­вает на новорожденного, и этим жестом Она приводит всех к Сыну Божию. Этот жест Богородицы, указывающий на Ее Сына, напоминает икону, называемую Путеводительница. Согласно византийскому преданию, эта икона – наиболее древний образец, восходящий к первому имевшемуся обра­зу, написанному евангелистом Лукой. Богородица родила Сына для спасения человеческого рода, для явления миру славы Божией. Радость Ее – выше материнской гордости, которая хоть и естественное, но еще слишком человеческое чув­ство. Рука Божьей Матери, указывающая на Младенца, одно­временно покоится на Ее груди. Очевидно, иконография подразумевает здесь слова евангелиста Луки: «А Мария со­храняла все эти слова, слагая их в сердце Своем» (Лк 2,19).

Вся композиция образа сконцентрирована на пещере, на ней сходится все. Это как будто спираль, центральная точка которой – темное отверстие, из которого струится Свет. Христос – возле углубления пещеры, как будто Он вышел из земли. Этот образ дает нам правильный смысл Воплоще­ния. Когда Адам был создан, он вышел из земли. Теперь Xристос, новый Адам – в своем лице воссоздает человека. Сын Божий, находясь в вертепе, был во вполне человеческих условиях; Он родился из «земли» и вернется в землю после своего погребения: «Первый человек – из земли, перстный, земной; второй человек – Господь с неба... И как мы носили образ земного, будем носить и образ небесного» (1 Кор 15, 47, 49).

Если Христос снизошел с неба сначала до пастушеской пещеры, а потом и до адской бездны, – то это для того, что­бы мы воскресли с Ним!

[В главе о воплощении мы много говорили о небе и земле, кото­рые были соединены в лице Христа. Следует избегать ошибки, когда мы употребляем слово «небо». Землю мы знаем, это сотворенная материя. Небо не следует смешивать с «твердью», которая тоже была создана в первые дни творения. Это небо физическое. Дети, да и молодые люди приходят в смущение от «Бога на небе», которого не встречали космонавты. Когда мы говорим детям, что дедушка или бабушка на небе с Богом, они нас почти всегда спрашивают: «А как они попали туда – на самолете?» Небо, где Христос сидит по правую сторону (одесную) Отца – не физическое место, это небо нельзя оп­ределить, нельзя сказать, где оно. В книге Деяний Апостолов, в которой рассказывается о вознесении Иисуса Христа, апостолы смотрят на небо, и два мужа в белых одеждах, то есть ангелы, им говорят: «Мужи Галилейские! Что вы стоите и смотрите на небо?» (Деян 1, 11). Будем считать, что этот вопрос относится и к нам, и не будем смотреть на небо как на место физического пребывания, а поймем, что речь идет о славе Божьей, о вечном Царстве Отца, Сына и Святого Духа. – Прим. авт.]

На праздник Рождества Христова нас охватывает большая радость, как волхвов и пасту­хов. И ничто не отнимет у нас этой радости, потому что – «с нами Бог!»

Часть вторая. Крещение Господа нашего Иисуса Христа

От Авраама к Иисусу Христу: Ожидание и принятие Христа как Бога

Цель второй части нашей книги – показать, как Израиль ожидал своего Христа (по-еврейски «Мессию») – Избавите­ля Помазанного, особого, единственного в своем роде Спа­сителя – и как он узнал и признал его в Иисусе из Назарета. Тот, кто подлинно верит, что Иисус воистину Христос, о ко­тором возвестили пророки и которого ждал народ, – «Тот, который должен прийти» (Лк 7, 19) – становится христиа­нином. «Ученики в Антиохии в первый раз стали называться христианами» (Деян 11, 26),

Ребенок: Христос – не имя Иисуса?

Взрослый: Конечно нет. Слово «Христос» обозначает То­го, о котором задолго до Него возвещали пророки. Это был «набросок» имени. Обозначение «Христос» означало: некто неизвестный, описанный заранее, ожидаемый с надеждой. Известна была уже его миссия, некоторые его черты, его призвание и значение для людей. Но не было еще известно, кто это будет.

Когда придет Иисус, многие узнают в Нем именно этого долгожданного Христа. Их-то и будут называть христианами.

Мы познакомимся с тем, что называется «мессианское ожидание». Это значит: мы укажем на некоторые факты и слова, которыми Бог возвестил и подготовил пришествие Своего Сына. Потом мы опишем событие и знамения, которые позволят узнать в Иисусе из Назарета долгожданного Мессию, или Христа.

Глава первая. Мессианское ожидание

А. Вера Авраама

Первые одиннадцать глав Книги Бытия – первой книги Библии – строго говоря, неисторичны. Мы по-настоящему входим в историю, лишь начиная с двенадцатой главы, с по­вествования об обетованиях (обещаниях), данных Богом Аврааму. Здесь мы имеем дело с событиями, которые мож­но поместить в определенное время и место. Бог обещает войти, вмешаться в жизнь людей, и это обещание открывает историю народа Божия, Израиля, которая нас приведет ко Христу, Царю Израилеву.

Судьба Авраама начинается так: «И сказал Господь Авра­аму: пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего, в землю, которую Я укажу тебе; и Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, – и будешь ты в благословении, и благословлю благо­словляющих тебя, и злословящих тебя прокляну; и благо­словятся в тебе все племена земные» (Быт 12, 1-3).

Получая этот наказ и это обещание, Авраам не колеблет­ся. Он отправляется в путь со своей женой Сарой, племянником Лотом и всеми своими стадами. Он покидает свою страну и оказывается лицом к лицу с неизвестным буду­щим, зависящим от Божьей милости. Он доверяет жизнь Божьему слову – с безграничным послушанием и доверием к Богу.

С этого первого рассказа мы видим веру Авраама, веру примерную, непоколебимую. Эта вера – дар Божий и приня­тие этого дара. Вера свободная и освобождающая, которая налагает на человека обязательство сотрудничать с Богом и участвовать в Божьем деле. Это безоговорочное «да». Эта ве­ра того же рода, что и вера Божьей Матери и каждого хри­стианина: она принимает Бога, когда Бог приходит к нам. Кстати, есть в призыве Бога и ответе Авраама непринужден­ность, полная взаимной любви. Бог говорит, Он называет по имени тех, кого Он избирает, и ожидает от них ответа. Вся жизнь Израиля будет как бы диалогом между Богом и чело­веком. Это личные взаимоотношения в конкретных истори­ческих ситуациях.

Бог не перестает действовать, и мы чувствуем это с ра­достью, читая Библию. Не является ли это действие частью того, что Писание называет Славой Божьей?

Авраам пускается в путь в землю Ханаанскую, «распола­гаясь в пути лагерем», и проходит через Негев, Египет, воз­вращается в Негев и вновь неутомимо идет дальше, встре­чая на пути всевозможные испытания.

Господь снова обращается к Аврааму, обещая ему много­численное потомство и добавляя: «Всю землю, которую ты видишь, Я дам тебе» (Быт 13, 15).

Позже, когда Авраам услышал слово Божье в третий раз, он ответил: «Владыка Господи, что Ты дашь мне? Я остаюсь бездетным». Тогда Господь сказал ему: «Посмотри на небо, сосчитай звезды, если ты можешь их сосчитать... столько будет у тебя потомков» (ср. Быт 15, 2-5).

Это двойное обещание:

– наследство: владение землей ханаанской;

– наследник: многочисленное и благословенное потом­ство.

А ведь у Авраама и его жены не было детей. [У Сары была служанка-египтянка по имени Агарь. Сара предло­жила Аврааму взять ее вместо жены, и она родила сына, которого Авраам назвал Измаилом. Он считается патриархом всех арабов – как христиан, так и мусульман (Гал 4, 21 и далее)].

Авраам и Сара были очень старые, но «Авраам поверил слову Господню, и Господь его счел праведным» (Быт 15, 6). Праведность – не обязательно добродетель. Она ско­рее, ответ Бога на веру человека: тем, кто верит в Бога, Бог вменяет эту веру в праведность.

Мы поймем что это значит, вдумавшись в слова апостола Павла: «...Ибо не законом даровано Аврааму или семени его обетование – быть наследником мира, но праведностью ве­ры; ...по вере потомков Авраама, который есть отец всем нам; ...пред Богом, Которому он поверил, животворящим мертвых и называющим несуществующее как существую­щее» (Рим 4, 13-17).

Четвертый раз говорил Бог с Авраамом, обещая ему не только всю землю Ханаанскую, но и сына от его жены Сары. Аврааму тогда было около ста лет, а его жене около девя­носта. Ни мужчины, ни женщины, конечно, не могут в таком возрасте иметь детей, но законы природы подвластны Богу.

Кто Бог велий, яко Бог наш? Ты еси Бог, творяй чудеса! (Пс 76, 14-15)

[Кто есть бог, что велик, как Бог? Ты – Бог, что творит чудеса. – Прим. ред. портала]

Этот стих поется как прокимен на вечерне Троицы и дру­гих больших праздников.

Здесь мы встречаемся с таинственным явлением, часто на­зываемым «явлением у дуба Мамврийского». Иначе – «гос­теприимством Авраама». Нам сказано: «И явился ему Гос­подь у дубравы Мамре – дуба Мамврийского, когда он си­дел при входе в шатер во время зноя дневного. Он возвел очи свои и увидел трех мужей, стоящих против него. И ска­зал: «Владыка! Если я обрел благоволение пред очами Тво­ими, не пройди мимо раба Твоего» (Быт 18, 1-15).

Вы заметили, что сказано – «Господь ему явился», затем выступают три лица. К кому же обращается Авраам в един­ственном числе – «Владыка»? Не странно ли это? Бог... три лица... Един в трех...

Следует продолжение рассказа: Сара торопится пригото­вить угощение, которое Авраам почтительно предлагает трем странникам, в то время как Сара прячется в шатре.

И вот Господь обещает, что через несколько месяцев Сара родит сына. Услышав эти слова, Сара засмеялась. Но это уди­вительное пророчество сбудется. Большая радость дается Аврааму: Сара, его законная жена, становится матерью сына Исаака. (Кстати, имя Исаак на иврите означает «смех»). У Исаака же будет затем сын Иаков.

Б. Борьба Иакова с Ангелом

Иаков, сын Исаака, возвращается в родную страну, стра­ну Ханаанскую, после двадцатилетнего отсутствия. Движет­ся значительный караван: двенадцать сыновей, женщины, слуги и скот. Иаков переводит своих через поток Иавок вброд и остается ночью один. Здесь происходит важное со­бытие. Иаков преображается (его имя значит «выживаю­щий» или «вытесняющий»). Ему дается новое имя Израиль – что значит «боровшийся с Богом». Это же имя будет дано и его потомкам, избранному народу.

Что же произошло на Иавоке?

Иаков борется с загадочным существом, ангелом Гос­подним, который означает присутствие Самого Бога. Иаков чувствует духовную силу, исходящую из его незнакомого противника. Он хотел бы и в себя впитать хоть часть этой силы. Странно, но ангел не может победить Иакова, и Бог не поражает смельчака, так как Бог любит нашу смелость, нашу тягу к божественному. Бог обещает свое Царство дерзновенным. Богу угодно, когда Иаков говорит: «Не от­пущу Тебя, пока Ты не благословишь меня». Этот ангел, или лучше сказать Некто – благословляет его и дает ему имя Израиль, ибо «ты боролся с Богом, и человеков одоле­вать будешь» (Быт 32, 29).

Иаков победил. Тем не менее, ему нужно быть унижен­ным перед величием Божьим. Вот почему Некто, Ангел, его «коснулся», то есть во время борьбы повредил ему бедро. Иаков после этого остался хромым. Вот так, с одной сторо­ны, наша жажда Бога должна быть достаточно сильной, что­бы произошла наша встреча с Ним. С другой стороны, мы должны себя осознать грешниками с падшей природой, и эта рана может быть исцелена лишь нашим Спасителем.

Испытание на Иакове закончилось. Этому месту Иаков дает название «Пенуэл» – «лицо», так как сказал Иаков: «Я видел Бога лицом к лицу, и сохранилась душа моя» (Быт 32, 30). И поскольку Иаков видел Бога лицом к лицу, он сможет вскоре сказать своему брату Исаву: «Я увидел твое лицо, как бы кто увидел лицо Божие» (Быт 33, 10)

Таким образом, Божье обещание, данное Аврааму, было обновлено. С этого времени Иакова зовут Израиль, и его двенадцать сыновей будут израилитами – израильтянами, предками двенадцати колен избранного народа.

История Израиля – долгое и болезненное восхождение ко Христу, полное колебаний, возмущений, верности и сры­вов людей, но также и любви Божьей к ним. История, в ко­торой человеческая свобода постоянно подвергается испытанию Божьей волей. Сокровенный смысл этой истории за­ключается в том, что мы понемногу открываем в ней тайну Иисуса Христа – обещанного, возвещенного и подготовлен­ного: «В Тебе будут благословенны все народы земли».

Избрав Авраама, Исаака и Иакова, Бог избрал народ свой: народ Израиля, с которым Он заключает союз – завет, чтобы через него обратиться ко всему человечеству и при­звать его ко спасению. Из этого народа и родится Христос. Вот почему христиане – сыны Авраама, Исаака и Иакова.

Апостол Павел говорит: «Если же вы Христовы, то вы семя Авраамово, и по обетованию наследники» (Гал 3, 29). Авраам – отец верующих.

В. Помазание Давида, прообраза Мессии

Примерно восемь веков спустя израильский народ, у ко­торого до тех пор не было иного Царя, кроме Бога, испыты­вает необходимость в земном царе, который бы правил им, и обращается к пророку Самуилу. Сам Бог указывает на ца­ря, а Самуил, человек благочестивый и мудрый, любимый всем народом, должен открыть это назначение тому, кого избрал Бог. Сначала Бог избрал сильного и статного челове­ка из колена Вениаминова. Имя его было Саул. Он храбро защищал народ Божий, но затем его послушание ослабело. Подробнее о Сауле можно прочесть в Первой Книге Царств, главы 9, 10, 14. Мы здесь лишь кратко упоминаем о нем. Затем Бог указал на одного молодого человека, который должен был стать царем вместо Саула. Он избрал его, когда избранник был еще юношей: это будущий первый великий царь Израиля – Давид.

Самуил жил с самого детства у священника. Он неустан­но молился Богу. Его современники звали его иногда «про­роком», то есть человеком, который говорит от имени Бога, или «прозорливцем», знающим Божьи замыслы. В этой ме­стности он исполнял должность «судьи».

Бог сказал Самуилу: «Иди в Вифлеем, ибо Я себе избрал царя из сыновей Иессеевых».

По прибытии в Вифлеем, Самуил отправился в дом Иес­сея и попросил показать ему сыновей Иессея. Первым пред­ставился старший сын Елиав. Господь сказал Самуилу: «Не смотри на вид его и на рост его, не этого избрал Я». Когда подошел Аминадав, его младший брат, Господь сказал: «И это не тот. Я не смотрю на внешность, а испытываю сердце и утробу». И так прошли перед Самуилом все семь братьев, и ни один из них не был избран.

Самуил спросил Иессея, нет ли у него еще сыновей. Ему ответили, что есть еще один, совсем юноша, самый младший, Давид, который пас стада. Пошли за ним. Он был белокур, с красивыми глазами и приятным лицом. Сказал Господь Бог Самуилу: «Вот этого Я избрал царем». Самуил немедленно взял рог с елеем и помазал голову избранного юноши. Помазание елеем (маслом) указывало, что избранник полу­чает необходимые качества и полномочия быть царем народа Божия. Он должен быть предводителем Израиля и хранить Завет, установленный между Богом и Его народом со вре­мени Авраама.

Жест, обряд, которым Давид был посвящен, называется помазанием или миропомазанием. В то время, когда Самуил возливает елей – миро – на голову Давида, в сердце Давида вселяется Бог. Давид становится в Божьих очах царем Изра­иля, избранником Божьим. Он «помазанник» Божий, по-гре­чески Христос Божий, по-еврейски Мессия Божий. То есть тот, который исполнен Духа и может вести Израиль к Богу в верности и правде.

Г. Пророчества

За помазанием Давида последует обещание, которое Бог дал ему:

«Я поставил завет с избранным моим, клялся Давиду, рабу Моему: навек утвержу семя твое, в род и род устрою престол твой»... «Я обрел Давида, раба Моего, святым елеем Моим помазал его... Он будет звать Меня: Ты Отец мой, Бог мой… Вовек сохраню ему милость Мою, и завет Мой с ним будет верен» (см. Пс 88).

Этим обещанием Бог обязуется продолжить линию Дави­да, его потомства – навсегда. Престол Давида и его царство будут вечны. Это значит, что потомок Давида превзойдет своего предка, что его царство будет иного измерения – измерения вечности. Это подтверждает псалом:

«Престол Твой, Боже, вовек; жезл правоты – жезл царства Твоего. Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие; посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих» (Пс 44, 7-8)

Вот почему сам Давид даст своему потомку титул «Гос­пода», восклицая:

«Сказал Господь Господу Моему: седи одесную Меня [с правой стороны от Меня.  – Прим. авт.], доколе положу врагов Твоих к подножию ног Твоих» (Пс 109, 1).

Кстати, отсюда и вопрос Христа фарисеям: «Чей Сын Хри­стос? Давида? Если Давид называет его Господом, как же он его сын?» (Мф 22, 42)

Вечный характер царства потомка Давида, будущего Царя Израилева подтвердит и пророк Даниил, который, называя его «Сыном Человеческим», скажет о нем:

«Владычество Его – владычество вечное, которое не прейдет, и царству Его не будет конца – царство Его не разру­шится» (Дан 7, 14).

Эти слова произнесет архангел Гавриил в момент Благо­вещения, возвещая Марии о рождении Иисуса (Лк 1, 33). А Церковь введет эти слова в Символ Веры.

Больше того: Царство этого Сына Человеческого, этого сына Давидова – будет не только вечным, но и всемирным, оно будет по всему миру: «Я дам народы в наследие Тебе и пределы земли во владение Тебе» (Пс 2, 8).

Пс 71 описывает деятельность этого вечного Царя, Его любовь к бедным и слабым.

Примерно два века спустя великий пророк Исаия (740 г. до Р. X.) опишет еще более наглядным образом Того, кого Бог помажет своим Духом на царство над своим народом:

«Народ, ходящий во тьме, увидит свет великий; на живущих в стране тени смертной свет воссияет… Народ будет веселиться пред Тобой, как веселятся во время жатвы...

Ибо младенец родился нам, Сын дан нам;… И нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира. Умножению владычества Его и мира нет предела на престоле Давида и в царстве его, чтобы Ему утвердить его и укрепить его судом и правдою отныне и до века» (Ис 9, 1-7).

Обратим внимание на выражение «Бог крепкий». В молитве Трисвятого мы обращаемся к Сыну со словами: «Святый Крепкий, помилуй нас!»

В главе 42, стихах 1-4 пророк Исаия рисует нам суще­ственные признаки Князя Мира, лишь подобием которого был Давид:

«Вот Отрок Мой, которого Я держу за руку, избранный Мой, к которому благоволит душа Моя. Положу дух Мой на Него, и возвестят народам суд; не возопиет Он и не возвысит голоса Своего, и не даст услышать его на улицах; трости надломленной не переломит...; будет производить суд по истине; не ослабеет и не изнеможет, доколе на земле не утвердит суда, и на закон Его будут уповать острова».

Он принесет народам право, праведный Божий суд, этот Сын Давидов, «эта отрасль от корня Иессеева», ибо дух Бо­жий почиет на Нем:

«И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его; и почиет на нем Дух Господень, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия» (Ис 11, 1-2).

В алтаре храма мы видим семь свечей. Они изображают семь даров Святого Духа.

Да, Дух Господень почил на Нем. Иисус Христос сам скажет это устами пророка Исаии:

«Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня [сде­лал Меня Христом. – Прим. авт.] благовестить нищим (от греческого слова «евангелие» – благовестие)…, исцелять сокрушенных серд­цем, проповедовать пленным освобождение и узникам – от­крытие темницы» (Ис 61, 1).

Это важный текст. Он не только описывает заранее мис­сию будущего Христа – благовестить бедным, врачевать больные сердца, провозглашать пленным освобождение, но он объясняет нам самый смысл помазания: «Дух Господень на мне, так как Господь помазал меня».

Смысл помазания не в том, что человеческая рука излива­ет масло на голову, а в том, что сам Бог ниспосылает на из­бранника Дух Святой: он Христос, потому что на нем почиет Дух Божий. Христос – значит Тот, на ком пребывает Дух (Ин 1, 33). Вот почему Иисус прочтет этот текст в назаретской синагоге и отнесет его на Свой счет, сказав собравшим­ся: «Ныне исполнилось это писание, слышанное вами» (ср. Лк 4,16-21).

Псалмы 2 и 88 открывают нам высшую тайну о Христе: Он (о, непостижимая тайна!) Сын Божий, Сам Бог, как утверждают уста псалмопевца, говорит: «Ты Сын Мой, се­годня Я родил Тебя» (Пс 2, 7), а также: «Святым елеем своим Я помазал Его. Он будет звать Меня: Ты, Отец Мой» (Пс 88, 21, 27).

Существует связь между помазанием и родством.

Глава вторая. Признание Христа Богом

А. Иоанн Креститель

Богослужебный текст гласит: «Там, где Бог хочет, по­беждается естества чин». Это значит: Бог господствует и над порядком природы. Сара родила Исаака, Анна родила Саму­ила. Вот примеры непринужденного Божьего вмешательства в рождение ребенка – дара Божия. Снова перед нами подоб­ный пример.

Иоанн, сын священника Захарии и его престарелой жены Елизаветы, которую называли бесплодной, родился за шесть месяцев до Иисуса. Достигнув совершеннолетия, Иоанн уда­лился в пустыню, чтобы лучше слышать таинственный голос Бога. Он носил одежду из верблюжьего волоса и кожаный пояс. В память об этом такой пояс носят монахи и сегодня.

К нему было такое же слово, как и к Исаие: «На кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым». Бог открывает Иоанну (как Он за семьсот лет до этого открыл Исаие), что знамение, ко­торое позволит ему узнать Сына Божия, знамение, которое явит Его, Его помазание и избранничество – будет видение Духа, сходящего и пребывающего на Нем. Помазание станет видимым, но это не будет помазание маслом-елеем. Уже елей, возлитый на голову Давида, был лишь видимым зна­ком невидимого схождения Святого Духа. Но теперь Иоанн увидит самого невидимого Духа, который сойдет на Того, Кого Сам Бог таким образом явит как Своего Избранника, Того, Кого Он избрал, чтобы вечно царствовать на престоле Давида.

Б. Крещение Иисуса

Ведомый Духом Божьим, Иоанн уходит на берега Иорда­на. Он – последний из ветхозаветных пророков. Он возве­щает приближение Царства Божия, то есть Царства, Царем которого будет Христос – Помазанник, Избранник Божий. Он проповедует покаяние, ибо лишь покаявшиеся, обратив­шиеся от зла к Богу смогут войти в это Царство. Он неустан­но повторяет: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Божие». Всех обратившихся к Господу готовил Иоанн ко вхо­ду в Царство Божье, смывая их грехи, символическим по­гружением в реку, совершая их крещение во Иордане. Кста­ти, слово «крестить» на древнегреческом языке означало «погружать» в воду. Крестить вражеский корабль означало потопить его.

И вот к Иоанну приходит Иисус из Назарета. Евангелист Матфей повествует, что Иоанн не считал себя достойным крестить Его. Иоанн знал Иисуса. Правда, он сказал «Я не знал Его», но это означало, что он не знал просто, что Иисус и был избранником Божиим. Однако Иисус настоял на том, чтобы Иоанн крестил Его, «чтобы исполнить всякую прав­ду»; когда Иоанн крестил Его, он «увидел Духа в виде голубя, сходящего с неба и пребывающего на Нем». (См. Рис. 4. Икона Крещение Господне)

Рис. 4. Икона Крещение Господне

Это ожидаемое знамение. Ведь Иисус и есть помазанный Духом Божиим. Иисус и есть Христос. И вот послышался голос с неба: «Ты Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение».

Иоанн понял, Иоанн узнал и признал Мессию Христа, и он свидетельствовал, что обещание исполнилось, что пришествие Мессии осуществилось. Он сказал народу: «Я видел и я свидетельствую, что Он Избранник Божий».

Иоанн вспомнил слова пророка Исаии: «...Он был мучим за беззакония наши, на Нем было наказание мира нашего, и ранами Его мы исцелились... Как Агнец Он был веден на за­клание... за наши грехи Он претерпел казнь» (Ис 53, 5-8). Вот почему, отождествляя Иисуса с этим страдающим ра­бом, отроком, Иоанн добавляет: «Вот Агнец Божий, кото­рый берет грехи мира». Этим он уже и предвозвещает служе­ние Мессии – как страдающего раба и закланного за грехи мира Агнца. Закланного – значит: убитого, зарезанного, принесенного в жертву божеству.

И вот начиная с этого момента, к Иисусу присоединятся галилеяне – Андрей, Иоанн, Симон-Петр, Иаков, затем Филипп и его брат Нафанаил. После крещения Иисуса Ан­дрей воскликнул: «Мы нашли Мессию, что значит: Хри­стос»! По этой же причине и Филипп говорит своему брату Нафанаилу: «Мы нашли Того, о котором писал Моисей в за­коне и пророки – Иисуса из Назарета» (Ин 1, 41-45). А че­рез несколько лет, возвещая Благую весть римскому сотни­ку Корнилию, о котором говорится в книге Деяний Апосто­лов (10, 37), Петр вспомнит это решающее событие, кото­рое было началом большой эпопеи, приведшей и его само­го к мученичеству в римском Колизее, – и скажет Кор­нилию и окружающим: «Вы знаете происходившее по всей Иудее, начиная от Галилеи, после крещения, проповедан­ного Иоанном: как Бог Духом Святым и силою пома­зал Иисуса из Назарета».

Вот почему все евангелисты – Матфей, Марк, Лука и Ио­анн – повествуют нам о крещении Иисуса и приводят сви­детельство Иоанна Крестителя (Мф 2, 16-17; Мк 1, 9-11; Лк 3, 21-22; Ин 1, 32-34), в то время как лишь Матфей и Лука рассказывают о рождестве Иисуса. Именно в своем крещении Иисус из Назарета явил себя миру как Христос Сын Божий. Именно Его крещение есть Его явление миру, Богоявление. После него Его первые апостолы уверовали в Него, иными словами, – узнали в Нем чаемого Христа.

Конечно, не в этот день Он стал Мессией, как утверждали не­которые еретики. Он от века – вечно – был Христом. Он не стал им, ибо Дух Святой почивает на нем вечно. Ведь за семь веков до Своего крещения во плоти, мы уже слышали это, Сын Божий сказал устами пророка: «Дух Господень на Мне», но лишь в день Его крещения эта вечная истина яви­лась людям. И Церковь торжественно празднует Крещение Иисуса [Богоявление – Прим. ред. портала]. Это большой праздник эпифании, теофании, бого­явления (6 января по ст. ст.; 19 января по н. ст.).

В. Явление Пресвятой Троицы

Крещение Иисуса – не только Его явление миру как Хри­ста. Крещение являет Его и как Сына Божия. Поэтому это Богоявление, так как оно нам открывает великую тайну Божию – Троицу.

Иоанн Креститель видел Святого Духа, сходящего на Иисуса в виде голубя и пребывающего на Нем. Это следует понимать так, что Дух Святой всегда был с Сыном. Но Он был и с Тем, чьи слова раздались при крещении Иисуса: «Это Сын Мой возлюбленный...», то есть – с Отцом.

Вот почему святой Кирилл Иерусалимский говорит, что, являя Иисуса как Христа, Иисусово крещение в то же время нам открывает и тайну Святой Троицы. И правда: раз есть Христос, Помазанный – Сын, должен быть и некто, кто Его помазывает – Отец. Да и кто-то, кто был бы самим помаза­нием, Святой Дух, пребывающий на Нем. Поэтому не можем мы, думая о Христе, не думать об Отце и о Святом Духе. Без них слово «Христос» не имело бы смысла. Мы не можем исповедовать Иисуса Христом, не исповедуя единого Бога как Бога в трех лицах.

Часто люди представляют себе Бога неправильно. Дума­ют, что Отец – Бог Ветхого Завета. В Новом Завете Его за­менил Сын во время жизни Иисуса. А в наше время в Церк­ви живет Святой Дух, теперь Его очередь. А о жизни Иисуса мы теперь вспоминаем лишь как об историческом прошлом.

Да, нам бывает трудно представить себе трех лиц в еди­ном Боге, которые действуют в мире как единая воля. Как приблизиться к тайне Святой Троицы?

Вернемся к крещению Иисуса. Вот Иисус выходит из во­ды. Мы уже писали: Иоанн Креститель видит Христа, на ко­тором почивает Дух, он слышит голос Отца, называющего Иисуса «возлюбленным Сыном»: Иоанн узнал одного Бога в трех лицах. Троица явила себя впервые на реке Иордан. Это показывает нам Церковь – и иконой, и тропарем празд­ника Богоявления.

Икона Крещения Господня

Иисус погружается в воду. Можно сказать, что Он прохо­дит через всю Вселенную, чтобы ее преобразить Своим при­сутствием, чтобы ее просветить Своим светом, чтобы освя­тить ее.

Наверху видна рука Того, Который помазывает, Бога Отца невидимого, но голос Которого свидетельствует об Иисусе, называя Его возлюбленным Сыном.

Голубь изображает Святого Духа, который подтверждает истину свидетельства, почивая на главе Иисуса. Это и есть «помазание». Наконец, Сын, Помазанный, Иисус погружен в воду.

Песнопение

Тропарь Богоявления, главная молитва этого праздника, говорит о том же: когда Ты, Господи, крестился во Иордане, явилась вся Троица. Голос Отца назвал Тебя возлюблен­ным Сыном, а Дух под видом голубя подтвердил эти слова. О Христе, Ты явился и дал свет миру. Вот содержание тропа­ря. По-славянски, в Церкви он звучит так:

«Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, / Троическое явися поклонение. / Родителев бо глас свидетельствоваше Тебе, / Возлюбленнаго Тя Сына именуя. / И Дух в виде голубине / извествоваше словесе утверждение. / Явлейся, Христе Боже, / и мир просвещей, слава Тебе!»

[«Когда во Иордане крестился Ты, Господи, / открылось поклонение Троице, / ибо голос Родителя свидетельствовал о Тебе, / возлюбленным Сыном Тебя называя, / и Дух в образе горлицы / незыблемость этих слов подтвердил. / Явился Ты, Христе Боже, //  и мир просветил — слава Тебе! – Прим. ред. портала]

В этой главной молитве праздника не упоминается Иоанн Креститель. Он как бы удалился, оставив нас наедине с тай­ной Троицы. Это подчеркивает роль Иоанна Крестителя, Предтечи, указующего, где следует находить Бога. Он го­товит нас к принятию Бога путем покаяния, и затем уда­ляется.

Иоанн сказал: «Исполнилась моя радость. Ему должно ра­сти, а мне умаляться» (Ии. 3, 29-30). В этом же месте еван­гелия от Иоанн назван Другом Жениха. Жених – Христос, Же­них Церкви. Вспомним притчу о десяти девах, приглашенных на брак с Женихом (Мф 25, 1-13).

Что сказать о Троице? Как приблизиться к этой тайне? Ни один учебник, ни одна книга, никакой урок катехизиса не смогли бы «объяснить» тайну Бога в трех лицах. Слишком уж велика опасность изуродовать словами невыразимое, уменьшить вечного Бога человеческими и ограниченными рамками. Лишь молитва и священный трепет могут помочь нам смутно увидеть частицу Истины о едином Боге в трех лицах.

Чтобы познакомиться с этой трудной темой, обратимся к величайшему произведению искусства – к иконе Троицы Андрея Рублева. Этот гениальный иконописец и в то же вре­мя человек молитвы – подведет нас к созерцанию единого Бога в трех лицах.

Икона Троицы

Андрей Рублев, иконописец, русский монах XV века, соз­дал образ – икону Святой Троицы. (См. Рис. 5. Икона Троица) Он не изобрел образ Троицы, а дал иллюстрацию рассказа из Книги Бытия, где к Ав­рааму пришли три таинственных ангела. Это явление у дуба Мамврийского, о котором мы уже рассказывали в первой главе, образ Троицы, прообраз единого Бога в трех лицах, который полностью откроется людям лишь на реке Иордан при крещении Христа. Вспомним, как Авраам разговаривает со своими гостями: он обращается к ангелам, говоря им то Ты, то Вы. Это не «Вы» вежливости, которого тогда не су­ществовало, это просто множественное число. От этого чере­дования в обращении мы уже угадываем Одного, Единого в Троице. Авраам обращается то к единому Богу, то к трем божественным лицам.

Рис. 5. Икона Троица

Изображая иконописно библейский текст, Рублев не рис­кует дать превратную картину божественной тайны, зама­рать ее личным воображением, так как иконописцы не изо­бретают и не воображают ничего, а изображая Бога, всегда остаются верными Священному Писанию.

В самом деле, если бы каждый человек изобретал изобра­жение Бога с помощью своего воображения, каким бы твор­ческим оно ни было, у нас были бы слишком человеческие образы Бога, подверженные переменам вкуса каждой эпо­хи. «Боженьки», бородатые старички, выглядывающие из-за облака – не вышли ли они из моды? Но велика опасность вернуться вновь к идолам античности, которые ведь не что иное, как проекция человека на Бога. Это только Бог по образу человека. Это больше не великая тайна человека, соз­данного по образу Божию.

Вот почему послушание наших иконописцев Преданию, традиции, их верность изображению Бога, допущенному Церковью, спасает их от ошибок и не позволяет им нару­шить вторую заповедь: «Не сотвори себе кумира».

Воспользовавшись византийским иконным сюжетом, Андрей Рублев создал значительное произведение: как ше­девр искусства, так и свидетельство молитвы. Мы везде на­ходим воспроизведения иконы Троицы. Кажется, ее знают и любят христиане всех исповеданий. Даже атеисты признают ее красоту и силу, исходящую от нее. Эта икона поистине чудотворна, так как она накладывает печать молчания – к тому же почтительного – на людей, враждебных рели­гии, и приводит их к уважению иконного образа. Рублевская Троица ныне не в церкви, а в Третьяковской гале­рее в Москве. Ежедневно перед ней проходят тысячи туристов, не знающих ничего о Боге или относящихся к Нему с ненавистью, насмешкой или же равнодушием. Однако никто не может пройти мимо иконы Троицы, не остановясь перед ней. Она излучает каждому частицу видения Бога. Как солнце светит и добрым и злым, так и Бог изливает на каждого человека свою любовь, даже на тех, кто ее отвергает.

На этой иконе, как и на тайне Троицы, лежит печать мол­чания. И все же мы попытаемся подойти к ней – подойти с молитвой, так как для Андрея Рублева эта икона является молитвой, выражением веры и поклонения святыне.

Возьмем текст Символа Веры «Верую во единого Бога» – и поместим его рядом с репродукцией иконы Троицы. Бро­сается в глаза, что образ создан по тому же плану, что и Сим­вол Веры.

[Для объяснения образа Троицы Рублева мы пользуемся в этой книге комментарием Леонида Успенского в труде: Л. Успенский и В. Лосский «Значение икон», так как это толкование, составленное по плану Символа Веры, нам кажется исторически наиболее обоснованным. Есть еще о толковании иконы – у Павла Ник. Евдокимова в труде «Искусство иконы, богословие красоты». Автор видит в сред­нем Ангеле Отца, по правую сторону которого – Сын, а по левую – Дух Святой. «Читая» таким образом икону, автор настаивает на Монархии Отца, единого источника божества и начала единства Трех. Сын и Святой Дух – две руки Отца, действующего в мире, согласно святому Иринею: «Есть у Него две руки, так как от века подле Него Слово и Премудрость, Сын и Дух. Он сотворил все ими и через них – и них – свободно и независимо» («Против ересей» 4, 20)].

Рублев выражает единство как подобием трех ангелов, так и единым кругом, в который вписаны все трое. Все, что касается Отца, сказано в «Верую» очень кратко, так как Он непостижим, о Нем мы не знаем почти ничего. На иконе первый ангел – левый – изображен в полоборота. Цвет его одежды бледный, неопределенный, почти прозрачный.

Текст, как и икона, останавливается дольше всего на Сы­не. Второй ангел смотрит прямо на нас, обращен лицом к нам. О Сыне мы знаем много, так как Он воплотился, явил Себя нам, и мы видели Его. Одежда Его цвета ясного, отчет­ливо голубого и коричневого. Эти два цвета выражают две природы Христа. Голубой изображает небо, божество. Коричневый – землю, человечество. Иисус одновременно и Бог и человек. За средним ангелом находится дерево, его корни – в земле, а ветви тянутся к небу. Это дерево креста, которое, благодаря Христу, становится деревом райской жизни.

«Умер Адам, вкусив плода древа. Но он снова обрел жизнь во древе Креста, которым – о милосердный Боже! – он снова радуется в раю» (Песнь Феодора, Триодь, пятница первой седмицы Великого Поста).

О Святом Духе «Верую» говорит снова кратко и сжато, так как о третьем божественном Лице, животворящем Духе, конкретно, исторически – мало что можно сказать. Его дей­ствие всегда сокрыто и таинственно. Третий ангел, как и первый, глядит вполоборота. Цвет Его одежд символизирует силу жизни. Преобладающий зеленый цвет означает моло­дость, силу жизни, которой растет и существует все.

Круг трех ангелов завершается, но не замыкается. Кажет­ся, что этот круг открывается в сторону чаши, находящейся на столе, на престоле. Последняя часть «Верую» говорит о Церкви. Церковь – место, где находится евхаристическая чаша и куда приглашаются все крещеные – на праздник жизни вечной. А Жизнь вечная означает приблизиться к бытию Святой Троицы и пребывать, жить в Ней.

Это изображение Троицы и толкование его ушло далеко вперед по сравнению с первой иконой, которую называют гостеприимством Авраама.

Андрей Рублев прославлен Русской Церковью. Поэтому скажем: святой Андрей нарочно не изобразил на иконе Авраама и Сару. Очевидно, он вспомнил слова Христа: «Прежде нежели был Авраам, Я есмь» (Ин 8, 58). Эти слова выража­ют вечность Бога, вечность, которую разделяют три лица Троицы.

Мы закончим наше рассмотрение этой прекрасной иконы, как, очевидно, и сам Рублев сделал, окончив писать ее, мо­литвой – самой чистой, полной преклонения Богу, молитвой ангелов, серафимов и херувимов, славословящей животво­рящую Троицу, приносящей Ей трисвятую песнь: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф!»

Верую

(с примечаниями переводчика)

Верую во единаго Бога [т.е. одного] Отца, Вседержителя,

Творца небу и земли [По-славянски – дательный падеж – т. е. неба и земли], видимым же всем и невидимым.

И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, единородного, иже от Отца рожденнаго [т. е. который от Отца рождается] прежде всех век.

Света от Света, Бога истинна от Бога истинна [т. е. истинного], рожденна, несотворенна, единосущна Отцу [значит: как Бог, а не как творение], имже вся быша [Которым все было сотворено].

Нac ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес, и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася [т. е. ставшего человеком].           

Распятаго же за ны [т.е. за нас, ради нас] при Понтийстем Пилате [Римский правитель Палестины времен Христа], и страдавша, и погребенна. И воскресшаго в третий день, по Писанием.

И восшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца [по правую сторону], и паки грядущаго со славою судити живым и мертвым [по-слав. дательный падеж, т. е. живых и мёртвых], Его же Царствию не будет конца.

И в Духа Святаго, Господа животворящаго [Дух Святой – тоже Бог], иже от Отца исходящего [который исходит от Отца], иже [который] со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки.

Во едину, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. Исповедую едино [крещение не повторяется] крещение во оставление грехов.

Чаю воскресения мертвых

И жизни будущаго века.

Аминь.

[Символ веры

Веpую в одного Бога, Отца, Вседержителя, Твоpца неба и земли, всего видимого и невидимого.

И в одного Господа Иисуса Христа, Сына Божьего – единородного, от Отца рожденного прежде всех времён, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного – не сотворенного, единосущного Отцу, через Которого всё стало.

Ради нас, людей, и для нашего спасения сошедшего с Небес, и воплотившегося от Духа Святого и Девы Марии, и вочеловечившегося (т.е. ставшего Человеком).

И распятого за нас при Понтийском Пилате, и страдавшего, и погребённого.

И воскресшего (т.е. восставшего) в третий день, по Писанию.

И восшедшего (т.е. вознёсшегося) на Небеса, и воссевшего по правую руку от Отца.

И снова грядущего во Славе, дабы судить живых и мёртвых, и Царству Его не будет конца.

И в Духа Святого, Господа, животворящего, от Отца исходящего, со Отцом и Сыном вместе (т.е. равно) почитаемого и прославляемого, говорившего через пророков.

В одну святую, вселенскую (или: кафолическую, соборную) и апостольскую Церковь.

Признаю одно Крещение для прощения грехов.

Ожидаю воскресения мёртвых,

и жизни будущего века (т.е. вечной жизни и нового состояния всего мира).

Аминь. – Прим. ред. портала]

Часть третья. Преображение Господа нашего Иисуса Христа

Бог – Кто это?

Глава первая. Явления Бога в Ветхом Завете

Бог – Творец всего, и Он остается Владыкой, Хозяином всех вещей, всего творения, всей истории. Но в нашей исто­рии Бог непосредственно является редко. Он как будто удалился на время, предоставив человеку действовать в мире. Он является лишь в избранные Им самим минуты. Как правило, это бывает в минуты испытания для людей, во время кризисов, перемен и разрывов. Библия повеству­ет нам о таких исключительных моментах, когда Бог непо­средственно вступает в историю и является некоторым лю­дям видимым образом. Это были избранные, призванные не только свидетельствовать о Боге, но и передавать сказан­ное и получать задание.

А. Моисей

Исход 1, 2, 3 и 4, 1-17 Деяния 7, 1-35

Купина Неопалимая

Одним из таких избранников Божьих был Моисей, один из самых великих людей Ветхого Завета, одна из крупнейших личностей мировой истории. Это он, подвергаясь испы­таниям в пустыне, закалял свой народ, чтобы сделать из не­го избранный Народ, достойный будущего Мессии Иисуса Христа.

Вспомним кратко события, предшествовавшие рождению Моисея: в XVII в. до Р. X. двенадцать сыновей Иакова посе­лились в Египте (Быт 37-49). У них были сыновья и доче­ри, поколение росло за поколением, их потомство дало мно­гочисленный народ, как и было обещано Богом Аврааму. Этот народ делился на двенадцать племен, происходивших от двенадцати патриархов, то есть двенадцати сыновей Иако­ва, получивших благословение их отца перед самой его смер­тью. Этот народ назывался Израилем. Это имя получил Иаков после схватки с ангелом. Его называют также ев­рейским народом, евреями – от предка Авраама Евера (Быт 10, 24). В Библии представители этого народа называются либо Израи­лем, либо евреями. Евреи жили в Египте в состоянии раб­ства, исполняя работы, которые сами египтяне делать не хо­тели. К моменту рождения Моисея народ этот жил в Егип­те уже около 400 лет. Египтянам не нравилось большое число евреев в их стране, и они терпели евреев все менее охот­но. Поэтому был издан египетский приказ бросать в Нил всех родившихся израильских младенцев мужского пола.

Моисей родился от родителей из племени (колена) Левиина. Чтобы избежать жестокого приказа фараона египетско­го царя, мать его спрятала, а когда ему исполнилось три ме­сяца, положила его в корзинку и пустила плавать в водах Нила недалеко от берега. Дочь фараона заметила его, подо­брала и воспитала как своего сына. Она назвала его Моисей, что значит «взятый из воды». В книге Деяний Апостолов (7, 22) христианский первомученик Стефан нам расска­зывает, что Моисей был научен всей премудрости египетской и был силен в слове и в деле.

Став взрослым, Моисей узнал о своем происхождении. Можно себе представить, каким испытанием для него было узнать, что он принадлежит к народу рабов. А он, однако, без колебаний пошел к своим, к этим евреям, которых в то время египтяне угнетали и заставляли делать наиболее тяже­лые работы. Будучи свидетелем такой несправедливости, он стал на их сторону против угнетателей и убил египтянина, который ударил одного из израильтян. Но как это часто бы­вает в подобных случаях, будучи отвергнутым египтяна­ми, Моисей не был принят своими, спросившими его: «Кто тебя поставил нашим начальником и нашим судьей?» Итак, ему не оставалось ничего другого, как убежать. Он пошел жить в страну Мадиамскую, где он стал пастухом и женил­ся на Сепфоре, дочери Иофора, человека мудрого и разум­ного.

Однажды Моисей пас овец своего тестя. Он провел стадо далеко в пустыню и пришел к горе Божьей Хориву. Вдруг он увидел терновый куст, охваченный пламенем. Куст горел, но не сгорал. Заинтересовавшись этим, Моисей по­дошел ближе. Из куста послышался голос, окликающий его по имени: «Моисей! Моисей!» Он ответил: «Вот я!» Голос сказал: «Не подходи сюда, сними обувь твою с ног твоих, ибо место это – свято. Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Исаака и Иакова». И закрыл Моисей лицо свое, потому что боялся взглянуть на Бога.

Таково начало рассказа о встрече Бога с Моисеем в Си­найской пустыне. В огне горящего куста Моисей провидел огонь нематериальный, Огнь Божества. Он не поколебался, так как его горящее любовью сердце исподволь подгото­вило его к такому видению. Так и стоял Моисей, разу­тый, с покрытым лицом, когда снова раздался голос Бо­га: «Я увидел страдание Моего народа... и Я пошлю тебя к фараону. Выведи из Египта народ Мой, сынов Израилевых». Испугался Моисей и сказал: «Кто я, чтобы мне идти к фараону?» Но Бог заверил его: «Я буду с тобой». Мои­сей сказал: «Но если сыны Израиля спросят меня, как имя Того, Кто меня посылает, что ответить мне им?»

Бог ответил: «Я есмь Сущий. Так им и скажи: Сущий послал меня к вам». Этими словами Бог дал Моисею откро­вение, а через Моисея – и всему человечеству. Он открыл свое имя: СУЩИЙ. Скажем: Существующий. Тот, кто Есть.

На иврите – священная тетраграмма, которую ни один благочестивый еврей не должен был произносить. Его заме­няли словом Адонаи, то есть Господь, как мы видим в пе­реводе семидесяти и в предании Церкви, которая употреб­ляет это слово по отношению к Иисусу Христу. Это Имя утверждает потусторонность Бога. Он кто-то Иной, не такой, как все те, кого люди знают. Он Тот, кто есть, такой – какой есть, Сущий. Он предвечный, существует еще до времени и прежде времени. Он являет миру Свое существо­вание, но не полностью открывает Себя. Он остается по ту сторону, выше всякого имени, потому что Он неопределим. Бог непознаваем, бесконечен, безграничен и, как говорится в тексте молитвы литургии Иоанна Златоуста, – «неизреченен, невыразим, недоведом, невидим, непостижим», – буду­чи в то же время явленным, открытым миру, идущим на­встречу людям.

Снова послышался голос и объяснил Моисею его миссию: вывести евреев из Египта, привести их в Землю обетован­ную, в страну Ханаанскую. Но колебался Моисей: «А если они не поверят мне и не послушают меня?» В ответ Бог ука­зал ему три знамения, с помощью которых он может дока­зать, что его послал Бог. Но у Моисея было еще одно препят­ствие: дефект речи, косноязычие. «Человек я неречистый, тяжело говорю. Господи, пошли другого кого-нибудь, кого можешь послать». Так взмолился Моисей. Но Бог знал ведь об этом недостатке. Господь сказал: «Кто дал уста челове­ку? Кто делает человека немым, зрячим или слепым? Не Я ли, Господь?» И разгневался Господь на Моисея и сказал ему: «Разве нет у тебя брата Аарона? Я знаю, что он может говорить... Ты будешь ему говорить и влагать слова в уста его. А я буду с вами и буду учить вас, что вам делать. Возь­ми этот жезл в руку твою. Им ты будешь творить знаме­ния». И поступил Моисей так, как ему велел Бог. Он взял в руку жезл и, отпросившись у тестя-хозяина, вернулся в Египет.

Ребенок: Я не понимаю, как мог куст гореть и не сгорать. Всякое пламя сжигает дерево, и нет больше его.

Взрослый: Я тебе сказал, что Огонь Купины, куста, был нематериальным огнем, этот огонь, должно быть, выглядел иначе, чем обычный древесный огонь. Ведь Моисей еще до того как услышал голос, был приведен к этому стран­ному видению. Право же, слова бессильны для выражения Силы и радикальной новизны того, чему Моисей был сви­детель.

Библия употребляет слово «Огонь», так как этим словом можно лучше всего описать внешний вид этого явления. Этим словом также выражается присутствие Духа. Купина Неопалимая – реальность, увиденная и прочувствованная Моисеем, но она также символически возвещает будущие реальности: Купина – прообраз Богородицы Девы. Верно, Мария приняла в свою утробу божественный огонь в тот мо­мент, когда архангел Гавриил говорил с Ней. Но не поглотил Ее этот огонь, так же как и Купину. Она зачала Младенца, оставшись чистой. Мария Богородица – святая, как свята и земля вокруг Купины. В Богородичные праздники об этом и поет Церковь.

Второе явление Бога на горе Синай

Исход 33, 18-23; 34, 29-35

Нелегка была задача Моисея, и у нас еще будет возмож­ность снова вернуться к ней. После того как ему удалось вы­вести израильтян из Египта, Моисей и его народ снова оказа­лись у подножия Синайской горы, где они расположились станом. На этом месте явился Бог уже не одному Моисею, а всему народу. На этот раз не для того, чтобы дать ему пору­чение, а чтобы скрепить завет. Удивительна, величественна, иногда неясна обстановка, в которой произошло это собы­тие, но кратко и просто, трезво и трогательно описывает нам Библия, как Моисей смог увидеть Божью Славу.

Это произошло на вершине Синайской горы, куда под­нялся один Моисей. Народ стоял внизу, ему было запрещено переходить установленную границу. Сказал Бог Моисею: «Я проведу пред тобою всю славу Мою... Ты не можешь видеть Лица Моего, так как не может человек увидеть Меня и ос­таться в живых. Вот место у Меня. Стань на этой скале. Ког­да же будет проходить слава Моя, Я поставлю тебя в рассе­лине скалы и покрою тебя рукою Моею, доколе не пройду. И когда сниму руку Мою, ты увидишь Меня сзади, а лицо Мое не будет видимо». Когда прошел Бог, Моисей упал на колени и поклонился. На этом месте он пробыл сорок дней и сорок ночей. Затем он спустился с горы, а в руке у него были две скрижали (таблицы), на которых был начертан Закон. Аарон и все израильтяне, ожидавшие его, увидели, что его лицо светилось, сияло, и они не решились подойти к нему. Моисей не знал, что лицо его сияло, он думал, что они боятся. Он говорил с ними, а когда кончил говорить, снова покрыл свое лицо.

В Евангелии от Иоанна сказано: «Никто никогда не ви­дел Бога». Моисей созерцал лишь славу Его и силу, он по­знал и нежность Его защиты. После этого видения и сорока­дневного поста и молитв светилось лицо Моисея духовным Светом избранников Божиих. На нем на самом уже была печать божественной славы, которой он был причастен.

Б. Илия

Илия появляется в Третьей книге Царств: Ахав, Израиль­ский царь, женился на Иезавели, Сидонской царевне, и стал служить Ваалу, ложному богу, которому поклонялась его жена.

В Библии сказано: «И сказал Илия Фесвитянин Ахаву: жив Господь, пред которым я стою! В эти годы не будет ни росы, ни дождя, разве только по моему слову». Это показы­вает, какую большую силу доверил ему Бог. По повеле­нию Господа Илия удаляется из страны, которую он таким образом осудил, и скрывается у потока, возле пещеры, куда вороны приносили ему пищу.

А в царстве Ахава продолжался голод. Царь искал пастби­ща и встретил однажды Илию. Илия его уговорил согласить­ся на диспут – соревнование – между Илией и жрецами Ваа­ла, которых было 450.

«И пошел Авдий навстречу Ахаву и донес ему. И пошел Ахав навстречу Илии. Когда Ахав увидел Илию, то сказал Ахав ему: ты ли это, смущающий Израиля? И сказал Илия: не я смущаю Израиля, а ты и дом отца твоего, тем, что вы презрели повеления Господни и идете вслед Ваалам; теперь пошли и собери ко мне всего Израиля на гору Кармил, и четыреста пятьдесят пророков Вааловых, и четыреста пророков дубравных, питающихся от стола Иезавели. И послал Ахав ко всем сынам Израилевым и собрал всех пророков на гору Кармил. И подошел Илия ко всему народу и сказал: долго ли вам хромать на оба колена? если Господь есть Бог, то последуйте Ему; а если Ваал, то ему последуйте. И не отвечал народ ему ни слова.

И сказал Илия народу: я один остался пророк Господень, а пророков Вааловых четыреста пятьдесят человек [и четыреста пророков дубравных]; пусть дадут нам двух тельцов, и пусть они выберут себе одного тельца, и рассекут его, и положат на дрова, но огня пусть не подкладывают; а я приготовлю другого тельца и положу на дрова, а огня не подложу; и призовите вы имя бога вашего, а я призову имя Господа Бога моего. Тот Бог, Который даст ответ посредством огня, есть Бог. И отвечал весь народ и сказал: хорошо, [пусть будет так]. И сказал Илия пророкам Вааловым: выберите себе одного тельца и приготовьте вы прежде, ибо вас много; и призовите имя бога вашего, но огня не подкладывайте. И взяли они тельца, который дан был им, и приготовили, и призывали имя Ваала от утра до полудня, говоря: Ваале, услышь нас! Но не было ни голоса, ни ответа. И скакали они у жертвенника, который сделали. В полдень Илия стал смеяться над ними и говорил: кричите громким голосом, ибо он бог; может быть, он задумался, или занят чем-либо, или в дороге, а может быть, и спит, так он проснется! И стали они кричать громким голосом, и кололи себя по своему обыкновению ножами и копьями, так что кровь лилась по ним. Прошел полдень, а они всё еще бесновались до самого времени вечернего жертвоприношения; но не было ни голоса, ни ответа, ни слуха.

[И сказал Илия Фесвитянин пророкам Вааловым: теперь отойдите, чтоб и я совершил мое жертвоприношение. Они отошли и умолкли.] Тогда Илия сказал всему народу: подойдите ко мне. И подошел весь народ к нему. Он восстановил разрушенный жертвенник Господень. И взял Илия двенадцать камней, по числу колен сынов Иакова, которому Господь сказал так: Израиль будет имя твое. И построил из сих камней жертвенник во имя Господа, и сделал вокруг жертвенника ров, вместимостью в две саты зерен, и положил дрова [на жертвенник], и рассек тельца, и возложил его на дрова, и сказал: наполните четыре ведра воды и выливайте на всесожигаемую жертву и на дрова. [И сделали так.] Потом сказал: повторите. И они повторили. И сказал: сделайте то же в третий раз. И сделали в третий раз, и вода полилась вокруг жертвенника, и ров наполнился водою. Во время приношения вечерней жертвы подошел Илия пророк [и воззвал на небо] и сказал: Господи, Боже Авраамов, Исааков и Израилев! [Услышь меня, Господи, услышь меня ныне в огне!] Да познают в сей день [люди сии], что Ты один Бог в Израиле, и что я раб Твой и сделал всё по слову Твоему. Услышь меня, Господи, услышь меня! Да познает народ сей, что Ты, Господи, Бог, и Ты обратишь сердце их [к Тебе]. И ниспал огонь Господень и пожрал всесожжение, и дрова, и камни, и прах, и поглотил воду, которая во рве. Увидев это, весь народ пал на лице свое и сказал: Господь есть Бог, Господь есть Бог!» (3 Цар 18, 16-39).

Илия предал смерти ложных пророков ложного бога. За­тем он поднялся на вершину горы Кармил, где произошла описанная сцена, и погрузился в молитву, прося Господа ни­спослать дождь. Теперь его слава была признана, и Господь услышал его молитву.

Тем временем смерть жрецов Ваала вызвала гнев царицы Иезавель, и Илии пришлось бежать в пустыню. Он шел сорок дней, то есть так же долго, как Моисей пребывал перед Гос­подом Богом на Синае, столько же, сколько позднее Иисус Христос постился и молился в пустыне после крещения от Иоанна и искушения от диавола. Затем Илия поднялся на гору Хорив и проник в пещеру, в которой находился прежде Моисей, когда Господь покрыл его Своей рукой, когда проходила мимо Слава Его. И было слово Бога к Илии, возвестившее ему присутствие Бога. Вот как биб­лейская книга Царств описывает эту встречу: «Был боль­шой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом. Но не в ветре Господь.

После ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; по­сле огня – веяние тихого ветра (по-славянски: «глас хла­да тонка»), [и там Господь]. Услышав это, Илия закрыл лицо свое милотью [т.е. плащом-покрывалом. – Прим. пер.] и вышел, и стал у входа в пещеру» (3 Цар 19, 11-13).

Это «веяние тихого ветра» показывает присутствие Бога, который явил Себя в раскате бури, в землетрясе­нии и огне. Это нам напоминает земной рай, где Господь ходил «во время прохлады дня». Это нам также напо­минает о мягкости, с которой Господь обратился к Мои­сею: «Я поставлю тебя в расселине скалы и покрою те­бя рукою Моею, доколе не пройду. И когда сниму руку Мою, ты увидишь Меня сзади, а Лице Мое не будет види­мо» (Исх 33, 22-23).

Не узнал смерти Илия. Он был взят во плоти на небо ко­лесницей и огненными конями.

Позже Бог внушит пророку Малахии слова, которые бу­дут последними фразами Ветхого Завета: «Я пошлю к вам Илию Пророка перед наступлением дня Господня, великого и страшного. Он обратит сердца отцов к детям и сердца де­тей к отцам их...» (Мал 4, 5-6)

Но мы встречаемся с Илией также в начале Евангелия от Луки. Ангел явился Захарии, отцу Иоанна, будущего крестителя Господня, и сказал ему: «Твой сын многих из сынов израилевых обратит к Господу Богу. Он предъидет пред Ним в духе и силе Илии» (Лк 1, 16-17).

И сам Христос подтвердит эти слова. Он сказал: «Истинно говорю вам: из рожденных женами не восставал боль­ший Иоанна Крестителя... И если хотите принять, он есть Илия, которому должно прийти» (Мф 11, 11-14).

[Соотношение между Илией и Иоанном Крестителем остается довольно таинственным. Конечно, это не одно и то же лицо. Но Иоанн Креститель обладает «духом и силой Илии»: Бог дает ему те же дары, что и Илии. – Прим. авт.]

Глава вторая. Преображение

Ребенок, который растет в христианской семье, слышит о Боге часто с первых дней своей жизни. Укладывая ди­тя сдать, мать крестит его, говоря: «Храни тебя Бог». Она ему показывает иконы, учит его прикладываться к ним, приучает жить с Богом и перед лицом Божиим. Когда ре­бенок научается говорить, он задает тысячу вопросов. В тот или иной день он спросит: «Где Бог?» Часто он добавляет: «Я хочу видеть Бога». Это требование законно, это желание естественно, затем ребенок и родился на свет, чтобы видеть Бога. Что же значит видение Бога?

Библия говорит, что человек не может увидеть Бога и остаться живым. Мы уже знаем, с какой любовью и осторож­ностью Бог являлся Моисею и Илии, чтобы не причинить им вреда. Когда Бог является Моисею в расщелине скалы, Он его защищает Своей рукой. Когда Илия стоял у входа в пе­щеру, Бог не явил Себя в ветре и буре, чтобы не сдуть его, ни в землетрясении, чтобы не убить его, ни в огне, чтобы не сжечь его, а является в дуновении – веянии – тихого ветра, и Илия был спасен.

Бог готовил нас к встрече с Ним, когда воплотился, вочеловечился Сын Божий. Он не явился во всей Своей Славе, так как люди не могли бы выдержать ее. Он сделался подоб­ным людям. Он принял вид человеческий, вид раба. В Его земной жизни были всего два момента, в которые Он явился как Бог: во время Своего крещения и во время Своего пре­ображения. Крещение в Иордане открыло, что Иисус – Сын Божий, второе лицо Троицы. Иоанн Креститель видел Его и свидетельствовал об этом. В преображении три апостола – Петр, Иаков и Иоанн – видели Иисуса, светящегося во славе Своей божественной на горе Фавор, в окружении двух вели­ких свидетелей, которые видели ту же Славу еще в ветхоза­ветные времена. А в день Преображения они засвидетель­ствовали, что это тот же Свет, исходящий от того же Бога. О преображении говорится в Евангелиях (Мф 17, 1-9; Мк 9, 2-9; Лк 9, 28-36).

А. Фаворский свет

Возьмем икону (См. рис. 6. Икона Преображение) и прочтем евангельские тексты, как мы это уже делали, разбирая праздники Благовещения, Рожде­ства Христова и Крещения Господня. Мы видим гору, на ко­торой апостолы созерцали преобразившегося Христа. Эта го­ра – фон иконы свидетельствует, что это событие про­изошло в определенном месте на земле, а не за ее пределами, и не в состоянии экстаза, ни в коем случае не вне времени и пространства.

Рис. 6. Икона Преображение

Иконописец создал образ по строго геометрическому плану. В центре – Христос, источающий Свет. Лучи исходят из Христа и образуют звезду, которая вписывается в круг. Это символическое изображение света открывает нам, что речь идет об ином Свете. Это не свет солнца, он совсем иной природы. Этот свет, который исходит от Христа и который созерцали апостолы, – Божья Слава. Евангелист Иоанн, быв­ший при этом на горе, нам повествует:

«И мы видели славу Его, славу как единородного от Отца... Он был Свет истинный, полный благодати и истины...» (Ин 1, 9, 14)

Ребенок: А почему от Христа исходят лучи, как будто от солнца? Когда я рисую, я помещаю солнце над всеми, чтобы показать, что это день.

Взрослый: Да, конечно, все художники делают так, как ты. Они освещают свои картины светящейся точкой. Вспом­ни Рембрандта, который часто изображал на полотне борьбу тени и света. Например, мудрец, размышляющий при свете ночника, святой Иероним, сидящий под темной лестницей пе­ред слуховым окошком, откуда исходит свет, разгоняющий тьму, или старик у края костра, или еще «Бегство в Египет» (см. Рис. 7. Рембрандт. Бегство в Египет)  – сцена, освещенная лунным светом. Мы почти всегда можем найти или предположить, откуда исходит свет, где его источник: звезда, пламя, лампа, дневной свет и т. д. А икона Преображения, наоборот, объясняет Евангелие: пе­речитаем этот отрывок вместе. В нем написано, что Христос сияет, блистает, как солнце, а не что Он освещается солнцем.

Ребенок: Но, может быть, солнце было сзади, и его лучи окружали Христа, создавая иллюзию светящегося человека? Как иногда вечером бывает, горы светятся, и кажется, что лучи исходят от них. Но я знаю, что за ними прячется, захо­дит солнце, и оно освещает скалы.

Взрослый: Посмотри на любую картину: если солнце ос­вещает пейзаж, художник изображает тень, которую дают освещенные предметы. На иконе тени нет. Ни гора, ни де­ревья, ни изображенные лица не дают тени. Ведь Христос не небесное светило, не планета, которая отражала бы свет солнца. Христос действительно Тот, кто дает свет, этот свет не имеет тени, так как он иноприроден.

Ребенок: Что это за иная природа? Это свет, посылаемый с другой планеты? Или с такого небесного светила, которого мы не знаем?

Взрослый: Мы можем изучать происхождение любого све­та: солнечного или звездного. Эта наука называется астроно­мией. Мы также можем делать анализ огня, который проис­ходит от сгорания материи. Мы изучаем, конечно, электричество. Это энергия, которую производит уголь, вода, газ. Она же циркулирует в металлах.

Согласно книге Бытия, Бог сотворил свет. Он сотворил солнце, источник земного света. Солнце – огромное скопле­ние, масса материи в беспрерывном процессе эволюции. Бог сотворил всю материю. Вся энергия и весь свет, ко­торые мы знаем, происходят от ее беспрерывного превраще­ния. Источник света всегда в тварной материи.

Иисус Христос, Сын Божий, Свет от Света, Бог истинный от Бога истинного, не был сотворен. Он родился от Отца, как говорит Символ Веры. Также сам Он на горе Фаворе светился Светом нетварным, несотворенным. Отцы Церкви называли этот свет, исходящий от Бога, нетварной энергией.

Источник божественной энергии – предвечный Бог, Тот, которого мы называем в наших молитвах Солнцем Правды. Это Христос.

Ребенок: Но ты меня учил, что Христос стал человеком, и у Него было такое же тело, как у нас. Наше тело ведь мате­риальное. И Его тело – тоже. На иконе же лучи исходят из Его тела. Значит, они исходят из Христа, который как звезда, как новое солнце.

Взрослый: Не забывай, что во Христе – в одном Его лице – две природы: Он и Бог и – человек. Вот это-то Бог и бла­говолил позволить апостолам увидеть на минутку: соедине­ние двух природ во Христе. Они увидели, как в человечес­ком теле Христа засиял божественный свет. Кстати, нетварная божественная энергия передается материи, так как Евангелие уточняет, что одежды Иисуса были сверкающей белизны, ни один продукт или элемент не мог бы дать тако­го сверкающего блеска. «Одежды Его сделались блистающи­ми, весьма белыми, как снег, как на земле белилыцик не может выбелить». [В древности белильщик чистил полотно глиной, после чего оно приобретало особую белизну. – Прим. авт.].

Б. Видение Бога

Продолжим рассмотрение иконы параллельно с Евангели­ем. Икона построена двухъярусно: трое наверху и трое вни­зу. Обе группы существенно отличаются одна от другой по положению. На вершине горы Моисей и Илия стоят возле Христа, они вошли в светящийся круг и причастны к Славе Божией, они в полной гармонии со Христом. Апостолы же пали ниц внизу, у подножья скалы, и их поза выражает за­мешательство, смятение, расстройство. Этот контраст напо­минает нам, что человек физически не может видеть Бога своими глазами – телесными очами.

Моисей и Илия на горе лицезреют божественный Свет, так как во время земной жизни они, как и Исаия, были единственными людьми со времени грехопадения, которых Господь сподобил Его видеть (Исх 33, 18-23; 3 Цар 19, 9-13). Тем более, они уже перешли в иной мир, и зрение их больше не было ограничено материальным миром. Мои­сей умер в пустыне, не войдя в Землю Обетованную (Втор 34,1-7).

Илия сошел с неба на гору Фавор для созерцания Бога, ставшего человеком, а Моисей, воссоединенный смертью со своими отцами, являет чающих пришествия Христа во ад.

Моисей и Илия склоняются перед Иисусом. Моисей олице­творяет Закон, Илия выступает от имени пророков, чтобы свидетельствовать вместе с Моисеем о божестве Христа, ко­торый есть «исполнение закона и пророков».

Христос сказал: «Исследуйте Писания, ибо вы думаете через них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют обо Мне. Но вы не хотите прийти ко Мне, чтобы иметь жизнь... Ибо, если бы верили Моисею, то поверили бы и Мне, потому что он писал обо Мне. Если же его писаниям не верите, – как поверите Моим словам?» (Ин 5, 39-40; 46-47).

А три апостола, повергнутые на землю, напротив, симво­лизируют живущее человечество. Несмотря на их потрясенность от видения Христа во Славе, они исполнены радостью и хотят продлить это мгновение. Петр просит позволить ему остаться навсегда на горе, поэтому он предлагает построить три палатки, чтобы вечно созерцать видение Бога. Но он сам не знал, что говорил, так как еще не настало время, еще бы­ло слишком рано для этого, они еще не были подготовлены к вечности. Им еще предстояло пройти со Христом через смерть, чтобы Его вновь увидеть во славе после Воскресе­ния.

В. От Преображения ко Кресту

Кондак праздника Преображения:

На горе преобразился еси, / и якоже вмещаху ученицы Твои, / славу Твою, Христе Боже, видеша: / да егда Тя узрят распинаема, / страдание убо уразумеют вольное, / мирови же проповедят: / яко Ты еси воистину Отчее сияние.

[На горе преобразился Ты, / и, насколько вмещали ученики Твои, / они Славу Твою, Христе Боже, видели; / дабы когда тебя увидят распинаемым, / знали, что страдание Твоё – добровольное, / и миру возвестили, // что Ты воистину Отчее Сияние. – Прим. ред. портала]

Взрослый: Ты заметил, что в повествовании Луки есть одно уточнение: Моисей и Илия говорят с Иисусом о Его близком исходе, который должен совершиться во Иерусали­ме. О каком исходе, по-твоему, идет речь?

Ребенок: Иисус умер в Иерусалиме, это там совершился Его исход.

Взрослый: Ты правильно ответил. Христос готовил апо­столов к Своей смерти. Смерть Его ужасна и унизитель­на, смерть на кресте. Он будет лишен славы. Вот почему Он избрал Петра, Иакова и Иоанна для того, чтобы они увиде­ли Его во славе и не поколебались бы в годину испытаний. Помнишь ли ты еще один случай, когда три эти апостола бы­ли избраны Иисусом сопровождать Его?

Ребенок: Ну, конечно, на горе Масличной, перед Его смер­тью.

Взрослый: Что они делали там?

Ребенок: Они заснули крепким сном.

Взрослый: Да, ведь они были тогда еще совсем земными, они заснули, словно не понимая сути происходящего, хотя Иисус их подготовил к этому. Даже Петр, который в Кеса­рии Филипповой исповедал Христа Сыном Божиим (Мф 16, 15-16) – испугался и забыл все – вплоть до отречения от Христа.

Апостолы поймут, что Иисус Христос – Бог, только после Воскресения. И лишь после Пятидесятницы они провозгла­сят божество Сына как очевидцы Его Славы. Дух научит их всей полноте истины. Ведь никто не может исповедать, что Иисус Христос есть Сын Отца, истинный Бог от истинного Бога, если Дух Святый не наставит его (1 Кор 12, 3).

Ребенок: Три апостола, которые видели преображение, забыли Славу Христа и заснули в момент Его предсмертной молитвы. Значит, преображение на Фаворе напрасно?

Взрослый: Вся надежда апостолов на Царство Небесное рухнула, когда они увидели Христа на кресте. В этот момент все они познали бездну отчаяния. В каком-то смысле, и они со Христом прошли через смерть и пережили богооставленность. «Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?» (Мк 15, 34; Пс 21). В этом ведь, по образу крещения, – вся жизнь христианина: умереть со Христом, чтобы вос­креснуть с Ним. В жизни каждого человека Бог дарует ему кратко увидеть Свою Славу, чтобы его поддержать в испыта­ниях. Я уверен, что ты уже с детства знаешь это. Ведь быва­ют дни, когда нам кажется, что Бог совсем близко возле нас, и наша молитва – настоящий диалог с Ним. Иногда мы даже чувствуем очень сильно Его присутствие и Его любовь к нам. Ведь Он входит в нашу жизнь, являя нам Свою си­лу и подтверждая ее чудесами. А потом снова затишье, все нам кажется тусклым и бесцветным, мы в мире без радости и без Бога, и все безразличны к нашей беде. Таким образом, в нашей повседневной жизни происходит чередование смерти и воскресения, повторяемое многократно. В грудную минуту следует вспоминать Христа во Славе и, когда на душе тяжело, призывать Его Свет.

«Чертог Твой вижду, Спасе мой, украшенный, и одежды не имам, да вниду в онь.

[т.е. нет у меня подходящей одежды – войти в него. – Прим. пер.] Просвети одеяние души моея, Светодавче, и спаси мя». (Молитва Страстной Седмицы)

Г. Явление Троицы на Фаворе

Последний стих евангельского повествования о Преобра­жении говорит о светящемся облаке, которое покрыло апо­столов, и из этого облака они услышали голос: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, Его послушайте». Это голос Бога-Отца. Тот голос, который слышал Иоанн Креститель во вре­мя крещения Иисуса в Иордане. Светящееся облако – это Святой Дух, который покрывает и защищает апостолов, так как без присутствия и озарения Святого Духа не может че­ловек созерцать Славу Божию. Преображение – Явление Бога, как и Крещение Христа. Как и Иоанну, апостолам было дано откровение Бога – единого в трех лицах. В про­поведи св. Петра на Преображение говорится: «Отец гла­голет, Сын излучает блеск, Дух покрывает светящимся облаком».

Благодаря Сыну и через Сына человеку дается позна­ние Бога в трех Лицах. «Бога не видел никто никогда: единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил [нам Его]» (Ин 1, 18). Иисус Христос – сияние, излучение Отца, и через Него Дух Святой действует в мире. Когда мы молимся Христу, Он Духом Святым приводит нас к Отцу.

Вот одна из наиболее древних молитв Церкви. Это молит­ва Иисусу Христу на вечерне. Она называется «Свете Тихий»:

Свете тихий / святыя Славы / бессмертнаго  Отца Небеснаго, / Святаго Блаженнаго, Иисусе Христе! / Пришедше на запад солнца, / видевше свет вечерний, / поем Отца, Сына и Святаго Духа, Бога. / Достоин еси во вся времена / пет быти гласы преподобными, / Сыне Боже, живот даяй, / тем же мир Тя славит.

[Ясный Свет / святой Славы / бессмертного Отца Небесного, / святого и блаженного – Иисусе Христе! / Придя к закату солнца, / увидев свет вечерний, / мы воспеваем Бога – Отца и Сына и Святого Духа. / Достоин Ты быть во все времена / воспетым гласами святыми, / о Сын Божий, дающий Жизнь, / потому // мир Тебя и славит. – Прим. ред. портала]

Эта молитва призывает нас воспевать Троицу и покло­няться Ей через Иисуса Христа, Света мира, света, дающего совершенную радость. Наступил закат солнца, мы подошли к концу времен. Солнце когда-нибудь прекратит давать свой свет, как нас учат Писание и астрономия, но истинный, боже­ственный Свет никогда не перестанет светить нам. «И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения сво­его, ибо слава Божия осветила его, и светильник его – Аг­нец» (Откр 21, 23). Во Христе мы созерцаем Свет, который будет светить нам всегда, вплоть до Второго Пришествия: «Во свете Твоем узрим Свет» (Пс 35, 10) и великое Славословие. Василий Великий учит в проповеди на Преоб­ражение, что этот праздник – предварение второго и славно­го Пришествия.

В своем Послании к ученикам апостол Петр вспоминает о преобразившемся Христе, Которого он видел своими гла­зами на Фаворе. Апостол готовит своих братьев и нас к при­ятию Света незаходимого, невечернего: «... доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ва­ших» (2 Пет 1, 19).

Д. Обожение

Бог вочеловечился,

чтобы человек обожился.

св. Афанасий Великий

Ребенок: А во время конца мира мы будем знать Бога в совершенстве?

Взрослый: Бог непознаваем, непостижим. Знать и пони­мать – это понятия человеческого разума. Мы можем узнать до известной степени природу растений, воды, металла, жи­вотных, еще многого другого, можно сделать анализ мно­гих вещей. Однако и материя скрывает в себе известную тайну: откуда она, каково ее происхождение? Как она воз­никла? Но для нашего разума Бог непознаваем. Вспомни Вавилонскую башню. Чтобы познать Бога, люди использова­ли знания и технику, чтобы добраться до Него. Это не уда­лось! Наоборот, когда Бог идет к нам, а мы открываем Ему наше сердце, происходит нечто иное, чем познание чувствами или умом. Происходит соединение, наступает союз между Богом и нами.

Взглянем еще раз на икону Преображения. (см. рис. 6. Икона Преображение; повторно) Изображение строится вокруг лучей, которые излучает Христос. Все изо­браженные лица испытывают прикосновение луча нетварного Света, каждый приобретает частицу божественной Славы. И все же Бог остается непостижимым в Своей основе и сущ­ности. «Я есть Сущий»: ЯГВЕ остается непостижим на­всегда. Сущий – неизменный. Познать, что такое Бог, кто та­кой Бог, – невозможно. Сущность Бога, Его природу не поймет никто никогда, никто не проникнет в нее. Вот поче­му Ветхий Завет удерживает нас от подобной дерзости: не может никто из людей увидеть Бога и остаться живым.

Однако Бог дарит нам Самого Себя. Нетварный Свет, ко­торый посылает Христос пророкам и апостолам на Фаворе – это Благодать, Божий Дар, животворящий и освящающий нас. На Христе почивает Святой Дух. Мы узнали об этом в предыдущей главе, говоря о крещении в Иордане. А теперь, на Фаворе мы видим, что через Христа, посредством преображения Его тела, Святой Дух открывается нам. Мы получаем эту благодать, дар Святого Духа, чтобы стать святыми.

Следует понять: в Боге – полная тайна. Вот почему я тебе часто говорю нечто одно, а потом другое, противоположное:

Бог один; но есть три божественных лица;

Бог непостижим; Он открывается нам;

Он недоступен; Он дарует Себя нам.

Мы поем «Един Свят» [Один Святой. – Прим. ред. портала ], и мы призваны стать святыми.

[Богословие часто делает утверждения, противоположные друг другу с точки зрения человеческой логики. Оно говорит: «Бог один» и в то же время – «Он в трех лицах»... Богословие пользует­ся антиномиями, рассуждает так, чтобы дать понять, что мы не можем охватить тайну нашим разумом. В других случаях – как в «Верую» – тайна излагается более четко, без применения антино­мий. – Прим. авт.]

Ребенок: А кто святой? Это тот, кто никогда не грешит?

Взрослый: Единственный безгрешный человек – это Хри­стос. Все люди грешные; никто не может перестать грешить только потому, что он решит больше не грешить. Даже став совершенным своими собственными усилиями, человек рискует быть далеким от Бога, услаждаясь своей добродетелью. Гордясь победой над плотью и человеческой природой, он рискует превратиться в настоящего гордеца. Лишь любовь и открытое Богу сердце, обращение к Божьей благодати, к несотворенному свету, которые Бог дает человеку, может сделать человека подобным Ему. Быть святым – означает быть подобным Богу, вновь обрести «образ и подобие». Апостол Павел, по пути в Дамаск увидевший на мгновенье Христа в небесном сиянии, учит нас, что наше лицо будет отражать Славу Божию, как зеркало. Следовательно, нас превратит в божественные образы действие Святого Духа. Мы станем живыми иконами, излучающими свет, так как в наших телах будет жить Святой Дух (ср. 2 Кор 3, 18).

Апостол Иоанн, видевший преобразившегося Христа на Фаворе, подтверждает это:

«Возлюбленные! Мы теперь дети Божьи. Но еще не откры­лось, что будем. Знаем только, что когда откроется, бу­дем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть» (1 Ин 3, 2).

Ребенок: Видел ли кто-нибудь когда-нибудь людей, похо­жих на Бога?

Взрослый: «Когда сходил Моисей с горы Синая, и две скрижали откровения были в руке у Моисея при сошествии его с горы, то Моисей не знал, что лицо его стало сиять луча­ми оттого, что Бог говорил с ним» (Исх 34, 29).

Все святые получают Свет от Святого Духа. Вот почему мы их изображаем с нимбом. Этот светящийся круг симво­лизирует дар Святого Духа, который им дает Бог, так как их лик отражает Славу Божию. Они могут творить чудеса, так как их тело – прозрачно, проникаемо для нетварного света, и Бог действует через них.

Но во время своей земной жизни святые, как и сам Иисус, ничем не отличаются от других людей. Они остаются смирен­ными и внимательными к людям, осторожными, чтобы не поразить слишком ярким светом Святого Духа грешников, отстоящих еще далеко от Бога.

Но однажды святой Серафим Саровский открыл одному из своих друзей, что в нем, в его теле обитал дар Святого Духа. Мотовилов спросил его, какова цель христианской жизни. Монах Серафим ответил, что цель христианской жиз­ни – стяжание (приобретение) Духа Святого. «Но что же это значит?» – настойчиво повторял Мотовилов. «Посмотри на меня», – просто отвечал Серафим. И увидел Мотовилов, что лицо этого отшельника, стоящего в снегу, светилось, как солнце.

Ребенок: Почему часто изображают святого Серафима с медведем?

Взрослый: Святой Серафим, как и святой Франциск Ас­сизский, разговаривал с животными. Однажды его видели две монахини говорившим с медведем. Медведи – крупные и страшные звери, и обе женщины испугались. Но Серафим наглядно уверил их, что приблизившиеся к святости – живут в мире со всем творением, как Адам до греха. Когда Мотовилов разговаривал со святым Серафимом в лесу, была зима, шел снег, и было страшно холодно. Позже Мотовилов рассказал, что он тогда почувствовал благотворное тепло и исключительное умиротворение. Через святых вся природа пронизана лучами Благодати. Вспомни одеж­ды Христа, сверкающие от Света: вся тварная материя, вся вселенная будет в грядущем преображена Святым Духом.

Ребенок: Правда? Неужели это возможно? И материя мо­жет стяжать божественный Свет, о котором ты говоришь? И наши тела действительно могут отражать Божью Славу? Как же это все будет?

Взрослый: Если ты войдешь в прекрасный древний храм или часовню еще до рассвета, ты увидишь тусклые, неосве­щенные окна. Но если ты терпеливо подождешь, пока взой­дет солнце, ты поразишься, увидев витражи, светящиеся всеми цветами. Каждое стекло озарится особым светом (1 Кор 15, 35-58) ... Вот мы – эти стекла: солнце, которое нам нужно, чтобы стяжать нашу настоящую природу, дать нашей личности настоящий взлет, – это Святой Дух, кото­рый всегда приходит просветить нас. Наша задача – при­нять в себя эту Благодать, победить нашу мутность, нашу непроницаемость, чтобы она не препятствовала божествен­ному Свету.

Ребенок: Но ведь муть души почти всегда сильнее. Ведь редко можно встретить людей таких, как Моисей и Серафим Саровский, излучающих Свет...

Взрослый: Уголь ведь минерал черный и темный. Если он без огня, он не станет прозрачным, не правда ли? А вот если его коснется огонь, – какой блеск, какое тепло, какое излу­чение!

А ты не думаешь, что божественный Огонь бесконечно сильнее и действеннее, чем простой огонь, материальный эле­мент, лишь бледный образ силы свыше? Земной огонь поглощает материю и вновь превращает уголь в пыль, откуда он и происходит. Но небесный Огонь не разрушает, не уничтожает. Чудо Купины Неопалимой продолжается и переходит в Вечность. Этот Огонь охватит весь мир, в бу­дущем все творение будет пронизано божественными луча­ми. Святой Максим Исповедник приводит здесь сравнение с железом, которое охватывает огонь. Железо становится огненным, оставаясь при этом железом по своей природе. Вот пример, которым греческие Отцы Церкви выражают обычно состояние обоженной природы.

Ребенок: Но мы от этого дня далеки. Мир, скорее, портит­ся, идет к худшему. Газеты никогда не пишут о Преображе­нии, а пишут о порче природы. Все загрязняется: вода, растения, земля, воздух. Как можно верить в то, что ты мне говоришь?

Взрослый: Да, ты прав. Это трагично, так как мы ответ­ственны за всю землю. Увы, мы не святые. Вот почему тварный мир катится к своей гибели. Но Христос – Свят, и от Него исходит святость. Он присутствует в мире, и нам не следует отчаиваться. Со времени Пятидесятницы Он посыла­ет Своего Святого Духа, который не перестает действовать для спасения творения (Рим8, 18-23). Несмотря на види­мость плохого и то, что мир пал, испорчен, изуродован, наша надежда будет самой сильной, ибо у нас есть вера в Бо­га и в Его Любовь к человеку и ко всякой твари.

Когда мы со священником совершаем божественную ли­тургию, мы приносим Богу хлеб и вино, плоды земли, тяжелого человеческого труда: «Твоя от Твоих, Тебе приносяще о всех и за вся». Эти слова произносит священник на литур­гии. Это значит: «Твои дары, которые мы берем, избираем из Твоих даров, Тебе мы приносим обо всех людях и о всем творении». Этими словами священник и мы приносим Богу нашу жертву, хлеб и вино. Это изображает и означает всех людей – живых и усопших, их страдания и их радости, весь тварный мир: мир животный, растительный, минеральный, весь космос. Мы приносим жертву – хлеб и вино – Богу Отцу. А Он ниспосылает на эти святые Дары божественный Огонь, совсем как во времена Илии Он ниспослал тот же Огонь на жертву пророка. Хлеб и вино пронизаны светящими лучами Святого Духа, для того, чтобы хлеб стал Телом Христовым, а вино – Кровью Христовой. Для Духа материя проницаема. В Евхаристии происходит соединение Бога и тварной материи для того, чтобы, когда мы подойдем к При­частию, в нас совершилось соединив Бога и человека. А за­тем священник посылает нас в мир, как Христос послал апостолов: «С миром изыдем» – «Идите с миром» [или: «пойдём в мире». – Прим. ред. портала]. Таким образом, мы, христиане, причастившиеся, становимся ответ­ственными за присутствие Бога в мире. Своей Благодатью Бог нам дает свет, излучаемый из тела Господа нашего Иисуса Христа. Будем просить Его научить нас передавать этот Свет, дар Божий людям всей земли: «Вы – свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы. И зажег­ши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и она светит всем в доме (Мф 5, 14-15).

Эти слова, сказанные Христом, относятся к апостолам и ко всем Его ученикам. Мы наследники Благодати и полу­чаем вслед за апостолами дар Святого Духа. Но апостол Павел, спасая нас от гордыни, напоминает нам: «Но это сокровище мы носим в глиняных сосудах, чтобы преизбы­точная сила была приписываема Богу – принадлежала Богу – а не нам» (2 Кор 4, 7).

Преобразился еси на горе, Христе Боже, / показавый учеником Твоим Славу Твою, / якоже можаху: / да воссияет и нам, грешным, / Свет Твой присносущный, / молитвами Богородицы, / Светодавче, Слава Тебе! (Тропарь праздника Преображения, глас 7)

[Преобразился Ты на горе, Христе Боже, / явив ученикам Своим Славу Свою, / насколько вмещали они. / Да воссияет и нам, грешным, / Свет Твой вечный / по ходатайству Богородицы. // Света Податель, слава Тебе! – Прим. ред. портала

Заключение

Богоявления, пережитые Моисеем и Илией на Синае, поз­волили им узнать Славу Божью в лице Иисуса Христа на Фа­воре. Своим присутствием на этой горе они смогли с тремя апостолами – Петром, Иаковом и Иоанном – также засви­детельствовать нам, что в Иисусе «обитает вся полнота Бо­жества телесно» (Кол 2, 9).

Вот почему Иисус сказал Своему апостолу Филиппу нака­нуне смерти: «Видевший Меня, видел Отца... Я во Отце, и Отец во Мне» (Ин 14, 9-10). Поэтому Иисус мог сказать: «Я пошлю вам от Отца Духа истины, Который от Отца исходит. Он будет свидетельствовать о Мне» (Ин 15, 26).

Таким образом, открываясь нам во Славе Сына – Иисуса Христа, Бог открывается нам и как Отец и как Дух Святой.

Бог – это и Отец, и Сын, и Святой Дух.

Эта тайна – неизмерима, непостижима и бездонна.

Пред ней можно лишь склониться, ей можно лишь покло­няться.

Эта тайна и есть ответ на вопрос:

«Кто такой Бог?».

Часть четвертая. Учение Господа Иисуса Христа – возвещение Царства

От Ветхого Завета – к Новому Завету

Глава первая. Ветхий Завет. Декалог – Десятисловие

Несмотря на грехопадение и греховность человека, Бог не оставляет его. Ведь Бог сотворил человека по Своему обра­зу и подобию. С самых древних времен Бог заключил союз (завет) – с человеком. Уже в первых главах Бытия Библия говорит об этом. В качестве знамения завета Бог установил космический образ – это «радуга в Облаке». Речь идет о за­вете, который Бог заключил с Ноем после Потопа (Быт 9, 12-15).

Этот завет был основан на вере Ноя: «Верою Ной, полу­чив откровение о том, что еще не было видимо, благо­говея приготовил ковчег для спасения дома своего» (Евр 11, 7).

Ной и его потомки представляют избранную и спасенную от вод потопа часть человечества.

[Рассказ о потопе и подобные ему рассказы, похожие один на другой, можно встретить не только в самых древних цивилизациях Востока, но даже в Америке. Они описывают события более или ме­нее исторические, сохраненные в памяти народов, легенды и мифы, выраженные в образах и символах. Все это придает им универсаль­ную значимость. Вдохновенный автор Бытия сумел распознать и выразить – в сокровищнице веков – Божье Откровение, актуальное во все времена].

Напомним, что первое, что сделал Ной по выходе из ков­чега – было сооружение алтаря и принесение жертвы Богу (Быт 8, 20-22). За эту благодарность и любовь Бог благо­словил Ноя. Он снова повторяет повеление, данное человеку во время творения: плодитесь и размножайтесь, господ­ствуйте над рыбами, птицами и всеми животными (ср. Быт 9, 1-3 с 1, 28,29).

Но Ною уже добавлено нечто новое: человеку позволено убивать животных, чтобы их употреблять в пищу. «Все, что движется и живет, будет вам в пищу» (Быт 9, 3).

Затем Бог посетил Авраама и пообещал ему многочислен­ное потомство. Это обещание было повторено Исааку и Иа­кову. Однако должно было пройти еще несколько столетий до заключения ветхозаветного договора между Богом и народом Израиля, посредником при котором был Моисей. Этот договор, как всякое соглашение, содержит обязатель­ства обеих сторон: Бог обязуется защищать Израиль и вы­вести его в Землю Обетованную, в землю Ханаанскую, в Иудею. А народ в свою очередь обязуется уважать Закон Божий, Закон, полученный Моисеем на Синае.

Вот как Бог дал Моисею Закон и заключил с народом Израиля Ветхий Завет. Когда после многих терзаний и напа­стей Моисею удалось вывести евреев из Египта, он повел их в пустыню. Через три месяца они подошли к горе Синай, у которой Моисей видел Неопалимую Купину – горящий куст. Они расположились лагерем в пустыне у подножия горы. Бог открыл Моисею, что Он хочет при его посред­ничестве заключить завет со всем народом. В связи с этим заветом Бог повелел Моисею и народу: «Пусть вымоют одежды свои, чтобы быть готовыми к третьему дню. И проведи для народа черту со всех сторон и скажи: береги­тесь восходить на гору и прикасаться к подошве ее. Вся­кий, кто прикоснется к горе, предан будет смерти» (Исх 19, 10-13).

«Рано утром ты взойдешь на вершину горы. Я приду к те­бе в густом облаке, чтобы слышал народ, как Я буду гово­рить с тобой, и поверил тебе навсегда» (Исх 19, 9).

Моисей поступил так, как Бог ему повелел. Евреи вымы­ли свои одежды и пребывали чистыми.

[Речь идет о ритуальной чистоте, которая выражается, прежде всего, в чистоте внешней – мытье одежды и тела, а на более высоком уровне – в воздержании. Иногда эту ритуальную чистоту противопо­ставляли «чистоте внутренней», которую считали единственно важ­ной для достижения святости. Христос, желая подчеркнуть чрезмер­ное злоупотребление ритуалом, сказал: «Ничто, входящее в челове­ка извне, не может осквернить его; но то, что исходит из него, то оскверняет человека» (Мк 7, 15).

Человек состоит из тела и души, они одно целое. Поэтому требо­вание чистоты охватывает все виды очищения – внешнего и внутрен­него. Смысл поста в воздержании и очищении сердца с помощью исповеди. Так мы готовимся к причастию. Как Моисей требовал от народа подготовки к приближению к святой горе, так и от нас требу­ется подготовка к приближению к св. Дарам. – Прим. авт.]

Вокруг горы провели черту, то есть огородили ее как бы забором, и гора стала священной. И вот подошло время, на третий день на рассвете были гром, и молния, и густое облако над горой, и послышался трубный звук весьма силь­ный. И вывел Моисей народ из стана и сказал ему оставаться там. Сам же Моисей вышел за черту и взошел на вершину горы.

Такова величественная картина заключения Завета с Из­раилем. В этом описании мы видим предначертание Храма, ставшего в свою очередь образцом для наших церквей. В том порядке, который повелел Бог, можно найти аналогию с тремя частями Храма: 

– Стан соответствует уламу, т. е. притвору или внеш­нему двору наших церквей. Это место собрания народа.

– Часть, расположенная возле горы Синай, по эту сторону отграничения, где народ слышал гром, – это гекал, или Святое Храма. Это место, где слушают слово Божье, средняя часть наших церквей.

– Наконец, гора, священное место, куда лишь один Мои­сей может проникнуть для встречи с Богом, – это дебир, или Святая Святых. В этом мы узнаем алтарь наших церк­вей, место причащения. Вот почему мы для причащения про­двигаемся вперед, к алтарю.

Когда Моисей взошел на вершину Синая, вся гора пылала, курилась дымом, а небо померкло. Бог сошел в облаке. Моисей не мог Его видеть, он лишь слышал Его голос.

Этот голос провозгласил десять Заповедей. Мы привыкли гово­рить десять Заповедей. Но Библия говорит «Слова». Это звучит не так законнически, более традиционно. Эти десять слов можно также назвать Десятисловием. Вот вкратце этот библейский текст (кстати, Библия нам дает две версии: Исх 20, 1-17 и Втор 5, 6-21):

1. Я Господь, Бог твой, который вывел тебя из земли Египетской. Да не будет у тебя других богов, кроме Меня.

2. Не поклоняйся и не служи никаким изображениям. (Не сотвори себе кумира).

3. Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно.

4. Помни день субботний, чтобы святить его. Шесть дней работай, а седьмой день посвяти Господу Богу твоему.

5. Почитай отца твоего и мать твою, и продлятся дни твои на земле.

6. Не убивай.

7. Не прелюбодействуй.

8. Не кради.

9. Не произноси ложного свидетельства на ближнего тво­его. (Не лги).

10. Не желай имущества ближнего твоего.

После этого Моисей сошел с вершины горы к народу, который испугался голоса Божия и ожидал смерти. Он ему передал все слова, которые сказал Бог, и добавил: «Храните эти слова и претворяйте их в жизнь так, как за­поведал вам Господь Бог ваш. Не уклоняйтесь ни вправо, ни влево».

«Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, – Господь един есть. И люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всей душей твоей, и всеми силами твоими. И да будут слова сии, которые Я заповедаю тебе сегодня, в сердце твоем» (Втор 6, 4-6).

[Слова «Слушай, Израиль...» – первая фраза традиционного испо­ведания веры Израиля. «Слушай» на иврите – «шма». Дословно это исповедание привел и Христос. На вопрос книжников «Какая первая из всех заповедей?» Христос ответил: «Первая из всех запове­дей: «слушай, Израиль!» (Мк 12, 28-29, 31). – Прим. авт.]

Тогда народ в один голос ответил: «Все, что сказал Гос­подь, сделаем» (Исх 24, 1-11). Таким образом, народ тор­жественно обязался держаться Завета.

Моисей соорудил алтарь у подножия горы из двенадцати камней – по числу двенадцати колен Израилевых. Он пове­лел закласть тельцов в мирную жертву Господу. Когда это было сделано, он взял половину крови, влил в чаши, а дру­гою половиною окропил жертвенник. Потом он взял книгу Завета и прочитал вслух народу. И снова народ сказал: «Все, что сказал Господь, сделаем и будем послушны». Тогда Моисей взял от крови, которая осталась, и окропил народ, говоря: «Вот кровь Завета, который Господь заключил с вами о всех словах сих».

Таким образом Завет между Богом и Израилем был скреплен, «ратифицирован» жертвенной кровью, которой был окроплен жертвенник и народ Израиля.

Ребенок: Ты мне рассказал о договоре, в котором содер­жатся обязательства двух сторон. Я вижу, что народ обязует­ся следовать Закону. А что обязуется делать Бог?

Взрослый: На Синае Бог обновил свое обещание привести Израиль в Землю Обетованную. Бог сказал: «Если вы будете соблюдать завет Мой, то будете Моим уделом из всех наро­дов, ибо Моя вся земля. А вы будете у Меня царством священников и народом святым» (Исх 19, 5-8). Это означает, что, получая Закон, израильский народ стал избранным на­родом - под защитой Бога.

Если ты внимательно всмотришься в Десятисловие, ты увидишь, что это не просто нравственный закон, но также закон религиозный, закон любви. Это-то Христос и хотел сказать, когда, отвечая саддукеям, спросившим Его, какая заповедь наиважнейшая, привел слова Моисея: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя» (Мф 22, 3-39; 6, 5; Лев 19, 18). Десяти­словие (декалог) – есть основание монотеизма, единобо­жия, веры в одного истинного Бога, единственность которо­го утверждает первая заповедь.

Вторая Заповедь говорит об идолопоклонстве. Она очень важна и всегда актуальна. Ведь мы, сами не отдавая себе в том отчета, только и творим себе идолов. Идолом, страс­тью, одержимостью может стать все, даже то, что само по себе и не плохо, но если оно заняло в нашем сердце или в на­шем уме то место, которое должно принадлежать одному Богу, и которое, по этой причине, уводит нас от Него. Во время Моисея идолопоклонство было частью религии. Вот почему Декалог, говоря об идолах, упоминает деревянных истуканов, изваяния, изображающие «того, что на небе ввер­ху, и что на земле внизу, и что в воде под землей». Кланять­ся таким изображениям воспрещено.

[Единственный подлинный образ Бога – Его Сын, ставший чело­веком. Вот почему мы почитаем Его икону, а также иконы святых, отражающих Его славу. Вот эту-то славу и прославляем мы, во свете их иконы. Об этом говорит текст Седьмого Вселенского Собора в Никее (787 г.), который читается в церкви в неделю [Торжества] Православия. – Прим. авт.]

«...Просвещенные светом познания, поем Богу славу... по­читаем иконы Христа, Богородицы и всех святых – написан­ных на стенах, на древе и на священных сосудах, – ибо почи­тание образа, согласно Василию Великому, восходит к пер­вообразу...» «Что видели пророки, чему учили апостолы, что приняла Церковь, что выразили ее учители, что приняла все­ленная – излучающую благодать, явленную истину, муд­рость, торжествующего Христа. Вот что мы думаем, вот что провозглашаем: Христа нашего истинного Бога, которого мы почитаем со святыми, – словами, писаниями, мыслию, жертвами, храмами, иконами, поклоняясь Ему как Бо­гу и Владыке, воздавая им честь как истинным служителям Владыки всех, воздавая им почитание, подобающее Ему. Та­кова вера апостольская, вера отеческая, сия есть вера право­славная. Сия есть вера, которая Вселенную утверди». Сегод­няшние идолы, как правило, не предметы, а навязчивые мысли, «идеологии» или одержимости, которые стали для человека смыслом жизни и всецело владеют им: эротизм, политика, деньги, даже наука. Все это может стать идолом.

Третья заповедь запрещает нам с легкостью произносить святое имя Божье. Призывать славное и величественное имя Всемогущего можно дерзать лишь со страхом, верою и лю­бовью. Если это имя упоминается с иронией, с раздражительностью или даже с безразличием, – это богохульство, а богохульство есть преступление по отношению к божественному величию.

Четвертая заповедь предписывает нам соблюдение суббо­ты и воспоминание седьмого дня, в который Бог почил от дел своих, сделав этот день таким образом благословенным и освященным. После Воскресения Спасителя днем, посвященным Богу, стало воскресение, седьмой день, еженедельное воспоминание Воскресения Христова. К сожалению, христиа­не часто забывают об этом и наводняют воскресение «забота­ми мира сего», оставляя Богу все меньше и меньше места.

Следующие заповеди – «чти отца твоего и мать твою», «не убий», «не прелюбодействуй», «не кради» – остаются основой поведения тех, кто хочет остаться в мире с Богом и с людьми. Уважение семьи, уважение жизни, уважение люб­ви, уважение к человеческой личности – суть также виды уважения к образу Божию в человеке, образу, который и составляет величие человека.

Девятая заповедь касается ложного свидетельства, то есть лжи в более серьезной форме. В израильской традиции гово­рилось, что кровь невинного, осужденного вследствие лож­ного свидетельства, падет на ложного свидетеля и на его де­тей. В этой перспективе можно лучше понять восклицание народа в момент осуждения Христа на смерть: «Кровь Его на нас и на детях наших!» (Мф 27, 25).

Последняя заповедь осуждает зависть и повелевает ува­жать чужое имущество, собственность других людей.

Таков Закон, который каждый боящийся Господа, дол­жен строго соблюдать, так как он – знак верности Богу и привязанности к Нему.

[А как не бояться невидимого, несказанного, непостижимого Света! Ангельские крылья трепещут перед славой Божьей, но этот трепет ведет нас к любви Того, чью святость мы почитаем. «Совер­шенная любовь изгоняет страх», – говорит евангелист Иоанн (1 Ин 4, 18), и самому Богу не угодно внушать нам страх. Вот почему, ког­да Он открывается нам явлением Ангела, Ангел сразу говорит: «Не бойся!» (Лк 1, 30; Мф 28, 5). – Прим. авт.]

Закон Моисея, по слову апостола Павла (Гал 3, 24-25), «был для нас детоводителем ко Христу».

Без него мы были бы подобны тому человеку, о кото­ром говорит Христос, построившему дом на песке, и при первой же буре здание обрушилось. А тот, кто построил себе дом на скале, чтобы дать дому прочное основание, не боялся ничего, так как ничто не могло развалить его постройку (Мф 7, 24-27). И нам следует строить нашу христианскую жизнь так, как нас учит Церковь на протяжении веков – на камне заповедей:

«Утверждей в начале небеса разумом, и землю на водах основавый, на камени мя, Христе, заповедей Твоих утвер­ди...» (Воскресная утреня, глас 8, песнь 3).

Глава вторая. От Ветхого Завета – к Новому

А. Златой телец

Провозгласив Божьи слова и скрепив Завет жертвенной кровью, Моисей оставил народ на попечение Аарона и вновь поднялся на вершину Синая, где пребывало «темное обла­ко». Там он оставался сорок дней и ночей. Там он получил две каменных скрижали, на которых «перст Божий» на­чертал десять Слов на обеих сторонах. Эти скрижали на­зываются скрижалями откровения или скрижалями За­вета.

Но за это время боязливый и непостоянный народ, поду­мавший, что Моисей покинул его, забыл свой договор с Бо­гом и захотел сотворить себе кумира. Аарон, теснимый со всех сторон, уступил желанию толпы, собрал золотые серь­ги, какие были у женщин, и отлил из них тельца.

Народ обрадовался и принес жертву перед идолом. Это история золотого теленка – златого тельца. Евреи, еще со­всем недавно избранные быть народом Божьим, снова пали до первобытного уровня, когда поклонялись идолам, ко­торые были богами их бывших господ-египтян, поклонников тельца Аписа. Налицо – явное отступление в сознании народа, еще нетвердого в делах веры.

И у нас бывают златые тельцы: любовь к деньгам, к на­живе, к власти. Как и евреи на Синае, мы тоже изменяем Богу, находя часто настоящих идолов, прибегая к различ­ным суевериям: гороскопу, гаданию на картах и даже иног­да к магии, волшебству и чародейству. Все это нам кажется лекарством от страданий, а в действительности лишь бег­ство от испытаний, в то время как Бог возле нас, как Он был и на святой горе, говоря с Моисеем и открываясь своему народу. Ведь никогда Бог не был так близко к Сво­ему народу, как тогда, и как раз в этот момент дети Израи­ля забыли о Его присутствии и усомнились в Его существо­вании, сооружая златого Тельца.

Эта история показывает, как тяжел порог, который нужно переступить, восходя от суеверия к поклонению Тому, Кто выше всякого понимания; и как легко, да­же уже переступив его, скатиться вниз, отвернуться от жи­вого Бога и пасть ниц перед идолами. Напомним также сло­ва Христа: «Никто, возложивший руку свою на плуг и ози­рающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия» (Лк 9, 62).

Узнав о случившемся, Моисей поспешил сойти с горы. Он, созерцавший только что неописуемую славу Божью, вос­пламенился священным гневом при виде народа, пляшущего перед безжизненным изваянием. Он бросил скрижали откровения, которые он держал в руках, и разбил их. Он повелел разбить тельца и приказал колену Левиину предать смерти идолопоклонников. Произошла поистине малая граждан­ская война, после которой число евреев уменьшилось. Не­смотря на гнев, Моисея охватила и жалость. Он умолил Бога пощадить «этот буйный и жестоковыйный народ». Мо­литва его была услышана, и истребления всего народа не произошло (Исх 32, 11 и дальше).

Б. Можно ли расторгнуть союз с Богом?

Ветхий Завет – долгая история союза, предаваемого по­вторяющейся неверностью, но всегда прощаемой. Союз с Бо­гом – не автоматический. Если народ становится неверным, Бог отказывает ему в Своем благоволении. Задачей проро­ков во все времена было напоминать народу о возможном Божьем гневе. Ведь если человек не исполняет предписан­ного Закона, если он творит несправедливость, совершает вероломство – союз прекращается. Прочтем седьмую гла­ву Иеремии: пророк ясно выражает это, он напоминает условия Завета (ст. 3-7): жить по закону и действовать согласно его предписанию. Но народ оказывается недостой­ным Завета, так как он не перестает воровать, убивать, прелюбодействовать, изменять Богу своими жертвами Ваалу, своим культом ложных божеств. Ваал, кстати, – общее обозначение: это значит «владыка» или «супруг» и применяется к хананейским божествам.

Затем со спокойной совестью и уверенностью, что ничего не произошло, этот же народ, будучи нечистым своими злы­ми деяниями и поклонением идолам, ищет защиты в храме Божьем: «Вот мы в безопасности!» – говорят они. Но Бог не слеп, Он видит измену и обман. И вот что говорит Божий пророк: «И отвергнут вас от лица Моего» (Иер 7, 15).

Восстало много пророков против чисто внешнего культа, творимого одними устами, но с лукавым сердцем. Пророк Амос приводит грозные слова Бога: «Ненавижу, отвергаю праздники ваши и не обоняю жертв во время торжествен­ных собраний ваших... Я не приму жертву из тучных тель­цов ваших. Удали от Меня шум песней твоих, ибо звуков гуслей твоих Я не буду слушать...» (Ам 5, 21-23; Ос 7,13).

И Исаия в свою очередь возвещает: «И сказал Господь: ...Этот народ чтит Меня устами своими, сердце же его далеко отстоит от Меня, и благоговение их предо Мною есть изу­чение заповедей человеческих...» (Ис 29, 13). Мы слы­шим отзвук этих слов в Евангелии от Матфея, обращенный к нам, хотя Христос приводит их для посрамления фарисеев и книжников (Мф 15, 1-9).

Что означают эти грозные пророчества, полные горечи? Может ли и впрямь Бог отречься от Своих детей? А что мо­жет быть хуже, чем быть отвергнутым Богом?

Ребенок: Как может Бог упразднить Свой Завет? Это не­справедливо! Это ли Бог любви, о котором ты мне так часто рассказываешь? Может ли Бог быть строгим и злопамятным Отцом, исполненным гнева и мести? Разве Он на стороне строгого наказания?

Взрослый: По вдохновению Святого Духа пророки любят сравнивать Союз Бога со Своим народом – с браком. Бог – жених, супруг, а народ – невеста, жена, которая часто оказы­вается неверной. Еврейский закон предписывает неверную побивать камнями. Вот почему пророк Осия выражает гнев Божий такими словами:

«Судитесь с вашей матерью, судитесь! ибо она не жена Моя, и Я не муж ее» (Ос 2, 2).

Осия описывает нам блудницу, которая себя бесчестит, бегает за своими любовниками, забывает благодеяния му­жа: «Она не знала, что Я, Я давал ей хлеб, вино и елей...» (Ос 2, 8).

Жена-изменница, женщина-блудница, искавшая наслажде­ний, в конце концов оказывается в пустыне, в полном оди­ночестве и тогда вспоминает своего мужа и его любовь. Осмеянный и поруганный муж не мстит ей, он ждал терпели­во, и сердце его не изменилось по отношению к ней. По воз­вращении жены он не упрекает ее в неверности, делает так, как будто не замечает, что она вернулась из-за своей выго­ды, будучи униженной, изголодавшейся и обесчещенной. Он ей возвращает ее место, первое место подле него:

«Я обручу тебя Мне навек, и обручу тебя Мне в правде и суде, в благости и милосердии, Я обручу тебя Мне в верности, и ты познаешь Господа» (Ос 2,19-20).

Вот ответ Бога! Он неустанно ждет возвращения, покая­ния своего народа. Если народ часто заблуждается вдалеке от своего Господа в одиночестве и забвении, Он, Бог, остает­ся непреклонным, неизменным и всегда верным. Ты пом­нишь псалом:

«Они погибнут, а Ты пребудешь. И все они, как риза, обветшают, и, как одежду, Ты переменишь их, – и изменятся. Но Ты – Тот же, и лета Твои не кончатся» (Пс 101, 27-28).

Прослушай также нашу молитву к Богу, которую мы со священником приносим за божественной литургией: «Ты еси Бог неизреченен, недоведом, невидим, непостижим, при­сно сый...» Эта молитва возношения, евхаристического ка­нона. (Об этом см. в шестой части, в главе о литургии.)

Бывает, что человек изменяет своей жене, своей религии, предает свои политические убеждения. Он иногда неверен Богу, даже самому себе. Да, человек – увы – часто меняет­ся, вследствие своей зыбкой, колеблющейся психологии: и стареет, и меняет свои убеждения, и подвергается влия­нию моды и людей, более сильных, чем он. Но Бог остается неизменным. Он, как скала. Его обещание остается в силе всегда, и Его верность всегда надежна. «Он твердыня. Совершенны дела Его, и все пути Его праведны. Бог верен, и нет неправды в Нем. Он праведен и истинен» (Втор 32, 4).

Но Бог сотворил человека свободным, и Его союз с чело­веком – это союз любви. Никто никого не может заставить любить. Я могу заставить тебя слушаться и, как ты только что сказал, употребить силу, принуждение. Но я не могу ни­как тебя заставить любить меня. Это невозможно. Вот так и Бог. Бог хочет, чтобы мы все Его любили и были Ему вер­ными, но мы можем отказаться. Так было во времена Ветхо­го Завета, так и теперь. Пойми правильно: Бог всегда нам оставляет свободу не принять Его. Вот почему ужасна эта свобода, о которой столько говорят. Свобода возлагает на нас ответственность за отказ, за разрыв союза между Богом и нами, так как Он всегда приходит к нам как тайный гость, самый скромный, смиренный, чтобы не стеснять и не при­нуждать нас. Он постоянно нам предлагает свою верность – непоколебимую, как скала. Но в ответ Он часто наталкива­ется на черствость сердца и безразличие, которые порождают неверность, а нередко предательство и измену.

В. Предсказание Ветхого Завета

Вот почему устами своего пророка Иеремии Бог сказал о своем еврейском народе: «...Завет, который Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской, Тот Завет Мой они нарушили» (Иер 31,32).

Однако это нарушение не окончательно, и пророк добав­ляет: «Вот наступают дни, – говорит Господь, – когда Я за­ключу с домом Израиля и с домом Иуды (колено, к которо­му принадлежал Иисус Христос, происходящее из Вифлеема Иудейского) новый завет... Вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напи­шу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом» (Иер 31,31-33).

Каков же будет этот новый завет? Просто новый закон или Новый Завет, который Бог заключит со Своим наро­дом?

Глава третья. Новый Завет

А. Второе открытие Обетованной Земли

Отвечает нам евангелист Иоанн: «Закон нам дан через Моисея – это и было установление Ветхого Завета, – бла­годать же и истина произошли через Иисуса Христа» (Ин 1, 17). Новый Завет заключит Бог через Иисуса Христа. Что это значит? Освободив Израиль от рабства фараону, Бог через Моисея диктует народу точные и конкретные правила жизни: это и есть Закон. Он обещает Своему народу, что, если народ соблюдением Закона останется Ему верным, Он даст ему прекрасную страну, «плодородную и простран­ную, где текут молоко и мед» (ср. Исх 3, 8-17), где народ сможет жить вечно. Это Земля Обетованная, земля Ханаанская или Палестина, о которой евреи в пустыне знают лишь по Слову Божию. Как видим, все это просто, ясно, конкрет­но. Народ обязуется повиноваться Закону и быть верным Богу: это был Ветхий Завет.

Но вечный Бог – Дух и Любовь – Который сотворил че­ловека для того, чтобы человек был Ему подобен, хочет ему дать больше, чем молоко и мед, больше, чем свежие пастби­ща и прекрасные оливковые рощи Иудеи, больше, чем мирное пребывание за стенами, которые царь Давид воздвигнет на Сионском холме вокруг земного Иерусалима. То, что Иисус, Сын Давида, но также Сын Божий принесет людям – это не возвращение назад к мирному и славному образу жизни, установленному Давидом и его сыном Соломоном за тысячу лет до Иисуса Христа на горе Сион. Это что-то большее и гораздо лучшее. Это царство, в котором сам Бог будет Царем, Божье Царство, небесный Иерусалим, боже­ственная реальность, «тайная, сокровенная, которую пред­назначил Бог прежде веков к славе нашей, которой никто из властей века сего не познал... то, чего не видел глаз, не слы­шало ухо, и не приходило на сердце человеку, то, что приго­товил Бог любящим Его» (1 Кор 2, 7-9). Эта божествен­ная реальность намного превосходит все то, что может вме­стить человеческое воображение.

Б. Благая весть о пришествии Царства Божия

Поэтому Иисус Христос начал свою проповедь с благовестия пришествия Царства Божия: «Покайтесь, ибо приблизи­лось Царство Божие», – взывал уже Иоанн Креститель. А Христос сможет сказать: «Царство Божие внутри вас» – сре­ди вас (Лк 17, 21). Отныне Царство Божие дается, доступ­но всем: это и есть Благая Весть (по-гречески Евангелие).

Ребенок: Расскажи мне о Божьем Царстве.

Взрослый: Царство – цель жизни каждого христианина, который должен постараться стяжать его здесь, теперь, «пока не кончился день». Царство – не географическое ме­сто, не временная эпоха. Оно в мире, но оно не принадлежит миру, не от мира сего. В нем нет ни двойственности, ни раз­деления.

Ребенок: Поясни твои слова.

Взрослый: Как тебе сказать? Свет без тени, незаходимое Солнце, радость без грусти, мир без войны, белое без черно­го, тепло без холода, смех без слез...

Христос сказал: «Царство Божие подобно зерну горчично­му, оно наименьшее из всех зерен, а когда вырастет, станет большим деревом». И еще: «Оно подобно семени, которое всходит, растет и приносит много плодов». Христос возве­щает благую Весть о Царстве: как его найти и как в него войти? Он Сам и есть это Царство.

Ребенок: Как познать то, о чем ты мне говоришь?

Взрослый: В твоей жизни были несомненно особые и не­объяснимые минуты, когда тебя охватывало чувство мира, радости, блаженства, такие минуты, в которые ты был счаст­лив, рад, что ты родился на свет.

Ребенок: Да, были, но такие минуты бывают очень редко.

Взрослый: Редко, но бывают.

Ребенок: А чему они соответствуют? Кажется, я не делал ничего для их наступления.

Взрослый: Ты вкусил первые признаки Царства. Сам не зная почему, ты оказался близким к Тому, Кто тебе откры­вает врата Царства, и Он тебе их показал.

Ребенок: Еще раз объясни, как узнать его.

Взрослый: Благодаря несказанной радости, которая остается у тебя потом. Не приукрашивай эти воспомина­ния, но думай о них, когда тебе будет тяжело. Это даст тебе силы справиться с трудностями.

Ребенок: Как искать Царство и где? Ведь тем временем и жить нужно.

Взрослый: Господь Иисус Христос сказал: «Ищите преж­де Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф 6, 33). Не думай, что остальное упадет с неба, но во всяком случае, покажется несравненно легче.

Ребенок: А как обстоит дело с теми, кто никогда не вку­сили Царства?

Взрослый: Редко кто никогда не знал его. Свобода, кото­рую дал нам Бог, создавая нас, – это также свобода отка­заться от Него. Мы также ответственны за тех, кто отвергает Бога. В церковной молитве за богослужением ты, быть мо­жет, уже слышал прошения: «Об ищущих Бога и еще не ви­дящих Его», «О еще не ищущих Его», «О противящихся благодати Его». Это молитвы ко Господу как раз о тех, о ком думаешь ты – чтобы они позволили Господу посетить их, ибо «вот, Я стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр 3, 20). Он открывается тебе, когда ты хочешь этого и когда ты Его меньше ждешь, и когда ты «от­ложил попечение, заботы мира сего».

Ребенок: Все это прекрасно, но что делать лично мне?

Взрослый: А ты уже пробовал сажать редиску?

Ребенок: ?!

Взрослый: А нужно бы попробовать. Можешь это сделать в квартире. В землю, скажем, цветочного горшка посади се­мя редиски. У нее малюсенькие зернышки, поливай их регу­лярно, но не слишком. Через несколько дней редиска взой­дет, прорастет...

Ребенок: Если появится сорняк, что делать?

Взрослый: Спроси совета у кого-нибудь, кто умеет выра­щивать редиску.

Ребенок: Хорошо, зачем все это? Какое это имеет отноше­ние к Царству Божию?

Взрослый: Потому что так же обстоит дело и с Царством. В притче о сеятеле зерно прорастает лишь на доброй почве. Следовательно, и тебе придется возделывать ее, как Адаму, возделывать и хранить твой «сад» (ср. Быт 2, 15). Но твой сад уже стал бесплодным со времени грехопадения: в нем растут тернии и волчцы (Быт 3, 18). Ты можешь добыть с него пи­щу лишь в поте лица твоего (Быт 3, 19). А это нелегко, как и вырастить успешно редиску с первого раза.

Ребенок: Ты мне никогда не говорил, как возделывать мой сад и где он находится.

Взрослый: Он в твоем сердце, так как «Царство Божье внутри вас» (Лк 17, 21), вот там и нужно его искать. Кста­ти, греческое выражение «эндос имон» означает и «внутри вас», и «посреди вас». Одно дополняет другое. Царство посреди нас в той мере, в какой оно «внутри» каждого из нас.

Ребенок: Но ведь мое сердце – лишь мускул, который перекачивает кровь в моем теле, меня так учили!

Взрослый: Конечно, это мускул, но в Библии сердце озна­чает центр, ось человека, а не только сердечный мускул. Ког­да ты сердишься, твой «мускул» бьется сильнее, не правда ли? Это потому, что он подвергается встречному удару тех неприятностей, которые тебя волнуют. Так вот, ты должен использовать те средства, которые даются тебе, чтобы под­готовить твой сад и смотреть, чтобы он был в порядке.

Ребенок: Какие средства?

Взрослый: Прежде всего, десять заповедей, Десятисловие, Декалог, который мы уже прошли с тобой; жить по запове­дям – это копать в твоем саду, возделывать твою почву: ты сначала распашешь садовую грядку, откуда изгонишь ложь. Пусть она будет крошечной, чтобы уход за ней был бы тебе по силам. Прогони назойливых птиц – это могут быть твои мысли, не суди строго других. Затем обнеси грядку оградой, загородкой и смотри за ней. Это все, что от тебя требуется. В частности, слушай внимательно Божье слово, как делала Богородица, храня его в своем сердце, даже когда она его еще не совсем понимала...

Ребенок: Это все, что мне нужно делать?

Взрослый: В данный момент, да. Не лги, принимай Божье Слово, храни его и приходи ко мне через некоторое время. Помни, что «там, где сокровище твое, там будет и сердце твое» (Мф 6, 21). Ты поймешь лучше притчу о сокровище, скрытом в поле (Мф 13, 44). А потом, когда ты будешь собирать плоды, тебе поможет притча о неводе (Мф 13, 47-48). Если твоя грядка процветает, можешь ее увеличить. Ты видишь, как может действовать закваска (дрожжи) в те­сте, А когда ты найдешь драгоценную жемчужину (Мф 13, 45-46), ты поймешь, что Тот, кто в тебе – гораздо боль­ше, чем все, что есть в этом мире. Ведь этот мир стареет и умирает, в то время как присутствие Божье создает новый мир, Царство Господне, которому не будет конца.

В. Царство Божье – как оно возвещено Христом в проповеди

Этот новый мир и есть Царство Божье. Это Царство опи­сывает Господь Иисус Христос, взойдя на небольшой холм, отсюда и название – Нагорная проповедь. В ней Христос говорит об образе жизни тех, которые войдут в Царство. Эта проповедь приводится у Матфея (главы 5-8) и у Луки (6, 17-44).

Уже Закон, данный Моисеем, направлял людей к этому новому миру, к этому Царству Божию, которое открыл нам Христос, придя к нам. Вот почему Христос говорил, что Он пришел не нарушить закон Моисея, но исполнить» (Мф 5, 17).

Ребенок: Что значит «исполнить»?

Взрослый: Это значит – довести его до конца, до верши­ны, до совершенства, осуществить то, что он подготовлял, что он провозглашал, но в то же время превзойти его совер­шенно неожиданным и непостижимым образом. Закон Вет­хого Завета готовит людей к Царству Божию. Нагорная про­поведь в Новом Завете определяет это Царство и призывает людей войти в него.

Проповедь начинается рядом обещаний, в которых Хрис­тос обещает уже не «землю изобилия», а небесное блажен­ство, видение Бога – тем, кто примет образ жизни нового мира, грядущего Царства.

Этот ряд обещаний называется Блаженства. Мы их поем каждое воскресенье в начале божественной литургии, когда священник с диаконом выходят к народу с Евангелием в руках, совершая малый вход и входя затем Царскими врата­ми в алтарь. Это сам Христос, воплощенное Слово входит в Царство. Евангелие – Его образ. Мы совершаем Литургию, чтобы войти в Царство вместе с Ним.

Вот текст этих Блаженств – по Евангелию от Матфея.Остановимся на каждом стихе Заповедей Блаженства. В их духовной красоте голос самого Христа.

[Евангелист Лука дает другую версию этих Заповедей, построен­ную на антитезах (противопоставлениях) в шестой главе своего Евангелия. Падший, старый мир воображает, что счастливы по-нас­тоящему лишь богатые, сильные, обладающие властью и имуще­ством гордецы. Христос говорит наоборот (Лк 6, 24-26): «Горе вам, богатые! ибо вы уже получили свое утешение. Горе вам, пре­сыщенные ныне! ибо взалчете. Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете. Горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо. Ибо так поступали со лжепророками отцы их». Ведь Христос знает, что истинное счастье, блаженство, состояние «блажен­ного» как раз противоположно тому, что и как думает об этом мир.

Вместо «горе вам» можно сказать «вы несчастные». Конечно, это не осуждение, не вечное проклятие, а лишь констатация их несчастья, которая есть в то же время призыв к обращению. – Прим. авт.].

1. Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное.

Такова фраза Спасителя в Евангелии от Матфея. Но в Евангелии от Луки Христос нам говорит: «Блаженны нищие, ибо ваше есть Царствие Божие». Это значит, что уже сам факт бедности, отсутствие имущества и денег облегчает вход в Царство Божье. Нищий Лазарь из притчи, покрытый струпьями, который «желал напитаться крошками, падающими со стола богача», – был после смерти отнесен Ан­гелами на лоно Авраама (Лк 16, 20-22), хотя притча не приписывает ему никаких других добродетелей, кроме ни­щеты.

Бог действительно любит бедных и «алчущих исполняет благ» (Лк 1, 53). Бог склонен дарить Свою доброту неиму­щим, в то время как «удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, чем богатому войти в Царствие Божье» (Мф 19, 24; Лк 18, 25). Однако в Евангелии от Матфея Христос говорит не просто «блаженны нищие», но «блаженны ни­щий духом», а некоторые переводят: «блаженны те, у кого сердце нищего, бедняка». Гордец, превозносящийся своей культурой и умом, – «не нищий духом», даже если у него нет денег. Имея в виду и таких, Христос требует от нас быть не только бедными материально, но и иметь сердце сокру­шенное и смиренное. А знающий ограниченность своего ума, относительность своих знаний, скудость своих добродетелей, слабость своей воли, черствость своего сердца знает хорошо, что настоящее богатство – в Боге, что без Бога – он ничто. Он знает, сознает свою нищету. И вот он жаждет Бога. Вот он нищий духом, о котором говорит Писание: «Богатые бедствуют и терпят голод, а ищущие Господа не терпят нужды ни в каком благе» (по-славянски: «Не лишатся вся­кого блага») (Пс 33, 11).

2. Блаженны плачущие, ибо они утешатся.

Евангелист Лука добавляет: «Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете» (Лк 6, 25).

Да, бывает гордый смех победы, жадного обладания, злой иронии, выражающий не глубокую радость мирного сердца, а торжествующий эгоизм. А тем, кто плачет и рыдает, кто «не получил полную мерку любви» – дарит Бог Свою лю­бовь, тем дарит Дух-Утешитель мир Христов. Вот почему Отцы Церкви просили «дар слез». О, как мы с нашими мирскими мерками далеки от этого! Какую решительную перемену взглядов на ценности предлагает нам Христос!

Принять этот переворот, желать нищеты и слез, хотеть освободиться от нагроможденного богатства, мешающе­го нашему спасению, от эгоистичных удовольствий за счет других, построенных на их бедах, – вот обращение, покаяние, поворот сердца, которых требует от нас Господь.

[Чтобы лучше уяснить тему настоящего обращения, обратимся к изображению пространства и объема на иконах. Иконография поль­зуется законами, противоположными визуальной логике, включая способ, называемый «обратная перспектива». По законам оптики, размеры предметов уменьшаются по мере их удаления, и линии перс­пективы встречаются, скрещиваются на горизонте. А на иконе – на­оборот: отправная точка перспективы не находится в иллюзорной глубине образа, который старается воспроизвести видимое простран­ство, а находится перед образом, в самом зрителе.

Можно сказать, что в Евангелии все находится в обратной – опро­кинутой – перспективе: «первые будут последними», кроткие, а не свирепые наследуют землю, а высшее умаление креста – высшая по­беда... Обратная перспектива – не оптический обман, она не завора­живает зрителя, чтобы его вовлечь в напрасную и пустую игру иллю­зионизма... Это как если бы человек находился в начале дороги, ко­торая вместо того чтобы затеряться в пространстве, открывается в сторону бесконечной полноты... Это «тесные врата и узкий путь, ве­дущие в жизнь», о которых говорит Евангелие (Мф 7, 14). Став од­нажды на путь сквозь узкие врата, человек оказывается перед бесконечными перспективами, а путь, которым он пошел, не суживается, а все расширяется. Но в начале пути должна быть исходная точка, она должна быть в нашем сердце, должна означать, что поворота вспять больше нет. Это подлинный и буквальный смысл греческого слова «метанойа», это означает обращение, поворот ума (Леонид Успенский. Очерк о богословии иконы в Православной Церкви. См. того же автора: Богословие иконы. 1980). – Прим. авт.].

3. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.

Сегодня земля принадлежит насильникам, власть иму­щим, богатым, тем, кто захватывает ее силой оружия или покупает за миллионы. Но Бог, творя Свою правду, даст ее кротким, смиренным. Уже псалом 36 провозгласил: «Кроткие наследуют землю» (Пс 36, 11). Псалом этот подчеркивает, что сыны Авраама не получат Обетованную землю автоматиче­ски, в силу лишь своего родства с Авраамом, но что лишь кроткие наследуют Обетование. Христос продолжает эту мысль. Царство Божие принадлежит тем, кто подобен детям, невинному ягненку, Агнцу Божьему, который сказал: «При­дите ко Мне, все труждающиеся и обремененные... ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам ва­шим. Ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко» (Мф 11, 28-30).

Святой Серафим Саровский следовал этому указанию, и его кротость привлекала даже диких зверей, которые приходили к нему. Святой Франциск Ассизский – подобной кротостью воодушевлял птах Божьих и завоевывал их доверие. Эта божественная кротость не содержит, однако, в себе ничего приниженного. Наоборот, в ней заключена сила, ибо она позволяет познать Божью Святость.

4. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насы­тятся.

Согласно Евангелию от Луки, Христос сказал: «Блажен­ны алчущие ныне, ибо насытитесь» (Лк 6, 21). Приводя пророчество Исаии (49, 10), «Они не будут терпеть ни голо­да, ни жажды», – Христос подчеркивает правду Божью. Лю­бя нищих, Бог накормит голодных, насытит алчущих.

Однако Христос, по свидетельству евангелиста Матфея – идет дальше: заранее отвечая тем, кто в наши дни будут Его обвинять в том, что Он обрекает несчастных на бездействие обещанием утешения в ином мире, Он сказал: «Блаженны алчущие и жаждущие правды» и, следовательно, не оставлящие на произвол судьбы страдания других.

[Слово «правда» в русском языке имеет два значения: «не-ложь» и «справедливость». Здесь имеется в виду справедливость. Для обозначения первого смысла Евангелие употребляет слово «истина». – Прим, пер.]

Увы, ча­сто люди зрелого возраста, достигшие благополучия и ком­форта, сохраняют их путем известного компромисса с обще­ством, в котором царит несправедливость. Оправдывая се­бя, они говорят: «Да ведь так всегда было».

Напротив, блаженны те, кто, сохраняя чистоту юности, когда все казалось просто и ясно, не боятся противостоять тем, кто подчиняет истину и справедливость интересам инди­видуума, группы или государственным соображениям.

Блаженны те, кто с писателями Золя и Пеги защищали не­виновность Дрейфуса, несправедливо осужденного на катор­гу государственными властями! [Имеется в виду политиче­ский процесс во Франции в начале века. – Прим. пер.]. Блажен Мартин Лютер Кинг, протестовавший против несправедливости по отношению к неграм, которого убили, не су­мев заставить замолчать. Блажен пастор Нимеллер, с непре­клонной кротостью сопротивлявшийся во имя Евангелия гитлеровской жестокости. И блаженны Солженицын и акад. Сахаров, неустрашимо восставшие против советского ГУ­ЛАГа. Блаженна мать Тереза Калькуттская, спасающая го­лодных детей Индии от смерти. О них обо всех Господь ска­зал: «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они на­сытятся». Иные, увы, думали, что им удастся утвердить Божью правду мечом. Пытаясь сделать это, они уже проигра­ли Царство внутри себя.

За правду следует бороться Крестом, а не крестовым по­ходом, каковой для христианина является весьма сомни­тельным оружием в борьбе за правду.

5. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.

Слово «милосердие» – означает сострадательное сердце, сердце, жалеющее другого человека. Пророк Иезекииль го­ворит о «сердце плоти», Писание говорит об «утробе боже­ственного милосердия».

Говоря блуднице: «И Я не осуждаю тебя, иди и больше не греши» (Ин 8, 11), Христос милует ее. Умирая, побиваемый камнями святой Стефан молится о своих убийцах: «Госпо­ди, не вмени им этого греха». Этим он подражает милосер­дию Христа на кресте, молящегося за распинающих Его: «Боже, прости их, ибо они не ведают, что творят».

Если невинный Христос прощал своих мучителей, тем бо­лее мы, грешные и виноватые, если хотим получить милосер­дие Божье, должны прощать обижающих нас: этому учит нас Христос в притче о милосердном царе и злом должнике (Мф 18,23-35).

...Хозяин захотел рассчитаться со своими служащими. Один из них оказался должен ему значительную сумму. Позвав должника, начальник потребовал от него немедленно уплатить долг, угрожая в противном случае судом и наказанием. Бедняга в слезах умоляет начальника смилостивиться над ним. Растроганный владелец отпустил должника, про­стив ему весь долг. Выйдя из конторы, служащий встречает­ся с товарищем, задолжавшим ему. Он хватает его за горло и требует немедленно заплатить ему долг. Несмотря на жа­лобы несчастного, он упек его в тюрьму за неуплату долга. Дело дошло до начальника – или владельца предприятия, о котором шла речь выше. Он возмутился и отдал неблаго­дарного истязателям.

Рассказав эту притчу (которую мы попытались переска­зать в соответствии с современностью) – Господь добавил: «Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не про­стит каждый из вас от сердца своего брату своему прегре­шений его». Вот почему Он нас научил молиться: «Остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим». Значит: «Прости нам наши грехи, как и мы прощаем тем, кто обидел нас».

6. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят

Уже Давид в 50 псалме воскликнул: «Сердце чисто созижди во мне, Боже!» То сердце чисто, глубинные чувства и подсознательные желания которого соответствуют его от­крыто явленным намерениям. Слишком часто мотивы и побудительные причины, которые мы приписываем нашим действиям, когда мы говорим с другими и даже когда го­ворим с самим собой, чтобы оправдаться перед другими и перед нашей собственной совестью, – не соответствуют нашим действительным побуждениям. Когда человек совер­шает поступки из ревности, честолюбия, вожделения, его сердце нечисто, каковы бы ни были оправдания, которые он дает своему поведению, обманывая самого себя и других.

То сердце чисто, которое любит по-настоящему и не ищет своего. Не ищущий добра ближнему, а ищущий удовлетво­рения своих желаний и себялюбивых удовольствий – далек от чистого сердца. Алчность, эротизм и властолюбие – антиподы чистоты. Образец чистоты – Приснодева Мария. Бог ее посетил, и стала она Божьей Матерью – Богородицей.

Иоанн Креститель совершал крещение очищения, гото­вя таким образом людей к признанию Христа и к получе­нию от Сына Божия крещения Святого Духа. В своей не­винности евангелист Иоанн стал возлюбленным апосто­лом.

Сегодня царит мода высмеивать девство и смешивать его с неудачливостью в жизни. А неудачник – именно тот, у ко­го сердце нечисто и кто занят тем и желает того, чего он не может иметь. Чистое сердце желает Бога и желает Его дей­ствительно. Оно увидит Бога. Оно будет созерцать лицом к лицу Божью славу, то, чего не мог даже Моисей – и не умрет (см. Часть третья, глава 1).

7. Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божьими

Накануне своей смерти, вечером в Великий четверг, ска­зал Христос своим ученикам: «Мир Мой оставляю вам, мир Мой даю вам», а первые слова воскресшего Христа, когда Он явился ученикам в пасхальное воскресение, были – «Мир вам». Этот мир Христов священник передает верующим три раза за божественной литургией, говоря «Мир всем». А свя­той Серафим Саровский говорил: «Цель всей вашей жизни – Мир, дар и благодать Святого Духа, знамение Его присут­ствия, которое приводит нас в Его место».

Итак, будем миротворцами, и тогда станем детьми Божь­ими!

[Те, к которым было слово Божье (Ин 10, 35) – были уже на­званы в псалме 81, 6 «сынами Всевышнего». А устами пророка Осии Бог называет Израиля Своим сыном (Ос 11). В Послании к Римля­нам (9, 4) читаем: «/.../ Израильтян, которым принадлежат усынов­ление и слава...». Новым Заветом Бог идет еще дальше. Посылая к людям Своего единородного Сына, ставшего человеком, зовущего людей соединиться с Ним, Он вводит людей, ставших Его братьями, и близость к божественной Троице: «Да будут все едино; как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино... да видят они славу Мою, которую Ты дал Мне» (Ин 17, 21-24). «Его Отец» становится «их Отцом» (Ин 20, 17). Христос, Сын Божий, учит нас дерзать говорить Богу: «Отче наш, иже еси на небесех»... – Прим. авт.]

8. Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное.

Те, кто тянется к справедливости, жаждущие правды, бу­дут насыщены, насытятся. Но те, кто борется за правду и подвергаются за это преследованиям, гонениям, – будут наследниками Небесного Царства, так как они отождествляются с голгофским Страдальцем, при условии, что во вре­мя этой борьбы они, как и Он, не будут пользоваться ника­ким оружием, кроме истины и любви. Меч истины – оружие, которое заставляет дрожать империи. Он притупляется лишь тогда, когда его ломает ненависть. Никто не может остановить поступь истины, произнесенной с любовью. Чем больше насилие неправедных усиливается преследованием истины, тем больше могущество Божье усиливает голос истины. Христа распяли, чтобы заставить молчать, а глас Воскресшего дошел до края земли.

9. Блаженны вы, когда будут поносить вас, и гнать, и вся­чески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и весели­тесь, ибо велика ваша награда на небесах.

Господь подчеркивает, что гонимый наследует Царство лишь в том случае, если он поистине невинен, если его обидепи не за преступление, и если, в силу этого, жертва – свиде­тель Истины, т. е. Самого Христа. Это и объясняет апостол Петр в своем Первом Послании (2, 19-23): «То угодно Бо­гу, если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо. Ибо что за похвала, если вы терпите, когда нас бьют за проступки? Но если, делая добро и страдая, тер­пите, это угодно Богу, ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его. Он не сделал никакого греха, и не было лести – лжи – в устах Его. Будучи злословим, Он не злосло­вил взаимно. Страдая, не угрожал, но предавал то Судие Праведному».

Все заповеди Блаженства воплощаются в Нем Самом, во Христе. Это как бы светящееся введение в Нагорную пропо­ведь. За ними следует ряд заповедей, которые призывают нас к обращению сердца, к полной перемене образа жизни, к тому обращению, которое нас сделает гражданами Божь­его Царства. Хотя мы еще и живем в этом мире, мы уже здесь чужие, так как отныне нашим истинным отечеством будет Царство Божье, так как наша истинная жизнь будет отныне сокрыта во Христе, «сокрыта со Христом в Боге» (Кол 3, 3).

«Ибо христиане не отличаются от других людей ни страной, ни языком, ни одеждой. Они не живут в собственных городах, они не го­ворят на каком-либо особенном наречии, ничего особенного нет и в их образе жизни... Они соблюдают местные обычаи в том, что касает­ся одежды, пищи, образа жизни. Однако они держатся особых и по­истине странных законов их духовной державы.

Каждый из них живет в своей стране, но как пришлые иностран­цы. Они исполняют все свои гражданские обязанности и испытывают все тяготы иностранцев. Всякая чужая земля – им родина, и родина для них – чужбина. /.../ Они во плоти, но не живут по плоти. Они живут на земле, но они граждане неба». («Послание к Диогнету» – памятник раннехристианской письменности).

Обращение – это обновление сердца. Оно следствие того, что человек отныне весь обращен к Божьему Царству, что он его желает так ревностно, как будто уже себя чувствует в этом мире изгнанником. Его сердце уже в другом месте, и все его поступки теперь не такие как до сих пор.

Когда юноша влюбится, центром всех его забот становит­ся возлюбленная. Он мечтает лишь о ней, он думает лишь о ней, он живет лишь для нее. А вот христианин это тот, кто влюблен в Бога, он так заворожен встречей с божественным Женихом, с Богом, который стал Человеком, что он живет лишь для Него и для Его Царства.

Ребенок: Таких христиан я еще не встречал!

Взрослый: О христианах Христос сказал апостолам: «Вы соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему не годна, как разве выбро­сить ее вон на попрание людям» (Мф 5, 13). Увы, сколь ча­сто, будучи крещенными по обычаю, даже посещая храмы, мы в жизни поступаем как неверующие и в своем эгоизме ничуть не отличаемся от них. Мы бледные, тусклые, бесцвет­ные христиане, потерявшие соль, силу. Разве можно удив­ляться, что мир остается безучастным к нашей проповеди; ведь мы от мира сего, а Царство Христово – вывеска. Господь сказал: «Знаю твои дела: ты ни холоден, ни го­ряч; о, если бы ты был холоден или горяч! но так как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих» (Откр 3, 15-16). А тебя я прошу, умоляю, не будь теплым. Наш Господь сказал: «Вы – свет мира. Так да светит ваш свет перед людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф 5, 14-16). Мо­жешь ли ты стать одним из тех, которые даруют людям повод славить Бога?

Ребенок: А как не быть теплым?!

Взрослый: Христос нас зовет подняться выше закона Мо­исея. В этом законе, в шестой заповеди говорилось: «Не убий!» Убийца заслуживает наказания от судей. Но Иисус Христос нас учит, что «всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца» (1 Ин 3, 15). «Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду. Кто же скажет Прагу своему, рака – пустой человек – подлежит верховно­му судилищу». А кто скажет «безумный», подлежит геенне огненной. Итак, если ты принесешь дар свой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой перед жертвенником и пойди, прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и при­неси дар твой» (Мф, 5, 22-24). Вот почему христианин, прежде чем дерзать участвовать в божественной литургии и приносить со священником Богу в дар хлеб и вино для причащения затем Тела и Крови Христовых, должен преж­де пойти попросить прощения у всех, перед кем виновен, и помириться с ними. Иначе он причащается в суд и во осуждение. Божественная литургия – праздник примире­ния.

В законе Моисея, в седьмой заповеди, сказано: «Не пре­любодействуй». Но Господь Иисус Христос нам сказал: «Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже пре­любодействовал с нею в сердце своем» (Мф 5, 28). Господь смотрит не только на действие; Он, «испытывающий сердца и утробы», видит тайные желания, которые приводят к дей­ствию. Нам надо изменить прежде всего желания. Мы долж­ны открыть наше сердце, чтобы Дух Господень вошел в него. Тогда мы не только не будем творить зла, но не будем и желать его.

Сказано было: «Если кто-нибудь разведется со своей же­ной, пусть даст ей разводную» (свидетельство), но Христос сказал: «Кто разводится со своей женой, кроме вины прелю­бодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует» (Мф 5, 31-32). Этот текст освящает моногамию! У каждого должна быть одна жена, и у каждой – один муж. Христос указал, что Моисей терпел развод «по жестокосердию вашему». «А сначала не было так» (Мф 19, 8).

Православная Церковь прощает развод, как и Христос простил блудницу, но не оправдывает его. Когда она венчает вторым браком разведенного, это акт милосердия, снисхож­дения к нему. Это, вместо того, чтобы толкнуть грешника на путь отчаяния, делает возможным его спасение путем пока­яния.

Было сказано: «Не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои», но Господь говорит: «Не клянись вовсе: ни небом, ни землею. Но да будет слово ваше: "да, да", "нет, нет"; а что сверх этого, то от лукавого» (Мф 5, 33-37). Клятва нужна лишь лжецам…

«Вы слышали, что сказано: "око за око, и зуб за зуб". А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в пра­вую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет су­диться с тобой и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду» (Мф 5, 38-40; Лк 6, 29). Это один из самых по­разительных текстов Нового Завета. Кажется, что он проти­воречит здравому смыслу. Эту заповедь христианин может претворить в жизнь лишь при полном доверии к мудрости Божьей, обращенной к нам через Сына Божия. Но то, что кажется людям безумным, на самом деле – Божья пре­мудрость (1 Кор 1, 23-25). Здесь речь идет о безумии Креста, являющем премудрость и силу Божью, которая мо­жет воскрешать мертвых. Такую заповедь можно понять, лишь претворяя ее в жизнь, ибо тогда, отказываясь от чело­веческого расчета, мы отдаемся всемогуществу Божию и встречаем его.

«Вы слышали, что сказано: «Люби ближнего твоего и не­навидь врага твоего». А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидя­щих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас. Тогда вы будете сынами Отца вашего Небесного. Ибо Он повеле­вает солнцу своему восходить над злыми и добрыми и по­сылает дождь на праведных и неправедных. Ибо, если вы бу­дете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? (сборщики податей). И если вы привет­ствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф 5, 43-48).

Любовь к врагам – действительно отличительное свой­ство христианина. «Христос умер за нечестивых, ибо едва ли кто умрет за праведника; но Бог Свою любовь к нам дока­зывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками» (Рим 5, 7-8). Перед лицом такой любви как показать Ему нашу любовь, если не любя наших врагов, ко­торые, как и все люди, есть подобие Божье?

Молитвой о своих гонителях победили мученики римский мир, приведя его ко Христу. И являя нашу любовь к врагам, мы можем обратить ко Христу современный мир.

Вот пример такой победы. Его дала недавно маленькая девочка из страны, в которой преследуют христиан: ее мать была арестована и сослана за открытую проповедь Еванге­лия. Она умерла в лагере. Когда наступил день ангела мате­ри, в который ребенок привык ей делать подарок (это был ежегодно букет роз), малютка вспомнила, как мать говори­ла ей: «Христианин должен любить своих врагов». Тогда она купила букет роз и, вся дрожа, отнесла их в участок тому офицеру милиции, который арестовал ее мать. В тот день этот офицер познал любовь Иисуса Христа и стал христиани­ном.

Силуан, великий русский монах на святой горе Афон, наш современник (ум. 1938), говорил:

«Кто не любит своих врагов, не вкусит сладости Святого Духа. Сам Господь учит нас любить наших врагов, страдать вместе с ними, как будто они наши дети.

Дух Святой есть Любовь, и эта любовь наполняет души святых небесных граждан... Есть люди, которые желают сво­им врагам и врагам Церкви страдания и мучения в вечном огне. Они не знают Божьей любви, думая так. Тот, кто стя­жал Любовь и уничижение Христа, плачет и молится обо всем мире».

«Смотрите, не творите милостыни вашей перед людьми с тем, чтобы они видели вас. Когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах... У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая... Когда молишься, войди в твою комнату… и помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно... А когда постишься, помажь голову твою и умой лицо твое, чтобы явиться постящимся не перед людьми, но перед Отцем тво­им, Который втайне, и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно» (Мф 6, 1-5, 16-18).

Христос, как видим, требует от нас творить добро не для того, чтобы нами восхищались люди, а исключительно ве­рою, чтобы угождать Богу: «Все, что не по вере – грех» (Рим 14, 23). Будем с радостью творить добрые дела – безвозмездно, не рассчитывая ни на какую награду! Будем их творить для Бога и для одного Бога, только для Бога, чтобы показать Ему, что мы тоже Его любим!

«А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны. Не упо­добляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него. Молитесь же так:

Отче наш, сущий на небесах!

да святится Имя Твое;

да приидет Царствие Твое;

да будет воля Твоя и на земле, как на небе;

хлеб наш насущный дай нам на сей день;

и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;

и не введи нас во искушение, избавь нас от лукавого. (Мф 6, 7-13).

«Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут. Но собирайте себе сокровища на небе... ибо, где сокровище ваше, там бу­дет и сердце ваше... Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне [богатству]. Вот почему Я говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться... Взгляни­те на птиц небесных: они не сеют, не жнут, и Отец ваш небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? И об одежде что заботитесь? Посмотрите на по­левые лилии, как они растут: не трудятся, не прядут. Но го­ворю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них. Если же траву полевую, которая се­годня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры! Итак, не заботьтесь, что есть, что пить, во что одеваться. Всего этого ищут язычники, Отец же ваш небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы» (Мф 6, 19-34)

Старший: О друзья, не видите ли вы, что, программируя, высчитывая, предвидя, рассчитывая нашу науку и нашу тех­нику, мы больше не оставляем места Божьему Проведению? Наше «знание» не оставляет места Божьему вхождению в на­шу жизнь. Мы уже восстанавливаем вавилонскую башню, ве­ря больше злым, чем Богу. Послушаем лучше псалмопевца. Он говорит нам: «Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строющие его. Если Господь не охранит города, на­прасно бодрствует страж. Напрасно вы рано встаете, поздно просиживаете, едите хлеб печали, тогда как возлюбленному своему Он дает сон» (Пс 126, 1-2). Самый усердный труд, самая научная техника обречены на неудачу, если Бог не будет с ними. Сеятель трудится и сеет, но пока он спит, Бог растит зерно.

Та же бессмысленная гордыня, которая наводит людей на мысль, что им больше не нужен Творец, так как только они творцы, приводит к тому, что люди ставят себя на место Владыки-Творца и судят своих братьев. Но суд принадлежит одному Богу. Вот почему Господь сказал им; «Не судите, да не судимы будете. И что ты смотришь на сучок в глазу брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь?.. Лицемер! Вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего» (Мф 7, 1-5).

Следует признать, что разум, которым человек судит, ко­торым он пользуется, чтобы строить или чтобы сеять, – дан ему. Следует признать, что без Творца мы ничто: «...Отни­мешь дух их – умирают, и в персть свою возвращаются» (Пс 103,29).

Итак, вновь научимся просить: «Просите, и дано будет вам; ищите – и найдете; стучите – и отворят вам; ...Есть ли между вами такой человек, который, когда сын попросит у него хлеба, подал бы ему камень? И когда попросит рыбы, подал бы ему змею? Итак, если вы, будучи злыми, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Не­бесный даст блага просящим у Него» (Мф 7, 7-10; Лк 11, 9-13). А мы просим столько ненужных, бесполезных вещей, рекламируемых искусителем, забывая чаще все­го просить главный существенный дар, – «Сокровище благих», дар источника всех истинных богатств: Святого Духа. Когда Мотовилов спросил своего учителя, святого Серафима Саровского, «какова цель жизни», Серафим ответил ему: «Стяжание Святого Духа». А ты уже про­сил Бога даровать тебе Святого Духа? Вот Он тебе поможет «поступать с людьми так, как мы бы хотели, чтобы они по­ступали с нами» (Мф 7, 12).

И в заключение своих слов: «Не всякий, говорящий Мне: «Господи, Господи!» войдет в Царство Небесное, но испол­няющий волю Отца Моего Небесного. Итак, всякого, кто слушает эти Мои слова и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне. И пошел дождь, и подули ветры, и разлились реки. А дом не упал, потому что основан был на камне» (Мф 7, 21, 24-25). Итак, будем строить наши жизни на камне, на скале, посвя­тим наши жизни исполнению воли Отца и поискам Царства Божьего!

Монах Силуан говорил: «Познавший на опыте сладость Божьей любви знает, что Божье Царство внутри нас. Блажен любящий смирение, блажен любящий брата своего. Любя­щий брата своего стяжал в своем сердце особым образом Духа Божия, дающего ему мир и радость».

Это Царство – присутствие Бога в нас, это преображение Богом всего нашего бытия, нашего естества, это вечный союз Бога – Творца с человеком: «Никогда я не забуду за­поведей Твоих, ими Ты оживляешь меня, я Твой, спаси меня… Жажду спасения Твоего, Господи, закон Твой – утешение мое» (ср. Пс 118, 93-94, 174).

Эта фраза псалмопевца Ветхого Завета выра­жает уже дух Нового Завета: закон не предстает как не­кий внешний порядок, которому нужно повиноваться из-за страха или выгоды. Отныне он сможет «веселить нас», так как он будет исходить из глубины нашего сердца, в ко­тором он будет начертан. Иного сердца, сердца обращен­ного, «сердца каменного, ставшего сердцем плотяным» (Иез 36, 26-27) – ибо в нем будет обитать сам Бог Духом Своим Святым. Такое сердце сумеет воспринять Царство Божье.

Г. Путь Царства

Со времени Синайского Ветхого Завета, проходя по пус­тыне, народ Божий шел к Обетованной земле. Это была вер­ность закону, послушание Божьим Заповедям. Они удержи­вали этот народ на правильном пути. «Закон был для нас детоводителем ко Христу» (Гал 3, 24).

С наступлением Нового Завета мы откроем новый путь, к которому вел нас этот детоводитель (учитель). Для того, чтобы открыть этот новый путь, нужен закон как необходи­мая подготовка, как предварительная стадия, которую нам надо перейти. Ведь когда Христос скажет своим апостолам: «Вы знаете, куда Я иду, и путь знаете», а Фома спросит Его: «Господи, мы не знаем, куда Ты идешь; и как можем знать путь?», Христос ответит: «Я путь, истина и жизнь» (Ин 14, 4-6). Путь, ведущий в царство, – это не нечто, это не свод законов, не собрание заповедей, но – Некто, лицо, сам Иисус Христос Сын Божий. Чтобы вступить на этот путь, надо не повиноваться закону, а соединиться с этим живым лицом, соединиться со Христом, довериться Ему, привиться к Нему, как к дереву, верить в Него: вот это называет­ся верой: «По пришествии веры, мы уже не под руковод­ством детоводителя» (Гал 3, 25).

Д. Вера

Понять, что такое вера, нам помогут два исцеления, о ко­торых нам рассказывают евангелисты Марк и Лука:

Одержимый эпилептик (Мк 9, 14-29)

У одного мальчика были приступы эпилепсии. Он был одержим нечистым духом. Мальчик бился на земле, бро­сался на огонь или в воду. Отец мальчика, напрасно просив­ший апостолов исцелить его сына, обратился к своему Учи­телю, сказав Ему:

«Если можешь...

– Если ты можешь! – отвечает Христос. – Все возможно верующему.

– Верую, Господи! – воскликнул отец ребенка. – Помоги моему неверию!»

В этом крике – все отчаяние, но и вся надежда человека. И Христос изгнал нечистого духа, который после последней спазмы и громкого крика вышел из ребенка. Несмотря на свою слабость и сомнение, этот человек полностью доверился Христу Спасителю, который спас его ребенка от бе­совских мучений.

Сотник и его слуга (Лк 7, 1-10)

Также и римский офицер, у которого серьезно заболел слуга, пришел ко Христу просить исцелить его. Христос со­глашается пойти к больному. Но сотник сказал Ему, что Ему не нужно даже идти к больному: «Но скажи слово, и выздоровеет слуга мой. Ибо и у меня есть в подчинении вои­ны. Я говорю одному: «пойди», и идет; и другому: «приди», и приходит». Сотник-язычник предчувствовал в Иисусе все­могущество Божие, и его слова вызвали восхищение Хри­ста: «И в Израиле – который все же был избранным наро­дом – не нашел Я такой веры». И в этот самый час слуга выздоровел.

Доверие сотника ко Христу таково, что он угадывает, что Его сила – это сила самого Бога-Творца. Это то, что признал и исповедал Симон Петр, когда он ответил Христу, спросив­шему Своих учеников: «А вы за кого почитаете Меня?» – «Ты – Христос, Сын Бога Живого!» (Мф 16, 16).

«Все возможно верующему» – сказал Христос отцу эпи­лептика. Это не означает, что верующий должен пользовать­ся всемогуществом Божьим для своей собственной славы, для ослепления, обольщения других людей чудесами. Это значит, что человек, всецело доверившийся Христу, выходит за пределы своих человеческих ограничений, освобождается от своих земных уз, от своих противоречий, потому что сво­ей верой он соединяется с Тем, которого он исповедует, при­знает человеком и Богом, и Христос его отныне возносит к Царству Божию. Это спасение. И это спасающая вера. «Вера твоя спасла тебя», – сказал Иисус выздоровевшей женщине. «Только веруй!» – сказал он Иаиру, начальнику синагоги, малютка-дочь которого умирала (ср. Мф 9, 22; Мк 5,36). Сле­довательно, вера открывает врата Царства. Абсолютно сво­бодным актом человек присоединяется ко Христу, и Хри­стос его вводит в Свое Царство.

Благоразумный разбойник на кресте (Лк 23, 40-43)

Когда разбойник, распятый на кресте рядом со Христом, узнал и исповедал в Иисусе Царя, Христа Израиля, смертью входящего в Свое божественное Царство, он, с верою уми­рая, воскликнул Христу: «Помяни меня, Господи, когда придешь во Царствие Твое!» Христос же ответил ему: «Ныне будешь со Мною в раю». Вера спасла убийцу-разбойника от настоящей смерти: умирая, он входил в истинную, настоя­щую жизнь: «Верующий в Меня, если и умрет, оживет; и всякий живущий и верующий в Меня не умрет во век» (Ин 11, 25-26).

Ребенок: Благоразумный разбойник умер на кресте совсем как Христос. Так как же ты можешь сказать, что вера его спасла от смерти?

Взрослый: Есть две жизни. «Ветхая» жизнь, которая нам дается, когда мы появляемся на свет; эту жизнь апостол Па­вел называет жизнью «земного человека». Эту жизнь рано или поздно придется потерять, так как она очень коротка. Для разбойника она кончилась на кресте. А еще есть жизнь новая, жизнь истинная, настоящая, жизнь, которой живет Бог, жизнь вечная, божественная, дающаяся уже в этом мире верой и крещением: это то, что Христос называет вторым рождением. У этой жизни нет конца, это жизнь вечная, которую Господь Иисус Христос дает уже в этом мире верующим в Него. Когда разбойник уверовал в Иису­са, он Ему сказал: «Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем». В тот момент он родился для этой новой жизни, над которой смерть нашего земного тела не имеет никакой власти. Он родился для жизни граждан Божьего Царства. Вот почему Христос ему сказал: «Ныне – сегодня – ты будешь со Мной в раю». Истинная, настоящая жизнь начи­нается в этом мире с веры, простирается за пределы смерти в Божье Царство: эту жизнь Христос и обещает своему на­роду в Новом Завете.

Е. Новый Завет и обожение человека

Теперь мы можем всмотреться в то, что есть Новый Завет. Это не просто договор между Богом и человеком, не простой обмен обещаниями, не простое соглашение двух сторон. Новый Завет – нечто большее. Этот личный союз между Богом и человеком, союз божественного и челове­ческого, предвосхищенный в Ветхом Завете, осуществляется в лице Иисуса Христа, Бога, ставшего человеком, истинного Бога и истинного человека.

Когда Сын Божий стал человеком, когда «Логос», Слово стало плотию, обитая во чреве, утробе Богородицы Девы Марии, чтобы дать рождение младенцу Иисусу, – тогда бо­жественное соединилось с человеческим. Бог пришел к чело­веку: это шаг Сына Божия к своему народу.

Когда человек верит в Иисуса Христа, Христос ему дает от Святого Духа и со Духом Божественную жизнь: тогда человеческое соединяется с божественным. Первый шаг сделал Бог, ставший человеком, принявший человеческий облик. Второй шаг делает человек, принимающий участие в божественной жизни по Божьему дару, который Христом дается верующим в Него: Иисус Христос дарует обожение людям.

Ребенок: Если бы люди могли становиться богами, то бы­ло бы много богов и полубогов. То, что ты мне здесь расска­зываешь – язычество!

Взрослый: Когда при заходе солнца стекла дома становят­ся блестящими и красными, отражая солнечный свет, ведь нет многих солнц. Солнце только одно. Но каждое стек­ло может отражать свет солнца и стать как бы маленьким солнцем. Свет, которым светится каждое окно, исходит не из окна. Есть единственный свет, который идет от един­ственного солнца. И этот свет делает каждое стекло образом солнца.

Так и каждый человек верой ставит себя в положение, при котором он получает Свет Божий, Святого Духа, посы­лаемого Христом: он тогда светится этим божественным светом, он «обожен» единым Богом, который просвещает его, проникает в него, пропитывает его светом, преображает его присутствием Его Святого. Духа. Вот где Новый Завет, иначе говоря – союз Бога и человека. Бог, ставший чело­веком, дает Бога человеку, верующему в Него.

Рис. 7. Рембрандт. Бегство в Египет

Глава четвертая. Кровь Нового Завета

Напомним, что Моисей в момент заключения Ветхого Завета жертвенной кровью тельца окропил жертвенник и народ, говоря: «Вот кровь завета, который Господь заклю­чил с вами» (Исх 24, 8). Это описание, довольно живое, нам может показаться варварским, возможным лишь в отдален­ную и давно прошедшую эпоху.

А ведь когда Христос умер на кресте, воин проколол копьем бок Христа, чтобы удостовериться, умер ли Он уже. И апостол Иоанн, бывший при этом, стоя у подножия креста и видевший происходящее, пишет в своем Евангелии: «И тотчас истекла кровь и вода. И видевший засвидетельство­вал, и истинно свидетельство его» (Ин 19, 34-35).

Проливая кровь на кресте, Христос молился о людях, о грешниках, говоря: «Отче, прости им, ибо не ведают, что творят». Жертвуя своей жизнью, Он просит прощения для нас и получает его, так как:

«Он был изъязвлен за грехи наши... И ранами Его мы исцелились... За преступления народа моего Он претерпел казнь... Через познание Его Он, Праведный, оправдает многих... Он предал душу Свою на смерть... И за преступников сделался ходатаем» (Ис 53, 5-12).

Кровь, пролитая Христом – непорочным Агнцем, беру­щим на себя грехи мира, примиряет нас с Богом, соединяет с Ним новым Заветом.

Вот что поясняет странные слова, сказанные Христом накануне смерти: во время последней трапезы Христа с апостолами, в Страстной Четверг вечером, которая называется Тайной Вечерей, Христос взял хлеб, возблагодарил, преломил и дал своим ученикам со словами: «Примите, ешьте, это Мое Тело, которое за вас преломляется во остав­ление грехов». Затем Он взял чашу, возблагодарил и дал ее ученикам со словами: «Пейте из нее все, это – кровь Моя Нового Завета, которая за вас и за многих проливается во оставление грехов» (из чина Литургии свт. Иоанна Златоуста. – При. ред. портала).

Ветхий Завет был запечатлен, скреплен кровью тельца, но Новый Завет был заключен по дару Христа, пролившего Свою собственную кровь и отдавшего Свою жизнь, для того чтобы прощенные люди могли соединиться с Богом и полу­чить от Него Жизнь, которую Он дает, и Свет, идущий от Него.

В Ветхом Завете один Моисей имел доступ к горе святой, где его лицо было пронизано божественным Светом (Исх 34, 35). Но с наступлением Нового Завета завеса храма, от­делявшая Святая Святых от того места, где собирались верующие, была разорвана. Вот почему открыты Царские вра­та в алтарях наших церквей, когда причастники подходят к Чаше. Доступ к свету святой горы открыт всему народу. Ведь Кровь Нового Завета была пролита за «отпущение гре­хов множества». Вот почему, причастившись небесного Хле­ба и Крови Нового Завета, мы возглашаем:

«Мы видели истинный свет, приняли Духа небесного, обрели веру истинную…»

Таким образом, Новый Завет, скрепленный Кровью, обя­зывает нас к верности еще больше, чем Ветхий, поскольку пролитая для этого Кровь это не кровь тельца, но – са­мого Христа Спасителя (Евр гл. 9).

Глава пятая. Иудеи и христиане

Наш Новый Завет с Богом скреплен и освящен кровью Христа, и эта божественная кровь спасает нас от греха и от смерти.

Ребенок: Но тогда какова будет участь иудеев, пролив­ших бесценную кровь Спасителя? Ведь они несут ответствен­ность за это убийство, ибо они кричали: «Кровь Его на нас и на детях наших!»

Взрослый: Ах, дитя мое, сколько преступлений сделало христианство из-за этих слов иудеев! Крики толпы в Иеру­салиме: «Распни Его!» и «Кровь Его на нас и на детях на­ших!» послужили для многих христиан предлогом к анти­семитизму. Сколько преследователей и убийц искали оправ­дания своих действий даже в Евангелии! Ведь и фашизм ро­дился в недрах христианской Европы!

Ты не думаешь, что в подсознании многих христиан уже со времени средневековья установился взгляд, согласно ко­торому евреи – проклятая раса, распявшая Христа, вместо того чтобы признать Его божество? Христиане совершали эти преступления, даже иногда думая, что они совершали при этом правое и богоугодное дело! Горе нам, если мы при­миримся с пролитием невинной крови! Как бы христианам не стать новыми «книжниками и фарисеями, лицемерами» (Мф 23, 13), убивающими во имя Евангелия, как современ­ники Христа убивали во имя Закона!

[Нужно быть осторожным и не делать фарисеев символом ослеп­ления и оппозиции, ненавидящей Христа. Нельзя исходить толь­ко из 23 главы Евангелия от Матфея. Иначе мы совершим ту же ошибку, как и тогда, когда делаем «евреев» врагами Христа, так как некоторые стихи Писания (особенно ап. Иоанна и ап. Павла) могли бы дать повод к такому упрощению. Ведь и Иоанн, и Павел, и Богородица, и Сам Иисус Христос были евреями! Так и фарисеи бы­ли наиболее ревностной частью еврейского народа во времена Хри­ста. Они сразу же заинтересовались Его проповедью (Мк 2, 16), они Его пригласили к столу как своего (Лк 11, 37), они Его предупре­дили, что Ирод ищет убить Его (Лк 13, 31). Фарисей Никодим был тайным, но искренним учеником Христа (Ин 3),он защищал Его от непонимания своих (Ин 7, 50-52), он принял участие в Его погребе­нии (Ин 19, 39). Немного позже фарисей Гамалиил (Деян 5, 34-39) попытается сохранить рождающуюся Церковь от преследований фа­натиков. Отношение этого иудея, верного вере своих отцов, однако не просвещенного светом Христовым, – урок, еще и сегодня пре­дупреждающий нас от всяких крайностей. – Прим. авт.]

Христос умер, и Его Кровь пролилась, чтобы спасти мир, чтобы спасти всех, и в первую очередь Израиль. «О, Израиль, первенец Мой, ты дважды изменил Мне...» «Отче, прости им, ибо не знают, что делают!» (Лк 23, 34).

От имени Христа поем и мы так в страстную Пятницу. Этим воплем любви к Израилю молит Иисус о прощении своего народа. Горе нам, если мы забываем, что Христос, умирая на Кресте, прощал. По какому праву вмешиваемся мы в отношения Бога и Его народа? Кто мы, чтобы судить Израиль? «Человек, судящий другого, нет тебе извинения; ибо тем же судом, каким судишь другого, осуждаешь себя, потому что, судя другого, делаешь сам то же... Неужели ду­маешь ты, человек, что избежишь суда Божия, осуждая де­лающих такие дела и сам делая то же?» (Рим 2, 1-3). «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников, говоря: «если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в пролитии крови пророков» (Мф 23, 29-32).

В этом тяжком укоре, брошенном Христом фарисе­ям, мы можем узнать самих себя. Мы тоже почитаем гроб Пророка (величайшего из пророков!) и перед Плащаницей мы поем каждый год в Великую Пятницу наши надгробные рыдания. Кто знает? Может быть, и мы кричали бы перед Пи­латом громче других: «Распни Его!» Осторожно – как бы нам не ослепиться гордыней «чистой совести»! Как бы нам в свою очередь не стать «фарисеями»! Фарисейство не умерло, оно нас подстерегает всегда.

Ребенок: Как мы можем стать фарисеями? Что значит быть «фарисеем» для христиан в нашу эпоху?

Взрослый: «Фарисеи» в христианстве – это те, кто испол­няет буквально, точно все, что требует обряд. В этом они правы и иногда даже достойны восхищения. Они ревностно постятся, никогда не пропускают церковных служб, делают добрые дела и помогают материально бедным, исполняют все, что предписано христианством. Но все это можно делать с сухим и холодным сердцем, без любви (1 Кор 13, 1-13). Это то, в чем Христос упрекал законников: все, что они де­лали, было чисто внешним, чтобы казаться праведными в своих собственных глазах и перед людьми. Но им не хватало самого существенного: праведности, настоящей веры и ми­лосердия, т. е. качеств сердца (Мф 9, 13). Христос их на­зывал подобными крашеным гробам, так как у них все кра­сиво и чисто внешне, а внутри все сгнило. Лицемерие и ныне остается тем же, чем было во времена Христа.

Отцы Церкви, составившие наши великопостные службы, хорошо знали об этой опасности, они так же хорошо знали, чем мы рискуем, каясь и впадая в то же время в гордыню и лицемерие. Вот почему, готовя нас задолго до Великого по­ста к переживанию Страстей Христовых, Церковь порядком своих чтений предлагает нам евангельское повествование о мытаре и фарисее (Лк 18, 9-14). Чтобы понять опасность фарисейства, следует почаще перечитывать эту притчу.

Наше отношение к евреям могло бы послужить примером фарисейства, если мы считаем, что современный иудаизм – не Израиль, больше не избранный народ Божий, и что теперь в Новом Завете все Божье благоволение принадлежит нам. Мы также рискуем впасть в фарисейство, думая о себе: «Только мы знаем, где истинный Бог. Теперь Он наш, пото­му что Он стал человеком, и мы называемся христианами в Его честь, Его именем». Но мы забываем, что иудей, плачу­щий и бьющий себя в грудь перед стеной плача, любим Бо­гом и оправдан перед Ним по образу фарисея.

Вслушаемся в службы Страстной седмицы, как Отцы Церкви толковали евангельские чтения о Страстях Господа, постоянно напоминая нам, что мы рискуем быть «фарисея­ми», убийцами Христа, предателями и недостойными союза, который заключен кровью Христа!

И действительно, грустные песнопения о предательстве Иуды поются на Страстной неделе [седмице. – Прим. ред. портала] не для того, чтобы пори­цать его, а скорее для того, чтобы нам напоминать об опасно­сти: мы присутствуем на тайной Вечере, мы причащаемся Тела и Крови Христовой, как и Иуда, но через короткое время и мы можем предать Его. «Человек, который ел хлеб Мой, поднял на меня пяту» (Пс 40, 10), и апостол Ио­анн напоминает это пророчество об Иуде.

Песнопения, изобличающие темные действия предателя, подчеркнуто предупреждают нас о возможном предательстве каждого из нас сегодня:

Иуда злочестивый вкусил Тела, освобождающего от греха, и боже­ственной Крови, пролитой за мир. Дерзнул убо пить кровь сию, кото­рую он продавал за сребреники... Неистовство сребролюбия повело его к предательству Учителя. Бежим сего искушения! О верные, да не приступит никто недостойным к тайной Вечери! Да никто не при­близится, яко Иуда, к Святой трапезе ради предательства! Получив часть свою, Иуда утратил Хлеб Жизни... (Из утрени Страстного четверга)

Затем за литургией Страстного четверга мы приступаем к Чаше, обещая не давать поцелуя Иуды.

Ребенок: Как можно стать Иудой? Ведь Христос уже пре­дан, распят, и мы хорошо знаем, что Он воскрес!

Взрослый: То, что Иуда сделал Христу, и мы можем сде­лать нашим братьям: «То, что вы сделали одному из Моих меньших братьев, то сделали Мне» (Мф 25, 31-46). Это слова Христа из Евангелия, из притчи о страшном Суде. Она тоже читается незадолго до Великого поста. Читается для того, чтобы нам напомнить, что наши дела могут то нас уда­лять от Бога, то приблизить к Нему. Ведь на Страстной седмице мы приходим в церковь не для того, чтобы вспоминать прошлое, умиляться прекрасному пению, слушать интерес­ные, умилительные своей красотой рассказы. Страдания Христа касаются лично нас!

Ребенок: Я считаю, что Страстная седмица прекрасна. Но ведь это все произошло более двух тысяч лет назад! При чем тут я? Почему это все касается меня лично?

Взрослый: Меня однажды один священник научил, как переживать Страсти Христовы: «Слушай Евангелие и говори себе, что и ты где-то там в этой истории. Будь на Голгофе, у подножия Креста! Спроси себя: с кем бы я был в тот миг?

Будем честными сами с собой. Конечно, мы не Богороди­ца, не евангелист Иоанн. И мы бы испугались, как и Петр, как и другие апостолы. И нас бы одолел сон, как в Гефсимании. «Бодрствуйте и молитесь» – напоминает нам Хри­стос. Но веки наши тяжелы, и ноги наши устали.

Вспомним еще раз наши прошлые дела: скольких друзей предали мы, просто злословя о них? Увы, не слишком ли легко в наших разговорах мы произносим фразу «досто­ин смерти!» Кто нас поставил судьями? Не бываем ли мы часто «фарисеями», говорящими от имени Закона?

Параллельно с Иудой отцы Церкви приводят часто при­мер разбойника. И мы можем схватиться за этот послед­ний якорь спасения и обратиться с воплем ко Христу, чтобы получить прощение наших прегрешений! В других молитвах мы слышим о грешнице, помазавшей драгоценным миром ноги Христа. О ней сказал Христос: «Прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много» (Лк 7,47). Вот чему нас учит Церковь, вот что мы должны слушать, чтобы подражать тем, кто снискал у Бога прощение, так как союз, скрепленный кровью Христа, нас обязывает полностью.

Наша неверность куда более серьезна, чем неверность Израиля, так как цена нашего союза-завета неизмерима. Это цена божественной Крови.

«Сколь тягчайшему, думаете, наказанию повинен будет тот, кто попирает Сына Божия и не почитает за святыню Кровь Завета, которою освящен» (Евр 10, 29)

Итак, не будем судить тех, кто распял Христа, но, прини­мая причастие в Великий четверг, будем внимательны к ми­лосердию Божию, ибо Он прощает тех, кто Его молит о ми­лосердии.

Не будем забывать, что апостолы, Богородица и первые христиане были евреи. Они никогда не отказывались от за­кона отцов своих. Церковь не порвала с Ветхим Заветом, она прямым образом продолжает его. Веря в воплощение, веря и исповедуя, что Бог стал человеком, будем всегда помнить, что Сын Божий Иисус Христос стал, евреем!

В заключение прочтем несколько апостольских текстов. Как они смотрели на союз с Богом, как они понимали пере­ход от Ветхого к Новому Завету, от Ветхого к Новому союзу?

В своей проповеди в храме апостол Петр сказал иудеям:

«Мужи израильские, вы сыны пророков и завета, кото­рый завещал Бог отцам вашим, говоря Аврааму: и в семе­ни твоем благословятся все племена земные. Бог, воскре­сив Сына Своего Иисуса, к вам первым послал Его благо­словить вас» (Деян 3, 25-26).

Завет не отнят у одних, чтобы быть данным другим, но все ведь, сначала иудеи, затем и не иудеи (в Новом Завете не иудеи называются язычниками) – становятся истинными братьями во Христе, так как верою мы все – потомки Авраама. Следовательно, мы должны быть верными первому завету. Но от нас требуется еще больше – от иудеев и не иудеев – так как мы должны превзойти закон, написанный на камне, и заключить с Богом новый союз законом, выгравированным в наших сердцах, согласно словам пророка Иеремии. Закон должен жить в нас так же, как и Царство Небесное внутри нас, для того чтобы мы приобрели во Христе более тесный союз с Богом.

Что касается судьбы Израиля, то ап. Павел сказал нечто удивительное по этому поводу в своем Послании к Римля­нам: «Неужели Бог отверг свой народ? Никак. Ибо и я изра­ильтянин, от семени Авраама, из колена Вениаминова. Не­ужели они преткнулись, чтобы совсем пасть? Никак. Но от их падения спасение язычникам. Если же падение их богат­ство миру, и оскудение их богатство язычникам, то тем бо­лее полнота их! Если отвержение их – примирение мира, то что будет принятие их, как не жизнь [воскресение. – Прим. авт.] из мерт­вых?» (Рим 11, 1-15).

Для Павла и апостолов Израиль поставлен в некое ожида­ние. Но не было бы христианской мудрости в Писании, если бы она не была подготовлена в Ветхом Завете через проро­ков, а эта подготовка остается: это – закон любви, Новый Завет, новое сердце, новый брак – все это имеется уже в Ветхом Завете! Это и сейчас там есть, даже если нам Новый Завет предлагает чудесные слова: «Дары Божьи – без по­каяния».

Приведем в заключение еще один пример нашего непони­мания евреев, непонимания тех, кто молится в синагогах. С южной стороны собора в Страсбурге (и во многих других церквах Запада) есть две статуи-колонны. Одна изобра­жает Церковь, другая – синагогу. (см. Рис. 8. Церковь и синагога) Первая – горда, с под­нятой головой, на голове – корона, пронзительный взгляд. В одной руке она держит чашу, в другой – крест, подоб­ный угрожающей пике-копью. Она бросает суровый и не допускающий возражения взгляд на другую женщину – Синагогу. А эта слабенькая, хрупкая, с завязанными глазами. Голова ее грациозна, она сгибает колено. Ее копье, подпорка разорванной завесы храма, ломается, а Скрижа­ли Закона выскальзывают из ее рук. Смысл аллегории ясен: Церковь побеждающая, а Синагога – унижена и бес­сильна.

Но – о парадокс! Скульптор ли так хотел или Божья бла­годать посрамила заносчивых и торжествующих: «Синагога» – прекрасна и пленяюща, в то время как «Церковь» – высо­комерна и сурова, почти смешна в своей чопорности!

Хвала Богу, «который низложил сильных с престолов и вознес смиренных» (Лк 1, 52), ведь Он сказал Моисею: «Кого хочу помиловать, помилую; кого пожалеть, пожа­лею» (Исх 33,19).

Рис. 8. Церковь и синагога

Часть пятая. Крест и Воскресение

Пятая часть посвящена главному событию истории чело­вечества. Оно находится в центре нашей веры и жизни хри­стиан: унижение, распятие, смерть Иисуса Назарянина, Царя Иудейского, Его воскресение и Его прославление как Госпо­да и Бога.

Глава первая. Тайна Креста, возвещенная в Ветхом Завете

Распятие нашего Господа, событие единственное и исклю­чительное, было подготовлено и возвещено с первых слов Библии, так как уже во время грехопадения Бог сказал Змию: «Семя жены будет поражать тебя в голову, а ты бу­дешь жалить его в пяту» (Быт 3, 15). Но лишь в эпоху Авраама (около 1850 г. до н. э.) – Крест и Воскресение Господа были предвосхищены ясно самым драматическим событием жизни Авраама.

А. Жертвоприношение Авраама

Вы помните, что у патриарха Авраама и его жены Сары, когда они уже были в преклонном возрасте, родился, по обещанию, данному им Господом, сын Исаак (см. Часть вто­рая, глава 1).

Легко представить себе радость Авраама и Сары при рож­дении их первого ребенка и любовь, которой они окружили Исаака, который был дан им Богом за их веру с обещанием многочисленного потомства.

И с этим сыном Исааком Бог снова дал Аврааму испыта­ние. Об этом нам рассказывает книга Бытия (22, 1-14).

Бог сказал Аврааму: «Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа и там при­неси его во всесожжение на одной из гор, которую Я укажу тебе».

Кстати, это же слово «возлюбленный» Бог применяет и к Своему Сыну в день Его крещения в Иордане (Мф 3, 17; Мк 1, 11; Лк 3, 22). Таким образом, сам Бог открывает близость между Исааком и Иисусом Христом.

Вы хорошо поняли? Бог повелевает Аврааму убить сво­его возлюбленного сына и принести его в жертву. И, как уже бывало в предыдущих испытаниях, Авраам не колеблется. Он седлает осла, колет дрова для жертвы всесожжения, бе­рет с собой двух отроков-слуг и своего сына и отправляется в дорогу. Через три дня Авраам видит вдалеке указанное место и дает своим слугам приказ ждать его с ослом. Он заставляет самого Исаака нести дрова, берет в руки факел и нож, и дальше они отправляются вдвоем. При виде Исаака, восходящего на гору к месту жертвоприношения с дровами на плече, не вспоминаем ли мы Господа Иисуса Христа, вос­ходящего на Голгофу и несущего Свой Крест?

Рассказ продолжается. Исаак спрашивает отца: «Вот огонь и дрова, а где же агнец для всесожжения?» Авраам от­вечает: «Бог усмотрит себе агнца для всесожжения, сын мой. Придя на указанное место, Авраам устраивает там жертвен­ник, раскладывает дрова и, связав сына своего Исаака, кла­дет его на жертвенник поверх дров. Но в тот момент, когда он берет нож, чтобы заколоть сына, его зовет Ангел Госпо­день и говорит ему: «Не поднимай руки твоей на отро­ка и не делай над ним ничего – не причиняй ему никакого зла. Теперь Я знаю, что ты боишься Бога и не пожалел сына твоего для Меня!» Тогда Авраам видит барашка, запутавшегося рогами в кустарнике, и приносит его в жертву вместо Исаака. Этому месту дал Авраам имя «Господь усмотрит». И вторично воззвал к Аврааму Ангел Господень, повторив Божье обещание: «Я благословлю тебя и тебя и умножу потомство твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет потомство твое города­ми врагов своих. И благословятся в семени твоем все на­роды земли за то, что ты послушался гласа Моего» (ср. Быт 22, 17-18).

Рассказ потрясает своей простотой. В нем не говорится о чувствах Авраама, о его страхе. Не говорится, дрожал ли нож в его руке. Авраам не понимает, почему от него требу­ется эта жертва, но он все же подчиняется, совершая акт полной всеобъемлющей веры. И Исаак выдерживает испы­тание безграничного доверия к своему отцу и не восстает против него. Жертва, которая требуется от Авраама, наслед­ника обетования, требует веры, превосходящей всякий ра­зум, совершенного послушания и полного доверия к Богу. Несмотря ни на что, Авраам убежден, что Бог одержит свое обещание. А нам еще раз ясно показано, что история спасе­ния строится не только Божьими решениями, но также и че­ловеческой волей, когда человек знает, что основы его на­дежды только в Боге: «Да будет воля Твоя...»

Святой Григорий Палама, архиепископ Солунский (XIV век), очень почитаемый Церковью, напоминая изречение апостола Иоанна: «Победа, победившая мир, – это наша ве­ра» (1 Ин 5, 4), пишет об Аврааме:

«Кто сделал его отцом множества народов? Не вера ли его в тогда еще непонятные обещания? Ведь он действи­тельно был готов принести в жертву своего единственного сына, и (о, чудо!) все же не терял веры в то, что от него про­изойдет много потомков! Не казался ли этот старец безум­цем для тех, кто созерцает реальность разумом? Но конеч­ный исход, который божественная благодать дала этим со­бытиям, показал, что вера – не безумие, но знание, превос­ходящее всякое рассуждение».

Автор Послания к Евреям подчеркивает иной аспект этих событий: «Верою Авраам, будучи искуша­ем, принес в жертву Исаака, ибо он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить, почему и получил его в предзнаме­нование» (Евр 11, 17-19). Предзнаменование, знамение, знак, символ означает реальность видимого мира, которая соответствует иной реальности, видимой, а иногда и невидимой, но всегда нахо­дящейся по ту сторону, вне того, что изображается. Знаме­ние есть знак, указывающий на эту первичную истину, более широкую, смысл которой неисчерпаем и с которой он таин­ственно связан. Знамение никогда не толкуется раз и навсег­да. Можно бесконечно размышлять над его возможными значениями и с его помощью выйти на путь, который приво­дит нас к тому, что имелось в виду, то есть – к его подлин­ному источнику. Знамение – это живая действительность, преображающая нас.

Не нужно смешивать символ и аллегорию. Аллегория – это более или менее искусственная и реально невероятная иллюстрация общих положений и абстракций, познаваемых и выразимых другими путями. Пример: изображение жен­щины, несущей рог изобилия – аллегория счастья и благопо­лучия.

Знамение (символ), наоборот, – жест, позволяющий предчувствовать действительность, которую он изображает по аналогии, соединяющей его с ней. Например: мы дадим две половины кольца двум людям, любящим друг друга. Через много лет они смогут узнать друг друга, соединяя обе части кольца. Символ объединяет, а дьявол разделяет.

Правда, спасение Исаака таинственным образом как бы предвосхищает страдания и воскресение нашего Господа, а также всех людей. Авраам принес в жертву своего сына, а Бог его заменил ягненком. Бог дал Своего Сына, Агнца Божьего для спасения человека: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, чтобы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин 3, 16).

Примерно через шесть веков после Авраама, во времена Моисея, Бог даст нам другое знамение, возвещающее смерть и Воскресение Своего Сына.

Б. Пасхальный Агнец

1. Пасхальный Агнец и выход из Египта – Исход

После происшествия с Купиной неопалимой Моисей исполняет возложенное на него Богом – вывести свой народ из рабства в Землю обетованную (Исх 4, 20).

Моисей и его брат Аарон идут к фараону и требуют у него отпустить их народ в паломничество, чтобы «принести жерт­ву Богу» (Исх 5, 3). Но фараон отказывает – он не знает Господа – и заставляет евреев исполнять еще более тяжелые работы для того, чтобы у них не было времени ни на раз­думья, ни на выражение недовольства. В результате этого сыны Израиля теряют мужество, впадают в уныние и сетуют на Моисея, считая его виновником ухудшения своего положения.

Но Бог не оставляет свой народ и поручает Моисею тво­рить чудеса, которые будучи поначалу безобидными, стано­вятся затем настоящими бедствиями или «казнями». Из-за гордости и своих интересов долго борется фараон против Бога.

Сначала Бог делает воду Нила красной, как кровь (Исх 7, 20); затем последовали бедствия («казни») такие, как – нашествие песьих мух, оводов; затем моровая язва и падёж скота; затем тонкая пыль покрывает людей и животных, вы­зывая воспаление с нарывами. Затем следуют град и молния. Затем саранча пожирает все на своем пути. В конце тьма по­крывает Египет.

Если все эти бедствия и могут показаться естественными явлениями природы, то их интенсивность, последователь­ность и время, когда они поразили египтян, наводят егип­тян на мысль, что здесь действует «перст Божий». Деся­тая казнь будет более серьезная и более таинственная: Агнец Божий пройдет ночью, и погибнут все первенцы египетские (Исх гл. 11 и 12). Сказал Господь Моисею: «Еще одну казнь Я наведу на фараона и египтян. После этого он вас от­пустит отсюда» (Исх 11, 1).

Моисей созывает всех старейшин Израиля и сообщает им повеления Господа:

«Выберете себе агнца непорочного, однолетнего, пусть каждая семья сделает так. Пусть заколет его, пусть возьмут от крови его и помажут дома, где будут есть его. Пусть съедят мясо его, испеченное на огне, оставшееся от него сож­гите на огне. Ешьте мясо с пресным хлебом и с горькими травами. Наденьте пояса, обувь и возьмите посохи в руки. Это Пасха Господня. Я пройду по земле Египетской и пора­жу всякого первенца в земле. И будет у вас кровь знамени­ем на домах. Где увижу кровь, – пройду мимо вас» (ср. Исх 12, 1-13).

Сыны Израиля сделали точно так, как им повелел Гос­подь. В полночь Господь поразил всех первенцев египетских – детей и богачей и простолюдинов. В эту ночь был великий вопль во всем Египте, так как во всех домах египетских были убитые.

После катастроф, свалившихся на его землю, фараон ре­шается отпустить евреев. Отпраздновав поспешно Пасху Господню, евреи быстро покинули страну.

Итак, Моисей может вести своих до Земли обетованной. Но на пути его встречается много препятствий. После их исхода (ухода) египтяне спохватились, что они лишились де­шевой рабочей силы. Они бросаются вдогонку на конях и на боевых колесницах. При виде египтян евреи испугались и стали причитать: «Разве нет гробов в Египте, чтобы нам уми­рать в пустыне?» (Исх 14, 11). «Лучше быть нам в рабстве у египтян, чем умереть в пустыне» (Исх 14, 12). Но Моисей не теряет мужества. Чтобы перейти Красное (Чермное) море, он поднял жезл, и погнал Господь море сильным восточным ветром всю ночь; и сделал море сушею; и рас­ступились воды. И пошли сыны Израилевы среди моря по суше. Ангел Господень, шедший впереди них, прошел пос­ледним. За ними погнались египтяне на колесницах, но ко­леса колесниц завязли в тине и иле. Моисей делает новый жест, и к утру вода возвратилась на свое место, ибо Бог повернул ветер, изменил его направление, и море к утру пото­пило войско фараона.

Таков упрощенный рассказ о Пасхе около 1225 года до н. э., по-видимому при египетском фараоне Рамзесе Втором. Происхождение слово «Пасха» (по-еврейски песах) – неясно. Его связывают с глаголом «паса» – проходить, переходить, перепрыгивать. Таким образом, праздник Пасхи ве­дет свое начало от слова «проход», «переход»: мы действи­тельно видели Карающего, в каком-то смысле проходящего над домами, на которых была кровь агнца. Это также и переход через Красное море избранного народа, переход из рабства к свободе обетованной Земли. Этот переход через воды возвещает уже переход в Царство водою крещения.

Возможно, что состояние рабства в Египте перед «вели­ким переходом» морально не было уж таким тяжким: бу­дучи избиваемыми, униженными, принуждаемыми к ра­ботам, люди получали еду, и у них не было ни времени, ни охоты рассуждать. В то время как на свободе проявились сомнение и упадок духа. Исходя из вышесказанного, можно понять постоянные возмущения евреев против Моисея и даже против Бога во время их сорокалетнего странствова­ния по пустыне.

Сегодняшний мир, наполненный наслаждениями, празд­ностью и соблазнительными образами, и есть то рабство, ко­торое нам залепляет глаза, убаюкивает, тянет назад и духов­но усыпляет нас. Мы в нем находим извинение тому, что не отправляемся смиренно к Царству, обещанному Христом нищим духом.

2. Пасхальный агнец в библейской традиции

а) Праздник Пасхи

«Когда скажут вам дети ваши: «что это за служение?», скажите: «это пасхальная жертва Господу, который прошел мимо домов сынов Израилевых в Египте, когда поражал египтян, и наши дома избавил» (Исх 12, 26-27).

Из поколения в поколение отцы будут передавать де­тям смысл этого праздника. Пасхальный Агнец не должен быть напрасной жертвой, значение которой забыто. С той особой ночи, через закон, данный Богом Моисею, а Моисеем переданный своему народу (Втор 6, 20-25), символ Агнца будет сохраняться благоговейно и останется навсегда в па­мяти Израиля. Непорочный Агнец напоминает евреям, что их первенцы были спасены от смерти и что весь народ был осво­божден от рабства и принудительных работ для пути в обе­тованную Землю.

На Пасху, которую празднуют согласно предписаниям закона, самый младший в семье, со времен Моисея, обычно задает следующий вопрос: «Чем эта ночь отличается от дру­гих ночей?» (Отметим попутно, что наша система вопросов-ответов, диалог между ребенком и взрослым, между стар­шим и младшим коренится в этой еврейской традиции). Тогда старший в общине, собранной вокруг непорочного Агнца, вспоминая прошлое, рассказывает об исходе еврейского народа, о ночном отправлении в путь под водитель­ством самого Господа Бога, явленного в облаке или в огнен­ном столбе. В этой ночи времен старший воскрешает перед завороженным ребенком образ Моисея, рассекающего жез­лом Чермное море, и между расступившимися волнами со­вершается великий переход Израиля. Затем всемогущая рука Господня освобождает навсегда евреев от их угнетате­лей-египтян, так как воды сливаются вновь, погребая фарао­на, колесницы и всадников.

б) Исаия и Пасхальный Агнец

«То, что слышали мы и узнали, и отцы наши рассказали нам, не скроем от детей их, возвещая роду грядущему славу Господню, и силу Его, и чудеса Его» (Пс 77, 3-4).

Как каждый еврей, пророк Исаия «получил» пасхального Агнца в наследство из рассказов своих отцов. Описывая муки «мужа скорбей» – раба, униженного, оскорбляемого, терзаемого, который не сопротивляется злу, подставляет спину ударам и получает пощечины и плевки, не отвора­чивая лица (Ис 50, 4-9), Исаия свяжет эту добровольную и искупительную жертву грядущего Мессии – Христа с непо­рочным Агнцем традиции Моисея. Действительно, четвер­тая песнь раба Божия кончается преданием непорочного Агнца смерти:

«Как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стрегущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих. От уз и суда Он был взят. Но род его кто изъяснит? Ибо Он отторгнут от земли живых. За преступления народа Моего претерпел казнь. Ему назначали гроб со злодеями, но Он по­гребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи во устах Его... Он предал душу Свою на смерть, и к зло­деям причтен был, тогда как Он понес на себе грех многих и за преступников сделался ходатаем» (Ис 53, 7-9, 12).

в) Иоанн Креститель и пасхальный Агнец

Образ Агнца-Искупителя, передаваемый от отца к сыну, осветил пророк Всевышнего. Иоанн Креститель, восклик­нувший на берегах Иордана при виде человека скромного вида: «Вот Агнец Божий, который берет на Себя грехи ми­ра» (Ин 1, 29), определил таким образом Иисуса как страдающего отрока Исаии, который будет предан смерти, беря на себя грехи многих.

г) Евангелист Иоанн и пасхальный Агнец

Страдающий отрок, «изъязвленный за наши грехи» (Ис 53, 5), – непорочный Агнец будет присутствовать в памяти и другого Иоанна, апостола, евангелиста, возлюбленного ученика, свидетеля величайшей неправды всех времен. Он вспомнит, что кости непорочного Агнца не должны быть, со­гласно словам Моисея, преломлены, и удивленно отметит, что воин, стерегущий распятых и ломающий им копьем кости, дойдя до Иисуса, предпочтет проткнуть ударом копья его ребра (ср. Ин 19, 33-37).

Так предание народа Божия передает это знамение от Вет­хого Завета к Новому: кровь Агнца, которой евреи помаза­ли косяки своих дверей, становится кровью Нового Завета, кровью Распятого-Воскресшего. Символ Агнца не перестал и никогда не перестанет изображаться во веки веков, до веч­ности и грядущего мира... Нам действительно открывается книгой Откровения, что после конца мира праведники бу­дут созерцать и прославлять закланного Агнца на Божьем Престоле: «Блаженны званные на брачную вечерю Агнца» (Откр 19, 9) – воскликнул ангел громким голосом созер­цающему Иоанну. Кстати, Апокалипсис – слово греческое, по-русски – Откровение. Это название последней книги Библии, рассказывающей о видении «последних времен», кото­рое было дано евангелисту Иоанну на острове Патмос. Кто эти званные? Что это за брачный мир Агнца? Будем внима­тельны! Не пройдем мимо наследства, данного нам Моисеем, освещенного Исаией, обозначенного Иоанном Крестителем, другом Жениха, узнанного евангелистом Иоанном по ране от копья. Будем искать Агнца Божия и поспешим на Его брачный пир; наша «Пасха нетления» приготовлена нам, очистим себя, чтобы быть причастниками ее, как нас призы­вает ап. Павел: «Итак, очистите старую закваску, чтобы быть вам новым тестом, так как вы бесквасны, ибо Пасха наша, Христос, заклан за нас. Посему станем праздновать не со старой закваской, не с закваской порока и лукавства, но с опресноками чистоты и истины (1 Кор 5, 7-8). 

[Частица, вырезанная из просфоры, кладется на тарелочку-дискос и называется в нашей литургии Агнцем. Когда священник вынимает эту частицу на проскомидии, он произносит слова Исаии: «Как овца, веден Он был на заклание» (Ис 53, 7). – Прим. авт.]

В приведенном выше тексте Послания ап. Павла к Корин­фянам Павел напоминает предписания Закона: с пасхальным Агнцем следует есть опресноки – неквасной хлеб, хлеб без закваски, «без дрожжей», он сравнивает этот легкий хлеб с очищением тела и духа, с необходимой подготовкой к вку­шению Пасхи.

В. Знамение Ионы

Смерть и Воскресение Христа возвещаются нам также рассказом Ветхого Завета: книгой Ионы. Сам Христос при­знает возвещение Своей смерти и Своего воскресения, ска­зав: «Знамения не дастся, кроме знамения Ионы Пророка» (Мф 12, 39-40).

Вот повествование, как оно нам рассказывается – во всей своей наивности – в книге Ионы-пророка, жившего в VI в. до Р. Х.

Рассказ об Ионе нам дан в очень краткой книге, историче­ского фона которой мы не знаем, но не лишенной юмора и таинственно приоткрывающей нам замысел Божий.

Бог посылает Иону в город Ниневию – столицу Ассирии (территория которой приблизительно соответствует сегод­няшнему Ираку) – проповедовать там покаяние. Кстати, сегодня Ниневия – предместье Моссула, стоящего на левом берегу Тигра. Пророка Иону (по-арабски Наби Иунис) по­читают как христиане, так и мусульмане: много паломников стекается, чтобы прикоснуться к его гробу.

Иона не хочет исполнить это повеление, предчувствуя, что Бог простит покаявшуюся Ниневию. Он боится оказаться смешным со своими неосуществленными угрозами. Чтобы выразить свой отказ, он садится на корабль в Иоппии (се­годняшнем израильском порту Яффе), чтобы плыть в Фар­сис. Скорее всего это Тартесс в Испании, который считал­ся в описываемую эпоху концом света. Но может быть, име­ется в виду Фарсис (Таре) – в Малой Азии.

В открытом море началась большая буря, корабль оказал­ся под угрозой гибели. Испуганные пассажиры стали молить­ся, призывая на помощь каждый своих богов. Лишь Иона спит в трюме корабля. Несмотря на молитвы его спутников, буря усиливается. Тогда будят Иону и бросают жребий в надежде таким образом найти виновника Божьего гнева – при­чины бури. Жребий падает на Иону, который признает себя действительно виновным. Несмотря на некоторую сдержан­ность со стороны добрых моряков, Иону, объявившего, что буря не утихнет до тех пор, пока его не утопят, в конце концов бросили в море. Буря немедленно утихла, и все мат­росы и пассажиры воздали хвалу Богу. Иону же, барахтаю­щегося в волнах, проглотила огромная «рыба». В отчаянии, будучи в животе чудовища, взывает Иона к Богу, моля в своей песне от избавления. Избавление придет «через три дня и три ночи», когда Иона будет выброшен рыбою на пес­чаный берег.

Тогда пророк отправляется в Ниневию, где объявляет жи­телям ее, согласно Божьему повелению, о предстоящем не­избежном разрушении города. Однако прежде чем Иона за­кончил обход улиц этого огромного города, жители его покаялись. Все – от раба до царя – оделись во вретище (ру­бище) и посыпали себя в знак покаяния пеплом. И вот тог­да Бог решает помиловать их и не разрушать города. Иона раздражен – так же, как позже будет недоволен старший брат в притче о блудном сыне, когда тот будет прощен. Бог простил, и вышло так, что Его пророк оказался лжецом, объявляя о разрушении города, и рассерженный и недоволь­ный Иона убегает из города. А Господь произрастил там большое растение, под которым Иона мог спрятаться от солнца в тень. Иона весьма обрадовался. Но Бог устроил так, что на другой день червь подточил растение, и оно за­сохло. Когда же взошло солнце, навел Бог знойный ветер, и солнце стало палить голову Ионы, так что он проснулся. От жары Иона изнемог так, что запросил себе смерти. Тогда Бог сказал ему: «Неужели ты так сильно огорчился из-за растения?... Ты сожалеешь о растении, над которым не трудился и которого не растил… Мне ли не по­жалеть Ниневии, города великого, в котором более ста двадцати тысяч человек, не умеющих отличить правой руки от левой, и множество скота?» (Иона 4, 9-11).

Несмотря на пререкания, Иона живет в близости от Бога и в своем отчаянии находит достаточно веры, чтобы обратиться к Нему с воплем, полным доверия и любви. Это повествование полностью читается на вечерне Великой суб­боты, когда мы предстоим Христу, лежащему в гробу в ожидании Воскресения (прежде в это время совершалось крещение оглашенных, то есть готовящихся ко крещению). Эта книга показывает нам Иону, выходящим из моря, спо­собного после этого выполнить поручение, которое ему да­но Богом. Таким же образом и мы выходим из воды креще­ния с жизненной силой учения Христова. Авторы Евангелия нам говорят об Ионе (Мф 12, 39-41), когда Христос скры­то намекает на Свое воскресение, говоря, «что не дастся роду сему другого знамения, кроме знамения Ионы проро­ка». Действительно, Иона был «три дня и три ночи» на дне пропасти-пучины, как и Христос во утробе земли перед Сво­им воскресением (Лк 11, 29-32; Мф 12, 38-42). Христос напоминает нам покаяние ниневитян после проповеди Ионы и задает миру вопрос: обратился ли он после Его прихода к нему?

Обращению Ниневии (Иона 3, 1-10) предшествовала песнь Ионы во чреве кита (Иона 2, 3-11). Из нее берется содержание шестой песни канона, которая поется каждый раз во время утрени.

[На утрене между чтением Евангелия и хвалитными [псалмами] поется поэтическое произведение, называемое «канон», состоящий из девяти пес­ней. Каждая песнь состоит из нескольких строф (тропарей), кото­рым предшествует молитва. Она называется ирмос. Этот ирмос вдох­новлен одной из девяти библейских песен-од и представляет, таким образом, «связь» (по-гречески «ирмос») – между библейской песнью-одой и данным праздником. Напр., на воскресной утрене ирмос первой песни развивает тему песен евреев после перехода через Крас­ное море и тему воскресения. В некоторых приходах читаются биб­лейские песни – или некоторые из них – перед пением песен канона. Вот тексты библейских песен:

1. Исход 15, 2-18; 2. Второзаконие 32, 1-43; 3. 1 Царств 2, 1-10; 4. Аввакум 3, 1-19; 5. Исаия 26, 9-20; 6. Иона 2, 3-10; 7. Даниил 3, 28-33;      8. Даниил 3, 57-88; 9. Лука 1, 47-55 и 68-79

Вторая песнь читается только Великим постом. – Прим. авт.]

Ирмос шестой песни выражает идею бури (нашей жизни) и бездны (нашего греха): «Плавающего в молве житейских попечений, с кораблем потопляема грехи, и душетленному зверю приметаема, яко Иона, Христе, вопию Ти: из смертоносныя глубины возведи мя».

На современном языке: Я плаваю в море, полном житей­ских забот, грехи мои, плавающие со мной, ввергают меня в пучину. Но, Христе, как Иона, я вопию Тебе: спаси меня из глубин вод! (Ирмос 6 песни 7 гласа).

В панихиде, построенной по образцу утрени, мы находим в шестой песне: «Житейское море воздвигаемое зря напастей бурею, к тихому пристанищу Твоему притек вопию Ти: воз­веди от тли живот мой, Многомилостиве».

На современном языке: Вижу я – в море жизни бушует буря бед и страстей, а я прибегаю к Твоему тихому укрытию и зову Тебе: Многомилостиве, спаси от гибели и тления жизнь мою!

На некоторых иконах сошествия Христа во ад видно, как Господь выводит Адама, Еву и их потомков из открытой пасти морского чудовища, символа ада. И Церковь, следуя Христу, видит в рассказе об Ионе весть о Его Воскресении и о нашем воскресении и, как следствие, о крещении для про­щения грехов.

Г. Знамение Креста в Библейских текстах

Крестная смерть и воскресение Господа, как мы видели, возвещены в Ветхом Завете различными повествованиями. Сама тайна Креста приводится неоднократно в библейских текстах.

14 сентября, в праздник Воздвижения Креста, например, в церкви читается и поется множество текстов о лицах Ветхого Завета, которые, в каком-то смысле, заранее на­чертали знак Креста. Вот несколько таких примеров:

В Евангелии накануне [праздника] Крестовоздвижения мы читаем:

«И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно быть вознесену Сыну Человеческому, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин 3, 14-15). Святой Антоний Вели­кий (зачинатель монашества; III-IV вв.) советовал своим мо­нахам: «Созерцайте Христа на Кресте, как евреи созерцали».

На вечерне 13 сентября:

«Моисей Тебя изобразил, воздевая руки к небу, образуя образ Креста, и в бегство обращая Амаликову силу». «Иску­сивший древом нашего праотца Адама – посрамляется Кре­стом. Древом исцеляется древо». «В тени крыл Твоих я возрадуюсь» (Пс 62, 8). Некоторые отцы Церкви видели в «крыльях» символ перекладины креста.

«Яви нам свет лица Твоего, Господи!» (Пс 4, 7).

«Прообразуя крест Твой, Христе, патриарх Иаков, вну­кам благословение даруя, на главах их пременены – кресто­образно – руки сотвори» (ср. Быт 48, 13-16).

Три чтения из Ветхого Завета (паремии праздника Крес­товоздвижения) содержат повествования, предвосхищаю­щие значение Креста и его древа:

Когда евреи были в пустыне, они при­шли в Мерру. Они хотели пить, но не могли пить воды в Мерре, ибо она была горька. Тогда Моисей «возопил ко Госпо­ду, и Господь показал ему дерево, и он бросил его в во­ду, и вода сделалась сладкою» (Исх 15, 25)

«[Муд­рость] – древо жизни для тех, которые приобретают ее, –  и блаженны, которые со­храняют ее» (Притч 3, 18).

«Слава Ливана придет к тебе, кипарис и певг и вместе кедр, чтобы украсить место святилища Моего, – и Я прославлю подножие ног Моих» (Ис 60, 13).

На утрени 14 сентября:

«Крест начертав Моисей, жезлом Чермное море пресече, когда пешком проходил Израиль» (ср. Исх 14, 15).

Крест начертав Моисей, впрямо жезлом Чермное пресече Израилю пешеходящу

[Моисей начертал крест на Чермном море: ударив жезлом прямо, он разделил море для пешешествовашего Израиля. – Прим. ред. портала]

«Жезл во образ тайны приемлется, своим цветением про­ображает священника...» (ср. Числ 17, 16).

Жезл во образ тайны приемлется, прозябением бо предразсуждает священника

[Жезл (Аарона) берется для изображения тайны, ибо он процветанием предуказывает в Аароне избранного Богом священника. – Прим. ред. портала]

Глава вторая. Страсти Господа нашего Иисуса Христа

Уже было видно из предыдущей главы, что Сын, прине­сенный в жертву, как Исаак, подобный непорочному агнцу, которого еврейский народ закалывал на Пасху, Сам Себя предаст смерти и добровольно пойдет на смерть, как страда­ющий отрок Исаак, ведомый, как агнец, на заклание, чтобы вернуться к жизни, как Иона, которого выбросил кит на третий день на берег.

Мы описали пророчества, которые возвестили об этом. А теперь время рассказать о самом событии или скорее о по­следовательности событий, которые приведут к смерти Иисуса Христа на кресте и к Его славному воскресению.

А. Воскрешение Лазаря (Ин 11)

Евангельские события, предшествующие страданиям Хри­ста, имеют двойную ценность: с одной стороны, они возве­щают эти страдания и готовят нас к ним, с другой – являют славу и всемогущество Господа для того, чтобы сделать ясным, что Его страдания были добровольными. Это как восходящее движение, драматическое напряжение, которое завершается Распятием и радостью Воскресения.

Был болен некий Лазарь из деревни Вифания. Сестры его Марфа и Мария послали сказать Господу об этом, несомнен­но надеясь, что Он его исцелит. Реакция Христа кажется странной: «Иисус любил Марфу, и ее сестру, и Лазаря», гово­рит нам апостол Иоанн, однако Он не отправился немедлен­но в Вифанию. Он ожидал два дня, прежде чем отправиться в путь. Недоумевавшим ученикам Христос объяснил, что Лазарь спит и что Он его разбудит. Апостолы верно следуют за Ним. По их словам, они готовы к стычке с начальниками Иерусалима, враждебно настроенными ко Христу. Фома го­тов даже умереть со Христом! Итак, эти люди, близкие и верные Христу, думают, что им предстоит встреча со смертью, и при этом не сомневаются, что будут свидетелями, предтечей Воскресения будущего...

Через четыре дня после смерти Лазаря приходит Христос в Вифанию. Его встретила Марфа и сказала Ему: «Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой». Кажется, в ее словах кроме грусти – звучит упрек. Но она немедленно поправля­ет себя: «Но и теперь знаю, что чего Ты попросишь у Бога, даст Тебе Бог». Ее доверие ко Христу не было поколеблено смертью ее брата: неизменной остается ее вера в вечную жизнь в Царстве. «Я знаю, что он воскреснет в воскресение, в последний день».

Христос старается ободрить ее, укрепить ее веру, вселить надежду. Марфа понимает воскресение своего брата лишь как будущее и лишь в общей перспективе, но Христос ука­зывает, что воскресение – уже настоящее, уже факт, ибо Он Сам – воскресение и жизнь: «Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет». А кто живет и верует в Меня, тот никогда не умрет (см. Ин 11, 25).

Христос определяет Себя как Жизнь и предупреждает слушающих Его, что смерть не возобладает над Ним. Эти слова должны позволить Его ученикам не терять надежды, когда они будут свидетелями Его страданий. Но, хотя и ве­лика вера их, и апостолы подвержены человеческой слабо­сти: Мария рыдает, оплакивая перед Христом смерть своего брата Лазаря.

Тогда Христос восскорбел духом... Как повествует Иоанн, Христос, «скорбя внутренне, идет ко гробу, где уже четвертый день лежит Лазарь. Там Он велит убрать камень. Марфа возражает: «Да он уже смердит...» «Не ска­зал ли Я тебе, что, если будешь веровать, увидишь славу Бо­жию?» И воздав благодарение Отцу, Христос зовет: «Лазарь, иди вон! Лазарь, выходи!» И мертвец вышел, обвитый по рукам и ногам погребальными пеленами, и лицо его обвяза­но было платком. Марфа и Мария, посылая за Иисусом, на­деялись на исцеление. Но Он всегда дает больше, чем надеет­ся верующий.

Интересно отметить, что в этот момент явления славы ап. Иоанн в своем рассказе как будто настаивает на чело­веческой природе Христа: Он любит Лазаря, Он плачет с Марией, Он внутренне скорбит, беспокоится, Он спраши­вает: «Где вы положили его?» Ведь Он-то все знает! Эта «слабость» наравне со всемогуществом Божьим и эти два противоречивые, но, однако, примиренные во Христе, аспекта достигнут высшей точки в страданиях и Воскресе­нии. Православная Церковь нам отвечает: все дела (дей­ствия) Христа – «богочеловечны». Значит, они одновремен­но божественные и человеческие. Плачет Богочеловек, вос­крешает Лазаря из гроба Богочеловек. Хор верующих поет: «Придя ко гробу Лазаря, Ты подтвердил для нас, о Христе, Твои природы – два естества». С одной стороны, человек Иисус может поддаться чувству и скорбеть о потере друга. С другой – Бог в Иисусе может властно повелевать смерти. Он воззвал громким голосом: Лазарь, выйди! Усопший вышел.

Церковь отмечает воскрешение Лазаря в субботу перед Вербным Воскресением. Это предварение окончательной победы Христа над смертью помогает нам помнить, хранить в памяти факт, что даже в самой глубине своего страдания Христос – Жизнь!

Общее воскресение прежде Твоея страсти уверяя, / Из мертвых воздвигл еси Лазаря, Христе Боже. / Тем же и мы, яко отроцы, победы знамения носяще, / Тебе, Победителю смерти вопием: / Осанна в вышних, / Благословен грядый во имя Господне!

[Всеобщее воскресение прежде страданий Своих утверждая, /  Ты Лазаря из мёртвых воздвиг, Христе Боже; / вот и мы, словно дети, несущие знаки победы, / к Тебе, Победителю Смерти, взываем: / «Осанна в вышних! //  Благословен, Кто во имя Господне грядёт!» – Прим. ред. портала]

Евангелие от Иоанна поясняет нам, как важны были по­следствия этого воскресения для дальнейших событий. Мно­гие евреи, увидев то, что сотворил Иисус, поверили в Него. Росло число Его последователей. Но росло и число Его вра­гов, собиравшихся вокруг первосвященника и фарисеев. Иисус привлекает к Себе все больше иудеев.

К Нему приходят они, обращая все меньше внимания на своих вождей. А те, раздираемые ревностью, беспокоятся. Кстати, их заботы политического порядка.

Этот человек, называющий себя Мессией и собирающий вокруг себя толпы народа, нарушает, как они считают, рав­новесие сил в стране. Он рискует привлечь внимание рим­лян, которые могли бы использовать ситуацию в качестве предлога для уничтожения святых мест и еврейской нации. Первосвященник Каиафа даже заявляет: «Лучше умереть одному человеку, чем погибнуть всему народу». Невольно Каиафа, будучи первосвященником, пророчествует, что Иисус умрет для того, чтобы его народ был спасен. Слова первосвященника продиктованы лишь политическим расче­том, но в свете событий Пасхи они приобретают совсем иной смысл: Мессия умирает, чтобы были спасены люди.

Два важных эпизода в последовании событий, приводя­щих к распятию: помазание в Вифании и триумфальный вход Господень в Иерусалим. Евангелисты по-разному описывают эти факты: если ап. Иоанн помещает помазание в Вифании накануне входа в Иерусалим, то Марк и Матфей поме­щают его после входа. Возможно, что Христос, все время учивший в Иерусалиме, отправился в Вифанию, чтобы там переночевать. Впрочем, хронологический порядок тут не столь важен. Церковь в своих богослужениях празднует сначала в Вербное воскресенье – Вход Господень в Иеруса­лим, – а потом, в среду – помазание в Вифании. Мы после­дуем этому порядку.

Б. Торжественный Вход Господень в Иерусалим

Об этом важном событии нам рассказывают все четыре евангелиста (Лк 19, 29-44; Мк 11, 1-11; Мф 21, 1-15; Ин 12, 12-19).

Приближалась Пасха, евреи стекались в Иерусалим на пра­здник. Они спрашивали себя, придет ли Христос, так как фа­рисеи и священники решили Его убить и отдали распоряже­ния, чтобы каждый знающий, где Он находится, доносил об этом, чтобы они смогли взять Его. И вот Христос с ученика­ми приходят в Иерусалим. Собрав двенадцать вокруг Себя, Христос возвещает им, что должно произойти: «Вот мы вос­ходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет пер­восвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть, и предадут Его язычникам. И поругаются над Ним, и будут бить Его, и оплюют Его, и убьют Его; и в третий день Он воскреснет» (Мк 10, 33-34).

Во время их приближения к Иерусалиму Христос посы­лает двух учеников отвязать осленка, «на котором еще ни­кто не сидел», – столь скромно въедет Христос в столицу.

Народ выходит Ему навстречу, кладя на его дорогу одеж­ды, и с пальмовыми ветвями в руках [у нас ее заменяет верба. – Прим. пер.]) приветствует Мессию, Царя Израилева: «Благословен грядый во имя Господне! Осанна в вышних!».

Евангелист Лука сообщает, что некоторые фарисеи, обеспокоенные такой манифестацией, просят Христа «запретить ученикам». Но Христос отказывается: «Говорю вам, что ес­ли они умолкнут, то камни возопиют». Следовательно, Христос принимает приветствие толпы и является ей таким, как возвещал об этом еще пророк Захария: «Вот Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий /.../ на молодом осле» (Зах. 9, 9).

Эта простота позволяет понять приветствующим Его, что Мессия не пришел для того, чтобы восстановить времен­ное царство своего предка Давида. Он плачет об Иеруса­лиме: город будет разрушен, так как он не признал Спаси­теля.

В Вербное воскресение Церковь радостно воспевает хвалу Господу, на осле въезжающему в Свой город: «Бог Господь явися нам. Составите праздник, и веселящеся, придите, воз­величим Христа с ваиями и ветвями, песньми зовуще: бла­гословен грядый во имя Господа Спаса нашего!» (Ирмос 9 песни канона праздника на утрени).

Народ увидел человека, въезжающего на осле в земной Иерусалим, где этот человек будет распят. Церковь распо­знает в Нем Сына Божия, входящего в небесный Иерусалим, чтобы царствовать в нем. Вот почему она воспевает на следующий день после Вербного воскресения на хвалитных [стихирах] Страстного понедельника (1-я стихира): «Приидите... сшествуем Ему, и сраспнемся, и умертвимся Его ради житейским сластем, да и оживем с Ним, и услышим вопиюща Его: не к тому (уже больше нет) в земный Иерусалим, за еже страдати, но восхожду ко Отцу Моему, и Отцу вашему, и Богу Мо­ему и Богу вашему, и совозвышу вас в горний Иерусалим, в Царство Небесное».

Вот почему также за каждой литургией мы соединяем в одно песнопение песнь ангелов, шестикрылых херувимов и серафимов, славящих Господа перед Его престолом: «Свят, свят, свят Господь Саваоф, полны небо и земля славы Твоей» – с песнью-возгласом детей Иерусалима, приветствую­щих Христа на осле: «Благословен Грядущий во имя Господне! Осанна в вышних!» (Мк 11, 9-10). Этим мы показываем, что мы отождествляем Иисуса Назарянина с Богом. Этот торжественный вход Христа в Иерусалим предвосхищает Его конечную победу над смертью: «Ныне суд миру сему. Ныне князь ми­ра сего изгнан будет вон. И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин 12, 31-32). Так Христос возве­щает тем, кто окружает Его, прославление Его смертью: рас­пятие будет знамением, знаком и средством вознесения Его во славе. Смерть Христа на кресте освобождает людей от тирании сатаны. Его Воскресение вводит людей вместе с Ним в Его славу. «Мы были погребены с Тобой во кре­щении, Христе Боже наш, став достойными бессмертной жизни Твоим Воскресением, мы поем Тебе: осанна в выш­них, благословен грядущий во имя Господне».

Толпа, приветствовавшая своего Спасителя в Иерусалиме, и верующие, славящие Господа сегодня, – объединены в едином порыве, все они видят в Иисусе Христе Свет, озаряю­щий тьму. Христос сказал ученикам: «Доколе свет с вами, веруйте в свет, да будете сынами света» (Ин 12, 36).

Однако человек остается свободным признать или не при­знать своего Спасителя. Он следует Ему не из страха и при­нуждения, а свободным согласием, притяжением своей – Его – любви. Это объясняет, почему даже те люди в Иерусалиме, которые были свидетелями чудес Христа, воскреше­ния Лазаря и входа Господня в Иерусалим, не все повери­ли в Него (Ин 12, 37-41): вера – не следствие «доказа­тельств», а свободы и любви.

Евангелия показывают нам, как во дни перед Страстями разделился еврейский народ на тех, кто готовит смерть Иису­са, и тех, кто Его признает и почитает как Мессию – Христа – и кто через несколько лет будет называться христианами. Это кажется ясным в рассказе о помазании в Вифании.

В. Помазание в Вифании

О помазании в Вифании нам повествуют евангелисты Марк (14, 3-9), Матфей (26, 6-13) и Иоанн (12, 1-8). Есть различие между Иоанном – с одной стороны, и Марком и Матфеем – с другой. Оно касается действующих лиц. Но в основе своей это тот же рассказ: Марк и Матфей помещают событие в дом Симона прокаженного, в то время как Иоанн говорит об ужине у Лазаря, «которого Иисус воскресил из мертвых». Во время ужина женщина, которую Матфей и Марк не называют по имени, но которую Иоанн называет Марией, приближается к Иисусу, держа сосуд драгоценного мира, и помазывает им ноги Иисуса, затем вытирает их сво­ими волосами. Некоторые апостолы выражают неодобрение этой расточительности: «Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим?» – возмущается Иуда. Но Иоанн говорит нам, что в действительности он не о нищих заботился, а о себе, так как был казначеем. Христос отвечает ему: «Оставьте ее; она сберегла это на день Моего погребения; ибо нищих всегда имеете с собой, а Меня не всегда».

Жест Марии повторяет жест грешницы из Евангелия от Луки (7, 36-38). Одно и то же ли это лицо, или Мария, се­стра Лазаря, нарочно повторила этот жест в знак благодар­ности и любви к Тому, который возвратил жизнь ее брату? Как бы то ни было, вспоминая в Великую среду помазание в Вифании, Церковь отождествляет Марию, сестру Лазаря, с этой грешницей, а также, быть может, и с Марией Магдали­ной, первой свидетельницей Воскресения, которая принесет еще раз благовонное миро Христу, которого она надеется найти во гробе.

Тексты служб этого дня противопоставляют покаяние женщины-мироносицы предательству Иуды:

«Когда грешная принесла миро, тогда ученик соглашался с пребеззаконными. Она радовалась, истощающи миро многоценное. А он спешил продать Бесценного. Она познавала Владыку, а этот от Владыки разлучался. Она освободилась, а Иуда раб был врагу...» (Стихира на «Хвалитех» на вечерне и утрене Великой среды.)

Женщина, презревшая узкие расчеты мужчин, являет свою любовь поступком, который многие считают неразум­ным. Она открывает нам путь истинного покаяния:

«Господи, яже во многая грехи впадшая жена, Твое ощу­тившая Божество, мироносицы вземши чин, рыдающи миро Тебе прежде погребения приносит. Увы мне, глаголющи! яко нощь мне есть разжение блуда невоздержанна, мрачное же и безумное рачение греха. Приими, моя источники слез, иже облаками производяй моря воду. Приклонися к моим воздыханиям сердечным, приклонивый небеса неизречен­ным Твоим истощанием: да облобыжу пречистеи Твои нозе и отру сия паки главы моея власы, ихже в рай Ева пополу­дни, шумом уши огласивши, страхом скрыся. Грехов моих множества, и судеб Твоих бездны кто изследит! Душеспасче Спасе Мой, да мя Твою рабу не презриши, иже безмерную имеяй милость!» (Поэма инокини Кассии, на утрене Великой среды).

Поясним некоторые слова: яже – которая, вземши – взяв, рачение – старание, истощание – добровольное умале­ние, облобыжу – с любовью поцелую, паки – снова, власы – волосы.

В то время как Мария, предчувствуя скорую смерть Хри­ста, заранее проявляет свое Ему почитание, недовольный Иуда возмущается и производит низменные расчеты. Он слышал, что Христос говорил о Своем погребении. Он со­всем не чувствует призвание мученичества, он в ярости ви­дел триста динариев, которые могли бы пойти в его денеж­ный мешок, истраченными на ароматические вещества. Он знает, что первосвященники и книжники хотят смерти Иисуса и ищут средства избавиться от Него, без того чтобы это вызвало возмущение в народе: «Тогда Иуда Искариотский отправился к первосвященникам и сказал им: Что вы мне дадите, если я предам вам Его? Они предложили ему тридцать сребреников. И с тех пор он искал удобного случая предать Его» (Мф 26, 14-25; Лк 22,1-6; Мк 14, 1-2, 10-11).

Так узел затягивается крепче, выбор сделан, роли распре­делены по способностям сердца каждого. Время Страстей приближается: «Днесь лукавое собрася сонмище, и на Тя тщетная поучишася. Днесь от согласия удавление Иуда обручает, Каиафа же неволею исповедает: яко един за всех восприемлеши смерть волею, Избавителю наш, Христе Боже, слава Тебе!» (Тропарь пророчества на шестом часе Великой среды.)

[Сегодня собралось лукавое сборище, готовило оно против Тебя несостоятельное обвинение. Сегодня, как следствие своего предательства, Иуда совершает самоубийство, а Каиафа невольно пророчествует: Один за всех должен добровольно пойти на смерть. – Прим. пер.]

Г. Вечеря Великого Четверга

Приближается время Пасхи, ученики по этому случаю спрашивают Иисуса: «Где Ты хочешь, чтобы мы приготови­ли Тебе Пасху?» Иисус отвечает: «Пойдите в город; и встре­тится вам человек, несущий кувшин воды; последуйте за ним, и куда он войдет, скажите хозяину дома того: «Учи­тель говорит: где комната, в которой бы Мне есть Пасху с учениками Моими?» И он покажет вам горницу большую, устланную, готовую; там приготовьте нам» (Мк 14, 12-15). В этой комнате, в этой горнице в Великий четверг вечером совершит Христос свою трапезу с двенадцатью апостолами.

1. Омовение ног (Ин 13, 1-20)

Об этом событии рассказывается лишь в Евангелии от Ио­анна и есть намек у Луки (12, 37). Оно представляет собой пролог к страданиям Христа. В этом «прологе» речь идет не о «славе», а наоборот, о «кенозисе» Иисуса Христа, который умалил, унизил Себя до крайнего возможного человеку пре­дела. Он вел Себя как раб, к тому же раб, чуждый иудейско­му обществу. Слово «кеносис» означает обнищание, добро­вольное умаление. Слово взято из Послания ап. Павла к Фи­липпийцам. Буквально оно означает «опустошить себя» (см. первую часть, главу 3).

Во время принятого обряда благословения трапезы у ев­реев младший приносил главе семьи кувшин с водой для омовения рук. Будучи в данном случае как бы главой се­мьи, Христос переменил роли. Он становится младшим («по­следним») и омывает ноги ученикам.

Христос препоясался полотенцем, взял таз с водой и при­нялся омывать ноги ученикам. Ученики не поняли в чем де­ло, Петр возмутился. Но Христос сказал ему: «Если Я не умою тебя, ты не имеешь части со Мною». Закончив, Хри­стос объяснил ученикам, что этот жест должен послужить им примером: «Знаете ли, что Я сделал вам? Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, так как Я точно то. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл вам ноги, то и вы должны умывать ноги друг другу. Я дал вам при­мер, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам. Истинно Я говорю вам: раб не больше господина своего и посланник не больше пославшего его» (ср. Ин 13, 12-16).

Однако жест Христа – нечто большее, чем пример, боль­ше, чем побуждение к служению и смирению. Он напомина­ет, что никто здесь на земле не может называть себя учите­лем и господом.

2. Тайная Вечеря (Мф 26, 26-29; Лк 22, 14-20; Мк 14, 22-25)

Трапеза Иисуса Христа с Его учениками протекала согла­сно иудейскому обряду. Посреди вечери Христос взял хлеб, благословил его по обычаю, преломил и дал ученикам, гово­ря: «Приимите, ядите, сие есть тело Мое». Иначе говоря: «Возьмите и вкушайте, ешьте, это Мое Тело». Затем Он взял чашу с вином, воздал хвалу и дал им пить, сказав при этом:

«Пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за мно­гих изливаемая во оставление грехов». И добавил: «Сказы­ваю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноград­ного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в цар­стве Отца Моего» (ср. Мф 26, 26-29).

Вот как три первых евангелиста Матфей, Марк и Лука описывают это событие. Их называют синоптиками. Это объ­ясняется так: «Из четырех канонических книг, возвещаю­щих «Благую Весть», принесенную Иисусом Христом, три первых настолько похожи одна на другую, что их можно ча­сто помещать параллельными колонками и охватить «одним взглядом»: откуда их название «синоптики».

Тайная Вечеря открывает миру последнюю, высшую жерт­ву Сына Божия, так как Христос буквально отдал Свою Жизнь за мир – Свое тело и свою кровь. Он отдал их не толь­ко за своих учеников, за тех, кто Его знал и любил, но за множество верующих – настоящих и будущих. Это то же множество, о котором говорил Исаия: Своими страдания­ми «Раб Мой оправдает многих» (Ис 53, 11). Вы помните, что Моисей скреплял слова Ветхого Завета кровью тельцов, окропляя ею жертвенник. Иисус Христос скрепляет Новый Завет Своей собственной кровью, которая пролита – за все человечество. Он заменяет жертву всесожжения (кровавые жертвоприношения животных) – Своей единственной и ко­нечной жертвой на Кресте (Евр 8, 10-12; 9, 18-23).

Эти слова Христа мы слышим за каждой литургией, мы находим их поверх всех разделений во всех христианских литургиях.

Жертва Христа исполняет и завершает прообраз, предше­ствующее знамение, каковым был непорочный агнец, за­кланный в день еврейской Пасхи за спасение еврейского на­рода, который египетский фараон держал в рабстве. Пас­хальный характер жертвоприношения Христа подчеркивает­ся различным образом Иоанном и синоптиками. Иоанн в двух местах подчеркивает, что Христос был распят в тот же день, когда иудеи собирались есть Пасху: «Они [те, кто привел Иисуса. – Прим. авт.] не вошли в преторию, чтобы не оскверниться, но чтобы можно было есть Пасху [т. е. пасхального Агнца. – Прим. авт.] (Ин 18, 28). Там положили Иисуса, ради пятницы иудей­ской, потому что гроб был близко» (Ин 19, 42).

Греческое слово «Параскеви» означает «приготовление» и «пятницу». Трое других евангелистов подчеркивают это, со­храняя в памяти пасхальный смысл Великого четверга, то есть Тайной Вечери. «Пойдите, приготовьте нам есть Пасху» (Лк 22, 8); «Он возлег, и двенадцать апостолов с Ним. И сказал им: «Очень желал Я есть с вами эту пасху прежде Мо­его страдания» (Лк 22,14; ср. Мф 26,17-18; Мк 14,12).

3. Прощальная беседа Господа после Вечери (Ин 13, 33; 14; 15; 16; 17)

Иоанн – единственный из четырех евангелистов, который в рассказе о Вечери не приводит слов установления Евхарис­тии. Когда Иоанн писал свое Евангелие, он знал тексты си­ноптиков и избегал повторений. Однако гораздо раньше, в 6 главе, говоря об умножении хлебов, Иоанн развил тему «хлеба жизни»: «Я хлеб живый, сошедший с небес; ядущий Мою плоть и пиющий Мою кровь имеет жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день... ибо плоть Моя истинно есть пища, и кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою плоть и пиющий Мою кровь пребывает во Мне, и Я в нем» (Ин 6, 51, 54-56).

В этом отрывке Иоанн приводит учение Христа о хлебе как о Своем Теле, Теле Христове. Это откровение вводит нас силою реализма в евхаристическую тайну, тайну обще­ния и причащения, то есть соединения всех людей в едином живом теле, дающем воскресение «за жизнь мира».

Рассказывая о Тайной Вечери, Иоанн прямо переходит от омовения ног к предательству Иуды, кончая прощальной бе­седой Господа с апостолами. Этому тексту Иоанн придает своеобразное построение: темы переплетаются, возобновляются и отвечают одна другой, как в музыкаль­ном произведении. Мы можем сравнить этот отрывок с фу­гой. Каждую тему играет инструмент, привносящий каждой музыкальной фразе новые элементы. Различные ведущие ме­лодии (лейтмотивы) беспрерывно возвращаются и усилива­ются при каждом возвращении, принося с собой новую яс­ность. Они соединяются друг с другом от аккорда к аккор­ду; здесь мы можем сказать – от славы к славе, достигая совершенной гармонии в кульминации – молитве Иисуса Христа Своему Отцу,

Христос возвещает апостолам Свой уход, затем уточняет, что это уход к Отцу. В то же время Он дает обещание Своего возвращения, чтобы взять с Собой и апостолов, которым Он приготовил место у Отца. Как люди могут иметь доступ к Отцу?

«Я Путь, Истина и Жизнь». Никто не придет к Отцу, как только через Иисуса Христа. Апостолы знают Отца, потому что Сын и Отец – едины и потому что они верят во Христа как в Сына Божия.

Тема возвращения к Отцу приводится несколько раз, каждый раз обогащенная большим откровением. «Если бы вы любили Меня, то возрадовались бы тому, что Я сказал: иду ко Отцу, ибо Отец Мой больший Меня» (Ин 14, 28). Здесь утверждается единоначалие Отца: Отец рождает Сына, Дух исходит от Отца, единого источника Божества.

Сын умолит Отца послать апостолам Духа Утешителя, Духа Истины. Обещание Пятидесятницы – это и обещание Воскресения. «Мир уже не увидит Меня; а вы увидите Меня: ибо Я живу, и вы жить будете» (Ин 14, 19).

Уход Христа – нужен апостолам, так как если бы Сын не ушел к Отцу, Параклит не пришел бы к ним (Ин 16, 7-11). Греческое слово «параклит» означает – адвокат, помощник, так как Он помогает Сыну и открывает Его. Параклит пере­водится также «утешитель», так как он являет Христа миру и позволяет апостолам больше не быть сиротами. Дух бу­дет свидетельствовать о Сыне, и Его действием апостолы в свою очередь станут свидетелями.

Темы возвращения к Отцу, ниспослания Духа подчерки­ваются повелением любви, новой заповедью: «Любите друг друга» – этим строится, скрепляется и усиливается текст.

От любви ко Христу зависит любовь Отца к людям: «Кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцом Моим» (Ин 14,21).

Единство апостолов друг с другом создается по образу единства между Отцом и Сыном: «Я во Отце, и Отец во Мне» (Ин 14, 10), так как Отец прославляет Сына, и в Сыне прославляется отец.

К этому единству Бог призывает и верующих: «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Ин 17, 21).

Любящий Христа становится храмом Святого Духа, так как в нем обитает Бог: «Кто любит Меня, тот соблюдет сло­во Мое; и Отец Мой возлюбит его, и мы придем к нему, и обитель у Него сотворим» (Ин 14, 23).

От любви, подобной той, которая творит едиными Отца и Сына, зависит присутствие Духа в собрании апостолов, в те­ле Церкви.

«Я истинная виноградная лоза, а Отец Мой – виногра­дарь» (Ин 15, 1). Это образ Церкви, и плоды, приносимые апостолами – это плоды Духа, плоды святости. «Кто пребы­вает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего» (Ин 15, 5). Вне Церкви нет спасения.

Христос возвещает апостолам о ненависти, которой мир окружит их, как и их Учителя: «Раб не больше господина своего» (Ин 15, 20), так как князь мира сего еще господ­ствует над людьми, но Сын победил мир (ср. Ин 16, 33), и Дух явит эту победу (ср. Ин 16, 8-11).

Сын и Дух действуют в мире, так как они посланцы Отца. Иисус открывает апостолам веру в Троицу. «Наступает вре­мя, когда… прямо возвещу вам об Отце» (Ин 16, 25). Для того, чтобы апостолы поняли «всю Истину», Истину во всей своей полноте, нужно будет, чтобы их в нее ввел Дух (Ин 16, 13).

Позже, идя на вольные страдания, прежде чем выйти в ночь, Христос собирает все откровение в одну последнюю молитву – молитву, которая все Его земное служение воз­водит к высшей точке. Он вручает все свое дело Отцу: «Я прославил Тебя на земле, совершил дело, которое Ты пору­чил Мне исполнить» (Ин 17, 4).

Теперь наступает высший час, в который Отец прославит Сына на кресте.

Перед уходом Христос молится об апостолах, чтобы они наследовали усыновление: «Они Твои. И все Мое – Твое, и Твое – Мое» (Ин 17, 9-10). Христос призывает на них Духа Истины, посылаемого от Отца: «Освяти их истиною Твоею» (Ин 17,17).

Молитва Иисуса Христа освящает апостолов Духом, как продолжателей дела Сына в мире: «Как Ты послал Меня в мир, так и Я послал их в мир» (Ин 17, 18).

Перед Своим уходом Христос оставляет миру наследство. В этой молитве, которая называется первосвященнической молитвой, Он устанавливает Церковь. «Не о них же только молю, но и о верующих в Меня по слову их. Да будут все едино» (Ин 17, 20-21).

Это единство, завершенное Духом, приведет всех верую­щих со Христом к Отцу для созерцания Славы Бога, Едино­го в Трех Лицах.

«Бога не видал никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил [Бога. – Прим. авт.]» (Ин 1, 18).

В нашей Литургии мы находим то же построение, что и в прощальной беседе Господа.

Евхаристическая молитва начинается возгласом: «Возлю­бим друг друга», за ним сразу следует исповедание веры – «Верую», выраженное так же от всего сердца всем собрани­ем верующих, исповедание Отца, Сына, Святого Духа – Троицы единосущной и нераздельной.

Затем, следом за Христом, грядущим на вольную жертву и обращающимся с молитвой к Отцу, дерзаем и мы в свою очередь обратиться с нашей молитвой к Отцу. Вспоминая все дело Сына – крест, гроб, тридневное воскресение, Вознесение, сидение [восседание. – Прим. ред. портала] по правую сторону [от] Отца и Второе Пришествие, мы приносим Богу жертву мира – хвалы, хлеб и вино, которые ниспосланием Духа становятся телом и кровью Христа «за Жизнь мира».

4. Предательство Иуды

Во время этой же трапезы-вечери сказал Иисус апосто­лам: «Истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня». Все опечалились, и каждый спрашивал себя: «Не я ли?», а Господь ответил: «опустивший со Мною руку в блюдо, этот предаст Меня; впрочем, Сын Человеческий идет, как пи­сано о Нем, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается; лучше было бы этому человеку не родить­ся» (Мф 26, 23-24). Евангелист Иоанн приводит об этом предательстве подробный рассказ. Все это – тайна соотноше­ния свободы человека с исполнением замысла Божия. В этом рассказе мы замечаем некоторые значительные рас­хождения с повествованием евангелиста Матфея. Напри­мер: Христос указывает на Иуду, говоря не «опустивший со Мной руку в блюдо», а «тот, кому Я, обмакнув кусок хле­ба, подам» (Ин 13, 26). А заканчивается повествование Иоанна так: «После сего куска вошел в Иуду сатана. Тогда Иисус сказал ему: что делаешь, делай скорее. Но никто из возлежащих не понял, к чему Он это сказал ему... Он [Иуда], приняв кусок, тотчас вышел; а была ночь» (Ин 13, 27-30). Примечание «а была ночь» таит в себе важную символику, указывающую, что это был час власти тьмы.

Вечеря закончилась пением псалмов. Затем Христос по­шел с учениками на другую сторону Кедрона на гору Елеонскую в Гефсиманский сад. Это было место, куда они обыч­но ходили, молились, пребывали вместе. Иуда знал это и поэтому поспешил предупредить Каиафу, что это благо­приятный момент для ночного задержания Христа. Иуда пообещал Каиафе указать страже на Христа поцелуем, чтобы темнота не помешала узнать Его. Накануне он получил за это тридцать сребреников. На следующий день, когда Христа осудят, Иуда внезапно поймет последствия своего дела и вернет эти тридцать сребреников священникам, сказав: «Согрешил я, предав кровь неповинную». Священники же с пренебрежением ответили ему: «Что нам до того? Смотри сам». Бросив монеты в храме, он пойдет и «удавится», т. е. совершит самоубийство (Мф 27, 3-5).

Так в отличие от Петра, отрекшегося от Христа, но пока­явшегося и вновь обретшего дружбу и доверие Господа, Иуда, пожалевший о своем поступке, не возвращается ко Господу, а погружается во тьму отчаяния, ведущего к смерти.

5. В Гефсиманском саду (Мф 26, 36-56; Мк 14, 32-42; Лк 22, 39-53; Ин 18, 1-11)

Направляясь в Гефсиманский сад, Христос предупредил своих учеников о неизбежности испытания, которым будут для них искушение и отступничество. Он напомнил им слова Писания: «Поражу пастыря, и рассеются овцы стада» (Мф 26, 31; Мк 14, 27).

Обращаясь прямо к Петру, Господь сказал: «Симон! Си­мон! Се сатана просил, чтобы сеять [просеивать. – Прим. авт.] вас, как пшеницу» (Лк 22, 31).

Но Петр, как всегда порывистый, воскликнул: «Господи! С Тобою я готов и в темницу, и на смерть идти» (Лк 22, 33). Христос ему ответил: «Говорю тебе, Петр, не пропоет петух сегодня, как ты трижды отречешься, что не знаешь Меня» (Лк 22, 34). Петр не поверил и возражал снова.

О том, что произошло со Христом и учениками в Гефси­манском саду, рассказывается в четырех евангелиях не оди­наково. Иоанн не говорит о молитве и о тоске Христа перед Его пленением. Матфей и Марк приводят об этих минутах очень похожие рассказы, повествование Луки несколько от­личается от них, еще более подчеркивая скорбь и молитву. Вот текст евангелиста Луки (22, 40-46):

«Придя же на место, сказал им: молитесь, чтобы не впасть в искушение. И Сам отошел от них на вержение камня, и, преклонив колени, молился, говоря: Отче! о,  если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! впрочем не Моя воля, но Твоя да будет. Явился же Ему Ангел с небес и укреплял Его. И, находясь в борении, прилежнее молился, и был пот Его, как капли крови, падающие на землю. Встав от молитвы, Он пришел к ученикам, и нашел их спящими от печали и сказал им: что вы спите? встаньте и молитесь, чтобы не впасть в искушение».

Матфей и Марк не упоминают ни о явлении ангела, ни о смертном поте. Наоборот, они главным образом настаи­вают на слабости апостолов – Петра, Иоанна и Иакова – и не могут им простить их печали. Трижды Христос их находит спящими и увещевает их: «Дух бодр, плоть же немощна».

Это минута последнего увещевания: «Пришел час. Встань­те, пойдем» (ср. Мк 14, 41-42). И приблизился вооруженный отряд, ведомый Иудой. Иуда подошел ко Христу и сказал: «Радуйся, Равви!» – и поцеловал Его. И тотчас пришедшие люди схватили Его. Один ученик, которого лишь Иоанн на­зывает по имени Симоном-Петром, извлек меч и отсек пра­вое ухо рабу первосвященника. Порицая его, Христос ска­зал ему: «Все, взявшие меч, мечом погибнут» (Мф 26, 52).

И обращаясь к толпе, Христос сказал: «Как будто на раз­бойника вышли вы с мечами и кольями взять Меня; каж­дый день с вами сидел Я, уча в храме, и вы не брали Меня. Сие же всё было, да сбудутся Писания пророков». Тогда все ученики, оставив Его, бежали» (Мф 26, 55-56).

Д. Допросы Христа

1. Судебный процесс

Христа повели во дворец первосвященника, где собрались книжники и фарисеи, образуя, таким образом, с первосвя­щенником собрание – синедрион. Кстати, у Иоанна Христа ведут сначала к Анне, тестю Каиафы, который, допросив Христа о Его учении, отослал Его к Каиафе.

Христа поставили перед синедрионом. Против Него иска­ли ложное свидетельство, чтобы Его предать смерти. При­шло много ложных свидетелей. Один из них заявил: «Этот человек говорил: «могу разрушить храм Божий и в три дня создать его» (Мф 26, 61). В действительности Христос говорил: «Разрушьте храм сей и Я в три дня вздвигну его». «А Он говорил о храме тела Своего» (Ин 2, 19, 21). Но Иисус промолчал, не отвечая ничего на эти ложные свиде­тельства.

Тогда Каиафа задал вопрос, который для евреев был главным – вопрос о мессианстве Иисуса: «Заклинаю Тебя Богом живым: скажи нам, ты ли Христос, Сын Божий?» Иисус ответил: «Ты сказал; даже сказываю вам: отныне увидите Сына Человеческого, сидящего одесную силы, и грядущего на облаках небесных» (ср. Мф 26, 63-64). Это выдержка из Псал­ма 109, а также из пророчества Даниила (7, 13), где Христос исповедует, что Он Мессия, Сын Человеческий, сидящий по правую сторону Бога. Тогда первосвященник разодрал свои одежды, говоря: «Он богохульствует; на что еще нам свиде­телей? Вот, теперь вы слышали богохульство Его? Что вы об этом думаете?» Они ответили ему: «Повинен смерти» «Тог­да они Ему плевали в лицо и заушали Его, другие же били Его по щекам, говоря: «Прореки нам, Христе, кто ударил Тебя?» (ср. Мф 26, 63-67; Ис 50, 6).

2. Отречение Петра

У Матфея мы видели, что в момент ареста Христа ученики убежали. Безусловно, некоторые из них задержались невда­леке, чтобы наблюдать за дальнейшим ходом событий. Так поступил Петр, следовавший, как свидетельствуют все четыре Евангелия, за Христом на расстоянии. Согласно чет­вертому Евангелию, так поступил и Иоанн, который, зная окружение первосвященника, мог беспрепятственно войти в дом, следуя за Христом.

Петр затесался среди толпы во дворе, но его заметили и заговорили с ним: «И ты был с Иисусом Галилеянином!» (Мф 26, 69).

Петр отрицал: «Не знаю, что ты говоришь». Затем еще кто-то сказал ему: «Точно ты из них!» Петр ответил: «Нет!». И в третий раз отрекся он, когда ему сказали: «Точно, и этот был с Ним; ибо он галилеянин». И тотчас запел петух. Лука говорит, что «тогда Господь, обра­тившись, взглянул на Петра; и Петр вспомнил слово Гос­пода... и горько заплакал» (ср. Лк 22, 61-62).

3. «Римский» процесс

Священники и старейшины решили предать Христа смер­ти. Но так как иудеи не имели права осуждать на смерть, они привели Христа к римскому прокуратору Пилату. Пи­лат, не находя в деле Иисуса никакой вины (он хорошо по­нимал, что священники из зависти хотели Его смерти), сде­лал все возможное, чтобы не выносить смертного приговора. Узнав, что Христос был галилеянин, Пилат, согласно Еванге­лию от Луки, велел отвести Его к Ироду, царю Галилеи, ко­торый находился в Иерусалиме. Христос отказался отвечать Ироду, и Ирод отослал Его снова к Пилату. Эта циничная взаимная «вежливость» за счет Христа послужила поводом для примирения обоих тиранов.

Наиболее полное описание римского процесса у Пилата мы находим у св. Иоанна. Пилат спрашивает: «Ты царь иудейский?» – Действительно, чтобы добиться у римлян смертного приговора для Христа, первосвященники обвини­ли Его в том, что Он мятежник, который хочет сделать Се­бя царем. – Христос ответил: «Царство Мое не от мира сего; если бы от мира сего было царство Мое, то служители Мои подвизались бы за Меня, чтобы Я не был предан иудеям». «Итак, Ты царь?» – сказал Ему Пилат. «Ты говоришь, что Я царь, – отвечал ему Иисус. – Я на то родился, и на то при­шел в мир, чтобы свидетельствовать об истине; всякий, кто от истины, слушает Мой голос». Пилат сказал Ему: «Что есть Истина?» (Ин 18,36-38).

Пилат был в затруднении и, не находя никакой причины для осуждения, хотел избавиться от ответственности, освободив Христа. Вот почему он предложил народу по случаю праздника отпустить Иисуса. Но толпа закричала: «Нет, не Его, а Варавву!» Варавва же был мятежник, разбойник, при­говоренный римлянами. В эту минуту, по Матфею, вступает жена Пилата, чтобы предупредить мужа не вмешиваться в дело «этого праведника», из-за которого она «ныне во сне много пострадала» (Мф 27, 19). Пилат стал еще больше настаивать на оправдании Христа. Начальники иудейские приводили свои доводы, стараясь принудить Пилата действо­вать в интересах римского порядка: «Иисус, – говорили они, – объявил себя царем, этим самым поднимая бунт про­тив Кесаря, римского императора». Священникам и книжни­кам удается повлиять на Пилата. Пилат снова спрашивает Иисуса и, будучи недовольным Его молчанием, говорит Ему: «Не знаешь ли, что я имею власть распять Тебя, и власть имею отпустить Тебя?» «Ты не имел бы надо Мной никакой власти, – отвечал Христос, – если бы не было тебе дано свыше; посему более греха на том, кто предал Меня те­бе» (Ин 19, 10-11). Пилат в последний раз вышел к толпе, которая во время процесса оставалась вне претории, чтобы не оскверниться входом в языческое жилище накануне Пас­хи; он выдал ей Христа и велел отпустить Варавву. Лишь евангелист Матфей говорит, что Пилат умыл руки, говоря: «Невиновен я в крови праведника сего; смотрите вы». А толпа отвечала древней, предписанной законом фразой: «Кровь Его на нас и на детях наших!» (Мф 27, 24-25).

Воины наместника тогда взяли Христа и, бичевав Его, сняли с Него одежды, одели Его в пурпурную хламиду, возложили Ему на голову терновый венец, дав Ему в руку трость; совершив карикатурную церемонию царского обла­чения, они кланялись Ему и смеялись над Ним, говоря Ему: «Радуйся, Царь Иудейский!» В отличие от Матфея и Марка, Иоанн в своем рассказе упоминает коронование терновым венцом пред окончательным осуждением Иисуса Христа. По Иоанну, сам Пилат в какой-то степени ответствен за эти из­девательства, так как, когда Христос уже был так одет, Пи­лат, возможно, надеясь, что толпа удовлетворится этим наказанием, вывел Христа к народу, говоря: «Се Человек», и добавив: «Вот царь ваш». Очевидно, Пилат хотел унизить ев­реев, говоря им: «Вот что я могу делать с царем иудейским!» Толпа ответила: «Повинен смерти! Распни, распни Его!» «Ца­ря ли вашего распну?» – сказал им Пилат. Первосвященни­ки ответили: «Нет у нас иного царя, кроме кесаря. Если ты Его отпустишь, ты не друг кесаря; всякий, делающий себя царем, – противник кесаря». Они нашли решающий довод: Пилат, боясь доноса на себя кесарю Тиберию как на сообщ­ника мятежника – выдал им Христа на распятие.

Однако в этом прискорбном маскараде истинная цар­ственность Христа проявляется даже в словах и поступках Пилата, в чем сам Пилат себе отчета не отдает. Вот почему во многих православных церквах существует обычай выно­сить икону с изображением Иисуса Христа в терновом венце, в насмешку надетой на него царской хламиде, с тростью-жез­лом – на утрене Великого понедельника во время пения: «Се Жених грядет в полунощи...» Таким образом Церковь отождествляет униженного Царя иудейского, Христа Страс­тей с Женихом Церкви, упомянутым в притче о десяти девах (Мф 25, 1-13).

Е. Распятие

Надсмеявшись над Христом, они сняли с Него пурпур и одели Его в Его одежды. Его повели на Голгофу, заставив нести Свой Крест. Отцы Церкви часто проводили парал­лель между местом распятия Голгофой и место погребения Адама, показывая таким образом, что Новый Адам Своей жертвой принес спасение Ветхому. Вот почему череп, изобра­жаемый у подножия креста, символизирует Адама.

Но крест был очень тяжел, и после всего пережитого Хри­стос не был в состоянии его донести до конца. И солдаты заставили нести крест некоего Симона Киренеянина, кото­рый как раз возвращался с поля. Его знали апостолы как «отца Александра и Руфа».

Христа распяли между двумя злодеями. Пилат велел по­весить наверху креста надпись, указывающую вину, за кото­рую римский закон Его приговорил к смерти: «Иисус Назо­рей, царь иудейский», надпись была сделана на трех языках – латинском, греческом и еврейском (Ин 19, 19).

Если иудейские первосвященники приговорили бы Хри­ста к смерти за богохульство, так как Он себя называл Сы­ном Божиим, римляне приговорили Его к смерти как мя­тежника, поскольку Он себя называл Царем иудейским. Для нас, христиан, Он действительно Сын Божий и Царь Иудейский. Победный крест, которым мы торжественно увенчиваем купола наших церквей, не должен заставить нас забыть позорный крест, орудие мучений и казни: это бы­ла ужасная смерть, и Сын Божий по-человечески познал все предсмертные муки. Его мать, любимый ученик Иоанн и женщины-мироносицы присутствовали, будучи бессиль­ными Ему помочь, при Его агонии, в то время как другие с презрением насмехались над Ним.

В Великий четверг вечером на службе Страстей Господ­них («двенадцати евангелий») читаются двенадцать отрыв­ков из Евангелий, относящихся к Страстям-Страданиям Спасителя.

Вот 12 чтений Великого четверга:

1. Иоанн 13, 31-18, 1;

2. Иоанн 18, 1-28;

З.Матфей 26, 57-75;

4. Иоанн 18, 29-19, 16;

5. Матфей 27, 3-32;

6. Марк 15, 16-32;

7. Матфей 27, 32-54;

8. Лука 23, 32-49;

9. Иоанн 19, 23-37;

10. Марк 15, 43-47;

11. Иоанн 19, 38-42;

12. Матфей 27, 62-66.

Ж. Тайна Креста

Слова Христа на Кресте:

Боже Мой, Боже Мой, почему Ты Меня оставил? (Мф 27, 46; Мк 15, 34).

Отче, прости им, ибо они не знают, что делают! (Лк 23,34).

Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мной в раю (Лк 23,43).

Отче, в руки Твои предаю дух Мой! (Лк 23, 46).

Жено, се Сын твой; Се Матерь Твоя (Ин 19, 26-27).

Жажду (Ин 19,28).

Совершилось (Ин 19,30).

Нам следует задуматься над этими последними словами, так как они не были сказаны случайно, и каждое слово име­ет вес и глубокий смысл. Предание Церкви обдумывало их, глубина их неисчерпаема. По нашему скромному рассужде­нию три главных мысли могут служить ведущей нитью для приближения к этой тайне:

1. Распятый на кресте есть Мессия, пришедший испол­нить пророчества.

2. Распятый на кресте есть Бог, сотворивший и совер­шивший все: «Днесь висит на древе креста Повесивший зем­лю на водах»; «Ужасно есть видети Творца небу и земли на кресте висящим» (Великая пятница, служба 9 часа).

3. Распятый на кресте есть совершенный Чело­век. Сын Божий, Истинный Бог, как и Его Отец, Он из любви к нам добровольно унизился и умалился, чтобы до конца разделить с нами нашу человеческую природу. Он подвергся оскорблениям, избиению, насмешкам и му­кам креста; Он, единый и безгрешный, согласился уме­реть, чтобы полностью разделить грехопадение человече­ства. Распинается и прибивается гвоздями настоящий Хри­стос, Бог, ставший человеком и провозглашенный Мес­сией.

На основании Евангелий мы не можем точно установить хронологический порядок, в каком были произнесены эти слова. Лучше было их поместить в том порядке, какой у евангелистов. Лишь первое слово приводится и у Матфея, и у Марка.

Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил? (Мф 27,46; Мк 15,34).

Этими словами начинается псалом 21. Этот вопль отчая­ния – это крик Христа на кресте: «Или, Или! лама савахфани?» Много было сказано и написано об этом вопле. Мы ска­жем здесь лишь одно: как каждый иудей, Христос, молясь, ежедневно читал псалмы. А мы не сомневаемся ни на мину­ту, что наш Господь Иисус Христос молился беспрерывно. На кресте в кульминационный момент земного существо­вания Он молится, и первые слова псалма вырываются как крик.

Прочтем этот псалом до конца. Мы удивимся, узнав, до какой степени точно этот текст соответствует распятию Иисуса.

«Но я червь, а не человек, поношение у людей, и презрен­ный у народа» (Пс 21, 7).

Христос находится в том же положении, что и Иов, так как все люди отворачиваются от Него, из-за Его тяжкого страдания.

«Все видящие Меня ругаются мне, разевают уста, кивают головою и говорят: он положился на Господа; пусть изба­вит его, пусть спасет его, если благоволит к нему» (Пс 21, 8-9).

Распятый на кресте Христос слышал насмешки и издева­тельства тех, кто покачивая головой, говорил: «Он спасал других, а себя самого не может спасти! Он уповал на Бога, пусть теперь Бог избавит его»... (Мф 27, 39-44). Матфей привел те же слова, что и псалмопевец, описывая страдания. Псалом продолжает подчеркивать отчаяние и предсмертные муки. Пс 21, 12-16 выражают тоску и скорбь умирающего; его тело изнемогает, ему кажется, что его обступают чудовища в виде тельцов, львов и псов, видения кошмара и ужаса.

«Сила моя иссохла, как черепок; язык мой прилипнул к гортани моей» (Пс 21, 16).

В эту минуту Хритос воскликнул: «Жажду!»

В псалме 68 – тоже трагической поэме об агонии – мы на­ходим следующий стих: «В жажде моей поили меня уксу­сом» (Пс 21, 22). Этот эпизод особенно поразил евангелиста Иоанна, который присутствовал на Голгофе; приводя свое свидетельство, он добавил о жажде Христа и об уксусе, го­воря этим, что Писание должно было исполниться. Ведь он в это время вспоминал псалмы.

«Толпа злых ходит вокруг меня; пронзили руки мои и ноги мои и кладут меня в прах смерти» (Пс 21, 17).

Этот стих вопроизводит то, что произошло перед уста­новлением креста, когда Христа прибивали к его перекла­динам.

«Я мог бы перечесть все кости мои» (Пс 21, 18). Можно се­бе реально представить человека, которого четвертуют, чле­ны ого вытянуты до предела, а кости его выступают, выпячи­ваются через натянутую кожу.

«Они делят ризы мои между собой, и об одежде моей бро­сают жребий» (Пс 21, 19).

Матфей и Иоанн описывают торг воинов, которые не хоте­ли разрывать Его хитон, в котором не было швов. Лишний раз Иоанн уточняет, что и здесь должно было исполниться Писание. Он, очевидец, был поражен, в какой степени смерть Христа находится в соответствии с псалмами и пророчества­ми. Начиная со стиха 20, стиль псалма внезапно меняется. Умирающий больше не видит того, что происходит вокруг него: ни людей, ни движения. Он больше не говорит о своем страдании, он весь обращается к Богу в светлой безмерной надежде.

Умирающий уже думает, как он возвестит Божье Имя всем людям, прежде всего иудеям: «Буду возвещать имя Твое бра­тиям Моим, посреди церкви воспою Тебя. Славьте Его, весь род Иаковлев, бойся Его весь род Израилев!» (cр. Пс 21, 23-24). Этот зов, обращен­ный к Израилю, напоминает слова «Отче, прости им, ибо они не знают, что делают», так как Христос, умирая, не отворачивается от своего народа; после Своего воскресения Он по­шлет апостолов проповедовать всем народам, начиная от Иерусалима (ср. Лк 24, 47).

В конце псалма умирающий предсказывает обращение на­родов, так как «все познают имя Господа Бога, которое бу­дет возвещено от века и до века, от рода в род, роду буду­щему, людям, которые родятся». На кресте Христу дается видение всех людей, за которых Он умирает, Он видит и предвидит нас всех, каждого из нас, чтобы спасти нас Своей смертью и в Своей любви. Поскольку Господь Иисус отнес к Себе каждое слово псалма 21 и буквально пережил, вы­страдал на кресте все то, что псалмопевец описал заранее, Он пережил, конечно, интенсивно и первую фразу псалма: «Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил?» Он на Себе испытал, поистине прочувствовал богооставленность. Это высшая точка Его кенозиса, добровольного умаления. Как мог единственный Сын Божий, «Бог истинный от Бога истинного» – почувствовать Себя оставленным Богом? Бог, оставляющий Бога? Бог, оставляющий Самого Себя? Имен­но здесь находится непостижимая тайна нашего спасения. Ес­ли бы Иисус был лишь человеком, Его крестная смерть не принесла бы нам ничего больше, чем смерть многих пророков или героев, погибших ради человечества. Но Христос дерзнул сказать: «Видевший Меня, видел Отца, так как Я во Отце и Отец во Мне». «Я Путь, Истина и Жизнь. Верующий в Меня не умрет во век». Это значит, что Его служение миру заклю­чалось в том, чтобы придя в мир «из недр Отчих», даровать Бога людям. Если бы Христос умер и не воскрес, Его проповедь была бы ложью, и вот почему апостол Павел ска­жет: «Если Христос не воскрес, мы, христиане, самые несчастные из людей». Однако Он воскрес, так как Он Бог, и тогда Его смерть приобретает все свое ослепительное значение. Апостол Павел объяснит в Послании к Филиппийцам эту основную тайну христианской веры – смерть распятого Бога: «Он сам уничижил Себя». Буквально в греческом тексте стоит: «Он опустошил Себя» – от Своего божествен­ного состояния, всецело оставаясь, однако, Богом.

Будучи истинным Богом, Он стал воистину человеком. Он, будучи божественным прообразом человека, созданного по образу Божию, взял на Себя все страдания и все слабости, которые знал человек со времени своего падения, все, кро­ме самого греха – включая богооставленность, смерть, со­шествие в преисподнюю, место абсолютного отсутствия Бо­га. Все это Он сделал для того, чтобы Бог явился повсюду, где страдает человек, вплоть до бездны смерти; чтобы Бог был с человеком до самого дна отчаяния и тоски; чтобы Бог открылся человеку, воскрешая его, возводя его на небо к Отцу Своему. Сын Божий умирает как человек для того, чтобы Сын Человеческий воскрес как Бог. Вот почему нуж­но было, чтобы Сын Божий познал на кресте тоску бого­оставленности: для того, чтобы каждый человек, который умирает, мог вновь обрести присутствие Бога. В этом – спасение!

Три слова Христа на кресте, которые приводит Лука, по­мещаем мы так: сначала два, настаивающие на теме про­щения. Эту тему находим мы у Луки довольно часто (см. притчи о заблудшей овце (Лк 15, 4-7); о пропавшей драхме (Лк 15, 8-10); о блудном сыне (Лк 15, 11-32).

«Отче, прости им, ибо не ведают, что творят» (Лк 23, 34).

Этими словами распинаемый Христос просит даровать прощение своим палачам. Не первый раз умоляют Бога простить виновных. Его умолял Моисей, прося за еврей­ский народ во время Исхода. Да Бог и Сам пожалел, как показывает книга Ионы, жителей Ниневии, не умеющих «отличить правой руки от левой». Но сегодня предается смерти Сын Божий, и сама жертва просит у Бога прощения палачам.

Он – жертва, возвещенная Исаией (Ис 53, 1-11), «Агнец Бо­жий, который берет на Себя грех мира» (Ин 1, 29), Тот, который пришел исполнить Писания и замысел Отца. Вот именно этого не поняли распинающие Спасителя мира. Как скажет позже апостол Петр (Деян 3, 17): «Я знаю, братия, что вы, как и начальники ваши, сделали это по неве­дению».

В то же время Христос испрашивает прощения всем лю­дям, которые своими грехами сделали необходимой Его смерть. Следовательно, Он просит прощения и для нас, так как мы тоже грешники. Ведь мы можем быть спасены не на­шими заслугами, а потому, что Господь, как уже говорил Исаия, «понес на Себе грехи многих и ходатайствует за пре­ступников» (Ис 53, 12). Всем испрашивает Христос проще­ния. Так как Сын, будучи на кресте, умоляет Отца простить, мы не должны никогда предаваться отчаянию. Как пишет современный богослов Оливье Клеман: «Если ты, падая, кричишь с верою, то ты падаешь не в небытие, а в руки Того, который открыл, распростер их на кресте навсегда». Нико­лая Кавасила, богослов XIV века, пишет: «Господь Иисус Христос освобождает род человеческий от тяжести преступ­лений и дает узникам свободу, за которую Ему не нужно бы­ло побеждать ради Самого Себя, так как он Бог и Господь» («Жизнь в Иисусе Христе»).

«Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк 23, 43).

Христос был распят между двумя разбойниками, чтобы исполнилось слово Писания: «И ко злодеям причтен» (Ис 53, 12). Один из разбойников, по Преданию распятый слева от Господа, – не переставал богохульничать, требуя от Хри­ста спасти себя и своих товарищей по несчастью проявлени­ем своей мощи, говоря язвительно: «Не Христос ли Ты? Спа­си себя и нас». Другой разбойник был, может быть, и убий­цей. Но ведь Христос никогда не колебался брать с Собою в путь мытарей, блудниц и разбойников. Этот разбойник не оскорблял Господа, а наоборот, мгновенно покаялся: «Мы осуждены справедливо, потому что получили достойное по делам нашим» (Лк 23, 41). Он распознал истинную природу Царства Божия и понял, что Иисус Христос – Царь его. Это великолепный признак веры. Ведь разбойник узнал в уни­женном Умирающем на кресте Господа, Который войдет в Свое Царство, Которого отверг этот мир. Таинственное по­каяние. И мы тоже и теперь можем покаяться в одно мгно­вение. Каясь, благоразумный разбойник обращался к мило­сердию Христа, которое всегда открыто нам. Христос не удовлетворяется тем, что Он мог бы учесть веру разбойни­ка в день воскресения мертвых. На просьбу разбойника: «Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем», Христос отве­чает: «Ныне же будешь со Мною в раю». В раю, куда он, благоразумный разбойник, войдет первым человеком вслед за Христом.

Христос требует от нас не только дел, так как мы слабы и грешны, и вся наша сила от Бога, но прежде всего любви и нашего поистине свободного обращения с верой – к Нему. Это «ныне», о котором говорит Христос, – не только день распятия: Его Слово обращается к каждому из нас ныне, теперь, сейчас, сегодня, как нам напоминает Церковь. В Великую пятницу в храме поется три раза: «Разбойника благоразумного во едином часе раеви сподобил еси. И мене древом крестным, Спасе, просвети и спаси мя». Так же по воскресеньям перед Заповедями Блаженства церковь поет: «Во Царствии Твоем помяни нас, Господи!» Да и мы, как разбойник, можем так же умолять Господа, поскольку мы еще находимся в «ныне». Об этом нам напоминают мно­гие псалмы: «О, если бы вы ныне послушали гласа Его!» На­поминает об этом и ап. Павел: «Но наставляйте друг друга каждый день, доколе можно говорить: ныне...» (Евр 3, 13).

«Отче, в руки Твои предаю дух Мой» (Лк 23, 46).

Эти слова Христа, как и Его первые слова «Боже Мой, Боже Мой, зачем Ты оставил Меня?», – выдержка из псалма. В данном случае – из псалма 30, стих 6: «В Твою руку предаю дух мой; Ты избавлял меня, Господи, Боже исти­ны!» И первое, и второе слово, как уточняют евангелисты Матфей и Лука, вырвались «громким голосом».

Первое слово (имеется в виду фраза) есть установление факта, завершение кенозиса, смерть через добровольный от­каз от божественного достоинства. Но это не выражение отчаяния. Второе слово подтверждает доверие Христа. Но, как говорится в псалме 15, стихи 9 и 10, «...Плоть Моя успокоит­ся в уповании; ибо Ты не оставишь души моей в аде и не дашь святому Твоему увидеть тление».

Христос предает Отцу Свой «дух», дыхание жизни, кото­рое получает при рождении каждый человек, начиная с Ада­ма, в уверенности, что Он его воскресит, «первородного сре­ди смертных». Господь пережил и Сам принял смерть.

Так же и мы, ложась вечером спать, не зная, проснемся ли мы в этом мире, говорим с верой и любовью Богу: «В руки Твои предаю дух мой, Господи; благослови меня, помилуй меня и дай мне жизнь вечную».

Следующие три слова взяты из Евангелия от Иоанна: Ии­сус, увидев Свою Мать и ученика тут стоящего, которого Он любил, говорит Матери Своей: «Женщина, вот сын Твой». Потом говорит ученику: «Вот Мать твоя» (ср. Ин 19, 26-27).

Прежде всего, напомним, что «апостол [т.е. ученик. – Прим. ред. портала], которого Он лю­бил», был Иоанн, автор евангельского повествования; тот, который во время Тайной Вечери был возле Христа, кото­рый «возлежал на груди Иисуса»; в евангелиях мы нигде не видим таких свидетельств близости ко Христу и любви с Его стороны. То, что касается Иоанна, имеет особую важность для нас, так как мы ищем личной близости и любви ко Господу.

Один отец Церкви говорит, что для того, чтобы понять полностью Евангелие от Иоанна, нам тоже надо склониться на грудь Христа и тоже принять от Христа Богородицу как Мать. Искупление человечества совершается благодаря жерт­воприношению Господа, которого дала миру Богородица. Богородица – заключительное звено длинного пути человече­ства к этому искуплению. Она также Мать верующих, соеди­ненных между собой в едином Теле Христа. Каждый из нас, будучи членом, этого тела, должен стараться стать вторым Иоанном. А чтобы быть им, надо стать таким, кому Богороди­ца как Мать и кого Христос назвал бы Сыном Богородицы.

Матерь Божия, Мария, Богородица уже в древней Церкви почиталась матерью верующих. Мы видим, что еще при жизни она пребывала с апостолами: «Все они единодушно пре­бывали в молитве и молении с некоторыми женщинами и Мариею, матерью Иисуса» (Деян 1, 14). Близость Ее к апо­столам была столь значительной, что они, согласно Преда­нию, чудесным образом собрались вокруг Божьей Матери во время Ее Успения. На иконах мы видим, что они как вер­ные и любящие сыны оплакивают свою мать во гробе. Во все времена христиане почитали Марию Матерь Божию и находили в Ней материнскую защиту и предстательство пе­ред Ее Сыном, Христом, нашим Богом. Богородица часто является миру и людям как любящая мать. Чудесными зна­мениями Она часто вступает в личную жизнь христиан. Есть специальный праздник – Покров Божьей Матери. Покров – это защита. На иконах этого праздника Богородица изобра­жается с покрывалом, которым она защищает людей. В Гре­ции праздник Покрова – 28 октября. У нас в Русской Церк­ви – 1 октября по ст. ст., а по новому – 14 октября. На За­паде Богородицу тоже почитают как мать всех верующих. На многих иконах, особенно средневековых, Дева Мария по­крывает своим одеянием прибегающих к Ее защите.

Христос называет Богородицу «Женщина» (по-слав. «Же­на») , как Он Сам Себя называет Сыном Человеческим. Дей­ствительно, Она – новая Ева. Он Ее впервые назвал «Жено» на браке в Кане (Ин 2, 1-11), когда Она Его попросила со­вершить чудо. Тогда Он Ей ответил: «Еще не пришел час Мой». Это было как раз перед превращением воды в ви­но. Теперь на кресте Он проливает Свою кровь, евхаристи­ческое вино, и из ребра Его истекает животворящая вода крещения.

После того Иисус, зная, что уже все совершилось (да сбу­дется Писание!), говорит: «Жажду» (Ин 19, 28).

Спаситель еще раз вспоминает Ветхий Завет (Пс 68, 22):

«В пищу Мне давали желчь, и в жажде моей поили Меня уксусом».

И продолжая чтение Евангелия, мы узнаем, что один из воинов невольно, ничего не подозревая, исполнил это пророчество: «Воины, напоив уксусом губку и наложив ее на иссоп, поднесли к устам Его» (Ин 19, 29).

Но Христос не только показал, что даже на кресте Он исполняет пророческое слово. Подтверждая Свое человече­ское естество, Он готов пойти на муку жажды. Он сказал во время Тайной Вечери: «Говорю вам: отныне Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царствии Божием» (Мк 14, 25).

Как Мессия и как че­ловек Он принимает уксус, который для нового вина то же, что наша природа, испорченная грехом, – для природы вос­крешенного человека. Но чего Спаситель действительно жаждет, это нашей любви, которая в ответ на Его любовь то­же должна приносить свои плоды. Не Христос ли, сказав­ший «жажду», – настоящий, истинный Источник животво­рящей воды? Разве Он во время перехода пустыни не сделал горькую воду сладкой, и разве не по Его повелению забила вода из скалы? Не предложил ли Он самарянке воду живую, утоляющую жажду навсегда, воду, которая творит из каждо­го, христианина «источник воды, текущей в жизнь вечную»?

«Когда же Иисус вкусил уксуса, Он сказал: Соверши­лось. И преклонив главу, предал дух» (Ин 19, 30).

Эти последние слова – «предал дух» – соответствуют словам Господа, которые приводит евангелист Лука: «Отче, в ру­ки Твои предаю дух Мой» (Лк 23, 46). Эти две фразы тесно связаны между собой. Христос дает отчет Своему Отцу, Ко­торому Он предает Свой дух, что Он исполнил до конца Его волю, так как «нет больше той любви, чем если кто поло­жит душу свою за друзей своих» (Ин 15, 13).

Это слово Господа также нужно сравнить с тем, которое приводит ев. Лука: «Не ведают, что творят». Ведь когда Христос умирает на кресте, исполняется Писание о распина­ющих Его, хотя они этого и не знают.

Христос завершил Свое дело, Он оканчивает Свою зем­ную жизнь. Он принял вид раба, вид человека, созданного Им, однако, свободным, чтобы, согласно воле Отца, с по­мощью Святого Духа возрастать в любви своего Создателя. Он установил таинство причастия, которым Он дал нам хлеб Жизни, чтобы люди, вкушая его, не умирали (Ин 6, 50). Взяв на Себя даже до креста наши немощи и нашу смерть, Он сойдет во ад и совоскресит весь человеческий род. Дело искупления совершается в жертве Христа. Воскресение бу­дет. Завершается Страстная пятница, и во время пасхальной утренней зари наступит начало новой жизни.

Христос во гробе

Когда Христос умер, пришли воины добить трех распя­тых, перебив им кости ног. Дело в том, что когда распятый не мог больше опираться на ноги, тело его повисало всей своей тяжестью на руках. Распятый больше не мог дышать и очень скоро умирал. Но Иисус был уже мертвым. Поэтому воин проткнул копьем его бок, для того чтобы исполнилось Писание: «Кость его да не сокрушится», как говорил Мои­сей о пасхальном агнце. И из тела вытекли кровь и вода – вода крещения и кровь причастия, пролитая во оставление грехов.

Иосиф Аримафейский, ученик Христа и член Синедриона, получил тогда от Пилата разрешение снять тело со креста и с помощью Никодима положил его в новом гробе, высечен­ном в скале неподалеку. Ко входу во гроб они привалили тяжелый камень. Начальники иудейские получили от Пилата разрешение поставить стражу у входа, чтобы быть уверен­ными, что ученики Христа не придут ночью, не украдут тело и не будут потом рассказывать, что Христос воскрес, как Он предрекал.

Теперь начинается седьмой день. День, в который Творец почил от всех дел, день, в который Христос лежит в гробу, Великая Суббота. Как не вспомнить и не привести здесь мо­литву Ионы, вопиющего к Богу во чреве морского чудо­вища:

«К Господу воззвал я в скорби моей, и Он услышал меня; из чрева преисподней я возопил, и Ты услышал голос мой. Ты вверг меня в глубину, в сердце моря, и потоки окружили меня, все воды Твои и волны Твои проходили надо мною

И я сказал: отринут я от очей Твоих, однако я опять увижу святый храм Твой. Объяли меня воды до души моей, бездна заключила меня. …До основания гор я нисшел, земля своими запорами навек заградила меня; но Ты, Господи Боже мой, изведешь душу мою из ада. …Я вспомнил о Господе, и молитва моя дошла до Тебя, …У Господа спасение!» (Иона 2, 3-10).

Утреня Великой субботы служится обычно в ночь с пятницы на субботу. Посреди Церкви лежит плащаница, (см. Рис. 9. Плащаница)  вокруг нее молятся верующие. На этой службе Церковь в ожидании воскресения переживает решительные часы, когда жизнь ле­жит во гробе, Сын Божий делает нашу тленную плоть нетлен­ной. И Он же нашу природу сделает бессмертной, которую грех сделал смертной. Гроб Христов – таинственное место, где происходит переход от смерти к жизни, место скрытое, как яйцо, из которого возникнет новая жизнь Пасхи, новая эпоха, восьмой день жизни мира.

Плащаница (по-гречески «эпитафион») – тканная вышитая икона, на которой изображено положение во гроб Христа Иосифом из Аримафеи, которому помогает Никодим, над изголовьем Христа склоняется Богородица, у ног ап. Иоанн помогает умащивать тело Господа (ср. Ин 19, 38-42). Во всех православных церквах в Великую пятницу верую­щие беспрерывно идут в церковь приложиться к Плащани­це, украшенной цветами и торжественно вынесенной на сере­дину церкви.

Нас охватывает страх и трепет, благоговейная тишина ца­рит перед этой великой тайной смерти Христа. Ни одно сло­во, ни одна мысль, и никакое надгробное пение не достаточ­ны для прославления Господа. Итак, подобно Иосифу из Аримафеи и Никодиму, приближаемся мы к святейшему Гробу и с любовью покланяемся этой несказанной тайне.

В этой главе мы приведем некоторые богослужебные тексты, говорящие об этом великом событии. Все они взя­ты из вечерни Великой пятницы и из утрени, вечерни и ли­тургии Великой Субботы.

«Ужаснися бояйся небо, и да подвижатся основания зем­ли: Живущий в вышних полагается яко странник в малый гроб» (Песнь 8).

При положении Христа во гроб трепещем и мы, как анге­лы и как звезды:

«Жизнь, Ты во гробе полагаешься, о Христе! И лики ан­гельские со страхом славят Твое погребение. При Твоем распятии раздирается церковная завеса, звезды померкли, о Слове, о Солнце Правды, зря Твое погребение».

В Великую пятницу мы поем со всей Церковью, следуя за Иосифом и Никодимом во всех их действиях, когда они погребают бесценное тело Господа и Спаса нашего Иисуса Христа. Затем, в ночь с пятницы на субботу грустные ми­норные напевы призывают нас с благоговением приложить­ся к плащанице. Эти песнопения вводят нас в божественную тайну, никогда не открывая ее полностью, так как она оста­ется недоступной человеческому пониманию. В этом смысл вышитых пелен, прикрывающих плащаницу: сохранить тайну смерти Бога. В русских церквах лик Спасителя прикры­вается особым покровцом, который обычно накрывает Ча­шу. Ведь даже ангелы не смеют видеть Христа в гробу.

В эту ночь несколько тем слышим мы в богослужебных молитвах. Послушаем несколько отрывков из них, которые нам объясняют смысл этих трех дней во гробе.

Гроб, в котором лежит Христос, становится источником жизни: «Жизнь мира погребение приемлет по закону смерт­ности. Но гроб сей является источником воскресения наше­го ради спасения. И мы воспеваем Ему: Свободителю Боже, благословен еси!»

Вместе с Собою Христос предал погребению нашу челове­ческую природу, чтобы наше тленное естество стало нетлен­ным. Он взял на Себя нашу смертность, чтобы нам даровать бессмертие:

«Достойно есть воспевати Тя, Создателю всей твари, Тво­ими бо страданиями свободихомся тления и наследуем бес­смертие».

Кажется, что Христос спит в гробу, как Адам во время сотворения Евы

«В ребра прободен копием, Ты вывел новое творение: для нового Адама новую Еву. Ты заснул чудесным сном, сном источника жизни, и Ты пробудился живым, о Всесильне!»

Покой во гробе Господа Иисуса соответствует покою Бо­га в седьмой день творения. Христос в гробу – это заверше­ние субботы, так как Своею смертью Он воссоздает вселен­ную и завершает божественное дело:

«Ныне день седьмый освятил еси, день сей Ты некогда благословил, почив от дел Твоих. Ты творишь вселенную и воссоздаешь ее Твоею Субботой, о Спасе!»

Отныне Суббота закона Моисеева реализуется во плоти Христа: «Рече великий Моисей: "И благословил Бог день седьмый"».

Чудесное предвосхищение дня сего: се благословенная Суббота; сей есть день покоя, ибо в сей день почил от всех дел Своих единородный Сын Божий смертию Своею. Он плотию празднует субботу и возвращается Воскресением в своей первой славе».

Субботняя тема – центральная на заре этой субботы; же­ны-мироносицы уже предчувствуют – к какой славе ведет эта единственная и несравненная Суббота: переход от смер­ти к Жизни, от ночи к утренней заре, никогда не заходящей, переход от седьмого дня к восьмому полагает начало ново­му творению. Вот почему многократно повторяется припев жен-мироносиц:

«Сия есть благословенная суббота, в ней бо почивый Хри­стос тридневне воскреснет».

В самом сердце смерти светит Воскресение чудесным и полным мира светом. Еще перед блистающей пасхальной ночью, в самой глубине гроба – молитвы отцов Церкви зара­нее приоткрывают нам победу над смертью, сошествие во ад и возможное освобождение пленникам тьмы:

«Ад владычествует над родом человеческим, но власть его не вечна. Ты, Всемогущий, лежащий во гробе, сокрушил еси десницею Твоею царственною узы смерти. Ты проповедал давно спящим истинное избавление, Спасе, ставший первенцем из мертвых».

«Первенец из мертвых» (Кол 1, 18) – выражение, вос­произведенное Василием Великим в его евхаристическом каноне.

Ад начинает терять свои силы. И прежде полной победы, которая будет торжественно воспеваться в пасхальную ночь, мы уже чувствуем, как слабеет его власть, как разрушается его сила и владычество:

«Ад был поражен в сердце, приняв Того, который был по­ражен копием в ребро. Он стенает, будучи сжигаем боже­ственным огнем».

И умирающий ад трижды испускает вопль тоски и скорби:

«В сей день ад стенает и вопиет: «Крепость моя повергну­та; Я принял мертвеца, подобного всем иным мертвецам, но не могу удержать его. Он лишает меня тех, кто был в державе моей; я держал мертвых узников от века; Он освобожда­ет их всех». Слава, Господи, Кресту Твоему и Твоему Вос­кресению!»

Никто никогда не видел Христа, исходящим из гроба, ни один свидетель не мог видеть, как Христос воскрес, ни одно человеческое повествование не может рассказать об этом событии, которое опрокидывает все естественные законы смерти в природе. Евангелия добровольно хранят молчание о самом событии Воскресения.

В Первом послании Петра (3, 19) и в Послании Павла к Филиппийцам (2, 10) упоминается сошествие Христа во ад. Оно не упоминается в нашем «Верую», но о нем была речь во многих исповеданиях веры древней Церкви, в том числе в «Апостольском символе», который римская Церковь со­хранила как крещальный символ.

Сошествие Христа во ад так же, как и жены-мироносицы у гроба и их встреча с ангелами – согласно Евангелиям – единственные образы, единственные иконы, которыми Цер­ковь нам позволяет приблизиться к тайне Воскресения. Цер­ковь же в своих молитвах описывает Христа, исходящего из гроба, только ссылками на Евангелия, на ветхозаветные об­разы, как, например, Иона, и на псалмы:

«Иона был заключен, но не удержан во чреве китове, Твою страсть и Твое погребение предображая, Ионе изыде из чудовища, яко из чертога брачного».

Утреня Великой субботы заканчивается стихами псал­мов, возглашаемых громким голосом перед чтением апосто­ла. Такие стихи псалмов называются прокимен. Они всегда поются перед евангельскими чтениями – Ветхого За­вета, апостолами и евангелиями.

«Воскресни, Господи Боже мой, да вознесется рука Твоя, не забуди убогих Твоих до конца!»

Затем перед чтением Евангелия раздается в церкви новый торжествующий зов:

«Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его, и да бежат от лица Его ненавидящие Его!»

Евангелие, читаемое после пения этого псалма, рассказы­вает нам о том, что возле гроба была поставлена стража и что камень был запечатан (ср. Мф 27, 62-66). Были приняты все возможные меры предосторожности, но поруганы бы­ли старающиеся: мы выходим из церкви с уверенностью, что восклицание псалмов «Да воскреснет Бог!» осуществится и что ничто не сможет удержать Жизнь в гробу.

Великая Суббота. Литургия служится с вечерней. Вечерня переходит в литургию. На вечерне читаются 15 паремий, вет­хозаветных отрывков. Полагается, чтобы литургия конча­лась как можно позже, после полудня, когда день клонится к вечеру. На практике это бывает лишь в монастырях, где монахи остаются в храме и там же готовятся к пасхальной заутрене. На приходах верующие не могут оставаться в хра­ме так долго. Служба эта поэтому совершается в субботу утром. Тема этой службы – Крещение, о котором идет речь в библейских чтениях. Например, переход через Красное мо­ре, книга Ионы... В апостоле: «Все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились» (Рим 6, 3). Еванге­лие гласит одновременно и о Воскресении, и о Крещении: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святого Духа» (Мф 28, 19). В древней церкви во время этой литургии происходило крещение тех, кто готовился к нему Великим постом. В наше время эта практика иногда возрождается.

На литургии Великой субботы слышим мы снова проро­ческий возглас псалма:

«Воскресни, Боже, суди земли, яко Ты наследиши во всех языцех!»

В Русской Церкви во время этого прокимна меняются облачения духовенства и престола, покрывала аналоев и икон. Все черное Страстной седмицы и Великого поста за­меняется белым, все становится светлым – символом Вос­кресения. У греков священник в знак победы бросает лав­ровые листья. Этими конкретными и материальными жеста­ми наша Церковь свидетельствует без слов, что Пасха уже совершилась.

После пения прокимена настежь открываются Царские Врата, алтарь сияет светом, и читается первое пасхальное Евангелие: ангел возвещает женам-мироносицам Воскре­сение, затем они встречают живого Христа, воскресшего из мертвых (Мф 28, 1-10). И верующие, подобно миро­носицам, получают от ангелов Благую Весть и молчаливо ждут ночи, чтобы с радостью и веселием приветствовать ее.

Подходит полночь. Церковь, украшенная к празднику, остается еще в полумраке, так как свечи потушены. Хор по­ст последние молитвы Великой субботы, а священник и это время вносит Плащаницу в алтарь. У греков это про­исходит несколько раньше: в конце утрени Великой суб­боты, после пения Великого славословия. Пасхальная литур­гия будет служиться на Плащанице так же, как и все службы до Вознесения. Престол означает гроб Христа, поэтому и Плащаница кладется на него. Это нам напоминает, что жизнь происходит из Гроба; и евхаристией, которая совершается на нем, и мы принимаем участие в смерти и Воскресении Христа.

По традиции Иерусалимской Церкви служащий протяги­вает верующим зажженную от алтарной лампады пасхальную свечу с пением:

«Приидите, примите Свет. Сей есть Свет вечный; и прославьте Христа, воскресшего из мертвых!»

Каждый зажигает свечу от свечи другого, затем во время выхода духовенства из алтаря на крестный ход все поют:

«Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангели поют на небесех; и нас на земли сподоби чистым сердцем Тебе славити».

Этой молитвой, этим пением мы зовем ангелов подгото­вить нас к этому светлому Празднику.

Наконец, теперь христиане возвестят о воскресшем Христе всему миру; вот почему Евангелие о Воскресении (Мк 16, 1-8) читается вне церкви, перед входом в нее. После чтения Евангелия священник поет тропарь праздника, его подхватывают все:

 «Христос воскресе из мертвых, Смертию смерть поправ,  И сущим во гробех Живот даровав!»

Этот победный стих будет беспрерывно повторяться в течение сорока пасхальных дней.

Рис. 9. Плащаница

Глава третья. Воскресение

А. Свидетельства

Повествования четырех евангелистов о Воскресении Христа были написаны в течение второй половины I века н. э. между 50 и 100 годами.

[Копии евангелия от Иоанна распространялись в Египте уже в 120 году, как свидетельствует папирус, открытый в 1925 году Лицманом. Имеется в виду письмо солдата александрийского гарнизона, который приводит выдержку из 18 главы Евангелия от Иоанна, на­писанного в Ефесе в Малой Азии. – Прим. авт.]

Таким образом, они – творение того поколения, кото­рое пережило это событие, поколения апостолов Иисуса Христа и их непосредственного окружения. Они свидетель­ствуют о вере христианской общины в Иерусалиме с первых дней ее существования.

[Это видно, напр., из сравнения рассказа о факте Воскресения евангелиста Марка (16, 6), ученика Петра, который передает нам его учение и текста Луки в Деяниях Апостолов, воспроизводящего речь самого Петра жителям Иерусалима. Мы находим в обоих рас­сказах общие выражения, очевидно, цитаты проповеди Петра в день Пятидесятницы. – Прим. авт.]

Дух, в котором написаны Евангелия, ясно показан самим Лукой, написавшим в виде пролога: «Как уже многие начали составлять повествования о совершенно известных между нами событиях, как передали нам то бывшие с самого начала очевидцами и служителями Слова, то рассудилось и мне, по тщательном исследовании всего сначала, по порядку описать тебе, достопочтенный Феофил» и т. п. (Лк 1, 1-3).

Как каждый подлинный и искренний свидетель, еванге­листы и ап. Павел дают нам о воскресении такие свидетель­ства, которые едины в главном, хотя и разнятся в много­численных деталях. Действительно, у каждого из них своя точка зрения; каждый, просвещенный Духом, хочет осо­бо подчеркнуть в своем рассказе то, что именно его пора­зило больше всего. Восстановить последовательность фак­тов в строго хронологическом порядке трудно еще и пото­му, что это событие по самой своей природе нарушает и взрывает весь обычный порядок вещей, хотя цепочка основ­ных фактов видна довольно отчетливо.

Б. Пустой гроб

Прошла суббота, день покоя. А на заре следующего дня несколько женщин из окружения Христа – Мария Магдали­на, упоминаемая четырьмя евангелистами, Мария, «мать Иакова», упоминаемая Матфеем, Марком и Лукой, Саломия, упоминаемая только Марком, Иоанна, упоминаемая только Лукой, и прочие – идут ко гробу Иисуса, чтобы по еврейскому обычаю принести благовония, предназначенные для тела покойника.

Они видят, что большой камень, заграждавший вход во гроб, отвален и гроб пуст. Но ни одна из них не виде­ла Иисуса, выходящим из гроба. Лишь более поздние пи­сания, не апостольского происхождения и, следовательно, не признанные Церковью – описывают Христа, выходя­щим из гроба. Эти писания называются апокрифическими евангелиями. Настоящие евангелия – называемые канони­ческими – благоговеют перед тайной Воскресения Господа, как они благоговеют и перед тайной Его рожде­ния. Никто не знает, как вышел Христос из гроба, мы знаем только, что когда женщины приходят ко гробу, они нахо­дят камень отваленным, а гроб пустым. Христос явится своим ученикам лишь через несколько часов.

Одна из женщин, Мария Магдалина, тут же сообщает об этом Петру и Иоанну, которые спешат ко гробу. Марию Магдалину мы знаем по Иоанну (20, 1), Лука подтверж­дает о ней (24, 9-12), упоминает ее и Марк (16, 1). Иоанн, автор рассказа, прибегает первым, так как он моложе, но не решается войти в пещеру до прихода Петра. Петр «вхо­дит во гроб и видит одни пелены – повязки лежащие, и платок, который был на главе Его, не с пеленами лежащий, но особо свитый на другом месте» (20, 6-7). Затем в свою очередь входит и Иоанн. Затем апостолы в раздумии воз­вращаются, но Иоанн уже угадал истину. Он сам нам говорит об этом.

Враги Христа не будут отрицать факта пустого гроба, так как Матфей сообщает нам, что они подкупили стражу, ко­торая стала утверждать, что ученики украли тело Иисуса. Эта молва распространится также среди иудеев, подтверж­дая, что гроб Иисуса оказался пуст, но не по причине произо­шедшего чуда...

В. Возвещение Воскресения ангелами

После ухода Петра и Иоанна от пустого гроба к нему воз­вращается Мария Магдалина. Жены-мироносицы будут сви­детельницами события, о котором говорят все четыре еван­гелиста: явления ангелов. (см. Рис. 10. Мироносицы) Иоанн и Лука упомина­ют двух ангелов, Матфей и Марк – одного.

Ребенок: Кто такие ангелы?

Взрослый: Слово «ангел» – греческое. Оно означает «вестник»; ангел – вестник Бога, вестник, являющийся в человеческом образе, чтобы он мог общаться с людьми. Евангелисты говорят о «двух мужах в блистающих одеж­дах» или о «юноше, облеченном в белую одежду». Библия говорит об ангелах весьма скупо и в редких случаях, ког­да Богу угодно сообщить людям что-либо исключительно важное и имеющее универсальное значение. Вестники, ко­торых Бог посылает таким образом людям, потому что Он их любит и хочет спасти их, не имеют никакого отношения к мифологическим образам маленьких крылатых детей, которых изображали художники Ренессанса. Но на иконах, тем не менее, ангелы изображаются с крыльями, согласно библейской традиции, как в видениях Исаии и Иезекииля, где речь идет о существах с шестью крыльями, символиче­ски изображающих таинственную действительность иного мира.

Марк говорит нам (16,7), что именно ангел поручает жен­щинам предупредить Петра; Лука пишет, что Петр, узнав­ший от жен-мироносиц о воскресении, бежит ко гробу. Но Иоанн уточняет, что Мария Магдалина возвещает ему и Пет­ру не о воскресении, а лишь о факте, что гроб пуст. Создает­ся впечатление, что Иоанн здесь более точен, чем Марк и Лука.

Но вернемся к нашему повествованию. Первыми про­возгласят женам-мироносицам благую весть о воскресе­нии божественные вестники: «Вы ищете Иисуса Назаря­нина распятого? Его здесь нет: Он воскрес, вот место, где Его положили; но идите и скажите Его ученикам, что Он их ждет в Галилее, Там Его увидите. Почему вы ищете живого среди мертвых?» (cр. Мф 28, 6-7; Мк 16, 6-7; Лк 24,5).

Но в Евангелии от Иоанна ангел просто спрашивает Ма­рию Магдалину: «Почему ты плачешь?». Магдалина узнает о воскресении, встретив самого Христа.

Таким образом, сначала воскресение дается нам не как ослепляющее явление, которое видно, а как возвещенная словом истина, которую нужно принять на веру. И женщины поверят в него. Эту истину можно в одинаковой степени от­бросить и отрицать – сначала апостолы не поверят женщи­нам, когда те взволнованные, возбужденные и испуганные принесут им благую весть. Таким образом, человеческая сво­бода не нарушена: Воскресение не поражает воображение выставлением напоказ чудес, а с призывом обращается к вере.

Рис. 10. Икона Мироносицы

Г. Явление Воскресшего

1. Явление Марии Магдалине

Первым человеком, который встретит живого Христа по­сле Его воскресения, будет Мария Магдалина. Об этом явле­нии нам подробно рассказывает Иоанн. Его подтверждают Матфей (28, 8-10) и Марк (16, 9). От Матфея (28) мы зна­ем, что Мария Магдалина увидит «Иисуса, идущего ей на­встречу», выйдя из гроба. [Отцы Церкви часто отмечали, что встреча воскресшего Христа с Марией Магдалиной напоминает поиски Жениха Невестой в Песне Песней – сад, стражники, поиски возлюбленного. – Прим. авт.]  Матфей говорит «Иисус встретил их», так как в его рассказе Магдалину сопровождает другая Мария. «Она обернулась назад, – говорится у Иоанна, – и увидела Иисуса стоящего, но не узнала, что это Иисус. Иисус говорит ей: «Жена! Что плачешь? Кого ищешь?» Она, думая, что это садовник, говорит ему: «Если ты взял Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его». Иисус говорит ей: «Мария!» Она, обернувшись, говорит Ему: «Раввуни!», что значит: Учитель. Иисус говорит ей: «Не прикасайся ко Мне...» (ср. Ин 20, 13-17). Конечно, она уже «ухватилась за ноги Его и поклонилась Ему» (ср. Мф 28, 9).

Ребенок: Как же могло быть, что Мария Магдалина с пер­вого взгляда не узнала Христа и приняла Его сначала за са­довника?

Взрослый: Мария Магдалина узнает Христа не по Его чертам, а услышав, как Он произносит ее имя: Мария! Это исключительно личная встреча: Мария – Учитель – в зове и ответе, полном любви. Только так смогла Магдалина узнать Его. Это не было установление личности в плане физичес­ком, а в гораздо более глубоком аспекте. Христос вернулся «и другого мира. Он больше не принадлежит этому миру, где стареют и умирают. Он уже в мире вечности. Теперь уже больше нельзя определять Его мерками этого мира. Он внезапно вторгается в него столь чудесно и неожиданно, что лишь любившие Его и веровавшие в Него могут вновь обрести Его и узнать в личной любви и вере. Вот почему через несколько часов после Марии Магдалины два дру­гих ученика встретят Его, тоже не сразу узнав Его. Лишь Лука подробно рассказывает нам об этом втором явле­нии Господа Иисуса, хотя и Марк кратко упоминает о нем (16, 12).

2. Явление двум ученикам на пути в Эммаус (Лк 24, 13-32).

Два ученика, одного из которых звали Клеопа, отправи­лись в воскресенье, во второй половине дня, 9 апреля 30 года из Иерусалима в маленькую деревню Эммаус. По доро­ге к ним присоединился воскресший Иисус, но они не узнали Его: «Глаза их были удержаны, так что они не узнали Его», говорит нам Лука.

[Для дня Воскресения возможны две даты: либо 9 апреля 30 го­да, либо 5 апреля 33 года. В самом деле:

1. Понтий Пилат правил Иудеей с 26 по 36 годы;

2. Еврейская Пасха – 14-ый день лунного месяца Нисана – прихо­дилась на субботу 8 апреля 30 года и 4 апр. 33 года;

3. Христос крестился, согласно Луке (3, 1), в 15-й год правления Тиберия, значит, согласно принятому исчислению, в 28 или в 29 году;

4. Новозаветные повествования упоминают лишь о двух пасхах между Крещением и Страстями: итак, период с 29 по 33 годы, по-видимому, слишком долог, принимая во внимание Новый Завет. Та­ким образом, дата 9 апреля 30 года – наиболее вероятна, хотя и дата 5 апреля 33 года тоже не исключается. – Прим. авт.]

Ребенок: А почему они не узнали Его?

Взрослый: Христу угодно, чтобы вера предшествовала узнаванию. Вот почему Он сначала пробуждает, вызывает эту веру. «О чем это вы, идя, рассуждаете между собой, и от­чего вы печальны?» – Он спрашивает их. «Неужели ты, один из пришедших в Иерусалим, не знаешь о том, что там про­изошло в эти дни? О том, что было с Иисусом Назарянином. А мы надеялись было, что Он избавит Израиль».

Отметим здесь прошедшее время: «надеялись было». Зна­чит, они больше не надеются; после смерти Христа они по­теряли веру и надежду. «Ведь Он был пророк, сильный в де­ле и слове пред Богом. Его предали начальники наши для осуждения на смерть, и распяли Его. Но некоторые женщи­ны из наших изумили нас: они были рано у гроба и не на­шли тела Его. Видели и Ангелов, которые говорят, что Он жив!»

И тогда Христос терпеливо объяснил им все то, что у Мои­сея и пророков возвещало Его страдания и Его воскресе­ние. Затем эти два ученика скажут, что «в них горело серд­це их, когда Он говорил с ними и изъяснял им Писания». Значит, Он понемногу помогает узнать в Нем Того, о Ко­тором говорили Писания – Мессию, Христа, Того, о Ком Бог сказал устами Давида: «Ты не оставишь души моей во аде, и не дашь святому Твоему увидеть тления» (Деян 2, 25-28). Понемногу, идя с ними, Христос зажигает в них веру и надежду. Так они втроем приблизились к деревне. Христос сделал вид, что хочет идти дальше, но они, показы­вая таким образом свою привязанность к Нему, но все еще не узнавая Его, – стали удерживать Его остаться с ними, «так как день уже склонился к вечеру». Тогда Он вхо­дит в дом и разделяет с ними трапезу.

Там он делает те же четыре жеста, что и на Тайной Вечере в Великий четверг. Эти четыре жеста означают Его вечное присутствие среди учеников: они вспоминают эту трапезу, Его смерть до воскресения, «доколе Он придет» (1 Кор 11, 26). Вот эти четыре жеста: Он взял хлеб. Он воздал благодарение. Он преломил хлеб. Он дал его им.

В Великий четверг, давая этот хлеб, Он сказал: «Прими­те, ешьте, это Мое тело», но теперь Ему не нужно произно­сить этих слов: они уже Его узнают по жестам. Это вера. Им больше не нужно Его видеть, Он скрывается. Но они остаются с Телом Воскресшего, как и мы во время прича­стия.

Ребенок: А как верить, что хлеб и вино – истинно Тело и Кровь Воскресшего?

Взрослый: Я это говорю, потому что Иисус Христос это сказал. Он сказал: «Это Мое Тело». Верить в это – значит, иметь веру. Когда Сын говорит, Святой Дух осуществляет сказанное. Когда говорило Слово Божье: «Да явится суша!» (Быт 1, 9), Дух Божий, который носился над водами, Дух-Творец, животворящий Дух совершил то, что говорило Сло­во (Иез 37, 14), и земля была создана. Затем Христос сказал: «Это Мое Тело», а Дух Святый подтверждает Слово и превращает хлеб в Тело Христово.

Вера в Творение из ничего (см. первую часть), вера в рож­дение Иисуса Христа от Девы, вера в Его Воскресение, ве­ра в претворение хлеба причастия в Тело Христово, – это вера.

Вот факт: оба апостола поверили, узнали Христа при получении хлеба и немедленно побежали в Иерусалим воз­вестить, что Христос жив, что Христос воскрес.

3. Явление Петру

Их встретили другие апостолы, говорившие: «Господь истинно воскрес, и явился Симону» (Лк 24, 34). Это тре­тье явление Христа нам подтверждает апостол Павел, ко­торый говорит в первом Послании христианам Коринфа (15,5), что Христос «воскрес в третий день по Писанию и явился Кифе (Петр – по-арамейски), потом двенадцати».

4. Явление двенадцати

В день воскресения вечером апостолы собрались вместе. Этим вечером их было не двенадцать. Иуда повесился, Фома отсутствовал. Числительное «двенадцать» служит обычно для обозначения собрания апостолов, полноты их числа. Две­ри горницы – по Иоанну – были заперты, так как апостолы боялись, что и их схватят и предадут суду те, кто осудил на смерть их Учителя. Два ученика только оповестили других о их встрече с Господом по дороге в Эммаус (Лк 24, 36), как Иисус «пришел, стал посреди и говорит им: мир вам»; эти слова передает нам и Иоанн.

Дар, который еще сегодня получают ученики от воскрес­шего Христа – это Его мир (см. также Ин 14, 27), мир Христов, «превосходящий всякое понимание», от которого вкусит позже и апостол Павел.

Апостолы охвачены ужасом, они думают, что видят дух, кого-то «с того света». Иисус уверяет их: «Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это Я Сам; осяжите Меня и рас­смотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня» (Лк 24, 39). Сказав это, Он показал им руки, ноги и ребра Свои (Ин 20, 20), на которых были следы гвоздей и копья. И чтобы лучше уверить их, Он попросил у них есть. «Они подали Ему часть печеной рыбы и сотового меда. И Он, взяв, ел пред ними» (Лк 24, 42), и «обрадова­лись ученики, увидев Господа» (Ин 20, 20). Это та радость, которая дается и нам в пасхальную ночь, когда в темноте мы зажигаем свечи и, услышав благовестив о Воскресении, все вместе с воодушевлением поем: «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав».

Христос дает апостолам задание – благовестить прощение грехов всем народам, и говорит им: «Как Отец Меня послал, так и Я посылаю вас» (Лк 24, 47; Ин 20, 21).

Для того, чтобы у апостолов была сила выполнить это за­дание, Христос обещает им и их соработникам Святого Духа (Лк 24, 49; Деян 1, 8). Как уточняет Иоанн, Хри­стос даже дает уже Его апостолам, дунув на них и сказав им: «Примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому про­стятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин 20, 22-23).

Рассказы Иоанна и Луки поразительно сходятся друг с другом, хотя стиль их различен. Оба подчеркивают следую­щие четыре аспекта явления Христа двенадцати:

– дар Мира;

– телесный вид Распятого, который показывает свои раны;

– благословение апостолов на проповедь;

– обещание Духа.

5. Второе явление апостолам в Иерусалиме

От Иоанна мы знаем, что в этот пасхальный вечер, когда воскресший Христос явился апостолам, апостол Фома отсут­ствовал (Ин 20, 24). Когда же апостолы радостно возвестили ему: «Мы видели Господа», он отказался верить им, сказав: «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу пер­ста Моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в реб­ра Его, не поверю» (Ин 20, 25). «Через восемь дней опять были ученики Его в доме, и Фома с ними. Пришел Иисус, когда двери были заперты и стал посреди их (Ин 20, 26). Как и первый раз, Он сказал им: «Мир вам». Затем обратил­ся к Фоме: «Подай перст твой сюда». Он показывает Фоме раны от гвоздей: «Посмотри руки Мои, подай руку твою, и вложи в ребра мои; и не будь неверующим, но будь верую­щим» (Ин 20, 27). И воскликнул Фома: «Господь Мой и Бог Мой!» Это неслыханная фраза в устах благочестивого иудея. Впервые в Новом Завете апостол Иисуса Христа называет Его «Бог Мой». Христос ему тотчас отвечает: «Ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны не видевшие и уверо­вавшие» (Ин 20, 29). Верить – это значит признаватьИисуса Богом! Ты не видел воскресшего Христа, но будешь блажен вовек, если все-таки, несмотря на это, веришь, что Он воистину воскрес и что, следовательно, Он есть Сам Творец жизни, и если и ты в свою очередь с верою и любовию Ему говоришь: «Господь мой и Бог мой».

6. Явление семи апостолам

Следуя словам ангела женам-мироносицам: «Идите, ска­жите ученикам Его, что Он предваряет вас в Галилее; там Его увидите, как Он сказал вам» (Мк 16,7; Мф 28, 7), апо­столы покидают Иерусалим и направляются в Галилею. Там Христос в третий раз явится группе собравшихся апостолов (Ин 21, 1-14). В самом деле, семеро из них – Симон Петр, Фома, Нафанаил, Иаков и Иоанн брат его, и еще двое из уче­ников Его, которые не названы по имени – собрались но­чью на озере Галилейском для ночного лова рыбы. На этот раз они ничего не поймали.

Рано утром на берегу появляется Христос. Как и на пути в Эммаус, Он не дает узнать Себя с первого раза; Ему было угодно дать им сначала знамение, пробуждающее их веру: «Дети, есть ли у вас какая-либо пища?» – говорит Он им с берега; «Нет», – отвечают они. «Закиньте сеть по правую сторону лодки и поймаете». Они закинули и уже не могли вытащить сети от множества рыбы (Ин 21, 6) так же, как и в тот памятный день за несколько лет до этого, когда Христос предложил Симону-Петру, его бра­ту Андрею и двум сыновьям Зеведеевым Иакову и Иоанну стать ловцами людей, наполнив пред тем их сети рыбой (Мк 1, 16-20; Лк 5, 1-11). Повторение того же чуда напоминает ученикам о их призвании быть ловцами людей, то есть апостолами.

Первая чудесная рыбная ловля была действительно пово­ротом в их жизни, так как в тот день они оставили все для того, чтобы последовать за Христом. Второй чудесный улов рыбы после Воскресения, вызывая в памяти первый, связал апостолов на всю жизнь со Христом и позволил им узнать Его. «Это Господь!» – восклицает Иоанн. Петр немедленно бросается в море и плывет к берегу навстречу Христу. Христос уже приготовил огонь, на нем лежали рыба и хлеб. Ученики вытащили на сушу сеть, которая не порвалась, несмотря на улов. Поймали в этот раз «сто пятьдесят три больших рыбы» – профессионально уточняет рыбак и буду­щий евангелист Иоанн.

Христос приглашает апостолов вкусить хлеба и рыбы. «Иисус приходит, берет хлеб и дает им, также и рыбу». И это позволяет угадать, что это явление Христа еще раз помеща­ется в рамки евхаристической трапезы.

После вкушения пищи следует беседа между Христом и Петром (Ин 21, 15-19), диалог, которым заканчивается Евангелие от Иоанна: «Симоне Ионин, любишь ли ты Меня больше, чем они?» – спрашивает Христос Петра, нарочно не упоминая его второго имени «Петр», которое Он Сам ему дал после исповедания Симоном Его как Христа, Сына Бога Живого (Мф 16, 18).

«Так, Господи; Ты знаешь, что я люблю Тебя».

«Паси агнцев Моих».

Затем Христос его спрашивает второй раз:

«Симоне Ионин, любишь ли ты Меня?»

«Так, Господи, Ты знаешь, что я люблю Тебя».

«Паси овец Моих».

Затем в третий раз:

«Симоне Ионин! Любишь ли ты Меня?»

Симон-Петр, во время суда над Иисусом трижды отрек­шийся от Него, был глубоко уязвлен кажущимся сомнением Христа в любви к Нему. Казалось, что Христос упрекал его теперь за это отречение:

«Господи! Ты все знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя». «Паси овец Моих».

Тройное утверждение любви стерло тройное отречение. И Христос, поручая ему «пасти своих овец», то есть забо­титься о Его учениках, – снова признавал в нем скалу веры, камень, столп Церкви, апостола, посылаемого в мир свидетельствовать, что Иисус Назорей есть истинно «Христос, Сын Бога Живаго». [На основании этого текста, а также Луки 22, 31-32 и Матфея 16, 17 православное предание именует Петра «корифеем» апостолов – значит, первым среди них. Римская Церковь увидит в нем «началь­ника» апостолов. – Прим. авт.]

Но свидетель станет мучеником, и Христос дает ему по­нять, какой смертью он прославит Бога: «Когда ты соста­ришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя и поведет тебя, куда не хочешь» (Ин 21, 18-19). В самом де­ле, Петр будет распят вниз головой в Римском Колизее в 67 году.

Петр захочет знать также будущее своего друга Иоанна. «Господи, а он что?» Но Христос не удовлетворит его любо­пытства: «Если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду; что тебе до того? ты иди за Мною». Таким образом, у нас есть подробное свидетельство обо всей беседе воскресшего Хри­ста с Петром в присутствии автора четвертого евангелия; это исключительно убедительное свидетельство воскресения Христа.

7. Явление одиннадцати ученикам в Галилее (Мф 28, 16-20; Мк 16, 15-18)

Матфей свидетельствует о новом явлении в Галилее, во время которого Христос будет беседовать «с одиннадцатью учениками», собранными вместе, и им скажет: «Дана Мне всякая власть на небе и на земле. Идите и научите все наро­ды». Марк добавляет: «Идите по всему миру и проповедуй­те Евангелие всей твари». Снова возвращаемся к Матфею: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам. И вот Я с вами во все дни до скончания века».

Следовательно, после своего воскресения Христос пове­лел своим ученикам «идти по всему миру и учить все наро­ды». Как же мог бы такой наказ быть принят всерьез бед­ными рыбаками с Галилейского озера, если бы Христос его дал до Своего явления Воскресшим? Но так как это пове­ление исходило от Воскресшего, оно будет не только приня­то всерьез, но и буквально исполнено: сегодняшняя пропо­ведь Благой Вести во всех странах мира – от Японии до Аляски, от Норвегии до Патагонии – прямое следствие вос­кресения Христова и длящееся свидетельство его реаль­ности.

8. Явление более чем пятистам ученикам

В Первом Послании к Коринфянам (15,6) Павел упоми­нает о «явлении более чем пятистам ученикам», из которых большинство еще было живо в 58 году – году написания По­слания. Несомненно, это явление произошло в Галилее в ту же эпоху.

9. Явление апостолу Иакову

За этим явлением последовало явление апостолу Иакову, о котором мы знаем лишь из беглого упоминания Павла в том же Послании к Коринфянам (1 Кор 15, 7).

10. Явление через сорок дней после этого: Вознесение

Через сорок дней после Своего воскресения (Деян 1, 3) Христос явится ученикам последний раз и их выведет из го­рода в Вифанию (Лк 24, 50). Там Он будет «вознесен» на небо (Мк 16, 19): это – Вознесение (см. Часть шестая, гл. 1).

Глава четвертая. Наше воскресение Крещением

А. От Креста и Воскресения Христова к нашему крещению

Со времени распятия и воскресения Господа Иисуса Хри­ста прошло примерно две тысячи лет. Почему это событие касается нас сегодня? Каким образом «прощение грехов», ради которого Христос умер на кресте, становится прощением наших грехов сегодня? Как «вечная жизнь» Воскресшего, который больше не умирает, становится нашей вечной жиз­нью? Как победа Иисуса Христа над смертью освобождает от смерти нас? Как все то, что Господь сделал для людей, «ко­торых Он так возлюбил», может быть полезным людям на­шей эпохи? Как мы сегодня можем действенно получать дар Божий, который принес Он? Как вся тайна Креста и Воскресения может коснуться нас, как мы можем усвоить ее, сделать ее своей, нашей, для того чтобы Его воскресение стало бы нашим воскресением, чтобы Его единство с Отцом стало нашим примирением с Богом, чтобы Его жизнь стала нашей жизнью? Ответ нам дан в «Верую» одной небольшой фразой: «Исповедаю едино крещение во оставление грехов». Благодаря крещению, смерть и воскресение Христа становятся актуальными и реально присутствующими – в на­стоящее время. Крещением мы принимаем участие в смер­ти Христа, чтобы принимать участие и в воскресении (см. Рим 6). Именно крещение делает нас «единой отраслью» с воскресшим Христом, как бы прививает нас к Нему.

Ребенок: Что значит «прививает нас к Нему»?

Взрослый: Прививка состоит в том, чтобы позволить хрупкому растению, которое не смогло бы само пустить корни, расти на подпорке, на опоре, на более сильном, жиз­неспособном растении...

Ребенок: И сок – сила, крепость – ведь переходит из сильного растения в стебель слабого?

Взрослый: Да, и таким же образом действует и креще­ние: сок, животворящая сила воскресшего Христа – значит Святой Дух, почивающий на Нем и живущий в Нем, перехо­дит в нас и питает нас жизнью воскресшего Христа, то есть жизнью Бога, и в этом – полнота. Отсюда проистекает важ­ность крещения, которое нам теперь нужно подробно изу­чить.

Б. Возвещение Крещения в Ветхом Завете

Нельзя понять смысла и важности крещения, не изучив символического и реального значения воды в Ветхом Завете.

1. Вода – начало жизни

Когда земля была еще неустроена, «безвидна и пуста», «хаосом», – Дух Божий носился над водами. Так нам сооб­щают первые два стиха первой главы книги Бытия, которые предшествуют всему рассказу о Творении. Именно из воды, оплодотворенной животворящим Духом, произойдут все живые существа. Где вода  там жизнь. Где нет воды – там пустыня. Вот почему пишет Исаия:

«Пробьются воды в пустыне и в степи потоки. И превратится призрак вод в озеро, и жаждущая земля – в источник вод; /.../ Ибо я изолью воды на жаждущее и потоки на иссохшее... И будут расти между травою, как ивы при потоках вод» (Ис 35, 6-7; 44, 3-4).

Короче, вода – источник жизни. Но если вода дает жизнь, то...

2. Вода может также разрушать, уничтожать, топить

Потоп. Люди пали настолько, что вместо того, чтобы осуществлять замысел Божий о них и стараться быть подоб­ными Ему, они стремились самоутвердиться как против Бо­га, так и друг против друга. Они все больше погружались во зло, гордыню и ненависть. И вот водою потопа Бог залил гре­хи и разрушил зло, пощадив лишь Ковчег спасения – буду­щую Церковь Христову, где нашли убежище праведный Ной, его семья и вся тварь, которую Ной там собрал (Быт 6, 7,8).

Переход через Красное море. Когда воин­ство египетского фараона, воинство угнетателей и рабовла­дельцев преследовало народ Божий, который во главе с Моисеем перешел посуху Красное море, расступившееся благо­даря посланному Богом сильному ветру, ветер изменил свое направление, и море сомкнулось над воинством фараона, «потопляя», разрушая, поглощая силы зла: вода топит грех и уничтожает зло.

В. Крещение в Новом Завете

1. Значение слова «крещение»

Господь Иисус Христос употребил слово «крещение» еще и для обозначения Своей смерти и Своего погребения. Действительно, когда Он возвещает апостолам Свои стра­сти, Свою смерть и Свое воскресение, Иаков и Иоанн, сыно­вья Зеведеевы, для которых эти слова Христа означали Его вхождение в славу, просят Его: «Позволь нам сесть во славе Твоей – одному справа, а другому слева от Тебя». Они уже видели себя приближенными будущего царя иудеев! А Хри­стос отвечает им: «Можете ли вы креститься Моим креще­нием – крещением, которое приму Я?» Он говорил о Своей смерти. «Можем», – говорят они в полном неведении, а Хри­стос продолжает: «Крещением, которым Я крещусь, будете креститься», намекая этим на их мученичество (ср. Мф 20, 17-22; Мк 10, 33-40). Таким образом, для самого Христа креститься – означало соучаствовать в Его смерти, умереть, но умереть, чтобы возродиться: это Христос объяснит Никодиму.

2. Беседа Христа с Никодимом (Ин 3, 1-10)

Однажды ночью к Христу пришел Никодим. Это был вы­сокопоставленный иудей, фарисей-мудрец, член высшего из­раильского совета. Это тот самый Никодим, который позже совместно с Иосифом Аримафейским благочестиво похоро­нит тело Христа в пещере. Пришел он ночью, так как днем он не решался показаться у Него, боясь, что на это плохо по­смотрят его собратья и исключат его из молитвенного со­брания. Он спросил Христа, что нужно делать, чтобы войти в Царство Божье. Христос ответил ему: «Кто не родится свыше, тот не может увидеть Царствия Божия». Никодим не понял и спросил снова: «Как может человек родиться, будучи старым? Неужели он может в другой раз войти в ут­робу матери своей и родиться?» Христос ответил: «Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царство Бо­жье. Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух. Не удивляйся тому, что Я сказал тебе: должно вам родиться свыше. Дух дышит, где хочет, и голос его слы­шишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит; так бы­вает со всяким, рожденным от Духа». Итак, Христос приглашает людей родиться для жизни, которая будет не только той жизнью, которой живут животные и все плотские суще­ства, но которая будет также и той жизнью, которой живет Господь. Эта жизнь дается самим дыханием Божьим, Свя­тым Духом Божьим. Слово «пневма» – по-гречески и есть «дыхание», «дух». Это то дыхание, которое Бог уже вдох­нул в земное бытие во время Творения при сотворении мира, давая нам таким образом частицу Себя Самого, Свой образ, Свою свободу, возможность быть подобным Ему нашей собственной творческой деятельностью. Это то ды­хание, с помощью которого человек призван навсегда превосходить самого себя, быть истинно человеком, лишь приобщаясь к божественной природе. Это то Дыхание, то присутствие Божье, которое человек теряет грехом и смер­тью и которое он вновь найдет в воде крещения, источни­ке жизни. В ней потопляется грех, а именно он – причина смерти. Из нее забьет ключом настоящая жизнь, жизнь вечная, которой живет Бог. Эту жизнь дает Его животворя­щий Святой Дух. Ее дал людям Сын Божий, предавая на кресте Дух Свой Отцу, и воскреснув из мертвых, чтобы дать этого же Духа верующим в Него.

3. Крещение Иоанново и Крещение Иисусово

Крещение Иоанново было символическим крещением. Чтобы приготовить евреев к входу в Царство Божье, скорое пришествие которого возвещал Иоанн, он призывал по­каянием очиститься от грехов, исповедуясь в них и смы­вая их в водах Иордана. Но сам Иоанн восклицал: «Я вас крещу водою, но после меня идет Тот, Который больше меня и Который будет вас крестить огнем и духом». Так он возвещает приближение Царства Божия, пришествие Иисуса Христа.

Итак, когда Иисус крестится от Иоанна, Дух, вечно пре­бывающий на Сыне, покажется в виде голубя, означая освя­щение, обожение – становление божественным. Человечес­кая природа, которую принял на Себя, усвоил Себе Сын Божий, – обожается [обоживается. – Прим. ред. портала], очищается погружением в Иордан. И слышится голос Отца, именующего Его возлюбленным Сы­ном.

С этого времени крещение не будет больше простым сим­волом очищения. Оно будет совершаться во имя Троицы, приобщая, таким образом, каждого крещеного ко всей тайне Христа – Сына, Бога, Отца, Помазанника Духа, умершего для греха, воскресшего для Бога. Поэтому Христос скажет Своим ученикам после Своего воскресения: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святого Ду­ха (Мф 28,19).

Г. Совершение крещения

Теперь мы можем понять порядок обряда крещения, ко­торое мы и сегодня продолжаем совершать точно так, как Василий Великий нам его описал в своем Трактате о Святом Духе (IV век).

1. Изгнание бесов

Христос изгонял нечистых духов. Он освобождал одер­жимых бесом, и Он дает власть ученикам изгонять их. До своего покаяния, до обращения и крещения грешный чело­век – раб дьявола.

Доказательство? Ведь мы часто слышим, что люди после вспышки гнева или страсти вскрикивают: «Это превосходи­ло мои силы!». Таким образом, они признают, что не бы­ли свободны, что они были рабами силы, которая господствовала над ними.

Перед крещением священник, призывая Святое Имя То­го, Кто на кресте победил диавола, повелевает сатане, «ду­ху лжи, духу лукавства, духу лихоимства и всякой нечис­тоты» и слугам его, всем нечистым духам – выйти из кре­щаемого. Иначе они причинили бы «помрачение его разума и рабство его мыслей». К святому крещению нужно готовиться, знакомясь предварительно с Благой Вестью. Такая подготовка называется оглашением. Поэтому готовящийся ко крещению считается оглашенным. После совершения священником обряда изгнания бесов такой оглашенный становится свободным приступить к своему новому Влады­ке, Христу-Спасителю, Освободителю. В этом смысл изгна­ния нечистых духов.

2. Обращение

Это свободное волеизъявление, которым приступающий ко крещению отказывается [т.е. отрекается. – Прим. ред. сайта] от «сатаны, и всех дел его, и всех слуг его, и всея гордыни его» [от сатаны, и от всех дел его, и от всех слуг его, и всякого поклонения ему, и от всякого великолепия его. – Прим. ред. портала], чтобы изменить свою жизнь, обратиться ко Христу, уверовать в Него и пристать, привя­заться с этого момента к Нему. Это решающий момент в жиз­ни человека, выбравшего направление, ведущее к Цар­ству Божию для окончательного соединения со Христом. Символом этого обращения (Иез 18, 31-32) в обряде крещения являются совершаемые крещаемым повороты. Первый раз он поворачивается к западу, к ночи, а второй раз – к востоку, к свету, к алтарю Божию, произнося: «Сочетаюсь Христу и верую в Него как в Царя и Бога». Затем он читает «Верую», чтобы выразить перед всей со­бравшейся Церковью свою веру и доверие Отцу, Творцу неба и земли, всех вещей видимых и невидимых; единород­ному Сыну Божию, распятому при Понтийском Пилате, воскресшему в третий день... и Святому Духу животворя­щему, от Отца исходящему... Таким образом, исповедание веры – это вступление ко крещению, так как «кто будет веровать и креститься, спасен будет» (Мк 16, 16).

Без веры – крещение было бы кощунственной пародией, ложью, при которой мы бы делали движения и произносили слова, находящиеся в противоречии с нашими мыслями и убеждениями.

Ребенок: Но ведь крестят чаще всего маленьких детей. Как они могут верить и соединяться со Христом, когда они еще даже не умеют говорить?

Взрослый: Если наш оглашенный, крещаемый еще дей­ствительно настолько мал, что не может ни выразить свою веру, ни объявить о своем согласии и о своем обращении, – за него это делают крестный отец и крестная мать.

Крестные представляют крещаемого Церкви, собранию верующих, ученикам Христа. Они приносят крещаемого Бо­гу, являются поручителями его будущей веры, принимают на себя обязанность воспитать его или ее в церковном духе. К сожалению, сегодня часто случается, что крестные плохо исполняют свои обязанности. Если ребенок, стано­вясь старше, отказывается идти путем, избранным для него крестными, то новое рождение, каким должно было бы быть крещение, становится своего рода духовным абор­том, при котором ребенок умирает, еще не родившись по-настоящему. Вот почему младенцев следует крестить лишь в том случае, если вера членов семьи позволит предвидеть, что духовный рост ребенка будет успешно идти параллель­но с его физическим ростом. Тогда ребенок растет в вере так же естественно, как и его тело и разум.

3. Освящение воды

После исповедания веры крещаемым, свободного воле­изъявления верить во Христа и сочетаться с Ним, после этого истинного принесения крещаемых себя Христу (либо за них это делают крестные) – священник вспоминает чудесное сотворение мира Богом и обновление творения, когда Сын Божий вошел в воды Иордана и Дух Святой «в виде голубя» сошел на Него и на воды, полагая начало ново­му творению, обновлению всего, переходу падшего мира в Божье Царство. Затем он просит у Бога осуществить это обновление, придя Святым Духом, освятить воду крещения, как Он освятил Иорданские воды, чтобы сотворить ее «во­дою избавления, одеждою нетления, водою освящения, очи­щения плоти и духа». Это эпиклеза, то есть призывание Свя­того Духа, дающего жизнь, чтобы Он сделал воду крещения местом, где крещаемый будет привит погребенному и воскресшему Христу и таким образом получит жизнь Свя­того Духа.

4. Троекратное погружение

Итак, крещаемый сбрасывает с себя ветхие одежды, «ко­жаные ризы», в которые оделись Адам и Ева после греха. Затем его помазывают елеем, чтобы он стал «невидимым воином против Лукавого», который не будет больше иметь власти над ним. После всего этого крещаемый погружается в воду три раза, крещается «во имя Отца, и Сына, и Святого Духа». Погружается он в воды купели «наподобие смерти Христа». Это значит: он или она символически погребаются со Христом в Его гробу – купели, чтобы соучаствовать и в Его воскресении. Здесь крещаемый встречает Христа, чтобы исполнилась тайна соединения, чтобы он стал «единой отра­слью» с воскресшим Христом, сыном Божиим, по усынов­лению помазанным, как и Христос, Святым Духом.

5. Миропомазание

Вот почему по выходе из воды крещения крещаемый по­лучает помазание Святого Духа, помазание святым ми­ром, обретая этим «печать дара Духа Святого» для того, что­бы Святой Дух, почивающий на Сыне, пребывал бы также на нем. Таким образом, крещаемый в свою очередь стано­вится чадом Бога, вопиющим «Авва, Отче!».

6. Причащение

Крещенный облачается в белые одежды и входит в общи­ну причастников, в евхаристическое собрание, в Цер­ковь. Народ при этом поет: «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся! Аллилуйя» [Все вы во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. – Прим. ред. портала]. Затем читаются Апостол и Евангелие, и новообращенный присоединяется к собранию верующих, причащающихся Св. Тайн. Он при­сутствует как полноправный член на божественной Литургии и впервые приступает к Святому причастию. Закончим описание этого таинства, приведя текст ап. Павла к римля­нам, где резюмируется все значение крещения:

«Все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились. Итак, мы погреблись с Ним крещением в смерть, чтобы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни. Ибо, если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и по­добием воскресения, зная, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам уже не быть рабами греху. Ибо умерший освободился от греха. Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним, зная, что Христос, воскресши из мертвых, уже не умирает. Смерть уже не имеет над Ним власти. Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха; а что живет, то живет для Бога. Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе Господе нашем» (Рим 6, 3-11; текст, читаемый при крещении).

7. Осуществить свое крещение

Крещение – не от магии, не магическое действие. Великая тайна, совершаемая в крещении Духом Святым, достигает сознания, психики крестившегося лишь при наличии его сво­бодного сотрудничества. Чтобы осуществить свое крещение, нужна вся наша жизнь. Всю нашу жизнь должны мы, креще­ные, умирать греху и действительно жить для Бога. Всю на­шу жизнь действие Христа и Святого Духа, встречая свободу крещеных, должно постепенно проходить во все уголки на­шего сердца и нашей души, нашего характера и нашего тела, чтобы мы действительно стали образом Христа, христи­анами.

И ты, дорогой читатель, полон ли решимости переживать вновь твое крещение, жить так, как подобает христианам, принявшим крещение, ежедневно повторять то, что твои крестные произнесли от твоего имени: «Отрекаюсь от Сата­ны, и всех дел его, и всего служения его... Сочетаюсь Христу... Верую в Него как Царя и Бога... Покланяюсь Отцу, Сыну и Святому Духу, Троице единосущной и нераз­дельной»?

Часть шестая. Вознесение и Пятидесятница

Новая эра: эра Церкви

Глава первая. Вознесение

О вознесении нам повествует евангелист Лука в конце своего Евангелия (24, 50-52) и в начале Деяний Апостолов (1, 1-11), автор которых тоже он. Говорит о вознесении и евангелист Марк в последней главе своего Евангелия (16, 15-19), но гораздо более сжато.

Мы помним, что через сорок дней после Воскресения Хри­стос явился Своим ученикам в последний раз (см. Деян 1, 3-4); в этот день, который станет днем Вознесения, Он дол­го говорит с ними.

а) Он говорит прежде всего о царстве Мессии

Ученики Его спросили: «Не в это ли время, Господи, Ты восстанавливаешь Царство Израиля?» (Деян 1, 6); Христос отвечает им: «Не ваше дело знать времена и сроки, которые Отец положил в Своей власти». Впрочем, Христос уже гово­рил ученикам в Страстной четверг: «В доме Отца Моего оби­телей много. Я иду приготовить место вам. И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были там, где Я» (Ин 14, 2-3). Восстановление Царства Израильского, ожидаемое учениками, в действительности будет входом со Христом, Царем Израиля – в дом Отца. Царство Мессии – предварением которого было цар­ство Давида, которого Израиль ожидал со времени энергич­ных пророчеств Исаии (740 г. до н. э.), – было в действи­тельности установлено Первым Пришествием Христа. Одна­ко во всей своей торжествующей полноте оно утвердится лишь во время Его второго пришествия (см. Часть седьмая).

б) Он посылает их на проповедь

Это возвращение, это Второе Пришествие Христа должны будут ученики подготовить и ускорить (2 Пет 3, 12), вы­полняя миссию, которую теперь Христос доверяет им: «Вы будете Моими свидетелями в Иерусалиме, во всей Иудее и Самарии и даже до края земли» (Деян 1, 8). Об этой миссии напоминается также в конце евангелия от Матфея (28, 19-20): «Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и вот Я с вами во все дни до скончания века». Нужно помнить, что в ту эпоху сообщения были крайне затруднительны; апостолы, «простые рыбаки, люди бедные, путешествуют по всей вероятности пешком, и кажется про­сто невероятным, что Христос от них требует идти «даже до края земли». И однако, они исполнят это повеление; и не только их проповедь смогла успешно проникнуть до конца и края тогда известной земли, но благодаря их ученикам и по­следователям христианство обошло всю землю. Еще сегод­ня, получая крещение, мы подчиняемся этому повелению, данному воскресшим Христом перед самым Своим вознесе­нием, и этим становимся свидетелями Его воскресения.

в) Он возвещает им, что для исполнения этого повеления они облекутся «силою свыше»

«Он повелел им не отлучаться из Иерусалима, но ждать обещанного от Отца /.../, ибо Иоанн крестил водою, а вы будете крещены Духом Святым». «Когда сойдет на вас Дух Святый, тогда вы примете силу» (Деян 1, 4, 5, 8); «силу свыше» (Лк 24, 49). Ведь их посетит Бог Святой Дух. Это же обещание дал им Христос уже вечером в Великий чет­верг: «Я умолю Отца, и Он даст вам другого Утешителя, Духа истины» (Ин 14, 16-17). «Лучше для вас, чтобы Я по­шел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не придет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам» (Ин 16, 7).» «Утешитель же, Дух Святой... научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам» (Ин 14, 26). «Когда же придет Он, Дух ис­тины, то наставит вас на всякую истину» (Ин, 16,13). «Ког­да же придет Утешитель, которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, который от Отца исходит, Он будет свидетель­ствовать обо Мне. А также и вы будете свидетельствовать, потому что вы сначала со Мной» (Ин 15, 26-27). Из этих слов Христа, кстати, взята фраза Символа Веры: «...От Отца исходящего...»

Сказав им эти слова, «Иисус вывел их вон из города до Вифании и, подняв руки свои, благословил их. И когда бла­гословлял их, стал отдаляться от них и возноситься на небо» (Лк 24, 50-51). «И так Господь, после беседования с ними, вознесся на небо и воссел одесную Бога» (Мк 16, 19). Это евангельское изречение воспроизведено в «Верую»: «восшедшего на небеса и сидяща одесную Отца». В нашей литур­гии это называется «одесную сидение». Это мы называем Вознесением. «Сказав сие, Он поднялся в глазах их, и обла­ко взяло Его из вида их. И когда они смотрели на небо, во время восхождения Его, вдруг предстали им два мужа в бе­лой одежде, и сказали им: «Мужи Галилейские! Что вы сто­ите и смотрите на небо? Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восхо­дящим на небо» (Деян 1, 9-11). И тогда «они возврати­лись в Иерусалим с великою радостью» (Лк 24, 52).

Откуда происходит радость этих людей, тогда как по всей вероятности, они должны были бы быть в печали: ведь их возлюбленный Учитель ушел от них? А вот откуда. Прежде всего, они получили прекрасное обещание, переданное им посланцами самого Бога: «Он вернется». Кроме того, не обе­щал ли Он им немедленный приход «другого Утешите­ля» – Духа истины, который наполнит их радостью?

Но главное, они знают, что Тот, который был взят от них, жив, что Он пребудет с ними до конца времен, что Он ушел приготовить им место у Отца: не вознесся ли Он со Своей человеческой природой (их природой, нашей природой), со Своим прославленным человеческим телом (их телом, нашим телом)? Тело Христа вознеслось на небо, и это Тело открывает нам всем Царские Врата Неба, через которые мы сможем проникнуть вслед за Ним, чтобы вос­сесть, как и Христос, одесную Отца: да отныне Врата Неба для людей открыты:

«Врата! Возвысьте верхи ваши, и возвысьтесь, двери вечные, и да входит Царь Славы! Кто сей Царь Славы? Господь крепкий и сильный, Господь сильный в бранех. Врата! Возвысьте верхи ваши, и возвысьтесь, двери вечные, и да входит Царь Славы! Кто сей Царь Славы? Господь Саваоф, Он Царь Славы!» (Пс 23, 7-10)

Своим Вознесением Христос видимо примирил то, что разделил первородный грех, то есть наши человеческие тела и тела небесные. Поэтому говорится в одном из тропарей утрени Вознесения (песнь седьмая): «На рамо, Спасе, за­блудшее взем естество, вознесся, Богу и Отцу привел еси». Это значит: «Спаситель, Ты взвалил на плечи нашу грешную природу и, вознесясь, принес ее Отцу». А в восьмой песне говорится: «Взятся превыше ангел естество наше, древле отпадшее, и на престоле посаждено бысть, божественне, па­че смысла». Это значит: «Наша в древности падшая природа, возносится выше ангелов и посаждается на божественном престоле. Это превосходит наш разум».

Вознесение завершает дело Сына, начатое Его Воплощени­ем. Взяв на Себя наше падшее человеческое естество, «при­нял образ раба, ... уничижил Себя самого, смирив Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной... Посему и Бог превознес Его» (ср. Флп 2, 7-9) превыше небес, превоз­нес с Ним и нашу природу: Вознесение – это прославление Христа, униженного, «чтобы перед именем Иисуса прекло­нилось всякое колено небесных, земных и преисподних, и всякий язык исповедал, что Иисус Христос – Господь во славу Бога Отца» (ср. Флп 2, 10-11).

Это также прославление и нашей природы, которую Он вознес и спас от падения и смерти.

Зная все это, могли ли ученики-апостолы не радоваться «радостию великою»?

Рис. 11. Рублев. Икона Вознесения

Глава вторая. Икона и тропарь Вознесения

Попытаемся теперь углубиться в смысл Вознесения, гля­дя на икону праздника (см. Рис. 11. Икона Вознесения) и вслушиваясь в тропарь, воспе­вающий его.

Взрослый: В верхней части иконы, в середине концентри­ческих кругов, изображающих небо, ты можешь видеть Хри­ста, сидящего во славе: правой рукой Он благословляет, а в левой держит свиток, изображающий Его Слово, которому Он учил на земле. Два ангела окружают Христа.

Ребенок: Да, и я даже заметил, что Христос одет в белый хитон, или скорее позолоченный, как на иконе, которую мы видели на Пасху.

Взрослый: Действительно, так же одетым мы видим Хри­ста на иконе Преображения. Светящийся цвет одежды сим­волизирует прославленное Тело Христа: со времени Вос­кресения оно больше не подлежит законам земной природы, не подчиняется закону земного тяготения.

Обрати внимание и на одежды других лиц.

Ребенок: Ангелы, несущие Христа, в одеяньях такого же цвета, как и апостолы, а два ангела, окружающие Богороди­цу, одеты в белые ризы.

Взрослый: Два ангела в одеждах красного цвета – свиде­тели Воплощения и Страстей; так как раз Христос восхо­дит на небо со Своим прославленным Телом, Он несет на нем следы распятия. Отрывок из Ветхого Завета (паремия), который читается на вечерне Вознесения (Ис 63, 1-3), как раз описывает нам страдающего и прославленного Мессию, одетого в красное – в пурпур и багряницу:

«Кто это идет из Едома в багряных ризах, этот велича­вый в Своем наряде и поразительный величием Своей силы?

– Это Я, возвещающий об оправдании, могущий спа­сать!

– Отчего одеяние Твое багрово, и одежды у Тебя как у топтавшего в точиле?

– Я один топтал точило, и никто из народов не был со Мною».

Что касается двух мужей в белой одежде (Деян 1, 9-11) – то они напоминают тех, которые в день Воскресения яви­лись женам-мироносицам у гроба Христа, чтобы возвестить, что Он жив (Лк 24, 4; Ин 20, 12).

Таким образом, человеческая природа, символизирован­ная ангельской одеждой цвета крови и земли, – отныне на небе. В то же время божественная природа – символи­зированная белым цветом ангелов, говорящих с апосто­лами, отныне на земле. Приведем здесь победное выраже­ние святого Афанасия Великого: «Бог вочеловечился для того, чтобы человек обожился».

Эти два ангела в белом возвещают теперь возвращение Христа во славе в конце времен. Иногда они изображаются держащими развернутый свиток, на котором можно про­честь их слова: «Мужи галилейские, что вы стоите и смотри­те на небо? Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим на не­бо» (Деян 1, 11). Чтение пророчества Захарии на вечерне Вознесения помещает это возвращение как раз на Маслич­ную гору (холм, расположенный напротив Иерусалима) – на ту же гору, где совершилось вознесение (Деян 1, 12). «И станут ноги Его в тот день на горе Елеонской, ко­торая перед лицом Иерусалима с Востока» (Зах 14, 4). Вот почему на иконе эта гора изображается несколькими оливковыми деревьями и крутым спуском.

В своем Евангелии Лука повествует, что перед самым вознесением Христос повел учеников «до Вифании» (24, 50). А Масличная гора – та гора, на которую тот же Лука в Деяниях Апостолов (1, 12) помещает акт вознесения, нахо­дится точно на дороге, ведущей в Вифанию.

Ребенок: Можно было бы даже сказать, что вершина горы и деревья делят икону на две части: с одной стороны небо со Христом, а с другой – земля с Богородицей и апостолами.

Но погляди на апостолов! Почему их двенадцать? Иуда предал Христа и повесился (Мф 27, 3-10; Деян 1, 18-19), а Матфея вместо него выберут лишь после вознесения (Деян 1, 13-24).

Взрослый: Твое замечание существенно и уместно. Их двенадцать, потому что с одиннадцатью изображен апостол Павел. Ты его видишь слева от Богородицы: его легко узнать, так как он на иконах всегда лысый и с продолго­ватой бородкой. Справа от Богородицы – Петр с корот­кими курчавыми волосами и закругленной бородой. Па­вел находится вместе с апостолами потому, что хотя он и не был со Христом до страстей, он видел воскресшего Христа по дороге в Дамаск (Деян 9, 5; 22, 8; 26, 15). Павел пред­стательствует за верующих, исповедующих Христа в Церкви и на протяжении веков. Изображение Павла на иконе озна­чает, что видение Церкви – не временное видение: пребы­вание вместе верою в Царстве Божьем с помощью Святого Духа разрывает границы времени мира сего.

Ребенок: Почему одежды апостолов красные и зеле­ные?

Взрослый: Да вот почему: зеленый цвет – цвет надежды и Святого Духа. Действительно, именно в день Вознесения Христос обещает Своим ученикам, что Дух, залог нашей на­дежды, сойдет на них. На рублевской иконе Троицы ангел, изображающий Святого Духа, также одет в зеленое. А крас­ный цвет символизирует не только землю и кровь, но и любовь.

Ребенок: Одни апостолы указывают на Христа и на небо; а другие смотрят на молитвенно стоящую Богородицу.

Взрослый: Богородица символизирует Церковь.

Ребенок: Композиция иконы разделена надвое: по вер­тикали – Богородицей, а выше – Христом. Что это зна­чит?

Взрослый: Если сопоставить это твое наблюдение с тем, которое ты сделал недавно о разделении неба и земли вер­шиной горы, то можно заметить интересную вещь: небо и земля снова соединены Богородицею и Ее Сыном, образуя крест.

Благодаря расположению оливковых деревьев, создается впечатление, что все творение славит Бога, но силою жертвы Христа на кресте природа, потускневшая из-за греха, вновь обретает свою чистоту и прозрачность.

Ты видишь, как увлекательно читать икону; но не нужно стремиться до конца исчерпать значение всех линий и всех цветов, так как икона выражает тайну веры, и, разбирая ее слишком тщательно, мы забываем, что икону надлежит по­читать, и наше восприятие иконы становится слишком ра­циональным. Икона может существовать лишь потому, что Бог воплотился, и поэтому она преображает действитель­ность: она служит нашему научению, помогает нам молить­ся и жить верою в повседневной жизни. Кстати, все то, что мы открыли на этой иконе, в основном содержится в тро­паре:

Вознесся еси во славе, Христе Боже наш, / радость сотворивый учеником, / обетованием Святого Духа, / извещенным им бывшим благословением, / яко Ты еси Сын Божий, Избавитель мира! (Тропарь Вознесения, глас 4).

[Вознёсся во славе Ты, Христе Боже наш, / и радость подарил ученикам / обещав им Святого Духа, / когда они через Твоё благословение уверились, / что Ты — Сын Божий, Искупитель мира. – Прим. ред. портала]

Глава третья. Святой Дух в Ветхом Завете

Мы видели, что перед вознесением Иисус Христос обе­щал Своим ученикам скорый приход «Другого Утешите­ля», Святого Духа. Это не было чем-то совершенно новым для апостолов, так как уже в Ветхом Завете встречалось ча­сто упоминание о Нем.

Слово «Дух» – один из переводов древнееврейского сло­ва «руах». Это может означать дыхание, ветер, даже воз­дух, пустое пространство. Эта неясность переводов отражает многозначимость значения этого слова в текстах Ветхого За­вета. Понятие «Дух» – может употребляться и по отноше­нию к человеку. Когда речь идет о Духе Божьем, это иногда уточняется: Руах Элогим.

Именно в этом смысле мы переводим слово Руах, встречающееся в начале Библии (Быт 1, 2). В этом стихе первой главы Бытия говорится: «Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над во­дою».

Дух Божий – это животворящее дыхание Божье. «Дух Божий носился над водою» – это вызывает в памяти образ птицы, высиживающей своих птенцов и защищающей их, кружа над ними. Между Богом и Его творением существует взаимная связь, основанная на любви. Во всяком случае, Дух Божий пребывает вне творения, Он над водами.

Но то же слово «руах» переведено как дуновение – в тот день, когда Бог нашел человека падшим в райском саду. Это «дуновение» является видом неощутимой космической реальности, Владыка которой – Бог.

Поэтому Бог может ниспослать это дыхание на человека как жизненную силу. Тот, на ком «почиет» Дух, становится способным пророчествовать и совершать подвиги. Так было с Иосифом Прекрасным (Быт 41, 38), когда он объяснил фараону сны, или с Валаамом (см. Числ 24, 2-9), когда он вос­кликнул: «Как прекрасны шатры твои, Иаков!» – и благо­словил Израиля. Так же из Книги Чисел читается отрывок на вечерне Троицы-Пятидесятницы, который нам показывает, как может рассредоточиться Дух по строгому, и в то же время изумительному порядку: Моисей, который один не мог справиться с народом, собрал в шатре, по повелению Божию, семьдесят старейшин Бог сошел в облаке, взял «от Духа», который почивал на Моисее, и дал его семидесяти мужам-старейшинам. Однако два человека остались в стане – это были Еллад и Модад, непосредственно Духа не полу­чившие. Тем не менее, они тоже пророчествовали – от Духа, как и другие. А вот сказание о Вавилонской башне (Быт 11, 1-9), наоборот, показывает, как человеческое начинание бывает обречено на неудачу, когда оно задумы­вается без благословения и помощи Святого Духа; оно заканчивается смятением, непониманием и войной.

Руах как жизненная сила становится особенно действи­тельным, когда дается помазанием: это «царское помаза­ние», сообщающее царю сверхъестественную силу. Первым получил помазание Саул, но так как Саул ослушался повеле­ния Божия, Дух Божий удалился от него, а на Его место все­лился злой дух. Пророк Саул тогда отправился в Вифлеем и по Божьему наущению избрал младшего сына Иессея, юношу Давида, возлив на него елей, находившийся в роге овна (1 Цар 16, 1-13). С этого момента Давид стал пома­занником Божьим и в нем проявлялся Дух еще до того, как он был признан Царем – дивными делами, самое известное из которых – сражение с Голиафом.

Князья, потомки Давида не всегда оказывались достой­ными помазания, которое они получали, но эта сила, исходя­щая от Бога, давалась Богом пророкам. «Царственный дух» становился «духом пророческим». И Михей может сказать: «А я между тем исполнен силы Духа Господня» (Мих 3, 8).

Исаия обновил и расширил религиозное содержание этого учения о даре Духа помазанием, возвещая Мессию, помазан­ника Божия, Того, на ком почивает Дух вечно: «И взойдет отрасль, от посеченного дерева Иессеева, и ветвь произрастет из корней его; и дух Господа почиет на Нем, дух премудро­сти и разума, дух совета и крепости, дух знания и страха Божия» (Ис 11, 1-2).

А в 61 главе Исаии (стихи 1-2) мы находим слова, кото­рые Христос отнес к самому Себе в Назаретской синагоге (Лк 4, 17-18): «Дух Господень на Мне, ибо Он помазал Ме­ня». А Тот, на ком пребывает Дух Господень, обладает и да­рами Духа; и царство Его, согласно 11 главе Исаии, отмече­но правдой. Это царство мира, возвещающее конец времен: «Волк будет жить вместе с ягненком... и грудное дитя будет играть над норою аспида-кобры»... Эти образы приведены здесь, чтобы яснее символизировать гармонию и мир, кото­рые являются плодами даров Духа.

Для Иезекииля (36, 25-28) дар Духа больше не дается лишь тому или иному лицу. Он касается всего народа, он связан с обрядом очищения водою, он вызывает обнов­ление бытия. «Я дам вам новое сердце, и дух новый вложу внутрь в вас; и выну сердце каменное из тела вашего, и дам вам сердце плотяное. И дух Мой вложу внутрь вас и сделаю так, что вы будете поступать по Законам Моим. И вы будете Моим народом, а Я буду вашим Богом».

Подобная мысль высказывается и в покаянном псалме (50), созданном в результате греха Давида. Этот псалом прекрасно выражает это восстановление грешного бытия присутствием Духа, который впервые называется Духом Святым (Пс 50, 9, 12-13).

«Окропи меня иссопом, и буду чист; омой меня, и буду белее снега… Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня. Не отвергни меня от лица Твоего и Духа Твоего Святого не отними от меня».

Пророк Иоиль, продолжая мысль Иезекииля о духе (руах), возвещает излияние Духа во вселенском масштабе. Иоиля процитирует апостол Петр в день Пятидесятницы (Деян 2, 16-17).

«Излию от Духа Моего на всякую плоть; и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши» (Иоил 3, 1).

В заключение скажем: мы видим, что в Ветхом Завете Дух; не являя Себя еще ясно как Лицо, исходит от самого Бога как Его дыхание и проникает в тайная человека, пре­ображая и обновляя его, делая его способным подчиняться повелениям божественной Воли.

Глава четвертая. Святой Дух, возвещенный в Евангелиях

Сначала напомним о двух великих событиях, через кото­рые Святой Дух уже явил Себя в Новом Завете и с которы­ми мы уже познакомились в первой и во второй частях.

А. Благовещение

Ангел Гавриил возвестил Деве Марии: «Дух Святой най­дет на тебя, и сила Всевышнего осенит тебя: поэтому и мла­денец будет свят и наречется Сыном Божиим» (Лк 1, 35). Когда Дух взял Богородицу под свою сень, в ней зарождает­ся Тот, на ком Дух почивает. Ведь Дух пребывает на Сыне от вечности, превечно (см. Ис 61, 1). Поэтому действием Духа Дева зачала Сына Божия (Ис 7, 14). «Перст Отцев, Святой Дух пишет слово в девственной книге, а книга эта – утроба Марии». И Слово становится плотию, Святой Дух делает Ма­рию Богородицей, Божьей Матерью.

Б. Крещение

Иоанн Креститель свидетельствовал: «Я видел Духа, схо­дящего с неба, как голубя, и пребывающего на Нем» (Ин 1, 32; Лк 3, 22; Мк 1, 10; Мф 3, 16). Иисус есть Христос, потому что Дух (помазание) – пребывает на Нем и Его тво­рит Христом помазанным: будучи помазанным Духом, Сын сможет давать Его людям. Он, Сын, и стал-то человеком для того, чтобы принести Духа людям. Это Иисус Христос попытается объяснить самарянке

В. Беседа с самарянкой: Дар Божий

О беседе Христа с самарянкой мы прочтем в Евангелии от Иоанна (4, 5-42). Это прекрасное повествование, исполнен­ное огромного духовного богатства.

Христос вышел из Иудеи и отправился на север в Гали­лею. По дороге Он должен был пересечь Самарию, кото­рая находится между этими двумя землями. Христос прихо­дит в город Сихарь, «близ участка земли, данного Иаковом сыну своему Иосифу». Он устал и сел у колодца, в то время как ученики отправились в город купить пищи. Было око­ло полудня, стояла страшная жара. Зачерпнуть воды из колодца было нечем. Каждый должен был приходить сю­да со своим ведром и веревкой. И Христос ждет. Кстати, это один из примеров, показывающих, что Иисус Христос, будучи истинным Богом, – также и истинный человек: Он устает, Он испытывает жажду. Приходит за водой сама­рянка, одна из местных женщин, и Христос попросил у нее напиться. Нельзя забывать, что между евреями и самарянами была большая вражда. Отсюда понятен ответ самарянки: «Как, ты, иудей, просишь пить у меня, самарянки?» Христос ей отвечает: «Если бы ты знала дар Божий, и кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую». Женщина не выражает удив­ления этой необычной фразой, но в ней что-то происходит, меняется ее тон, с этого момента она называет Христа гос­подином. Она спрашивает: «Откуда же у Тебя эта живая вода?». И Христос отвечает: «Всякий, пьющий воду сию (обычную из колодца) – будет снова хотеть пить. А кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источ­ником воды, текущей в жизнь вечную». Самарянка желает напиться этой воды, чтобы больше не испытывать жажды, но Христос отвечает на эту просьбу странным повелением: «Пойди, позови твоего мужа». Женщина очень смущена и говорит: «У меня нет мужа». Христос говорит ей, что у нее было пять мужей, и что тот, с которым она теперь живет, не муж ей. Она и не думает отрицать правду: «Господин! Я вижу, что Ты пророк», и тотчас без колебания она задает вопрос, который ей кажется главным, первостепенным: «Отцы наши поклонялись на этой горе; а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусали­ме». Ответ Христа молниеносно возносит нас, вместе с са­марянкой, – до уровня божественной истины: «Наступает время, когда и не на горе сей и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу. Но настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине. Бог есть Дух: и поклоняющиеся Ему должны по­клоняться в духе и истине».

[В этой волнующей встрече Христа с самарянкой встречаются все этапы вхождения в христианскую веру и возрастания в ней: очи­щение крещальной водой, становящейся даром Духа, озарение от узнавания Мессии, Сына Божия, и, наконец, духовное соединение со Христом. Самарянка узнала в Иисусе Мессию, когда Он гово­рил с ней о поклонении Отцу. И впрямь: не является ли в Библии встреча у колодца символом брака? Вспомним Рахиль и Иакова (Быт 29, 9-14). – Прим. авт.]

Всякая душа, встречающая Бога, входит со Христом в брачный чертог, в Царство Небесное. Как следствие этого откровения – самарянка становится свидетельницей и испо­ведует Христа перед людьми.

Православная Церковь почитает самарянку как святую – под именем Фотина, то есть Ясная, Светлая, Светлана. Память ее совершается в пятое воскресенье после Пасхи. Пасхальный период у нас считается крещальным. Кстати, в Римской церкви евангелие о Самарянке читается в третье воскресенье Великого поста как подготовка к пасхальному крещению.

Что же это за живая вода, которую Христос обещает са­марянке? Что же это за дар Божий, о котором Он ей гово­рит? Христос сам объяснит это в иерусалимском храме во время еврейского праздника Кущей.

Г. Праздник Кущей: живая вода (Ин 7)

На вопрос о живой воде Христос отвечает во время диалога с евреями. Мы вспоминаем это событие в сере­дине пасхального периода, в среду Преполовения. Это как раз половина пятидесяти дней, отделяющих Пасху от Пятидесятницы. На литургии этого дня читается отры­вок Евангелия от Иоанна, начинающийся словами: «В по­ловине праздника вошел Иисус в храм и учил...» (Ин 7, 14).

[На этот праздник собирались толпы народа отовсюду. Это был сельскохозяйственный праздник. На празднике молились о дожде, строили кущи-палатки. Совершались обряды, посвященные чуду во­ды. Читались пророчества об источнике, который возродит Сион: «И будет в тот день, потекут животворные воды из Иерусалима» (Зах 14, 8). «Из-под порога дома течет вода к востоку» (Иез 47, 1). – Прим. авт.]

Икона праздника изображает Христа сидящим среди удивленных книжников и толкующим Писание. Евреи совершали праздник Кущей осенью. Следовательно, с точки зрения календаря этот праздник не совпадает с христианским праздником Преполовения, но тематически между обо­ими праздниками существует тесная связь.

[Этот праздник Церковь нам предлагает пережить сообща и ра­достно. Мы часто читаем в Писании: «был праздник» или «прибли­жался праздник». Каждый праздник, как веха, напоминает нам, в какой момент литургического цикла – богослужебного круга – мы живем. Слушайте церковный хор и чтения, и вы будете знать, о ка­ком празднике идет речь и что он возвещает. – Прим. авт.]

Вся служба Преполовения представляет собою размышле­ние о слове, которое Христос произносит чуть дальше в той же главе Евангелия от Иоанна: «В последний же великий день праздника стоял Иисус и возгласил, говоря: Кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказа­но в Писании, из чрева потекут реки воды живой» (Ин 7, 37-39). Этими же словами начинается евангельское чтение в день Пятидесятницы. И не остается никакого сомнения о смысле, который можно вложить в эту «живую воду», по­скольку Иоанн сразу же объясняет его: «Он говорил о Духе, которого должны получить верующие в Него». Живая вода, дар Божий – это ведь Святой Дух. Это Дух, который почи­вает, пребывает на Сыне, а Сын Его дает людям.

[Петр Антиохийский в письме Михаилу Керуларию во время спора с кардиналом Гумбертом (XI в.) – спора, который привел к разрыву между Римом и Константинополем, замечает, что лати­няне спутали этот дар. Это посланничество, эту миссию Святого Духа, которые являются делом Отца и Сына, поскольку Христос: говорит: «Я вам пошлю от Отца Духа Истины» (Ин 15, 26)... – с исхождением Святого Духа, который «исходит от Отца», а совсем не от Отца и Сына, по-латыни «филиокве». В первом случае говорится о посылании Святого Духа в мир; во втором – о вечном происхождении са­мого Святого Духа как личности, который, как и Сын, получает свое бытие от Отца, единственного Источника божественной Троицы. До­бавление слова «филиокве» представляет собою единственную раз­ницу между Символом Веры Латинской Церкви и Символом Веры, который исповедуют православные со времени Вселенских Собором Никеи (325 год) и Константинополя (381 год). – Прим. авт.]

Сын Божий стал человеком, чтобы дать Духа людям: ИИСУС ХРИСТОС ДАРУЕТ ЛЮДЯМ БОГА.

Поэтому словами тропаря Преполовения мы молимся «Преполовившуся празднику (в середине праздника) жаж­дущую душу мою благочестия напой водами, Спасе!»

Тропарь выражает основную жажду человека. Вся эко­номия», все домостроительство Сына, то есть все великие спасительные события нашего возрождения Христом: во­площение, крещение, преображение, страдания, крест, вос­кресение, вознесение – имеют целью утолить эту жажду, го­товя пришествие в Пятидесятницу Святого Духа. Дух дей­ствительно приносит нам – каждому из нас в Церкви – все то, что Христос получил для нас от Отца на каждом шагу своей земной жизни. Действительно, сам Иисус Христос го­ворит: «Он прославит Меня, Потому что от Моего возьмет и возвестит вам» (Ин 16, 14-15). Таким образом открывает­ся связь, которая объединяет действие Христа с пришестви­ем Духа: то, что приобрел Христос, то Дух дает нам.

Глава пятая. Анти-Пятидесятница: Вавилонская Башня

Чтобы охватить всю важность того, что Дух принесет лю­дям в день Пятидесятницы, надо уяснить себе расстройство, замешательство мира: он нам представляется бессмыслен­ным и беспорядочным, раздробленными кусками огромной глыбы, у которой нельзя различить более ни образа, ни смы­сла, так как разбито и разрушено ее единство. Библейское откровение объясняет нам этот разрыв Вселенной, которую Создатель сотворил как космос (греческое слово, озна­чающее порядок, гармонию, а уже потом также и вселен­ную) – рассказом, который никак не вмещается в историче­ские, хронологические рамки, но который выражает бо­лее глубокую истину, так как этот рассказ объясняет при­чины беспорядка мира: это история Вавилонской башни (Быт 11).

«На всей земле были один язык и одно наречие». Люди постоянно кочевали в поисках пищи, затем они нашли рав­нину в земле Сеннаар в Месопотамии (сегодняшний Ирак), которая благодаря изобилию природных богатств – пальмовые рощи на берегу рек Тигра и Ефрата – обеспечила им более легкое существование. Они решили поселиться там. Кстати, эти земля, вода и солнце помогли им научиться делать кирпич. «Ну, – сказали они, – наделаем кирпичей и обожжем их огнем (Быт 11, 3) или высушим их на солнце». Эта местность давала им также и другой материал – битум, горную смолу, короче говоря, все, что нужно было для по­стройки удобных жилищ и создания красивого города. Го­род этот – Вавилон. К концу 3 тысячелетия до Р. X. он станет одним из крупных центров цивилизации. Жители его отличались высоким культурным уровнем и гордились своими техническими знаниями. (Висячие сады Вавилона известны как одно из семи чудес света.) Гордые своей нау­кой, уверенные в себе они считали, что они могут добраться до неба своими силами. И они решили построить «башню, а вершина ее до небес». «И сделаем себе памятник», – сказали они. Они хотели таким образом приобрести божественную силу, которая бы им дала возможность владеть всей землей. Бог им больше не был нужен. Они были сильны, как Бог, у них была наука, знание, они заменили Бога своей соб­ственной славой.

Улыбнулся Бог. «Вот, – сказал Господь, – один народ, и один язык у всех; и вот, что они начали делать, и теперь не будет для них затруднений ни в чем, что они задумали бы сделать. Сойдем же и смешаем там язык их, так чтобы один не понимал речи другого» (Быт 11, 6-7).

Люди «перестали строить город» и «рассеял Господь их оттуда по всей земле», а этому городу дали имя Вавилон. Это значит: смешение, путаница. Ироническое прозвище Ва­вилона, ибо в действительности это значило бы «врата бо­гов»: «... потому что там смешал Господь язык всей земли, и оттуда рассеял их Господь по всей земле» (Быт 11, 9).

И вот мы разбросаны по всей земле, отделены одни от других; никто больше никого не понимает; расы и нации, социальные группы и идеологии ненавидят друг друга, борются друг с другом и уничтожают друг друга. Даже в семье люди разобщены: кажется, что существует какой-то барьер между мужьями и женами, между родителями и детьми. Каждый замыкается в клетку собственного эгоиз­ма. «Меня не понимают!» А ты-то пытаешься понять других?

Алкоголь, наркотики, сексуальная распущенность, массо­вый психоз... Столько искусственных средств, с помощью которых человек пытается выйти из своей изоляции, разбить стену, в которой заключена его личность: напрасные усилия, которые приводят лишь к еще большему мрачному отчая­нию. Общество похоже на колесо, из которого вынули втул­ку: спицы треснули, лопнули, вылетели, и колесо больше не крутится. Все идет скверно. Без Создателя (а Он втулка и ось общества) люди не могут ни иметь контакт друг с дру­гом, ни включиться в Творение: вавилонская гордыня раз­рушила единство и гармонию мира; в своем падении чело­век увлек за собою и отравленную окружающую среду.

Человек-то удалился от Бога, но Бог не оставил человека в беде. Бог позволил человеку узнать все последствия своей гордыни и эгоизма, Он дает ему изведать бездну падения и отчаяния, но Он не оставил его. Бог предпринял восстанов­ление падшего мира, Он предпринял «новое творение», кото­рое совершается, если можно так сказать, в двух планах:

1. Он послал Своего Сына, который, став человеком, пу­тем Воплощения, пригвоздив ко кресту пороки ветхого че­ловека, воскресив падшую человеческую природу, возведя ее Своим вознесением на небо, – создал нового Человека, Нового Адама, Иисуса Христа, Богочеловека.

2. Чтобы каждый из нас и все люди вместе могли стать ростком этого нового Человека и «прийти в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совершенного, в меру пол­ного возраста Христова» (Еф 4, 13) – Он посылает нам Святого Духа: это – Пятидесятница.

Глава шестая. Пятидесятница

Это был пятидесятый день после еврейской пасхи, но так­же пятидесятый день после воскресения Христова.

В этот день евреи торжественно вспоминали вручение Моисею на Синае скрижалей Завета; Иерусалим был полон иностранцев, пришедших из всех стран известного тогда мира на этот праздник.

За несколько дней до праздника ученики, «собравшиеся в числе около ста двадцати человек» вокруг апостолов и Мате­ри Божьей по предложению Петра позаботились о замене Иуды избранием двенадцатого апостола: были представлены два ученика – Иуст и Матфий – сопровождавшие апостолов со времени Иоаннова крещения до дня Вознесения и могу­щие, таким образом, быть свидетелями Воскресения Христо­ва. Помолившись, чтобы Господь «указал на того из этих двоих, кого Он избрал», бросили жребий, выпавший на Матфия.

Ученики ждали в Иерусалиме, как им повелел Христос, пришествия «иного Утешителя», которого Христос им по­обещал перед Своим вознесением на небо. Это было ожида­ние, исполненное радостной надежды. Вот-вот они должны были встретить Того, о котором Христос сказал: «Лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не придет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам» (Ин 16). Поскольку Христос удалился, поскольку Он отныне сидит одесную Отца (Мк 16, 19), теперь должно было исполнить­ся Его обещание.

И в тот день, когда Моисей дал им закон, Иисус Христос им дает Духа Святого, так как «закон дан через Моисея; благодать же и истина произошли через Иисуса Христа» (Ин 1, 17).

«При наступлении дня Пятидесятницы все они были еди­нодушно вместе, И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они на­ходились. И явились им разделяющиеся языки, как бы ог­ненные, и почили по одному на каждом из них. И исполни­лись все Духа Святого, и начали говорить на языках, как Дух давал им провещевать. (см. Рис. 12. Икона Пятидесятницы)  В Иерусалиме же находились иудеи, люди набожные, из всякого народа под небесами. Когда сделался этот шум, собрался народ и пришел в смяте­ние: ибо каждый слышал их говорящих его наречием. И все изумлялись и дивились, говоря между собою: эти говоря­щие – не все ли галилеяне? Как же мы слышим каждый соб­ственное наречие, в котором родились... Иудеи и прозелиты, критяне и аравитяне, слышим их нашими языками говоря­щих о великих делах Божиих? И изумлялись все и, недо­умевая, говорили друг другу: что это значит? А иные, насме­хаясь, говорили: они напились сладкого вина. Петр же, став­ший с одиннадцатью, возвысил голос свой, и возгласил им: Мужи иудейские и все живущие в Иерусалиме! сие да будет вам известно, и внимайте словам моим: Они не пьяны, как вы думаете, ибо теперь третий час дня; но это есть предре­ченное пророком Иоилем: 'И будет в последние дни, говорит Бог, излию от Духа Моего на всякую плоть /.../. И покажу чудеса на небе вверху и знамения на земле внизу... прежде чем наступит день Господень великий и славный. И будет: всякий, кто призовет имя Господне, спасется» (Деян 2, 1-8; 11-17; 19-21).

И Петр возвысил имя Иисуса Назорея, этого человека, которого «вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили; но Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти...» Давид предвидел и предсказал воскресение Христа, что не оставлена душа Его во аде, и плоть Его не видела тления (см. также Пс 15). «Сего Иисуса Бог воскресил, че­му мы все свидетели. И так Он, будучи вознесен десницею Божией и приняв от Отца обетование Святого Духа, излил то, что вы ныне видите и слышите... Итак твердо знай весь дом Израилев, что Бог соделал Господом и Христом сего Иисуса, которого вы распяли... Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святого Духа. Ибо вам принадлежит обе­тование и детям вашим и всем дальним...» «И так охотно принявшие слово его крестились; и присоединилось в тот день душ около трех тысяч» (Деян 2, 22-24; 31-32; 36, 38, 39, 41).

Таков рассказ о Пятидесятнице, который оставил нам евангелист Лука (Деян 2) и который мы с благодарностью вспоминаем при пении тропаря праздника:

«Благословен еси, Христе Боже наш, / Иже премудры ловцы явлей, / Ниспослав им Духа Святаго. / И теми уловлей Вселенную. / Человеколюбче, слава Тебе!» (Тропарь Пятидесятницы, глас 8)

[Благословен Ты, Христе Боже наш, / Ты соделал премудрыми рыбарей, / ниспослав им Духа Святого, / и через них уловил все народы. / О человеколюбивый, слава Тебе!  – Прим. ред. портала]

Это повествование вызывает у нас без сомнения целый ряд вопросов, которые позволят нам внимательно рассмот­реть библейский текст и углубиться в него.

Ребенок: Правда, у меня масса вопросов. Прежде все­го, почему Святой Дух нисходит в виде «огненных языков»?

Взрослый: Язык – орган речи, позволяющий говорить. Язык огня, огненный язык представляет собой в каком-то смысле язык Божий: апостол, на которого сходит такой язык, ведь будет проповедовать Слово Божие. Он становится носителем этого Слова после сошествия Духа. Поэто­му Петр немедленно приступает к благовестию воскресе­ния Христа, в то время как другие «возвещали чудеса Божьи».

Ребенок: Почему сказано, что «языки разделяющиеся, и почили по одному на каждом из них»?

Взрослый: Дар Святого Духа – личный, это значит, что Его лично получает каждый апостол. А между тем, Святой Дух – один. Это тот же божественный Огонь, который схо­дит на всех – помнишь небесный огонь, сошедший во време­на Илии на его жертву – но Он разделяется на языки, чтобы показать, что этого единого Духа получает каждый.

Ребенок: А в Вавилоне языки тоже разделились!

Взрослый: Случившееся на Пятидесятницу – полная противоположность тому, что произошло в Вавилоне! В Вавилоне были разделены языки человеческие, из-за гор­дости людей, так что люди перестали понимать друг друга, разделились и рассеялись...

А на Пятидесятницу разделяется Дар Божий, чтобы сойти на каждого и снова всех соединить: с этого времени те люди, которые получили Святого Духа, возвещают все то же Сло­во, Слово Божье, и получается так, что все люди понимают их, потому что говорят на всех языках.

Языковой барьер снимается единым Словом Божьим, ко­торое стало понятно всем, благодаря дару языков. Это и поясняет нам кондак Пятидесятницы:

Егда снизшед языки слия, / разделяше языки Вышний: / егда же огненныя языки раздаяше, / в соединение вся призва, / и согласно славим Всесвятаго Духа.

[Когда, сойдя, языки смешал, / разделил тем племена Всевышний, / когда же огненные языки раздал, / к единению всех призвал, – и вот,  мы  согласно прославляем всесвятого Духа. – Прим. ред. портала]

Кстати, кондаком называется небольшая молитва («кондос» по-греч. краткий), которая поется на утрене после шестой песни канона и на литургии после малого входа. В ней кратко излагается смысл и суть праздника.

Ребенок: А почему огненные языки не сошли на всех лю­дей, а только на учеников?

Взрослый: Они сошли на тех, кого Иисус Христос подго­товил к принятию Святого Духа, на тех, которые были со­браны вместе, объединены единою верою в воскресшего Иисуса Христа (Деян 2, 1); для получения дара нужно ве­рить в Дающего этого дар. Дух сошел не на весь мир, так как «мир не может принять Его, потому что не видит Его и не знает Его» (Ин 14, 17). Дух сошел на тех, кого Господь Иисус собрал, потому что они верили в Него. Он сошел на Церковь. Дух – личный дар, который дается каждому, но тогда, когда все вместе; а как раз в «день Пятидесят­ницы все они были единодушно вместе» (Деян 2, 1). Они сразу принимаются благовестить на всех языках Божьи чудеса. Отсюда и речь Петра, смело возвещающего о вос­кресении Распятого самим распинателям.

Пятидесятница продолжается. Сошествие Святого Ду­ха увековечивается. Дух сходит с того момента, когда Он сошел впервые, чтобы посвятить свидетелей воскре­сения Христова. И будет сходить до конца времен, как об этом свидетельствует в X веке святой Симеон Новый Бого­слов:

«От одного иеромонаха, который как-то раз был исклю­чительно откровенен со мной, я слышал, что он никогда не совершал богослужения, не видя при этом Святого Духа так, как он Его видел во время рукоположения его митро­политом, когда ему на голову положили священную книгу. Я спросил его, как он видел Духа, в каком образе. Он сказал: «Просто, – как и раньше, без ясного очертания, но все же в виде света». А когда я сам увидел то, чего я не ви­дел прежде, я был удивлен и начал рассуждать сам в себе, говоря: «А что бы это могло быть?» И тогда Он, Дух, мне сказал таинственно, но ясным голосом: «Так Я схожу на всех пророков и апостолов, как и на всех, кого сегодня избирает Бог, и Святых: ибо ведь Я Святой Дух» (Симеон Новый Богослов. Проповедь 184).

И вот, собрание свидетелей воскресения Христова, из­бранные Богом, которых посещает Святой Дух, это и есть Церковь; и каждый из нас призван быть одним из таких избранных. Церковь есть длящаяся Пятидесятница. Слово «Церковь» означает собрание призванных, созванных.

Рис. 12. Икона Пятидесятница

Глава седьмая. Церковь

А. Что не есть Церковь

Ребенок: Я просто думал, что Церковь – это дом Божий.

Взрослый: Нет. Дом Божий – это здание или храм, кото­рый готов принять в себя Церковь. Здание строится из кам­ней, Церковь же состоит из людей, а также из ангелов, из «живых камней», как пишет Симон Петр (1 Пет 2, 5). И неслучайно – именно он: ведь именно ему Господь дал второе имя «Петр», что значит: камень.

Ведь после того как Симон сказал Христу: «Ты Христос, Сын Бога Живого» (Мф 16, 16), Христос призывает его стать «живым Камнем», положенным на «краеугольном камне». А это – сам Христос (1 Пет 2, 6-7). «Ты Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одо­леют ее» (Мф 16, 18). Следовательно, Церковь Христова строится из всех живых камней, которые, следуя при­меру Симона Петра, будут верить в Него как во Христа и Бога.

Ребенок: А я понимаю: Церковь – это собрание апосто­лов, епископов и священников, которые продолжают дело Христово.

Взрослый: Не совсем. Епископ лишь тогда епископ, ког­да он епископ народа, города. Он не может быть епископом, будучи одним, самим по себе, как не может голова суще­ствовать без тела. Так же и священник должен служить при­ходу или монастырю. Отец не отец, если он не отец детей.

Б. Что есть Церковь

Церковь есть собрание всех учеников Господа Иисуса Христа – на земле ли они еще или уже в Доме Отца – со­бранных вокруг Учителя.

Кстати, слово «Церковь» означало в древних Афинах Со­брание граждан.

Ребенок: Но как же могут ученики Христа на земле соби­раться вокруг Него, когда Он вознесся на небо?

Взрослый: Там, где Дух Святой, там и Сын; неужели ты забыл обещание Господа Иисуса Христа во время Его возне­сения: «Я с вами до скончания века»? А как Он с нами? Сво­им Святым Духом, ибо Святой Дух, как мы уже сказали, «напомнит нам все, что Христос нам говорил» (Ин 14, 26), «возвестит нам все, что возьмет от Христа» (Ин 16, 15) и «будет свидетельствовать о Христе» (15, 26). Святой Дух делает Сына подлинно присутствующим. Когда Дух сошел на собрание верующих в день Пятидесятницы, это Собрание сделалось местом присутствия Слова, оно стало Церковью.

Ребенок: Пожалуйста, объясни подробнее.

Взрослый: Пятидесятница похожа на Благовещение, а Церковь – на Деву Марию, на Богородицу.

Ребенок: Как это?

Взрослый: В день Благовещения «наитием и действием Святого Духа» (Мф 1, 18) «Слово стало плотию» (Ин 1, 14), произошло зачатие Иисуса во утробе Девы Марии.

В день Пятидесятницы действием того же Святого Духа, сходящего в виде языков, то же Слово стало обитать во утробе Церкви, и Церковь стала вещать Слово Божие, воз­вещать Воскресение: Церковь несет слово Божье, пропо­ведует его, как Богородица носила Его и родила Его. А это Слово – Логос, Слово – Бог, который говорит с нами, это Сын Божий, присутствующий в Церкви, как Он пребывал и во утробе Богородицы.

Итак, со времени Пятидесятницы Святой Дух творит Церковь, делает сообщество верующих местом присутствия, пребывания воскресшего Христа. «Истинно говорю вам, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф 18, 20).

«Где Церковь – там Дух Божий, а там, где Дух Божий – там Церковь и вся ее благодать» (Святой Ириней Лионский).

Церковь – одно целое, хотя и раздробленное на мно­жество церквей, возникающих и растущих по мере того, как Она становится более плодоносящей. «Есть множество церквей, и однако Церковь – одна» (Святой Киприан Кар­фагенский) .

Человек не может считать Бога Отцом, если он не считает Церковь своей Матерью (Святой Киприан Карфагенский).

Церковь – больше земли и неба, это новый мир, солнце которого – Христос (Святой Амвросий Медиоланский).

Тело Христово, с которым христиане соединяются креще­нием, становится корнем, залогом нашего воскресения и на­шего спасения (Святой Афанасий Александрийский).

Церковь – земной рай, в котором живет и действует не­бесный Бог (Герман, патриарх Константинопольский).

Церковь – это огромное открытое окно, через которое Солнце Правды проникает в мир тьмы (Николай Кавасила).

Лишь Церковь – небесна (Хомяков).

Церковь Христова – не установление, это новая жизнь со Христом и во Христе, направляемая Духом Святым (Прот. Сергий Булгаков).

Церковь – центр вселенной, среда, в которой решаются судьбы Вселенной (Владимир Лосский).

В темноте падшего мира Церковь есть брешь, откры­тая торжествующим Крестом, и через нее троическая любовь не перестает изливаться во свете Воскресения (Оливье Клеман).

Церковь – вход в воскресшую жизнь Христа, приобщение к вечной жизни (Прот. Александр Шмеман).

Церковь – изображение и знамение Божьего Царства, так как Царство начинает становиться реальным, как зародыш и всходы, в Церкви уже в этой жизни (Патриарх Игнатий Хазим),

В. Церковь: такая, какой она нам представляется, и такая, какой она должна была бы быть

Ребенок: Все это прекрасно; но я в церкви встречаю лю­дей, которые, перекрестившись многократно, осуждают сво­их соседей. Так где же во всем этом Святой Дух, и как мож­но верить, что среди всех этих лицемеров живет Христос?

Взрослый: Если бы ты был в Великую пятницу в Иеруса­лиме, когда Пилат вывел Христа толпе, окровавленного и оплеванного, ты бы сказал, что Он безобразен: «Как многие ужасались, смотря на Тебя». До такой степени вид Его был обезображен и жалок. Он был презираем и отвергнут людьми, «и мы ни во что не ставили его» (Ис 52, 14; 53, 3); так заранее Исаия описывал страдающего Мессию.

На Своих плечах Он нес все уродство мира. Его унизи­ли человеческие плевки, и все-таки это был Он, Христос, един Свят. И тоже и с Его Церковью. Она обезображена человеческими грехами и преступлениями. А ведь Церковь составляют люди, включая и тебя и меня. А все же в Ней сокрыт Христос, над Ней парит Дух. Церковь – это «Имма­нуил», то есть «с нами Бог», Бог, который нисходит до того, что пребывает вместе с грешниками, мытарями и блудни­цами. «Не здоровым нужен врач, а больным», – говорил наш Господь, когда Его осуждали за то, что Он садился за один стол с грешниками.

Ребенок: Я верю в Бога, верю в Иисуса Христа, а в Цер­ковь мне поверить труднее.

Взрослый: Тогда ты прогоняешь Бога на небо. Христиан­ский Бог – это Бог, ставший человеком, это Бог посреди нас, Бог, сокрытый среди грешников, чтобы исцелять их; Бог, который действует среди тех и открывается именно тем, которых Он пришел спасти и которые тем не менее не перестают сознательно искажать Его образ; и в их сре­де слышится Его голос, Его Слово, им Он являет Свою любовь. Это Бог в вифлеемских яслях и Бог, распятый среди злодеев, среди двух разбойников (ср. Ис 53, 12), отверженный среди отверженных. Если ты не умеешь распознать того святого, что сокрыто среди грешников Его Церкви и в бесчестии Его Страданий, то ты не сумеешь распознать Его, не сможешь встретить Его во славе Его пришествия.

В «Верую» мы говорим: «Верую во едину, святую, собор­ную и апостольскую Церковь». Верят не в то, что видят, а в то, чего не видят. То, что может написать о Церкви исто­рик или неверующий социолог, изучающий Церковь, – не предмет веры. Для того чтобы установить то, что видишь, никакой веры не нужно. «Ты поверил, потому что увидел Меня. Блаженны не видевшие и уверовавшие» (Ин 20, 29). Клише, воспроизводящее состояние Церкви в определен­ном месте или в ту или иную эпоху, не определяет ее истин­ного бытия, ее сути...

Предмет веры, то, во что следует и возможно верить, – это слово или обещание Бога. Кто же может определить Церковь? Творческое Слово Ее Господа Иисуса Христа. А освящающая сила Духа реализует это слово: вот почему Церковь свята, несмотря на грехи ее членов.

Следует хорошо понять, что Слово Творца образует, творит бытие твари. Бог говорит, и вот нечто стало су­ществовать. Например: «Да будет свет, и был свет». Отсю­да и слова панихиды: «Начаток ми и состав зиждительное Твое бысть повеление» (стихира на вечерне в Мясопуст­ную субботу). Это значит: «Твое творческое Слово создало мое начало и мое существо». Московский митрополит Филарет (его слова приводит прот. Г. Флоровский) прекра­сно выражает эту мысль: «Все созданное покоится на твор­ческом Божьем слове, как на алмазном мосту, под бездной божественной бесконечности, над бездной его собственного небытия» (Г. Флоровский. «Пути русского богословия», Париж 1937).

Замысел Божий о человеке, его зов составляет истинное бытие, глубинную основу человека: человек становится истинно самим собою, лишь осуществляя в себе этот замы­сел Божий. Когда Христос дает Симону, сыну Ионы, второе имя «Петр», Он ему говорит, кем бы Богу было угодно его видеть; его зов, его призвание определяют его сущность. Ты в действительности то, кем ты, согласно Божьей воле, должен стать. Это не фотокарточка, снятая во время по­стройки здания, когда еще нет ни крыши, ни перегородок. Не это характеризует здание, а план архитектора, задумав­шего первоначальный проект здания. То же и с Церковью: Ее настоящая суть – это то, к чему Бог ее призвал, чем она должна стать. Все грехи и ошибки церковных деятелей, со­вершенные в истории Церкви, проходят. Остается лишь Бо­жье Слово, которое беспрерывно раздается в церковных службах и проповедях. Сквозь человеческую посредствен­ность членов Церкви Слово Божье пребывает постоянной составной частью жизни Церкви и именно Слово в конеч­ном счете учит Церковь, придает ей устройство и обуслов­ливает ее развитие. Это говорит сам Бог устами пророка Исаии: «Как дождь и снег нисходит с неба и не возвраща­ется туда, но напояет землю и сообщает ей силу рождать и произращать, и дает семя сеятелю и хлеб идущему, так будет и Слово Мое, исходящее из уст Моих: оно не возвра­тится ко Мне пустым, но исполнит волю Мою и будет благоуспешным в том, для чего Я его послал» (Ис 55, 10-11),

Чтобы знать, что же такое действительно Церковь, мы не должны описывать то, что якобы происходит в той или иной епархии, стране или приходе в то или иное время, а мы должны знать то, что ее Создатель говорит о ней. В действительности же, постоянным действием Святого Духа и несмотря на препятствия, создаваемые периодически чело­веческими грехами, которые задерживают осуществление божественного замысла, Слово Божье никогда не переста­ет быть созидающим и осуществляющим то, что говорит Бог. Святые, память которых мы празднуем в воскресе­нье после Пятидесятницы, – златая цепь, показывающая действенность этого живого слова (Ис 55, 10-11). Итак, Слово Божье призывает Церковь стать:

1. Невестой Христовой.

2. Телом Христовым.

Г. Церковь – Невеста Христова

В Библии от начала до конца говорится о почти «брачной» связи, соединяющей Бога со Своим народом, о Божьей воле сделать Церковь Невестой Своего Христа.

В Ветхом Завете Бог выступает как Жених Своего народа

Особенно развил эту тему пророк Осия: речь идет об от­ношениях, которые соединяют Бога и Израиль и которые возвещают и готовят, будущий союз Христа и Церкви. И апо­стол Павел подчеркивает непрерывную линию, идущую от «Израиля по плоти» (1 Кор 10, 18) – к «Израилю Божию» (Гал 6, 16).

Послушаем, как уста пророка выражают бесконечную нежность Бога к Своему народу:

«Я обручу тебя со Мною навек, и обручу тебя со Мною правдою и правосудием, благостию и милосердием. И обручу тебя со Мною верою, и ты познаешь Господа» (Ос 2, 21-22).

Израиль уже предстает как Невеста Господа. Но Осия не питает никаких иллюзий относительно человеческих качеств невесты: уже произошел сдвиг между социальной действи­тельностью и Божьим замыслом: «Женщина, любимая мужем, но блудница» (Ос 3, 1) – это Израиль. Конечно, Израиль – невеста своего Господа, но неверная, блудница: «Судитесь с матерью своею, судитесь о том, что она не же­на Мне, и Я не муж ей, и чтобы она удалила блуд от лица своего и прелюбодеяние от груди своей» (Ос 2, 4). «И на­род Мой закоснел в измене против Меня» (Ос 11, 7). Но Гос­подь продолжает освящать его Своею любовью: «И Я сам приучал Ефрема ходить, водил их за руки их, а они не сознавали, что Я врачевал их. Узами человеколюбия привле­кал Я их, узами любви; и был Я для них подобен тем, ко­торые снимают удила с челюстей их, и ласково кормил их» (Ос 11, 3-4). «Как поступить с тобою, Ефрем? Встревоже­но во Мне сердце Мое, возгорелась вся жалость Моя. Не дам действовать пламенному гневу Моему, не стану более истреблять Ефрема; ибо Я Бог, а не человек; среди тебя Святый; Я не приду во гневе» (Ос 11, 8-10). 

В Новом Завете этот любовный союз между Богом и Его народом будет уточняться и расширяться.

В евангелиях: Иисус Христос – Жених

Две притчи, рассказанные Самим Иисусом Христом, от­кроют нам, что Бог станет Женихом Своего народа через Своего Сына, и позволят приблизиться теснее к Жениху Церкви.

а) Притча о брачном пире (Мф 22, 1-13)

Эта притча сравнивает Царство Небесное с брачным пи­ром, который устроил царь для своего сына. Приглашенные на свадьбу не захотели прийти, и тогда царь сказал своим слугам: «Брачный пир готов, а званные не были достойны. Итак, пойдите на все перекрестки и зовите всех, кого найдете, на брачный пир». Рабы вышли на дороги, собрали всех, кого только нашли – и злых, и добрых; и брачный пир на­полнился возлежащими» (Мф 22, 8-10).

На пиру оказались не только избранные приглашенные. Праздник предназначен не только для избранных. Пригла­шены все: и добрые, и злые. Отныне все люди призваны войти в близость с Богом. Бог хочет, «чтобы все люди спас­лись и достигли познания истины» (1 Тим 2, 4). Однако приглашенных просят одеться как положено на свадьбе. Один же из позванных, злоупотребляя царской добротой, появился без приличного свадебного наряда. «Друг мой, – сказал ему царь, – как ты вошел сюда не в брачной одеж­де?» Он же молчал. Тогда царь сказал слугам: «Возьмите его, свяжите ему руки и ноги и бросьте его в тьму кромеш­ную».

Что же это за брачная одежда, в которую должен быть облачен каждый, чтобы предстать пред божественным Же­нихом? Как может даже «злой» быть допущенным на брач­ный пир, если он одет подобающим образом? На это нам отвечают слова чудесной молитвы, которая поется на утрене первых дней Страстной седмицы:

«Чертог твой вижду, Спасе мой, украшенный, и одежды не имам, да вниду в онь. Просвети одеяние души моея, Светодавче, и спаси мя».

Нам следует получить «одежду света», Дар Божий, Свято­го Духа, который безвозмездно дается тем, которые верят и доверяют Христу, Подателю Его. Эфиопу, спросившему диакона Филиппа: «Что препятствует мне креститься?», Фи­липп ответил: «Если веруешь от всего сердца, можно». И этот ответил: «Я верую, что Иисус Христос есть Сын Бо­жий» (Деян 8, 37).

Вот веря от всего сердца, полностью полагаясь на милую­щую щедрость Христа Спасителя, мы получаем от Него, – каковы бы ни были наши прошлые грехи, – купель света, дар Духа, который нас делает членами Церкви и позволяет нам проникать в самый брачный чертог. Спасение – это брачный союз верующих со Христом Богом, их возлюблен­ным Царем.

И вот этот союз создается по случаю праздника, пира, не­бесной трапезы. Мы заранее принимаем участие в этой таин­ственной трапезе во время «тайной Вечери», которую мы вкушаем за Царским Столом, причащаясь Тела нашего Господа и Его пречистой Крови за божественной Литургией. Всегда будем помнить, что по своему существу, литургия – это встреча любви Христа со своим народом. Но этот брак, если можно так сказать, еще не полон. Об этом нам напом­нит...

б) Притча о десяти девах (Мф 25, 1-13)

Десять дев, взявши светильники, вышли навстречу жени­ху, который запаздывал. Пятеро из них были неразумны; они сказали себе: «Уже поздно, жених не придет» и заснули, а лампы потухли, так как в них не было масла. Таковы наши современники, говорящие: «Вот уже две тысячи лет люди ждут Второго пришествия Господа, ведь в день Возне­сения апостолам было обещано Его возвращение. Больше мы не верим, это неправда».

Но другие пять дев были разумны; они знали, что Же­них сдержит слово. Поэтому перед сном они позаботились о том, чтобы наполнить светильники маслом.

В полночь жених явился, и разумные девы со светильни­ками вышли ему навстречу. Неразумные сказали разумным: дайте нам масла, так как наши лампы потухли. Но мудрые ответили им: для нас и для вас не хватит; лучше пойдите к купцам и купите себе. Они пошли покупать масло и опозда­ли. Те девы, которые были готовы, вошли с женихом в брач­ный чертог, и дверь закрылась. Затем пришли и другие девы и сказали: «Господи, Господи, отвори нам!» Но Он ответил: «Истинно говорю вам: Я не знаю вас».

Христос вернется лишь в конце времен: «Мы не знаем ни дня, ни часа». Следовательно, мы должны в любой момент быть готовы встретить нашего Возлюбленного, а в нашем сердце должен быть светильник, всегда горящий и светящий­ся присутствием Святого Духа. Будем же ревностно искать и растить в себе это блаженное Присутствие как единое на потребу и будем хранить его как более ценное, чем что-либо тварное. Зачем нам приобретать весь мир, если мы при этом потеряем Христа, «Того, Кто Жизнь наша!» (Кол 3, 4).

Эта притча вдохновила молитву, которую мы поем в церкви в начале Страстной седмицы:

«Се Жених грядет в полунощи, и блажен раб, его же обря­щет бдяща; недостоин же паки, его же обрящет унывающа. Блюди убо, душе моя, не сном отяготися, да не смерти пре­дана будеши, и царствия вне затворишися, но воспряни зовущи: свят, свят, свят еси Боже, Богородицею помилуй нас».

[Вот та же молитва на нашем современном языке: «В полночь идет к нам Жених, и счастлив тот раб, которого Он найдет бодрствую­щим, неспящим. А тот, которого Жених найдет спящим, недостоин Жениха, Душа моя, будь настороже! Не спи, чтобы не быть преданной смерти и не остаться вне врат царства! Но проснись и зови: Свят, свят, свят Ты Боже: Молитвами Богородицы, помилуй нас!» – Прим. авт.]

Итак, Христос – уже Жених Церкви, но Он еще сокрыт в облике Распятого, и чтобы распознать Его, нужна вера. И лишь тогда, когда Он вернется со славою, Он явится всем как божественный Жених и поведет в брачный чертог тех, кто прежде узнал Его, хотя они и были сокрыты среди греш­ников в Его Церкви.

3. В Послании к Ефесянам Церковь явлена как Невеста Христова

В Библии есть постепенное развитие. Уже Осия называл Бога женихом своего народа: Христос открывает нам в Своих притчах, что именно в Нем Бог становится ожидаемым Женихом. Но лишь в Послании к Ефесянам впер­вые сказано буквально, что Невеста – это Церковь. Автор Послания, как мы видим, сравнивает любовь мужа к сво­ей жене с любовью Христа к Церкви. Он делает это не толь­ко для углубления смысла человеческого брака, но, глав­ное, для уяснения смысла Церкви: «Да будут двое одна плоть: эта тайна велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви» (Еф 5, 31-32). Церковь и Христос – едина плоть.

Это уже в Ветхом Завете предвидела прекрасная книга, называемая Песнь Песней. Мы соединяемся со Христом не каждый порознь, а все вместе, чтобы стать одним, и это единство должно осуществить «полноту Христа». «Доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в му­жа совершенного, в меру полного возраста Христова» (Еф 4, 13).

Это значит, что мы призваны к двойному единству: един­ству друг с другом и единству со Христом. Именно в Нем мы соединяемся друг с другом и, будучи соединены, обре­таем единство с Ним. Христианином нельзя быть в одиноч­ку, вне сообщества, вне Церкви Бог «не знает» нас. Господь сказал: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я по­среди них» (Мф 18, 20). Мы можем войти в общение, в тес­ный союз с нашим Господом Богом, только будучи в сооб­ществе, в Церкви. Ведь мы все любим друг друга. Все вместе составляем Церковь, и все вместе – единая плоть со Христом.

[Во время литургии перед совместным пением Символа Веры для выражения нашего единства в вере и любви священник восклицает: «Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы!». И все верую­щие отвечают: «Отца, и Сына, и Святого Духа, Троицу единосущ­ную и нераздельную». Только любовь и братское единство позволяют нам исповедать Святую Троицу. – Прим. авт.]

Вот приоткрыта тайна Церкви, а вот две главные запове­ди Ветхого Завета, «на которых утверждается весь Закон и пророки» (Мф 22, 40). «Возлюби Господа Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею силою тво­ею» (Втор 6, 5) и «Люби ближнего своего, как самого се­бя» (Лев 19, 18). Брак Христа со Своей Церковью дово­дит эти заповеди до полного совершенства и исполнения.

Такова воля Господня: Христос хочет «представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непо­рочна» (Еф 5, 27). Но Он хорошо знает, что она еще не та­кая; но вот к этому Он ее призывает, такой она должна стать, такой Он ее создал, ибо Он «предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною, посредством слова» (Еф 5, 25-26).

Слово, определяющее бытие Церкви, сопровождается ку­пелью Духа Святого, который завершает это Слово. Но это­му завершению требуется время; создание Церкви Словом и Духом будет завершено лишь в конце времен; об этом мы узнаём из Апокалипсиса.

4. В Апокалипсисе Церковь является в своем завершен­ном блеске: Небесный Иерусалим

«И увидел я новое небо и новую землю; ибо прежнее не­бо и прежняя земля миновали, и моря уже нет. И я, Иоанн, увидел святой город Иерусалим новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего. И услышал я громкий голос с неба, говорящий: «Се скиния Бога с людьми, и Он будет обитать с ними; они бу­дут Его народом, и сам Бог с ними будет Богом их. И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни пла­ча, ни вопля, ни болезни уже не будет; ибо прежнее прошло» (Откр 21, 1-4). «Вот Я творю все новое». «Я Альфа и Оме­га, Начало и Конец; жаждущему дам даром от источника во­ды живой» (Откр 21, 5-6). «Иди, я покажу тебе жену, невесту Агнца». И вознес меня Ангел в духе на великую и высокую гору, и показал мне великий город, святый Иерусалим, ко­торый нисходил с неба от Бога; Он имеет славу Божию. Светило его подобно драгоценнейшему камню» (Откр 21, 9-11).

«Храма же я не видел в нем; ибо Господь Бог Вседержитель – храм его, и Агнец. И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего; ибо слава Божия осветила его, и светильник его Агнец» (Откр 21, 22-23). «И Дух и невеста говорят: прииди! и слышащий да скажет: прииди! Жаждущий пусть приходит, и желающий пусть берет воду жизни даром» (Откр 22, 17). «Ей, граду скоро! Аминь. Ей, гряди, Господи Иисусе!» (Откр 22, 20)

Итак, если Церковь с самого начала определяется творче­ским Словом Господа, который есть Альфа, то она также определяется последним концом, при котором ее определя­ет тот же Господь, так как Он есть также и Омега. Церковь определяется как ее основанием, так и последними време­нами. «Последний» по-гречески – «эсхатос». Поэтому уче­ние о последних временах, о конце мира и о Втором пришествии Христа называется «эсхатологией».

Простым богословским языком можно сказать: нельзя определять Церковь вне эсхатологического напряжения. Всю жизнь Церкви следует рассматривать в перспективе не­бесного Иерусалима, где Невеста-Церковь явится во всей своей красе, отражающей славу своего Жениха. Это дает ей смысл, обращенный к ее конечному завершению. Церковь должна перейти от Альфы к Омеге. Она может сделать это, потому что она любима и потому что это любовь творческая и продолжающаяся. Ни ребенок, ни женщина, ни мужчина не станут по-настоящему сами собой, не расцветут, если их не любят. Так и Церковь, несмотря на все грехи, на все изъяны своих членов, становится по-настоящему сама со­бой, превращается в небесный Иерусалим, так как Творец любит ее неиссякаемой любовью. Он продолжает ее творить, уча ее Своим Словом и простирая над ней очищающую и животворящую Воду Своего Святого Духа. И она сможет в будущем осуществить свое настоящее призвание: спасти мир, так как она освящена «для жизни мира».

С такими мыслями мы поем в пасхальную ночь с бесконеч­ной надеждой: «Светися, светися, новый Иерусалиме, слава бо Господня на тебе воссия! Ликуй ныне и веселися, Сионе!

Ты же, Чистая, красуйся, Богородице, о восстании рожде­ства Твоего!» (Ирмос 9 песни светлой пасхальной заутрени).

Д. Церковь – Тело Христово

1. Космическое измерение воскресшего тела Христа

Чтобы закончить эту главу, нам следует отказаться от на­шего обычного мышления и стать лицом к лицу с совершен­но новой реальностью: «Вот Я творю все новое» (Откр 21, 5).

Речь идет о том, что апостол Павел называет «новым Тво­рением» (Гал 6, 15; 2 Кор 5, 17). «Итак, если вы воскре­сли со Христом, то ищите горнего, где Христос сидит по правую сторону Бога. О горнем помышляйте, а не о зем­ном» (Кол 3, 2).

Следовательно, в данном случае следует изменить свое представление о мире, где предметы противопоставля­ются друг другу в измеримом пространстве: «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям ми­ра, а не по Христу» (Кол 2, 8).

Нужно достичь «истинного знания, обновляясь по образу Творца», ведь «все и во всем Христос» (Кол 3, 11). Следует открыть «космическое измерение» Христа, «в котором оби­тает телесно вся полнота Божества» (Кол 2, 9). Он есть «об­раз Бога невидимого, рожденный прежде всякой твари; ибо Им создано все, что на небесах и на земле, видимое и невиди­мое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли: все Им и для Него создано. И Он есть прежде всего, и все Им стоит. И Он есть глава тела Церкви; Он начаток, первенец из мертвых, чтобы иметь Ему во всем первенство: ибо благоугодно было Отцу, чтобы в Нем была всякая полнота, и что­бы посредством Его примирить с Собою все, умиротворив через Него, кровию креста Его, и земное и небесное» (Кол 1, 15-20).

Апостолу Павлу потребовалось встретить по дороге в Да­маск воскресшего Христа, чтобы получить в дар чрезвычай­ную интуицию Христа Бога в новом теле и измерении мира, которого Он Господь и Творец, Которым все стоит, Кото­рый все во всем, в Котором обитает телесно вся полнота Божества.

Напомним, что на пути в Дамаск апостол Павел упал на землю, пораженный необыкновенным светом, и, ослеплен­ный, услышал голос Воскресшего, который сказал: «Савл, Савл, зачем ты гонишь Меня?» «Кто Ты, Господи?» «Я Иисус, Которого ты гонишь» (Деян 9, 1-18; 22, 4-20; 26,12-18).

Таково Воскресшее Тело, «Тело духовное», скажет нам тот же апостол Павел в Первом послании к Коринфянам (1 Кор 15, 44), то есть исполненное Духа Святого; Тело, пришед­шее с неба (1 Кор 15, 47), хотя оно и было на кресте и во гробе, Тело нетленное и бессмертное, воскресшее во славе, Тело прославленное (1 Кор 15, 43, 53-54).

2. Церковь – Тело Христово

Вот это-то Тело, по слову апостола Павла, и есть Цер­ковь (Еф 1, 21; Кол 1, 18; 1 Кор 12, 13, 27). Было бы ошибкой видеть в этом выражении ап. Павла лишь образ. Ведь речь идет о таинственном воплощении верующих дей­ствием Святого Духа в Теле космических измерений воскре­сшего Христа.

Сам Господь наш Иисус Христос приоткрыл нам, что Его Тело станет местом собрания верующих. Он произнес ту фразу, которую Его лжесвидетели приведут, исказив ее, на процессе у Каиафы. Они обвинили Христа в том, что Он якобы сказал: «Могу разрушить храм Божий и в три дня создать его» (Мф 26, 61), или иначе: «Я разрушу храм сей нерукотворный и через три дня воздвигну другой неру­котворный» (Мк 14, 58). В действительности Христос ска­зал: «Разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его» (Ин 2, 19).

И Евангелист Иоанн добавляет: «А Он говорил о храме тела Своего. Когда же воскрес Он из мертвых, то ученики Его вспомнили, что Он говорил это, и поверили Писанию и слову, которое сказал Иисус» (Ин 2, 21-22). В действи­тельности не только постараются разрушить Тело Иисуса, прибив Его ко кресту, но и сам иерусалимский храм будет разрушен сорок лет спустя римским воинством. После этого, однако, останется один Храм; это место, где будут собираться «истинные поклонники Отца» (Ин 4, 23). Они и составят, образуют Тело Воскресшего.

Ребенок: Все это мне кажется мало ясным.

Взрослый: Представь себе, как некогда говорил ап. Па­вел (1 Кор 12, 20), что каждый член тела – глаз, голова, но­ги – мог бы сказать, будучи как будто личностью, другому члену, например, глаз – руке: «Ты мне не надобна», или голова ногам: «Вы мне не нужны!» Все члены тела солидар­ны друг с другом: каждый нужен каждому; и если один член болен, то все тело и «все члены страдают с ним» (1 Кор 12, 26); таким же образом, если один член тела действует хо­рошо – например, легкие, сердце, – то это служит на пользу всему телу. Вот так и в утробе Церкви мы все спаяны друг с другом и все соединены со Христом, как члены одного те­ла соотнесены с головой таким образом, что если один член думает или делает что-нибудь плохое, даже если этого никто не знает, – все тело, вся Церковь болеет от этого.

И наоборот, если отдельный член Церкви в глубине ду­ши хорошо подумает о ком-нибудь или искренне помолит­ся – это служит на благо всей Церкви и всех ее членов.

В лоне Церкви мы все солидарны друг с другом, и даже не зная этого, мы все общаемся друг с другом: ведь Святой Дух дышит во всем Теле Церкви; кстати, поэтому Глава Тела – Христос – может приводить в движение члены Тела и управлять ими при условии, что они не поражены болез­нью. Ведь когда кто-нибудь делает другому больно, он ста­новится духовно парализованным: Христос им больше не управляет, через него больше не проходит веяние Святого Духа. Наоборот, когда кто-либо слушает слово Божье, он получает указание свыше, и Святой Дух дает нам всем лю­бовь и общение друг с другом. Тогда мы соединены и нахо­димся в общении как между собой, так и с нашим Христом.

3. Евхаристический Хлеб, Тело Христово творит Церковь

Эта загадочная тайна осуществляется и становится видна через евхаристическое таинство. Ведь Новый Завет открыва­ет нам тройное уравнение: Евхаристический Хлеб = Телу Христову = Церкви. Тело Христово – это Церковь, но Тело Христово – это также Хлеб Жизни, сошедший с неба (Ин 6, 51). «Хлеб, дающий жизнь миру» (Ин 6, 33). Это «Хлеб Жиз­ни» (6, 35). «Хлеб, сходящий с небес. Он таков, что ядущий его не умрет» (Ин 6, 50). Это тот Хлеб, который Христос даст Своим ученикам накануне Своей смерти со словами: «При­мите и ешьте, это Тело Мое, которое преломляется за вас во оставление грехов».

И лишь вкушая этот хлеб, который есть Тело Христово, можно частично увидеть, каким образом Церковь есть Тело Христово. Ведь лишь причащаясь этого хлеба и вина, прича­щаясь Тела и Крови Христа, верующие в Иисуса становятся Телом Христовым, становятся Церковью. Святой Ириней Лионский объясняет эту таинственную истину образно: вода собирает, склеивает кусочки муки, и возникает единый, цельный хлеб. Так и Дух Святой собирает верующих, творя их единым Телом, Телом Христа. Таинственная Тайная Ве­черя, божественная литургия – лаборатория Церкви: имен­но здесь Бог Отец лепит сообщество Своих детей, евхарис­тическое собрание причастников. Создает это Он двумя «руками» – Словом и Духом, чтобы получился один цель­ный Хлеб, Тело Христово, Церковь. Об этом же говорится немного иначе в Еф 2, 19, 22): «Итак, вы уже не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу, быв утверждены на основании апостолов и пророков, имея самого Иисуса Христа краеугольным камнем, на Котором все здание, слагаясь стройно, возрастает в святый храм в Господе, на котором и вы устрояетесь в жилище Божие Духом». Следовательно, Церковь и есть это собрание верующих, питающееся Словом Божиим и Хлебом причастия, собрание, которое посещает и животво­рит Святой Дух со времен Пятидесятницы для создания единого Тела, глава которого Христос, а члены – верующие (1 Кор 12, 13-27; Кол 1, 18; Еф 1, 22-23).

Глава восьмая. Тайна Божественной Евхаристии: ее происхождение, установление и смысл

Мы видели, что хлеб причастия, который есть Тело Хри­стово, питает Церковь и превращает ее саму в Тело Христо­во. И пора, наконец, подробнее поговорить об этой евха­ристической тайне, на которую мы уже ссылались рань­ше так часто.

У древних евреев был обычай праздновать беракот, «пра­здник благословения», которым они выражали Богу благо­дарность за все Его благодеяния. Признавать, что дар дается Богом, вспоминать с благодарностью этот дар, совершать акт благодарения (по-гречески евхаристия), – основное правило служителей Всевышнего. Беспрерывным благода­рением человек признает дело Создателя, выражает Ему свою признательность и от имени всего создания воздает Ему славу. Воздавать означает и воссылать и посылать вновь; этим отношением, этим возданием благодарности че­ловек, будучи совестью творения, признает связь между соз­данием и Создателем, и своей благодарной памятью поддер­живает поток любви между Создателем и Его созданием и этим, в свою очередь, – гармонию Вселенной.

В Великий четверг вечером Христос совершал именно та­кой обряд благодарения, возглавляя трапезу Своих учени­ков. Это становится ясным, когда мы читаем повествование Луки (22, 17-20) – и сравниваем его с обрядом благосло­вения вкушения пищи у евреев, как оно описано в Мишне – еврейском молитвеннике.

В начале трапезы благословлялась в первый раз чаша с ви­ном со словами: «Благословен Ты, Господи Боже наш, Царь веков, дающий сей плод виноградника». Поэтому в начале трапезы Христос берет чашу первый раз (Лк 22, 17) – со сло­вами: «Сказываю вам, что не буду пить от плода виноград­ного, пока не придет Царство Божие» (Лк 22, 18) .

Самый младший член семьи, если не было раба или слуги, приносил тогда кувшин с водой, чтобы глава семьи умыл руки. Это должен был сделать апостол Иоанн как самый младший из всех: но Иисус взял кувшин у него из рук и принялся умывать ноги апостолов (Ин 13, 7-17).

Затем «глава семьи» брал хлеб и разламывал его со сло­вами: «Благословен Ты, Господи Боже наш, Царю веков, производящий хлеб из земли... Возблагодарим нашего Бога, питавшего нас от Своего изобилия».

Вот так и Христос (Лк 22, 19) «взял хлеб и, возблагода­рив, преломил его и дал его им со словами; «Сие есть Тело Мое, которое за вас предается; сие творите в Мое воспо­минание». Таким образом, Христос сделал традиционный жест главы еврейской семьи; но Он придает ему совер­шенно новый смысл, отождествляя хлеб со Своим соб­ственным телом, которое будет на кресте отдано за жизнь мира.

После трапезы глава семьи брал чашу и благословлял ее второй раз. Поэтому Христос «сделал то же после вечери», также взяв чашу во второй раз (Лк 22, 20) со словами: «Сия чаша есть новый завет в Моей крови, которая за вас проли­вается». Таким образом объясняются два благословения чаши, о которых сохранил память лишь один евангелист Лука; но Христос им еще раз придает новый смысл, отож­дествляя вино со своей Кровью, которую Он на следующий день прольет на кресте и которая запечатлеет новый Завет между Богом и людьми (см. Часть пятая).

Апостол Павел дополняет рассказ Луки (1 Кор 11, 23-25), добавляя: «Всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет».

Следовательно, благословение трапезы, благодарное при­ношение хлеба и вина Богу, давшему их, были связаны с жертвоприношением, которое совершит Христос завтра – в Великую пятницу – Своего Тела и Своей Крови на кресте – в заключение нового Завета между Богом и Его народом жертвой Христа, принесенной для прощения грехов. «Сие творите в Мое воспоминание /.../ до Моего пришествия»: впредь совершение этой трапезы будет связано с благодар­ным воспоминанием смерти и воскресения Спасителя, ко­торый вводит свой народ в обетованную землю Своего Цар­ства. От Воскресения Христа и до Его возвращения этой Трапезой мы будем поминать все Его спасительное дело – от Его Страданий до Его Второго пришествия. Но это воспо­минание (по-гречески «анамнезис», по-еврейски «зиккарон») – не простое воспоминание, не простое действие ума-интеллекта: оно также и особенно участие, соучастие всего собрания, совершающего это «воспоминание» в спа­сительных событиях смерти, гроба, Воскресения, Вознесе­ния, сидения по правую сторону Отца, Второго пришествия Господа. Эти события имеют вечное значение. Помещенные во времени, они спасают людей всех времен; и когда мы к ним обращаемся в евхаристическом воспоминании, мы выходим из времени, чтобы приобщиться к вечности Сына Божия, ведущего Свой народ в Свое Царство.

Богослужение, совершаемое в данный момент, во вре­мени, становится участием в. вечном жесте Сына действи­ем Святого Духа. И правда, Святой Дух «напомнит нам все, что сказал Иисус» (Ин 14, 26), «будет свидетельство­вать о Нем» (Ин 15, 26) и «возьмет от Сына, чтобы дать нам» (Ин 16, 14). Конечно, богослужение становится соучастием си­лою Святого Духа.

Теперь мы понимаем важность Божественной литургии: благодаря ей и ею доходит до нас все, что Христос сделал, делает и сделает для людей; это действительно место нашей встречи со Христом Спасителем. В ожидании Праздника Цар­ства в этом месте совершается брак Христа и Его Невесты; соединяясь с Христом, мы соединяемся с нашими сестра­ми и братьями в тайне Церкви; за литургией, принимая Тело и Кровь Воскресшего, мы входим в тайну его Тела и созерцаем Его Воскресение.

Все это мы поймем лучше, научая последование богослу­жения; но ясно, что евхаристическое причащение – тайна, мистерия любви, которая больше переживается, чем пони­мается, и что гораздо важнее участвовать в евхаристической трапезе, чем ее описывать.

Глава девятая. Последование богослужения

(Как совершается Божественная литургия)

С того времени, как ученики сразу после Пятидесятницы «оставались верными учению Апостолов, братскому едине­нию, преломлению хлеба и молитвам», Церковь Христова никогда не переставала каждое воскресенье (день Господень – день Воскресения) вспоминать учение апостолов и совер­шать в братском общении и молитве «преломление хлеба». Это то, что мы обычно называем божественной литургией (обедней).

Хотя, согласно местным обычаям, совершение литургии и облекается в  различные формы, все же литургия соответствует везде и всегда той же схеме, безусловно восходящей к апостольскому Преданию, то есть к тому обряду, как ее совершали апостолы; и это общий источник прак­тики всех поместных Церквей (поместной

Церковью на­зывается собрание всех христиан данной местности, воз­главляемое епископом). Вот эту апостольскую схему мы и попытаемся выявить, так как ее можно найти во всех принятых литургиях у православных христиан с самого начала и до сегодняшнего дня, и особенно в литургии святого Иоанна Златоуста, святого Василия Великого, святого апостола Иакова или апостола Марка.

Кстати, литургия св. Иоанна Златоуста служится чаще других; она служилась в Константинополе в то время, когда Златоуст был там епископом.

Литургия св. Василия Великого совершается в воскресенья Великого поста, накануне Рождества и Крещения, в день это­го святого (1 января), в Великий Четверг и Великую Суббо­ту; ее совершал св. Василий Великий в Кесарии Каппадокийской в Малой Азии.

Литургия ап. Иакова – это литургия Иерусалимской церк­ви. Служится обычно в день святого.

Литургия ап. Марка – литургия Александрийской церкви. В день святого ее могут служить и в других церквах.

А. Апостольское учение или Литургия оглашаемых

Уже святой Иустин Философ (замучен в Риме в 155 го­ду) повествует нам, что, как правило, евхаристия предва­рялась библейскими чтениями с толкованием их возглавителем собрания – епископом; это то, что мы обычно называем «литургией оглашенных» [оглашаемых. – Прим. ред. портала], так как на нее до­пускались готовящиеся ко святому крещению, или «литур­гией Слова».

Вот какие чтения это были:

1. Чтения Ветхого Завета. В литургии святого Иоанна Златоуста это псалмы (102; 145). В литургии Василия Великого, когда она служится с вечерней, это различные чтения, относящиеся к данному дню, данному празднику.

2. Чтение Апостола. Это значит, одного из писем-посланий апостолов Церквам их эпохи (напр., Послания Павла к Рим­лянам, к Коринфянам, к Солунянам и пр.).

3. Чтение Евангелия. Это значит, отрывка из одного из че­тырех Евангелий – от Матфея, Марка, Луки и Иоанна; не за­будем, что в действительности Евангелие – одно. Иисус Христос принес в мир единую благую Весть.

За этими чтениями следует их объяснение и комментарий, которые произносит глава собрания – епископ или в его от­сутствие священник.

Во время этой первой части литургии совершается процес­сия, которую мы называем малый вход. Диакон торжествен­но несет Евангелие, образ Слова Божия; он идет к верую­щим и входит царскими вратами в алтарь – «Царство Бо­жье». За ним следует духовенство.

Это действие нам напоминает все дело Сына Божия – Слово стало плотию, вошло в мир, чтобы просветить всех людей (Ин 1, 9) и быть среди людей, для того чтобы люди познали Его, и познали Отца, и чтобы вслед за Собой при­вести их в Царство. «Если бы вы знали Меня, то знали бы и Отца Моего» (Ин 14, 7).

Сначала Слово проходит сквозь мир, чтобы мир познал Его. А затем мир услышит его, когда диакон будет читать Евангелие, которое он принес: воспоминание становится актуальной реальностью, воспоминание возвещения Слова становится провозглашением этого же Слова, которое та­ким образом дошло до нас, живущих сегодня, и трогает на­ши сердца, благодаря действию Святого Духа. Именно с помощью Духа мы можем принять и понять Слово Сына; поэтому перед чтением Евангелия посреди Церкви читается молитва – воистину малая «эпиклеза», т. е. призыв к тому, чтобы изображение стало действительностью, в которой мы просим Бога пролить в наши сердца Свой Свет; таким обра­зом, Слово действительно присутствует среди нас, Оно с на­ми. Это и есть главный смысл совершения обряда: Бог го­ворит со Своим народом, чтобы его сделать Своей Невестой, Своей Церковью; а мы слушаем это Слово всем сердцем и умом и духом, чтобы претворить Его в жизнь.

Б. Совершение Таинства («преломление хлеба») или Литургия верных

Эта вторая часть называется Литургией верных, так как лишь крещеные верующие (верные) могут беспрепят­ственно участвовать в великом и страшном таинстве, кото­рое воспоминает распятие и воскресение нашего Спасителя. Приходящие поглазеть, из любопытства, как туристы, уни­зили бы Любовь Того, Кто пролил Свою Кровь за жизнь мира. Поэтому диакон призывает оглашенных – еще не кре­щеных – удалиться, а верных охранять врата, чтобы лишь приглашенные оставались на брачном празднике Агнца со своим верным народом.

Литургия верных состоит из четырех частей, которые со­ответствуют четырем действиям, совершенным Христом во время четверговой Тайной Вечери и во время Своей встречи с двумя учениками в Эммаусе (см. Часть пятая).

1. Он взял хлеб.

2. Он возблагодарил.

3. Он его преломил.

4. Он его дал апостолам и ученикам.

И Литургия верных поэтому тоже состоит из четырех частей:

1. Великий Вход.

2. Анафора – возношение (евхаристическая молитва).

3. Преломление.

4. Причащение.

Рассмотрим более подробно все эти четыре части.

1. Великий Вход

Диакон выходит к верующим, держа дискос. Дискос – это маленькая тарелочка, обычно серебряная, на которой ле­жит хлеб, или «Агнец», надлежащим образом приготовлен­ный для приношения. Священник держит чашу с вином, сме­шанным с водой. И дискос и чашу берет архиерей, стоящий в Царских вратах, как Христос взял хлеб и чашу, и ставит их на престол для приношения Богу.

Это «восхождение» духовенства в алтарь и приношение от имени всего народа хлеба и вина, означающих Тело и Кровь Христа, представляет собою то жертвоприношение, которое совершил Сам Христос, когда Он взошел на Голгофу и на кресте и крестом вошел в Свое Царство. Поэтому, приводя в этот момент слова благоразумного разбойника на кресте: «Помяни меня, Господи, когда Ты придешь в Твое Цар­ство!» – мы тоже говорим: «Да помянет Господь Бог всех нас во Царствии Своем». И все люди предают себя «в жертву живую, святую, благоугодную Богу» (Рим12, 1) – по­миная высшую жертву своего Учителя.

2. Анафора – Возношение

Это главная, центральная молитва божественной Литур­гии; она воспроизводит молитву «благодарения», по-грече­ски «евхаристии», которую совершил Христос, «взяв» хлеб и чашу. Она берет свое начало, как мы видели, в действиях благодарения или благословениях, которые совершал Из­раиль и которую продолжают совершать евреи, но без благо­дарения за Новый Завет, которого они еще не знают.

Этой молитве предшествует призыв служащего священни­ка: «Горе имеем сердца!». Значит: вознесем наши сердца ввысь, к Богу! А народ отвечает: «Имамы ко Господу». Значит: они обращены ко Господу. Потом снова священник: «Благодарим Господа!», а народ поет: «Достойно и правед­но». Следует продолжительная благодарственная молитва, горячая «евхаристия», дающая имя всей службе. Мы склон­ны забывать, что божественная Литургия в первую очередь – благодарение. Неблагодарные, мы так привыкли получать дары от нашего Творца, что больше не признаем Дарящего и не выражаем нашей благодарности: мы больше не умеем говорить «Благодарю Тебя, Господи», мы больше не умеем совершать настоящей евхаристии. Божественной Литургией, однако, выражает народ Божий небесному Отцу свою благодарность, подчиняясь этим первой заповеди, которая была дана народу Господом прежде Его смерти и которая поисти­не заключает в себе Его завет – Новый Завет: «Сие творите в Мое воспоминание».

Рассмотрим подробнее эту молитву возношения. После еврейского вкушения пищи следовали три благословения:

– первое было благодарение за творение;

– второе – благодарение за искупление, то есть за осво­бождение еврейского народа от тирании фараона выхо­дом из Египта;

– третье – была молитва о пришествии Мессии и о воца­рении Бога.

Христианская анафора тоже будет состоять из трех соот­ветствующих частей. Это нам ясно показывает, что наша ли­тургическая анафора берет свое начало в благодарственной молитве, вознесенной Христом вечером Великого четверга, – но теперь она принимает троический характер:

первая часть – молитва благодарения за творение. Это мо­литва Отцу;

вторая часть – благодарное воспоминание искупительно­го дела Сына:

третья часть – моление, призывание сошествия Свято­го Духа. Им мы получаем «полноту Царства».

Возглавитель церковного собрания – обычно архиерей; если же он отсутствует, старший священник произносит эту молитву возношения – анафоры в трех частях. Произносит ее от имени всего народа, всех молящихся.

Первая часть:

Благодарственная молитва, обращенная к Отцу

а) Служащий священник благодарит Бога за Творение мира.

Он благодарит Бога за то, что Он дал нам бытие: «Ты от небытия в бытие нас привел». Признавать Творца Бога ис­точником нашего существования и благодарить Его за нашу жизнь – поистине начало веры: «Верою познаем, что веки устроены словом Божиим; так что из невидимого произошло видимое» (Евр 11, 3). Это акт самой первичной благодарно­сти.

б) Служащий возносит хвалу Богу живому:

Пение молитвы «Свят, свят, свят...»

Когда мы благодарим Бога, наше благодарение вполне ес­тественно переходит в хвалу Бога, творящего чудеса. Бога истинного, Бога живого, Бога троического, Бога, трисвятого, славу которому беспрерывно воспевают ангелы. Поэтому наше благодарение завершается торжественной песнью-гим­ном, который слышал пророк Исаия в иерусалимском хра­ме в 740 году (Ис 6, 3) и который снова слышал семь ве­ков спустя евангелист Иоанн на острове Патмос (Откр 4, 8): «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф; исполнены небо и зем­ля славы Твоея». Саваоф – слово еврейское. Оно означает: Бог воинств. Имеются в виду, несомненно, воинства ангель­ские. Эта песнь небесных воинств, архангелов и ангелов, се­рафимов и херувимов гремит за каждой литургией, ее во­спевает верующий народ, добавляя к ангельской песне песнь иерусалимских детей, встречающих Царя Христа в столице в Вербную неделю: «Благословен грядый – идущий, прихо­дящий – во имя Господне, осанна в вышних».

в) Служащий благодарит за дело искупления.

Поблагодарив Отца за творение, как не поблагодарить Его за то, что Он дал нам Своего единородного Сына для избавления нас от греха и смерти? И вот в следующей благо­дарственной молитве Отцу мы слышим –

Вторая часть:

Благодарение делу Христа

Это главным образом благодарность за Новый Завет; мы вспоминаем все то, что Сын Божий сделал для нас, на­чиная с того, что Он совершил накануне Своей смерти, в четверг на Тайной Вечери: это повествование об установ­лении.

Это произнесение слов, сказанных Христом: «Примите, ядите, сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов». И слов, сказанных, когда Он подал им чашу: «Пей­те от нея все, сия есть Кровь Моя Нового Завета, изливаемая за вас и за многих во оставление грехов; сие творите в Мое воспоминание».

Чтобы исполнить это наставление, чтобы творить «сие» в воспоминание о Нем, мы творим анамнезу. Это гречес­кое слово, означающее воспоминание, превращение бывше­го в настоящее – в память Бога. Мы будем вспоминать:

– Его смерть,

– Его воскресение,

– Его вознесение,

– Его сидение одесную Отца,

– Его Второе и славное Пришествие,

– короче, все то, что Он сделал, делает и сделает для нас – общее воспоминание вечного дела Сына, которое превос­ходит время и слагает воедино прошедшее, настоящее и будущее; это и есть анамнеза, анамнезис (см. 1 Кор 11, 25)

Возношение в прямом смысле

Между тем, это воспоминание – не простой мысленный или умственный акт: Христос сказал «Сие творите в Мое воспоминание». А что Он сделал? Он взял хлеб и вино, зара­нее предображая жертвоприношение, которое Он совершит, принося на кресте Свое тело и Свою кровь; Он предваряет жертвоприношение, принося Отцу хлеб и вино. Поэтому, следуя этому повелению, с чувством благодарности за приношение Христа, служащий приносит Богу хлеб и ви­но: «Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся». Это значит: мы берем от Твоих даров, которыми Ты осыпал нас, и приносим их Тебе с молитвой обо всех людях и о всей тва­ри. Это акт приношения, возношения, жертвы, по-гречески: анафора. Эта высшая жертва Церкви, воспоминающей и пе­реживающей высшую жертву Христа и приносящей – в жертву – «антитипа», «вместообразная» – слова взяты у Василия Великого – знаки Его Тела и Его Крови, хлеб и вино. Жертвы Ветхого Завета были кровавыми – тель­цы или козлы; жертва, или приношение Нового Завета «словесная и бескровная»: это хлеб и вино, но они – символы настоящего приношения – жертвы Христа на кресте.

Сзади скрещенных и поднятых вверх рук священнослу­жителя, возносящего, подымающего дискос и чашу к Богу Отцу, стоит весь народ, вся Церковь, благодарящая Бога за Жертву Его Сына.

Третья часть:

Моление о сошествии Святого Духа

а) Эпиклеза.

В третьей части молитвы возношения придет Святой Дух завершить и скрепить эту великую троическую тайну – Ев­харистию. И правда, недостаточно лишь вспоминать жертву Христа, следует и исполнять Его завещание: «Примите, вку­шайте, это Мое Тело, которое преломляется за вас во остав­ление грехов. Пейте из нее все, это Кровь Моя, Кровь Ново­го Завета, которая проливается за вас и за многих во остав­ление грехов». А ведь не хлеб преломляется во оставление грехов; и не вино изливается Христом во оставление гре­хов: это Тело Его и Его бесценная Кровь: «Если не будете есть плоти Сына Человеческого и пить крови Его, то не бу­дете иметь в себе жизни. Тот, кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, имеет жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день» (Ин 6, 53-54). Следовательно, хлеб и вино, приноси­мые Церковью, должны стать Телом и Кровью, принесенны­ми Христом. Нужно, чтобы Слово – «Это Мое Тело, это Моя Кровь» – было подтверждено Тем, «Кто нам напомнит все то, что сказал Христос» (Ин 14, 26). «Кто возьмет от Него и возвестит нам» (Ин 16, 14) и «Кто подкрепит Слово по­следующими знамениями» (Мк 16, 20). Надо, чтобы Святой Дух сегодня сделал действенным и реальным Слово, сказан­ное Христом в Великий четверг; хлеб должен стать истин­ным Телом Христа, а вино истинной Кровью Христовой. Для этого нужно, чтобы приношение – жертва – Церкви, как и жертва великого пророка Илии (см. Часть третья, гла­ва 1), было бы испепелено огнем, сходящим с Неба, и стало воистину тем приношением, которое возносит Отцу воскрес­ший Агнец от Своего закланного Тела для прощения грехов.

Надо, чтобы Пятидесятница сделала Воскресшего реально присутствующим в наше время; надо» чтобы Святой Дух, который носился над водами, завершая творческое слово (Быт 1, 2), который в день Благовещения благословил зачатие Богородицей Младенца Иисуса и в день Пятидесятницы явил Слово во утробе Церкви, сделал бы его реально при­сутствующим среди евхаристического собрания сегодня.

Именно присутствием Слова это собрание становится Те­лом Христовым, Церковью. Поэтому служащий священник говорит Богу Отцу от имени всех молящихся: «Мы просим и молим Тебя, ниспошли Твоего Святого Духа на нас и на предлежащие дары сия, и сотвори хлеб сей честным Телом Христа Твоего». А народ присоединяется к этому прошению, говоря «Аминь». Священник продолжает: «А то, что в этой Чаше – честной Кровью Христа Твоего». Народ: «Аминь», Продолжение фразы священника: «Преложив Духом Твоим Святым». Мы позволяем себе еще раз привести эти слова священника, как они звучат «в действительности», то есть по-церковнославянски: «И сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего. А еже в чаши сей, честную Кровь Хри­ста Твоего, преложив Духом Твоим Святым». Значит, чтобы Святой Дух превратил хлеб и вино в Тело и Кровь Христа, об этом молимся мы. Верующие возглашают троекратно: Аминь, аминь, аминь. Священник молится дальше о том, чтобы Святые Дары были тем, кто принимает их – во трезвение души, во оставление грехов, в приобщение Святого Духа, во исполнение Царствия Небесного...

Эта молитва называется эпиклезой. Следует заметить, что в этой молитве мы призываем Святого Духа не только на «нас», на живых людей, но и на «дары сия», то есть на хлеб и вино; Святой Дух способен проникнуть и в материю, и она проницаема для Него. Причащение хлеба и вина не имело бы никакого смысла, если бы эти дары не были преложены, пре­вращены действием Духа в Тело и Кровь Воскресшего Хри­ста. Но мы просим Святого Духа сойти на дары, однако для превращения, изменения живых людей: мы призываем Свя­того Духа на хлеб и вино для того, чтобы живые люди получили «прощение грехов», «причастие Святого Духа» и вкуси­ли уже в этом мире «полноты Царства». Призывание Свято­го Духа на людей – через Дары. Поэтому в эпиклезе литур­гии Василия Великого мы молимся, чтобы Святой Дух «нас соединил друг с другом – во единаго Духа Святаго Причастие». Нас всех, причащающихся единого Хлеба и Чаши. И вот когда мы будем все реально «соединены друг ко другу во единаго Духа Святаго причастие», тогда мы станем Церко­вью. Совсем как. первые ученики Христа в день Пятидесят­ницы: зпиклеза – это поистине длящаяся Пятидесятница.

б) Поминовение усопших.

Это единство Церкви, об осуществлении которого мы просим Святого Духа, включает в себя верующих всех поко­лений и всех стран: поэтому за молитвой эпиклезы следует молитва об усопших, обо всех «в вере почивших, праотцех, отцех, патриарсех, пророках, апостолах, проповедниках, евангелистах, мучениках, исповедниках и, в первую очередь, о Богородице и Приснодеве Марии». Это поминовение, «освящение» усопших. За этим следует хвалебная песнь Бого­родице.

Также мы молимся о «епископе, обо всех, кого мы но­сим в сердце своем, о путешествующих, недугующих, заклю­ченных, сиротах, вдовах». Это поминовение живых.

Благодаря евхаристической тайне, вся Церковь – земная и небесная – собирается в единстве веры и причастии Свято­го Духа. Так и в Символе Веры упоминание Святого Духа влечет за собой единство Церкви.

Церковь собирает в себя и небесные силы: ангелов, архан­гелов, серафимов и херувимов, и людей: святых и грешни­ков, живых и усопших, так как каждый человек, даже если он умер, жив во Христе. «Так мы многие составляем одно тело во Христе, а порознь одни для другого члены» (Рим 12, 5) – учит апостол Павел. Да, мы все ответственны друг за друга, поэтому мы можем выжить, так как ангелы и свя­тые молятся и ходатайствуют о нас перед Богом. Это един­ство всех в Теле Христовом называется сообществом свя­тых.

Помянув всех святых, мы заканчиваем молитву прино­шения хвалебным возгласом, возношением славы, славо­словием:

«И даждь нам едиными устами и единым сердцем славити и воспевати пречестное и великолепое имя Твое – Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь».

3. Преломление

а) Перед тем, как предстоятель изобразит жест Христа, «преломляя» хлеб, верующие провозглашают свое братское единство совместным чтением или пением молитвы Господ­ней – «Отче наш»: будучи детьми того же Отца, они собира­ются разделить тот же хлеб. Это приготовление к братскому причастию молитвой «Отче наш» – всеобщая и постоянная составная часть христианского предания.

б) Чтобы преломить хлеб, священник поднимает его со словами: «Святая святым!». По примеру апостола Павла он употребляет слово «святые» для обозначения верующих, так как мы все призваны стать «святыми», то есть освящен­ными Духом, который только что освятил Дары. Верующие, возражая, отвечают, что они не святые: «Един Свят, един Господь, Иисус Христос во славу Бога Отца», – поют они. Христос воистину единственный источник всякой святости.

в) Тогда священник преломляет хлеб, раздробляя его на частицы, и опускает их в чашу, чтобы все верующие мог­ли причаститься того же Тела, той же Крови Господа. Тот факт, что это тот же хлеб, та же чаша, которые будут раз­делены между всеми, означает единство Церкви, достигну­тое причащением единому Господу. Поэтому так важно это преломление, которое совершил Сам Господь Иисус Христос.

Заметим, кстати: иногда содержимое одной чаши разли­вается по нескольким. Это делается для удобства распреде­ления среди мирян.

4. Причащение

Теперь мы подошли к завершению и смыслу всего свя­щеннодействия: приглашенные на Брачный пир, на Небесный пир, на Тайную вечерю, приступают «со страхом Божиим, ве­рою и любовью» к причастию. Они подходят к Царским вра­там (в Коптской Церкви они даже входят в алтарь). Они идут навстречу божественному Жениху, который их встре­чает у входа в брачный чертог. Они станут единым телом с воскресшим Христом, В их жилах потечет животворящая Кровь. Они окажутся все вместе в единстве Его Тела, они будут все пить из источника Жизни. «Пейте от нея все» – сказал Господь. Бог. принявший телесный образ, обожит их плоть. Невещественный Огнь божества, который однажды палия неопалимую купину и в виде огненных языков сошел на апостолов, Огнь, только что охвативший хлеб и вино, теперь сойдет на причастников, воспламеняя их тела и серд­ца, и все вместе они заноют: «Видехом свет истинный, прияхом Духа небесного, обретохом веру истинную, не­раздельной Троице покланяемся: та 6о нас спасла есть». Та же молитва на современном языке: «Мы видели свет истинный, мы приняли небесного Духа, мы нашли истин­ную веру, мы кланяемся нераздельной Троице, так как Она спасла нас».

Собрание верующих стало Церковью: Бог – среди Своего народа, верующие с благоговением созерцают воскресение своего Спасителя:

«Воскресение Христово видевше, поклонимся Святому Господу Иисусу, единому Безгрешному. Кресту Твоему по­кланяемся, Христе, и святое воскресение Твое поем и сла­вим: Ты бо еси Бог наш. Разве Тебе иного не знаем, имя Твое именуем. Приидите, все вернии, поклонимся свя­тому Христову Воскресению: се бо пришла крестом ра­дость всему миру. Всегда благословяще Господа, поем вос­кресение Его: распятие бо претерпев, смертию смерть разруши».

Собрание стадо собранием живых: оно может идти с ми­ром, возвещать миру воскресение своего Господа в радост­ном ожидании Его Второго Пришествия.

Глава десятая. Таинство и Священство Христа и Церкви

А. Таинство Христа. Таинство Церкви

Причащающиеся Тела и Крови Воскресшего Христа могут частично видеть то, что ап. Павел в Послании к Колоссянам называет тайной Христовой (Кол 4, 3): «Тайну, сокрытую от ве­ков и родов, ныне же открытую святым Его» (Кол 1, 26)

Что мы должны попытаться сделать? Не «понять» эту тай­ну, нет. Она бесконечно величественнее и глубже человечес­кого разума, который может «понять» и охватить лишь то, что меньше его. Мы можем лишь благоговейно созерцать ее, как ап. Павел, встретившийся с ней по дороге в Дамаск.

1. Христос, сын Марии, – человек, как и мы: все, что в Нем, может быть сообщено другим людям, поэтому Он мо­жет спасти нас

2. Этот же Христос, единородный Сын Божий, – БОГ. Та­кой же и единственный Бог, как и Его Отец, как и Дух Свя­той. Поэтому Он может нас соединить с Отцом.

3. Причащением Тела и Крови Христовых мы включаем­ся в Его Воскресшее Тело, становимся единым Телом с Ним, причастниками Его Божества. Это таинственное Тело, состоящее из соединения Христа с причастниками, называется Церковью

4. Глава тела управляет членами, приводя их в движение. Так и Христос действует в мире, приводя в движение и дей­ствие верующих, членов Своей Церкви. Христос присутству­ет и действует в мире Церковью, через Церковь. Ее члены слушают Его Слово.

5. Член тела действует лишь тогда, когда через него про­ходит кровь, идущая от сердца. Члены Церкви являются лишь тогда живыми членами, когда в них движется Святой Дух, соединяя их друг с другом и соединяя их с Главой.

6. Таинственный факт, что люди, грешные, но верующие, действием Святого Духа соединены с Телом воскресшего Христа, становятся членами единого Тела – Христа, и таким образом и сегодня продолжают в мире дело Христа, причем Он говорит и действует через них, – называется тайной Церкви.

7. Эта тайна Христова, или тайна Церкви, имеет несколь­ко аспектов, которые апостол Павел называет (1 Кор 4, 1) «тайнами Божьими», Православные христиане их обычно называют кратко «тайнами», или «таинствами».

Тех, кто хотел бы прочесть об этом подробнее, мы отсы­лаем к следующим текстам Нового Завета: Рим 12, 2-6; 1 Кор 12, 4-7; 1 Кор 15; Еф 1, 10; 2, 21-22; Кол 1, 26-27; 4, 3.

Б. Священство Христово. Священство Церкви

Священство Христа

Господь Иисус Христос, будучи как Богом, так и челове­ком, установил связь между Богом и людьми: Он позволяет людям слышать голос Божий, так как Он – Слово Божье, ставшее плотью; а с другой стороны, вознесясь на небо со Своей человеческой природой, будучи ходатаем за людей пе­ред Богом Своим Отцом, Он «предстательствует ныне за нас пред лицем Божием» (Евр 9, 24), принеся Отцу «жертву – Себя Самого – однажды за всех» (Евр 7, 27).

Это служение, посредничество между Богом и людьми на­зывается «священством Христа». По причине этой «священ­нической» функции Христос назван в Послании к Евреям и во всем христианском Предании «Первосвященником»: «Ты иерей во век», – написано уже о Нем в 109 псалме, который приводится в Послании к Евреям (7, 21).

В скобках заметим, что словом «священник» мы перево­дим два греческих слова в Новом Завете. «Иеревс» – свя­щеннослужитель [в эллинистическом мире; в Новом Завете употребляется только в отношении ко Христу и всему народу Божьему. – Прим. ред. портала]. «Пресвитерос» – старший, ответственный за общину. Таким образом, наше слово «священник» имеет два смысла.

Священство Церкви

Значит, Христос – наш Первосвященник; однако, как мы видели, Христос действует в мире через Свое Тело – Цер­ковь. Мир слышит голос Божий через Церковь. В Ней Он приносит в жертву Отцу Самого Себя. Таким образом, Церковь полностью участвует в священстве Христа. Это значит, что для действия в мире, а также для беседы с Отцом Христу угодно сотрудничество с Ним каждого из нас. Апо­стол Павел пишет (1 Кор 3, 9): «Вы соработники Бога». Когда христианин с любовью склоняется к какому-нибудь страдальцу, он – рука Христова; когда христианин благовествует евангельскую истину, он – уста Христовы. Верно­му христианину еще следует предварительно на самом деле стать членом Тела Христова. Святой Дух, превращая его в члена Тела Христова, поистине сделал его «священ­ником», то есть человеком, («работником дела Христова, священства Христова. Эта перемена с человеком происхо­дит в таинстве, которое мы называем миропомазанием.

Глава одиннадцатая. Таинство Миропомазания: личная Пятидесятница или царственное священство мирян

«Через возложение рук апостольских подается Дух Свя­той» – пишет Лука (Деян 8, 18). Книга Деяний Апостоль­ских дает нам два примера:

Деяния 8, 4-25

После побиения камнями первомученика Стефана и пер­вых крупных гонений на Церковь в Иерусалиме около 36 года иерусалимские христиане рассеялись, скрываясь от преследований, и диакон Филипп пошел проповедовать Хри­ста в Самарию. Самария приняла Слово Божье.

Но самаряне «были только крещены во имя Господа Иисуса», а «Дух Святый не сходил еще ни на одного из них» (Деян 8,16).

Итак, лишь «находившиеся в Иерусалиме апостолы, услы­шав, что самаряне приняли слово Божие, послали к ним Пет­ра и Иоанна, которые, придя к ним, помолились о них, что­бы они приняли Святого Духа» (Деян 8, 14-15)... Тогда Петр и Иоанн «возложили руки на них, и они приняли Святого Духа» (Деян 8, 17).

Деяния 19, 1-7

Когда апостол Павел отправился в Ефес (около 56 года), произошло нечто подобное: «Он там нашел некоторых уче­ников и сказал им: «Приняли ли вы Святого Духа, уверо­вав?» Они же сказали ему: «Мы даже и не слыхали, что есть Святой Дух». Он сказал им; «Во что же вы крестились?» Они отвечали: «В Иоанново Крещение». Павел сказал: «Ио­анн крестил крещением покаяния, говоря людям, чтобы ве­ровали в Того, Кто идет за ним, то есть во Христа Иисуса». Услышав это, они крестились во имя Господа Иисуса. И ког­да Павел возложил на них руки, сошел на них Дух Святый, и они стали говорить иными языками и пророчествовать» (см. Деян 19, 1-7).

Обратим внимание на связь между крещением во имя Иисуса и схождением Святого Духа: как только человек: встречает Христа, его приводят к получению Святого Духа, который пребывает на Нем; Дух Сына учит нас взывать «Авва, Отче!». Христианин не может мыслить об одном Лице Троицы, не мысля о двух других; единый истинный Бог – Бог живой – Бог в Трех Лицах.

Итак, возложением апостольских рук новые ученики по­лучили Святого Духа, как Его получили и первые ученики – апостолы в Иерусалиме в день Пятидесятницы: дар Пяти­десятницы давался и дается постоянно; это мы называем таинством миропомазания. Речь идет о помазании Святым Духом. Этим помазанием мы становимся тем, кем был от века Христос: «помазанниками» Святого Духа, христиа­нами.

В наше время это таинство обычно совершается сразу по­сле Крещения (см. Часть пятая) помазанием миром, как по­мазан был царь Давид. Кстати, по римскому обряду это таинство совершается возложением рук епископа и называ­ется «конфирмацией».

Об этом говорит и евангелист Иоанн в своем Первом по­слании: «Впрочем, вы имеете помазание от Святого, и знаете все» (1 Ин 2, 20); и апостол Павел (2 Кор 1, 21): «Пома­завший нас есть Бог». Значит: Сам Бог помазал нас.

Апостол Петр совершенно особым образом подчеркивает священный характер этого помазания, дарованного народу Божию: «Но вы род избранный, царственное священство, на­род святой, люди, взятые в удел...» (1 Пет 2, 9) .

Ребенок: «Царственное священство»: что это значит?

Взрослый: Мы видели, что Христос – наш Первосвящен­ник, что Он ходатай, посредник между Богом и людьми, что Он одновременно Божий рупор у людей и ходатай за людей у Бога, и что это чудесное служение называется Его Свя­щенством. Мы также видели, что Он присоединяет к это­му священству все Свое Тело, всю Церковь, всех ее членов: а еще нужно, чтобы члены Его Церкви облеклись в Его Святость, чтобы Он им сообщил Свое священническое за­дание, чтобы Он их сделал священниками, а также наслед­никами Своего Царства. Поэтому евангелист Иоанн говорит в Откровении: «Он сделал нас царями и священниками» (Откр 1, 6; 5, 10). Церковь – это собрание священников, а христианами-священниками мы становимся миропомаза­нием. Это в разговорном языке именуется «царственным священством мирян», благодаря которому христиане со­ставляют «царственное и священническое сообщество».

Ребенок: А я думал, что слово «мирянин» происходит от слова «мир» и ничего общего с Церковью не имеет. Я даже в словари смотрел, а здесь выходит, что именно миряне – соль церкви и ее главная основа. Так я понял? В чем дело?

Взрослый: Да, многие слова имеют несколько значений. Напр., слово «мир» может означать свет, вселенную, может означать отсутствие войны, в старину означало общину в де­ревне, которая сообща решала вопросы, делила землю и т. д. Отсюда идет слово «мирянин», которое не совсем правильно в Церкви противопоставлялось слову «духовенство». Миря­не – означает «народ Божий». Конечно, они главный элемент Церкви. Христиане! Но христиане, будучи часто плохими! христианами, забыли, что они народ, род царственный и священный, и взвалили на духовенство всю свою ответственность за Церковь. Отсюда и смещение понятий и значений слов. Давно уже время для христиан вновь открыть священный характер мирян.

На всех нас, на всех христианах лежит постоянная ответственность, наш долг – быть представителями царства и священства Христа на земле. Как и чем? Участием в божественной Литургии, тесной спайкой между христианами, добром по отношению к врагам, твердостью по отношению ко всем лукавым компромиссам мира сего, любым свидетельством сообщества верующих причастников Христа Бога. Да, христиане поистине образуют священное и царственное сообщество.

В таинстве миропомазания каждый из нас лично получает Святого Духа, основной Дар, делающий из нас священство. Этот основной дар – источник других даров Духа, определяющих различные виды деятельности. В силу разделения служения этого основного дара – выявляются особые призвания, присущие епископам, священникам и диаконам.

Глава двенадцатая. Поставление епископов, священников и диаконов или священство служения

А. Епископ и соборы

Епископ

Апостол Павел пишет Тимофею в Первом послании, кото­рое он ему направляет: « Не неради (то есть заботься, не пренебрегай) о пребывающем в тебе даровании, которое да­но тебе по пророчеству, с возложением рук священства» (1 Тим 4, 14). «Священства» в данном случае – перевод греческого слова «пресвитеру», то есть «совет старейшин». А во Втором послании он пишет ему: «Напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе через мое рукоположе­ние» (2 Тим 1,6). Можно здесь подчеркнуть слово «мое»: ведь Тимофея рукоположил сам апостол Павел с советом старейшин.

Павел в свою очередь поручает Тимофею рукополагать старейшин, иначе пресвитеров или священников. «Рук ни на кого не возлагай поспешно» (1 Тим 5, 22). Павел просит Тимофея преподавать будущим кандидатам апостоль­ское учение: «И что слышал от меня при многих свидете­лях, то передай верным людям, которые были бы способ­ны и других научить» (2 Тим 2, 2), Он также просит Тимофея «оставаться, пребыть в Ефесе» (1 Тим 1, 3), чтобы выполнить это задание.

Таким образом, в лице Тимофея мы имеем в Новом Заве­те живой пример того, кого следующее за апостолами поко­ление «мужей апостольских» – будет называть епископом.

Ребенок: Что такое епископ?

Взрослый: Как нам уже объяснил св. мученик Иустин Фи­лософ, скончавшийся в 155 году, епископ – это тот, кто воз­главляет евхаристическое собрание (по-гречески – «проестос»). Поэтому в том городе, где он живет, епископ имеет тройное служение.

а) Он должен вести народ Божий в Царство Небесное, как его вел Моисей в пустыне в Землю Обетованную,

б) Он должен питать этот народ Словом истины – «И что ты слышал от меня, передай верным людям, которые были бы способны и других научить» (2 Тим 2, 2) – и преподавать ему учение, которое апостолы получили от Христа. Эта передача истины Христовой, которой поручителями являются еписко­пы, называется «апостольской традицией» или «апостоль­ским преданием». А беспрерывное преемство епископов во главе церкви, оставшейся верной апостольскому учению, на­зывается «апостольским преемством». Оно гарантирует единство Церкви в веках, связывая их провозглашением той же истины, того же Божьего Слова и обеспечивая преем­ственность поколений мирян.

в) Он должен питать народ Божий хлебом Небесным, раз­даваемым диаконами на евхаристическом собрании, которое он, епископ, возглавляет. Поэтому за литургией обязательно возносится имя епископа. Это напоминает о его возглавлении, хотя бы он и отсутствовал. Присутствие наследника апо­столов во главе евхаристического собрания означает, что это собрание основано Христом и Его апостолами. Значит, это

Церковь. Это единая, святая, соборная и апостольская Цер­ковь, Епископ, собирающий верующих для Причастия, дол­жен непременно сам быть в общении со всеми другими епископами церквей, собирающихся в других местах: ведь он таким образом представляет свою церковь при всех других, а все другие – при его церкви. Таким обра­зом, епископ – поручитель единства Церкви по всему лицу земли.

Итак, епископ – «составная» Тела Христова: он осущест­вляет связь и сплоченность Его во времени и в пространстве. Поэтому святой Игнатий Антиохийский, умученный в 107 году, говорит нам: «Где епископ, – там Соборная Церковь».

[У нас в «Верую», в 9 члене стоит: «Во едину, святую, соборную и апостольскую Церковь». Слово «соборная» – перевод греческого слова «кафоликин». Таким образом, мы исповедуем, что наша Пра­вославная Церковь – соборная, кафолическая. В западных языках стоит «католическая». Не путать с Римской Церковью, возглавляе­мой Папой Римским! В просторечии сегодня слово «католическая» употребляется лишь по отношению к Римской Церкви. Но это не со­всем справедливо и богословски не совсем точно. Наша Православ­ная Церковь также Кафолическая. Правописание – «т» или «ф» – роли по существу дела не играет. Это разночтение – «Восток-За­пад». Слово означает «во всем», «во всей полноте». Церковь охваты­вает полноту Тела Христова – как географически, что менее важно, так и по существу. Поэтому Церковь называется Кафолической. – Прим. авт.]

Собор епископов занимает в Церкви то же место, кото­рое в Ней занимал Собор Двенадцати апостолов: он гаранти­рует «апостольство» Церкви, то есть преемство ее жизни, ее задачи и ее учения с той поры, когда ее возглавляли сами апостолы.

Соборы

Соборы – это собрания епископов, созываемые периоди­чески на разных уровнях; они должны собираться дважды в год в каждом районе; они собираются на уровне каждой страны примерно раз в три года. Иногда они собираются на всемирном уровне: это Вселенские соборы. Их было все­го семь в истории христианства, признанных церковным сознанием действительно вселенскими. 

Вот места и даты этих семи Вселенских соборов:

Первый: в Никее в 325 г.

Второй: в Константинополе в 381 г.

Третий: в Ефесе в 431 г.

Четвертый: в Халкидоне в 451 г.

Пятый: в Константинополе в 553 г.

Шестой: в Константинополе в 680 г.

Седьмой: в Никее в 787 г.

Однако гораздо чаще собираются Поместные соборы. Нужны они были тогда, когда ложное учение омрачало со­знание верующих и угрожало искажением образа Христа, который Церковь должна явить миру, и каждый раз, когда этого требовало благо Церкви. Эти поместные соборы поз­воляли сознанию Церкви формулировать Истину, живущую в ней.

Вот четыре примера Поместных соборов последнего вре­мени.

а) Когда в XIV в. оспаривалась реальность опыта Церкви о Свете Святого Духа, в Константинополе собрались в 1341, 1342 и 1351 годах так наз. «паламитские» соборы, так как они подтвердили правильность, православность учения свя­того Григория Паламы.

б) Когда в XVII веке идеи Кальвина распространились, в лоне Православной Церкви стараниями патриарха Кирилла Лукариса был созван целый ряд Поместных соборов, между 1638 и 1691 годами в Константинополе, Яссах и Иерусалиме для уточнения православного учения по отношению к протестантизму.

в) Когда папа Пий IX в энциклике 1848 года, адресован­ной к «восточным», пытался склонить православных к при­знанию главенства римского папства, константинопольский, александрийский, антиохийский и иерусалимский патриархи собрали каждый свой Собор и советовались друг с другом; плодом этих соборных совещаний было послание под названием «Послание единой, святой, соборной и апостоль­ской Церкви к православным всего мира». Датированная маем 1848 года, она уточнила православное учение по отно­шение к римским притязаниям, которые завершились двад­цать два года спустя формулировкой догмата о непогреши­мости папы.

г) Когда в XIX веке эксцессы националистического духа привели болгар к отказу от греческих епископов, собранный в Константинополе в 1872 году собор осудил «филетизм», ересь, придающую большее значение национальной идее, чем единству веры.

Задача и цель соборов – явить «единство святых Божьих церквей», выражая единство и православие веры в Кафоли­ческой Церкви, чтобы везде и всегда христиане верили в то, чему Христос и Его апостолы учили.

Что такое Православие? Это слово греческое. Вернее, дословный перевод на русский язык греческого слова «ортодоксия». «Ортос» значит правый, правильный. А «докса» значит мнение, суждение, утверждение. В разговорном языке слово «ортодоксальный» обозначает того, кто буквально следует определенной доктрине, к которой принадлежит. Отцы Церкви употребляют слово «правосла­вие» для обозначения Церкви, для нас православие означает истинную веру.

Дальше о Соборах. Соборы – не правительство; Церковь не государство. В Церкви нет центрального правительства. Единство Церкви – это единство веры и любви, общее виде­ние единого Слова Божия, видение, которое дается Святым Духом. Правда, когда Дух Святой просвещает сознание всех, Он творит то, что называется «причастием Святого Духа».

Все Церкви данной местности, собранные вокруг еписко­па, называются «поместной Церковью». То есть, в строгом и традиционном смысле поместная Церковь – это евха­ристическое сообщество, собранное вокруг своего еписко­па и данном месте. Как мы видели выше, епископ – пору­читель верности этой Церкви полноте апостольской веры. Наставление епископа двумя или тремя епископами – видимый знак признания, другими поместными церквами апостольской веры этого епископа и его Церкви, которая в данном месте является кафолической, то есть соборной, пра­вославной Церковью. Вспомним святого Игнатия: «Где епископ – там соборная Церковь».

Иногда термин «поместная Церковь» прилагается к сово­купности нескольких епархий, епископы которых собира­ются на поместные соборы. Но это лишь из-за объема их тер­риторий. В действительности же территории разной величи­ны, напр., митрополии, патриархаты – все епархии опреде­ленного района или страны – суть лишь плоды историче­ского развития, позволяющие лучше осуществлять со­борность и соборный дух. Но важнейший составной элемент, основа поместной Церкви – по-прежнему епархия, полно­та Церкви в данном районе – разумеется, при условии пребывания этой епархии в общении с другими. Все по­местные Церкви – сестры. Среди них Римская Церковь – по словам Игнатия Антиохийского – получила задание, право «первенства любви» среди всех прочих. После разделения, постепенно создавшегося между Римской Церковью, с од­ной стороны, и Церквами Константинополя, Александрии, Антиохии и Иерусалима – с другой (мы называем здесь лишь главные церкви, существовавшие во время разделе­ния) – это место занимает Церковь Константинополя («Но­вого Рима») – в ожидании дня, когда и вера римлян, став православной, позволит снова Римской Церкви занять то место, которое ей подобает в сообществе церквей-сестер.

Кстати, со своей стороны Римская Церковь (в просторечии «католическая») – со времени Второго Ватиканского Собора начинает вновь открывать для себя понятие поме­стной Церкви во всей соборной полноте: понятие Церквей-сестер. В этом свете роль Римской Церкви и ее епископа передается в понятии этого первенства любви, а не юрисдик­ции в узком смысле, как до сих нор. Но мы еще очень дале­ки от того согласия Церквей, о котором говорится в этой книге.

Б. Священники

В греческом тексте Нового Завета есть слово «пресвитерос», старший. Старейшины управляли в то время еврейски­ми общинами. Но руководители наших христианских прихо­дов-общин, ведя священный народ, ведомый Святым Ду­хом, народ «священников», в смысле греческого слова «иеревс» наши христианские пресвитеры принимают актив­ное участие в «священстве» Христа. И если епископ в ка­ком-то смысле для нас то, чем был Моисей для израиль­ского народа, ведя его по пустыне в Землю Обетованную, то священников можно сравнить с семьюдесятью двумя «старейшинами» народа, о которых Бог сказал Моисею: «Я возьму от Духа, который на тебе, и возложу на них, чтоб они несли с тобой бремя народа, а не один ты носил» (Числ 11, 17).

Под объединяющим наблюдением епископа священники исполняют, находясь вокруг него, функции, которые подоб­ны его функциям, но на таком уровне, который им позволя­ет иметь личный контакт с каждым верующим, нести Слово Божье и утешительное прощающее и исцеляющее присут­ствие Духа Божия. О пастве, об овцах Божьих говорил пророк Иезекииль, обвиняя недобрых пастырей: «Слабых вы не поддерживаете, больной овцы не лечите, перелома у нее не перевязываете, угнанной не возвращаете и поте­рявшейся не ищете. И разбежались оне за неимением пасты­ря, и достались на съедение всякому зверю в поле, и рас­сеялись» (Иез 34, 4-5).

Вот почему Иисус Христос – добрый пастырь: «Он хо­дил по всем городам и селениям, уча в синагогах их, пропо­ведуя Евангелие царствия и исцеляя всякую болезнь и вся­кую немощь в людях. Видя толпы народа, Он сжалился над ними, что они были изнурены и рассеяны, как овцы, не име­ющие пастыря. Тогда говорит ученикам своим: жатвы мно­го, а делателей мало. Итак молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою» (Мф 9, 35-38). Избран­ные из народа, женатые или неженатые (Тит 1, 5-9), священники-пастыри – суть работники Христовы, которые должны напоминать всем, кто страдает, что им сказал Гос­подь Иисус Христос: «Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас. Возьмите иго Мое на се­бя, и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем; и найдете покой душам вашим, ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко» (Мф 11, 28-30).

В. Диаконы

Слово «диакон» – греческое. Означает оно: «Служитель». Диакон призван продолжать служение «Служителя» Иисуса Христа, умывшего ноги Своим ученикам, «страждущего Ра­ба», о Котором говорил Исаия: «Через Его язвы мы исцели­лись» (Ис 53,11).

В начале были поставлены семь первых диаконов, им бы­ло поручено «заботиться о столах» (Деян 6, 2) – во время общих трапез христиан, на которых «были иногда пренебрегаемы некоторые вдовы» (Деян 6, 1). Это давало апосто­лам возможность посвятить себя всецело «молитве и слу­жению Слова» (Деян 6, 4).

Служение бедным, но также служение у евхаристической трапезы-алтаря: первым – раздавать земное пропитание, в церкви – верующим небесный хлеб, Божественное прича­стие – такова прекрасная миссия диаконов Церкви.

Глава тринадцатая. Таинство брака или как брачный очаг становится клеточкой Тела Христова

Тело состоит из клеток. Чтобы жило тело, должны жить клетки. Для того, чтобы Тело Христово жило среди нас и в нас, нужно, чтобы Святой Дух вводил в него беспрерывно новые живые клетки, превращая семейный очаг в духов­ную клетку Тела Христова: это таинство венчания, брака, освящения, благословения брачной любви Святым Духом, обычно называемое «таинством брака».

В совершении этого таинства мы найдем те же элементы, как и в Крещении (см. Часть пятая) и в Евхаристии (см. Часть шестая):

1. Приношение.

2. Благодарное воспоминание о чудесах Божьих по отно­шению к супругам.

3. Призывание Святого Духа осуществить теперь то, о чем только что вспоминали.

4. Причащение как общее участие супругов в жизни Царства.

Приношение

Во время Евхаристии Церковь приносит Богу хлеб и ви­но; во время бракосочетания Церковь приносит Богу «в жертву» жениха и невесту, посвящающих себя Ему. Этим выражается обещание верности, которое обручаемые дают друг другу, и вся служба обручения, во время которой они получают обручальные кольца, – залог верности.

Воспоминание

Во время Евхаристии воспоминается все спасительное дело Христа. Во время бракосочетания воспоминаются все благодеяния Бога по отношению к святым парам – от Авраама и Сарры до Иоакима и Анны – подготовившим рождение Девы Марии и через нее принятие человечеством Сына Божия.

Воспоминается «брак» Христа с Церковью, таинствен­ный прообраз союза мужчины и женщины. И, наконец, – брак в Кане Галилейской, во время которого Христос совершил свое первое чудо: по просьбе Матери он воду превратил в вино, подарив этим радость людям, преобра­жая все Своим чудесным присутствием. Бог воплотился, чтобы изменить все, чтобы жизнь плоти сделать святой, чтобы войти в повседневную жизнь людей.

Призывание Святого Духа

Во время Евхаристии совершается эпиклеза, то есть молитва, в которой мы просим Бога ниспослать Своего Святого Духа на хлеб и вино для превращения их в Тело и Кровь Христа.

Во время бракосочетания эпиклеза – это молитва, в ко­торой мы просим Бога о ниспослании Святого Духа на муж­чину и женщину, «венчая их славою и честию», – в этот мо­мент священник возлагает венцы на их головы для преображения супругов в живую клетку Тела Христова. И Свя­той Дух реально сходит увенчать их любовь, присоединить их к Источнику Любви, к Самому Богу, так как «Бог есть Любовь».

Этой любовью брачная пара сможет осуществить свое богоподобие; ведь Бог создал человека по Своему образу и подобию, «мужчину и женщину, Он сотворил их». Он сотво­рил их, чтобы двое, соединенные любовью, стали единой плотию; для того, чтобы двое стали одним так же, как и в их божественном первообразе Трое – едины. Так Святой Дух позволит мужчине и женщине обретать в супружестве единство и подобие Божье.

После возложения венцов на брачущихся следует радост­ное ликование вокруг Евангелия, призывающее и Исаию, и святых мучеников:

а) Исаию – для того, чтобы он порадовался исполнению своего пророчества. Разве он не предсказал (7, 14): «Се Де­ва во чреве, приимет и родит Сына Эммануилова»? То есть: вот Дева понесет плод и родит Сына, которого будут звать Эммануил – «С нами Бог»! И вот новая брачная пара, по­венчанная и получившая благословение, в свою очередь при­нимает Эммануила: Слово Божье сошло на супругов, Оно стало плотию, Оно воплощается в этой паре, которая также становится в миниатюре Церковью, живой клеткой Тела Христова.

б) Святых мучеников – «добре страдальчествовавших и венчавшихся», то есть доблестно боровшихся и получивших венец славы, призывают, чтобы они помогли новобрачным вести праведную борьбу, за которую и они получат венец: брачная жизнь, право, нелегка, она не обходится без труд­ностей, без постоянного отказа от себялюбия, она есть настоящий и радостный крест, аскеза, в которой человек умирает для самого себя, чтобы жить для другого: «Пошли им, Господи, радость, которой возрадовалась равноапостоль­ная Елена, найдя истинный Крест Христов».

Причащение

Евхаристия завершается причащением, бракосочетание то­же. Мужчина и женщина, соединенные Святым Духом, со­единяются во Христе, вместе становятся членами Тела Хри­стова, в которое они входят евхаристическим причащением. До XV века в Церкви был обычай причащения брачующихся Преждеосвященными Дарами. Так называются хлеб и вино, освященные во время предыдущей литургии, которые со­храняются для последующего употребления.

Общая чаша вина, из которой пьют сегодня врачующиеся после молитвы «Отче наш», свидетельствует об этом древ­нем обычае. Приступая совместно – в принципе каждое вос­кресение – к причастию, супруги осуществляют конечную цель брака: вхождение вдвоем в тайну Христову, вернее, вхождение в эту тайну всей будущей семьи.

Действительно, не забудем, что любовь – творческая си­ла, и что союз мужчины и женщины обычно завершается рождением детей. Зачатие и рождение детей – Божье благо­словение, о котором мы усердно молимся во время совер­шения таинства брака и которого следует страстно желать: таинство брака – основание малой Церкви-семьи, члены которой – супруги и их дети – отныне будут вместе восхо­дить во Христе к Его благословенному Царству.

Если верно, что Святой Дух в таинстве брака освящает брачную любовь, то не забудем и того, что со времен, когда Иоанн Креститель удалился в пустыню, чтобы остаться там наедине с Богом, а в IV веке то же сделал святой Антоний Великий в Египте, – жажда Бога никогда не переставала призывать некоторых людей жить Божьей Любовью в одино­честве и молчании. Расцвет человеческого духа при исклю­чительном соприкосновении с этой поглощающей любовью – то есть монашеская жизнь – всегда был почитаем Цер­ковью минимум так же, как и его расцвет в брачной любви. Монахи Верхнего Египта, Синайской горы, пустынь Палести­ны, Афонской горы и всех стран, где живут православные, создали в Церкви двухтысячелетнюю традицию монашеской жизни. Монастыри призваны быть истинными твердынями в борьбе Церкви с внутренним Врагом. Именно в монастырях Церковь особенно накапливает божественные энергии, пита­ясь ими сама и распространяя их затем по всему Телу Хри­стову. Таким образом, брак и монашество – суть два раз­личных способа общения с Божественной Любовью, приоб­щения к Божественной Любви, взаимно дополняющие друг друга. И брак, и монашество имеют религиозное призвание. Вот почему Церковь избирает священников как среди жена­тых, так и среди монашествующих, но почти никогда – сре­ди простых, обычных людей, просто не вступивших в брак, холостых.

Глава четырнадцатая. Болезни членов Тепа Христова и их исцеление

А. Таинство покаяния

Самая тяжелая болезнь – утеря координации с мозгом и сердцем: если из мозга больше не поступают нервные им­пульсы, член парализован; если кровь не поступает от серд­ца, наступает гангрена. И так же если член Тела Христова больше не воспринимает волю своего Господа, он не знает, что делать дальше, как действовать; жизнь для него теряет смысл. А если он больше не получает Святого Духа – источ­ника жизни и любви, – он гибнет; его личность распадается: в пределе – это безумие. Этот разрыв между человеком и Богом называется грехом. Лекарство и исцеление грешник получает от Христа, «целителя наших душ и телес». Когда же, силою Святого Духа и таинства Церкви, исцеляющая рука Христа ложится на человека, обратившегося к Нему, взывающего к милосердию Отца, прощенный и исцеленный грешник снова включается в жизнь Тела: это таинство по­каяния.

1. Покаяние в Ветхом Завете

Грех царя Давида (2 Книга Царств 11; 12, 1-25).

В 1010 году до н. э. Давид, получив за несколько лет до этого помазание на царство из рук пророка Самуила, был признан царем всех иудеев. Ему было 30 лет, после этого ему суждено было царствовать сорок лет (2 Цар 5,4).

Он завоевал Иерусалим, называемый «градом Давида». Господь хранил Давида, который много раз побеждал в бо­ях. Во время войны с аммонитянами Давид послал Иоава возглавлять войско. Сам же он остался в Иерусалиме. Как-то под вечер Давид прогуливался по крыше царского дома. «С крыши он увидел моющуюся женщину, а женщина эта была очень красива» (2 Цар 11, 2). Давид был поражен ее видом и спросил, кто она. Ему ответили: «Это Вирсавия, дочь Елиама, жена Урии». Урия был хеттеянин, он находил­ся в это время в походе с Иоавом.

Давид велел привести Вирсавию к себе, согрешил с ней, а мужа ее отправил вновь на войну, на верную гибель. Тогда послал Господь к Давиду пророка Нафана. Нафан пришел к царю и сказал ему: «В одном городе было два человека, один богатый, а другой бедный. У богатого бы­ло много овец и крупного скота. А у бедного не было ничего, кроме одной маленькой овечки, которую он кор­мил и вырастил при себе вместе с детьми своими; один кусок с ним ела, из чаши его пила, на груди у него спа­ла, и была для него, как дочь. Но пришел гость к богатому человеку. А этот пожалел для угощения взять от своего, а взял овечку у бедняка, заколол ее и приготовил для своего гостя».

Услышав этот рассказ, Давид сильно разгневался. Он ска­зал Нафану: «Жив Господь! Повинен смерти тот человек, ко­торый сделал это! И за овечку он должен заплатить вчетверо, за то, что он сделал такое дело, и за то, что он поступил так немилосердно».

Нафан ответил: «Ты этот человек. Много дал тебе Господь Бог Израилев; зачем ты пренебрег слово Господне, со­вершив зло пред очами Его? Ты поразил мечом Урию, а же­ну его взял себе женою. Ты поразил Урию мечом аммонитян, поэтому отныне не отступит меч от дома твоего во веки». Сказал Давид Нафану: «Я согрешил перед Господом».

Покаяние Давида

Тогда Давид выразил свое покаяние в знаменитом псал­ме, начинающемся словами «Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей...» И сегодня Церковь выражает покаяние грешников словами именно этого псалма. Полезно читать его и нам, когда мы хотим попросить у Бога прощения. Вот этот псалом:

Помилуй меня, Боже, по милости Твоей; по великому милосердию Твоему изгладь преступления мои. Совершен­но омой меня от беззакония моего и от греха моего очисти меня. Потому что преступления мои я знаю, и грех мой не­престанно предо мною. Пред Тобою одним я согрешил и, что зло пред Твоими очами, то я сделал, так что Ты праведен в слове Твоем и справедлив в саде Твоем. Вот, в беззаконии я рожден, и в грехе зачала меня мать моя. Вот, Ты любишь истину в сердце и внутренно открываешь мне мудрость. Очисти меня от греха иссопом, и буду чист; омой меня, и буду белее снега. Дай мне услышать радость и веселие, и воспрянут кости, Тобою пораженные. Сокрой лице Твое от грехов моих и все беззакония мои изгладь. Чистое сердце сотвори мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня. Не отринь меня от лица Твоего и Духа Твоего Святаго не от­ними от меня. Возврати мне радость спасения Твоего, и Дух владычественный да подкрепит меня. Научу беззаконных пу­тям Твоим, и грешники к Тебе обратятся. Освободи меня от крови, Боже, Боже, Спаситель мой, и язык мой возгласит правду Твою. Господи! отверзи уста мои, и оне возвестят хвалу Твою. Жертвы Ты не хочешь, я принес бы ее; всесож­жения не желаешь. Жертва Богу сокрушенный дух; сердца сокрушеннаго и смиреннаго не отвергаешь Ты, Боже! По благоволению Твоему благодетельствуй Сиону, воздвигни стены Иерусалима. Тогда возлюбишь жертвы правды, возно­шение и всесожжение; тогда возложат на жертвенник Твой тельцов.

Прощение Давида

Нафан сказал Давиду: «Потому что ты покаялся, Гос­подь отпускает грех твой: ты не умрешь. Но так как ты этим поступком сильно оскорбил Господа, сын, родившийся у тебя, непременно умрет». Действительно, на седьмой день ребенок умер. «Затем утешил Давид Вирсавию, жену свою, она родила сына, Давид назвал его Соломоном, и Господь возлюбил его». Так родился великий царь Соломон.

2. Покаяние в Новом Завете

Блудный сын (Лк 15, 11-32)

У одного человека было два сына: однажды младший решил покинуть отцовский дом. Он попросил выделить ему его часть имущества. Отец дал ему, что полагалось, и сын ушел далеко в чужую страну. Был он довольно богат. Поэтому сразу нашлись лжедрузья, которые не отступили от него до тех пор, пока он не растратил все свое имуще­ство с ними и с женщинами легкого поведения. В кон­це концов он впал в бедность, к тому же в этой стране начал­ся голод, ему пришлось наняться в свинопасы, чтобы про­кормиться. Кормиться ему пришлось тем же, что ели свиньи. И он пришел в отчаяние. В этот момент он начинает «возвра­щаться к себе», вспоминая отчий дом, где он мог есть досы­та, где слуги жили гораздо лучше, чем он теперь на чужбине. Тогда он решился вернуться к отцу и попросить его принять к себе в работники. Отец увидел его еще издалека и побежал ему навстречу. Сын воскликнул: «Отче, я согрешил против неба и пред тобою»! Он не успел еще и закончить свою приготовленную фразу, как отец крепко обнял его и снова при­знал его своим сыном. Полон радости, отец приказал слугам устроить пир, заколов для этого жирного теленка. Старший сын, возвращаясь с поля, услышал оживление и ликование и спросил, в чем дело. Узнав, что пир устроен по случаю воз­вращения домой его младшего брата-бродяги, он рассердил­ся, находя это несправедливым. Он-то никогда ничего не получал! А ведь он никуда не уходил, он всегда оставался верным отцу. Тогда ему сказал отец: «Сын мой, ты всегда со мною, и все мое – твое! А о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв, и ожил; пропадал – и нашелся!»

Ребенок: А почему младшего сына называют «блудным»?

Взрослый: Блудный – значит «заблудившийся». Тот, кото­рый пошел не по правильному пути и который жил не так, как угодно Богу.

Ребенок: Какой смысл этой притчи? Чему она учит нас?

Взрослый: Глубок и многосторонен смысл ее. Эта прит­ча поистине неисчерпаема... В начале этой книги мы гово­рили о Книге Бытия, о сотворении Адама, о его грехопа­дении и о том, насколько серьезно было это падение (см. Часть первая, глава 1). Так вот, притча о Блудном Сыне го­ворит нам о той же драме. Только Христос настаивает на пире, который следует за покаянием сына. Знай это, дитя мое, запомни хорошенько: эта притча понадобится тебе, так как история блудного сына – это история каждого че­ловека. Видишь, каковы мы: мы ценим лишь то, чего у нас нет. Посмотри, ребенок, у которого есть родители и который живет счастливо, не осознает своего счастья. И лишь потеряв это, он осознает, что он потерял. Это го­ворю тебе я, ибо я, как и все, – тоже блудный сын, я еще не вернулся к моему Отцу – нашему Отцу, я Его лишь видел иногда, Он делал мне знак приблизиться, ведь вижу я плохо.

Ребенок: Да почему же ты блудный сын? Ты на него со­всем не похож.

Взрослый: Да, блудный. Да, похож. Когда мы рождаемся, нас привлекает этот мир. Когда мы растем, одуряющий запах кружит нам голову. Мы хотим видеть, что представ­ляет собою этот мир. И хотя мы любим Бога, мы Его поки­даем, чтобы пожить нашей жизнью, как вот мы оставляем и наших родителей, раньше или позже. Мы уходим далеко, и понемногу среди житейской суеты мы забываем Того, кото­рый нас любит больше всего на свете и Кто нам ближе всех, Кого мы носим внутри нас. Ты видишь, какой прием обещан нам! Где наказание? Мы его уже отбыли, будучи вдали от Него. Мы уже наказали сами себя! Достаточно нам сделать слабое движение, и – каков ответ, какой праздник! Когда Он замечает наше движение к Нему, Он нас притягивает к Себе, даже если старший сын недоволен.

Ребенок: А мне кажется, что старший сын отчасти прав!

Взрослый: Остерегайся старшего сына: он ревнив, он обе­регает свои интересы, он ждет награды за то, что, по его мне­нию – его заслуга. Остерегайся его, так как мы можем быть подобными ему, даже якобы никогда не покидая Отчего дома. Старший сын никогда не был открыт кроткому ве­ликодушию Отца, и все же: «Бог есть Любовь», а «любовь все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит» (1 Кор 13, 7).

Исцеление расслабленного в Капернауме

Однажды Иисус Христос в одном доме учил народ. Сре­ди слушателей были и фарисеи – члены иудейской сек­ты, отличавшейся мелочным соблюдением правил закона Моисея, книжники, знатоки Закона, то есть люди ученые, гордые и часто лицемерные, более склонные к защите бук­вы Закона, чем к принятию Благой вести Божьего Царства и его благодати.

Как и всегда во время проповеди Христа, толпа тесни­ла Его, слушая Его слово и принося к Нему больных в надежде исцеления. Места не было даже на дворе перед дверью.

Подошли четыре человека, которые несли на носилках парализованного. Они попытались войти в дом, чтобы поставить носилки перед Христом, но пробиться было невозможно. Тогда они «влезли на верх дома и сквозь кров­лю спустили его с постелью на средину пред Иисуса» (Лк 5, 17-26; Мф 9, 1-8; Мк 2, 1-12).

«Увидя веру их, – продолжает рассказчик, – Христос сказал: «Друже, отпу­скаются тебе твои грехи». Заметьте, что Христос не гово­рит: «Будь здоров, исцелись!», а говорит: «Отпускаются тебе твои грехи». Ведь Христос исцеляет всего человека. В Его власти – и прощение, и исцеление от всякого зла. Нельзя отделить одно от другого.

Спаситель, зная, что думали книжники и фарисеи («Кто он? Кто может отпускать грехи, кроме одного Бога?») – сказал им: «Что легче сказать: отпускаются тебе твои гре­хи, или: встань и ходи? Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле отпускать грехи, Я пове­леваю тебе, – говорит Он расслабленному, – встань, возьми свою постель и иди домой». Тотчас же расслабленный, парализованный, встал, взял свою постель и пошел к себе, сла­вя Бога.

Кроме исцеления расслабленного и урока, преподанно­го фарисеям, нужно подчеркнуть еще одну сторону расска­за; не забыты и люди, которые приложили столько труда и так удачно опустили постель болящего через крышу к ногам Спасителя: в Евангелии сказано, что Христос, видя их веру, прощает и исцеляет их друга.

Надо знать, что когда мы молимся и просим что-либо у Господа для нас самих или для других, требуется и от нас активное участие: прежде всего вера, но также и смелость, борьба с ленью и себялюбием. Друзья расслабленного, проявив смекалку и веру, доказали тем самым свою лю­бовь к Богу и к ближнему. Это как раз то, что от нас тре­буется.

И мы уверены, что как эти люди, так и исцеленный па­ралитик вернулись домой другими. Глубокая перемена произошла с ними. Они поняли, что если прощение грехов – главное, что нужно человеку, даже прежде исцеления фи­зических страданий, то Бог дает его тогда, когда мы каемся. «Чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть прощать грехи на земле, Я повелеваю тебе: встань, возьми свою постель и иди домой». Это ключевая фраза евангель­ского повествования: исцеляя расслабленного от его види­мой болезни – паралича тела – Христос хотел показать, что сначала Он его исцелил от гораздо более глубокой болезни, находящейся в корне нашего бытия, в точке встречи Бога с человеком – от греха: «Прощаются тебе твои грехи», – ска­зал Он ему сначала. Так Бог, ставший человеком, Сын Бо­жий, ставший Сыном Человеческим, прощает грехи. За эту власть Он заплатит на кресте Своей бесценной Кровью: правда, подлежа и Сам наказанию грешников – смерть ведь естественное следствие греха: разве отпиленная от ствола ветвь может не умереть? Он получит от Отца прощение Своим палачам: «Отче, прости им, ибо не ведают, что творят». Прощая нас, Он исцеляет нас, так как восстанавливает на­шу связь с Богом. И сегодня Его прощение доступно для нас.

3. Таинство Покаяния

Как мы видели, Иисус Христос действует в мире силою Святого Духа, который творит Церковь Его Телом. Через Церковь и действие Святого Духа прощающая и исцеляю­щая рука Иисуса Христа достигает нас: «Примите Святого Духа, – сказал Он ученикам в день воскресения, – кому вы отпустите грехи, тем они отпустятся» (Ин 20, 22-23).

Еще нужно, чтобы мы желали этого прощения и просили о нем. Притча о блудном сыне, которую мы только что рас­сказали, хорошо показывает этапы возвращения от смерти к жизни:

1. Блудный сын «возвращается к себе», осознав свое падение; он отправляется в дорогу, возвращаясь в От­чий дом: это обращение – покаяние.

2. Он признает свою вину, говоря: «Отче, я согрешил про­тив неба и против Тебя»: это исповедь.

3. Отец, ожидавший его и выбежавший ему навстречу, за­ключает его в объятия, – не оставляя ему времени закон­чить фразу: это прощение.

4. Закалывают упитанного тельца: это праздник, евхаристический пир.

И нам сегодня следует пройти те же этапы:

Покаяние

Это угрызения совести, проблеск сознания. Это то, что по­чувствовал Давид, когда Нафан, рассказав Давиду о бедня­ке, у которого богач украл овечку, сказал ему: «Это ты!» Греческое слово «метанойа» означает «перемену, изменение ума»: это внутренний поворот, превращение, открытие сво­ей болезни, сопровождаемое волей к исцелению ее. Самые опасные болезни это те, о которых мы не знаем. А покаяние – вид пробуждения: «Встань, спящий, и воскресни из мерт­вых. И осветит тебя Христос» (Еф 5, 14).

Грех – состояние летаргии, предсмертное состояние: а по­каяние – жажда жизни, жажда жить по-настоящему, жажда полной жизни, которая в Боге. Это ответ человека на слово Самого Бога, которое приводится у пророка Иезекииля: «Я не хочу смерти грешника. Я хочу, чтобы он обратился и был жив».

Исповедь

Когда мы творим зло, страдает все Тело Христово, так как «если один член страдает, страдают все члены с ним» (1 Кор 12, 26). Когда мы грешим, мы причиняем боль не только самим себе, но и всей Церкви. Поэтому пишет апостол Иаков: «Признавайтесь друг перед другом в про­ступках, и молитесь друг за друга, чтобы исцелиться: много может усиленная молитва праведного» (Иак 5, 16).

Есть три особых греха, которые отчуждают человека от Бога и выводят из соборного тела Церкви тех, кто был до этого верен:

а) Отступничество, грех против Бога.

Этот грех заключается в отказе от Христа, будь то из-за трусости, страха или стыда сказать, что ты Его ученик: «Кто отречется от Меня пред людьми, – и Я отрекусь от того пред Отцем Моим небесным» (Мф 10, 33). Это был грех тех, кто в период гонений говорили, что они уже не христиане; это грех тех, кто сегодня из страха, что на него «плохо посмот­рят» в его неверующем окружении, следует за модой дня, вырабатывая в себе замашки «неверующих».

б) Убийство, грех против ближнего.

Убийца – не только тот, кто совершает сам акт убийства, но и тот, кто ненавидит, «так как ненавидящий своего брата есть человекоубийца», – как пишет апостол Иоанн (1 Ин 3, 15). Ненавидеть – значит уже мысленно убивать. Тот, кто не хочет простить, а «коснеет» в своем злопамятстве, совер­шает тот же грех. «Если не будете прощать людям согреше­ния их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф 6, 15). Вспомним также притчу о немилосердном царе и заимодавце (Мф 18, 23-35): «Если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его», то Отец небесный поступит с вами, как царь этой притчи поступил с немилосердным заимодавцем. Поэтому говорит апостол Па­вел: «Солнце да не зайдет во гневе вашем» (Еф 4, 26). Значит: прости и помирись еще сегодня до захода солнца!

в) Бесстыдство, грех против любви и против себя самого.

Это поиски плотского наслаждения без любви, без окон­чательной отдачи себя другому; это грех против плоти, а не как многие неверно говорят: грех плоти. Это грех того, кто «грешит против своего собственного тела» (1 Кор 6,18), кто грешит против любви, кто тем или иным образом унижает любовь, любовь, которая есть общение с Богом, так как «Бог есть Любовь» (1 Ин 4, 16). А тот, кто унижает любовь, отбрасывает Бога, «так как Бог призвал нас не к нечи­стоте, но к святости. А непокорный непокорен не человек; но Богу, Который и дал нам Духа Своего Святого» (1 Фес 4, 7-8). «Разве вы не знаете, что тела ваши суть члены Хри­стовы? И так, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет! Или вы не знаете, что сово­купляющийся с блудницею становится одно тело с нею? Ибо сказано: два будут одна плоть. А соединяющийся с Госпо­дом есть один дух с Господом. Бегайте блуда: всякий грех какой делает человек, есть вне тела; а блудник грешит про­тив собственного тела. Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, которого имеете вы от Бога, и вы не свои? Вы куплены дорогою ценою. Поэтому про­славляйте Бога в телах ваших» (1 Кор 6, 15-19).

Совершивший плотский грех должен был после покаяния попросить церковный приход вновь принять его в Тело Хри­стово, в лоно Церкви. Необходимо, чтобы собрание верую­щих простило его. Для этого нужно, чтобы грешник, войдя в церковь и признав свою вину, исповедал бы ее перед Цер­ковью. Вот почему в древней Церкви покаяние было пуб­личным. Однако этот порядок покаяния представлял собою большое неудобство, так как некоторые могли запомнить грехи, рассказанные всем, и плохо относиться к грешникам, даже раскаявшимся и прощенным. Поэтому Церковь пору­чила принимать покаяние и выслушивать исповедь епископу или священнику.

Исповедь выражает искренность раскаяния; она напоми­нает возвращение блудного сына в дом отца. Священник, который выслушивает исповедь, представляет Церковь, все страдающее Тело Христа, всех верующих и главу Церкви – Христа. Ведь священник – всего лишь смиренный свидетель покаяния.

Прощение, или отпущение

Для того, чтобы собрание верующих снова приняло в свои ряды падшего, но покаявшегося члена, для того, чтобы оно его примирило как с другими членами, так и с Богом, надо, чтобы оно ему сообщило прощение Того, у которого есть власть прощать грехи», Главы Тела, то есть Христа, таким образом, от имени Церкви и во имя Христа священник возлагает руку на епитрахиль, лежащую на голове кающегося. Этот жест изображает исцеляющую десницу Христа. Священник ему говорит: «Все, что ты сказал мне, недостойному, да простит тебе Бог в этом мире и в будущем; да тростит тебе, чадо, наш Господь и Бог Иисус Христос, своею благодатию и человеколюбием все твои прегрешения. Во имя Отца и Сына и Святого Духа». Это отпущение грехов.

В церковном таинстве, через прощение священником и верующими, Святой Дух сообщил кающемуся прощение и исцеление грешника Христом. Теперь он «паче снега убелился», стал белее снега. Святой Исаак Сирин, монах VII века, напоминает нам: «Любой грех человека – песчинка в без­брежном море, по сравнению с милосердием Божиим». Дру­гой великий подвижник нашего века, скончавшийся в 1938 году афонский старец Силуан, сказал: «Каждый человек, утративший мир, должен покаяться, и Господь простит его грехи. Тогда снова воцарятся в его душе радость и мир, так как он снова примирен с людьми и с Богом». Прощение в действительности – примирение человека с его Господом, восстановление естественной связи, соединяющей тварь со своим Творцом. «Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их, и дал нам слово примире­ния» (2 Кор 5, 19). «Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешни­ками. Если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертию Сына Его, то тем более, примирившись, спасаемся жизнию Его» (Рим 5, 8-10). Божье прощение Иисусом Хри­стом возвращает нам истинную жизнь, избавляет нас от смерти. Снова послушаем апостола Павла: «От имени Христова мы просим вас: примиритесь с Богом!» (2 Кор 5, 20). Примирившись, мы сможем воскликнуть с Павлом: «Мы хвалимся Богом через Господа нашего Иисуса Христа, посредством Которого мы получили примирение» (Рим 5, 11). Прощенный грешник – снова полноправный член Те­ла Христова.

Торжество

Отныне, как и прежде, он может свободно приступать к Святым Тайнам, причащаться Тела и Крови Христа Спасите­ля, пить из источника воды Живой и получить жизнь вечную. Таинство покаяния ведет его к Евхаристии. Грешник исце­лен и спасен.

Б. Таинство Елеосвящения

Человек – одно целое, он одновременно душа и тело. Как говорит святой XIV века Григорий Палама: «Слово «чело­век» мы не относим отдельно к душе или к телу, но к обоим вместе, так как по образу Божию был сотворен весь чело­век». Также и святой Ириней Лионский говорит, что Хри­стос – Спаситель души и тела: если бы Он не спас также и на­ше тело, Он бы не спас нас вообще, так как никто никогда не видел человека без тела!

Поэтому Христос исцелял больных телесно так же, как и больных душевно. Евангелие пестрит рассказами о тяже­ло больных – парализованных, слепых, глухих, немых, прокаженных, эпилептиках, одержимых бесами, – кото­рых исцелил Иисус Христос. Апостолы продолжили дело Христово. «Они изгоняли многих бесов, и многих больных мазали маслом, и исцеляли» (Мк 6, 13). Свое дело исце­ления продолжает Спаситель сегодня в Своей Церкви, дей­ствием Святого Духа в таинстве помазания больных – елеосвящении.

Елеосвящение предназначается для каждого больного, чем бы и как тяжко он ни был болен. Таинство совершается всегда с надеждой на выздоровление.

Это не предсмертное таинство. Это ясно видно из самого установления его. Об этом говорится в Послании апостола Иакова (5, 13-15): «Болен ли кто из вас, – пусть молится; весел ли кто, пусть поет псалмы. Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исце­лит болящего, и восстановит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему».

Из этой фразы апостола видно, что нет точной границы между болезнями души и болезнями тела. Это хорошо знает и медицина. Вот почему во время совершения этого таинства мы молимся об исцелении тела и о прощении грехов боль­ного.

Мы просим исцеления в рамках покаяния и спасения, а не только исцеления как такового. Истинная, вечная жизнь не кончается со смертью человека. Каков бы ни был исход бо­лезни – то есть выздоровеет человек или покинет этот мир, больному нужно покаяться, ему нужно Божье прощение. В нем-то и заключается истинное исцеление. Таинством еле­освящения и его горячей заботой о болящем – имя которого упоминается в молитве, так как это таинство, как и все таинства, личное, – Церковь напоминает человеку, что он не один, так как она рядом с ним. Все братья и сестры по вере страдают с ним, страдают вместе, когда страдает один из членов Церкви (1 Кор 12, 26). И вся община мо­литвами своих священников молит о прощении, помощи и избавлении от порочного круга греха и страдания. Божественная благодать исцеляет, врачует немощи тела и души.

Таким образом, елеосвящение может дать больному здо­ровье или хотя бы укрепление сил, обретение надежды. Цер­ковь не заменяет врача, когда врач исчерпал все научные средства. Нет, она приходит к больному, чтобы влить в страдальца любовь и жизнь Бога, Который и есть сама жизнь.

Во Христе все – радость и страдание, здоровье и болезнь, жизнь и смерть – имеет смысл, все может стать путем к Жизни. Церковь зовет человека и помогает ему идти к Богу доверчиво, как птица поднимается в воздух или рыба ухо­дит в воду, и продолжать воспевать славу Его – будь то здесь, внизу, если здоровье вернется к нему, или в будущей жизни. Наше дело петь славу Ему и говорить так: «Буди милостив мне, грешному», всецело подчиняясь Господней воле, доверяя Богу и смиряясь, ожидая всего от божествен­ного милосердия.

Таинство елеосвящения над больными можно совершать либо в церкви, среди верующих, если больной в состоянии пойти в храм, либо дома. Принято, что его совершают семь священников. Но могут его совершать трое, двое или один. Есть обычай в Страстную среду совершать это таинство над всеми верующими для исцеления их болезней и их «забы­тых грехов», для гармонии между телом и душей. В это та­инство входит:

1. Семь молитв на освящение елея, после которых свя­щенники, по предписанию апостола, помазуют елеем радования больного: чело, ноздри, виски, уста, грудь, между пле­чами, ладони и запястья. Одна из молитв начинается так: «Отче Святый, врачу душ и телес, Ты послал Твоего едино­родного Сына, Господа нашего Иисуса Христа исцелять вся­кую болезнь и спасать от смерти, исцели и раба твоего в не­мощи телесной и душевной».

2. Чтение семи отрывков из апостолов и евангелия.

Во всех этих чтениях говорится о действенной любви Иисуса Христа к больным и грешникам. Они представляют собой настоящий гимн Божественной любви и милосердию во Христе. Здесь уместно заметить, что по-гречески милость и сострадание – элеос, а растительное масло – элеон. Поэтому масло становится у евангелистов как бы симво­лом милости. В притче о милосердном самарянине мы чи­таем: «Самарянин же некто, проезжая, подошел к нему и, увидев его, сжалился. И подойдя, перевязал ему раны, возливая масло и вино» (Лк 10, 33-34). И в притче о десяти девах масло, которым пять разумных дев снабдили свои светильники, означает милосердие, которым должен обладать христианин.

Семь апостольских и семь евангельских чтений, семь священников, семь молитв, семь помазаний означают полно­ту Церквей, кафоличность, соборность Церкви, всего Тела Христова, а не индивидуальную молитву того или иного «исцелителя».

Глава пятнадцатая. Заключение

Начиная с XIII века, в Церкви принято говорить о «семи таинствах». Имеются в виду: крещение, миропомазание, причащение, исповедь-покаяние, священство, брак и елеос­вящение – помазывание больных. Докапываясь до смысла этих «таинств», мы узнали, что по сути дела все они – раз­личные виды одного и того же таинства, таинства Христа, таинства Его воскресшего Тела. Это таинство Его Церкви, таинство присутствия Бога среди собранных верующих и через них Его присутствия в мире. Мы переживаем это таин­ство, участвуя в божественной Евхаристии, которая и есть причащение Христовых Тайн и опыт тайны Церкви. Креще­нием и миропомазанием мы входим в евхаристическое со­брание, в общество причастников, мы становимся членами Тела Христова. Таинством покаяния мы возвращаемся в него, если мы грехом вышли из него. Таинством брака – венчания – в собрание входят новые семьи. Елеосвящением болящие члены возвращаются к полному участию в жизни Тела. И таинством священства составляется и приобретает порядок евхаристическое собрание. Короче, все «таинства» вносят свой вклад в полноту тайны причастия и восходят к ней. И в конце концов, они все лишь проявление единой тайны Христа, живущего Святым Духом в Церкви.

Таинства, действительно, не простые человеческие дей­ствия. Они существенным образом являются проявлениями Пятидесятницы, делами Святого Духа, подтверждающими Слово Христа, приобщая и нас к непостижимым сокрови­щам, которые сокрыты в Нем и которые таинственно соеди­няют нас с Телом Воскресшего, чтобы сделать участниками дела, которое Он совершил для мира.

Слово Христа. Правда, каждое таинство ссылается на сло­во Христа – или Его учеников – что служит гарантией, явля­ется объективным критерием дела Святого Духа, которое подтверждает слово Христа: «Идите, крестите их во имя От­ца, и Сына, и Святого Духа» – крещение; «Возложение рук апостолов дало Святого Духа» – миропомазание; «Возьми­те и вкушайте, это Мое Тело» – евхаристия; «То, что вы от­пустите на земле, будет отпущено на небе» – покаяние; «Муж – глава своей жены, как Христос – Глава Церкви» – брак; «Болен ли кто из вас, да призовет пресвитеров...» – елеосвящение; «Не неради о пребывающем в тебе даровании, которое тебе дано по пророчеству с возложением рук свя­щенства...» (1 Тим 4, 14) – священство. Эти слова необхо­димы для того, чтобы мы дерзали считать акт Церкви Божьим таинством и видеть в нем проявление великой тайны Христа.

«Тайна сия велика; Я говорю по отношению ко Христу и к Церкви» (Еф 5, 32).

Будучи столь возвышены нашим Господом, как не вос­кликнем мы вместе с апостолом Павлом: «Я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоя­щее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божьей во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим 8, 38-39).

Часть седьмая. Второе Пришествие и Жизнь будущего века

Введение

«И паки грядущего со славою судити живым и мертвым, Его же Царствию не будет конца». Так провозглашаем мы в Символе веры. Второе Пришествие Господа Иисуса Христа, Его возвращение во славе в конце времен и наступление Его Царства – такова главная тема этой седьмой и последней ча­сти нашей книги.

Когда человек думает о конце времен, он, конечно, вклю­чает в эту тайну и тревогу за свою собственную судьбу, и, в конце концов, главный его вопрос – о себе: «Что будет со мной, когда я умру?» Действительно, каждый человек дума­ет о себе как о центре мира; а для библейского откровения и, как следствие, для церковного предания, и для апостоль­ского предания-традиции, центр мира – это не «я», а Тот, ко­торый сказал: «Я Альфа и Омега, начало и конец». Вопрос, на который отвечает Библия, следовательно: «Что произой­дет, когда вернется Христос?»

Напомним, что апостольским преданием или священным преданием (традицией) называется Слово Божье, проникаю­щее Святым Духом в сердце апостолов и этим же Духом пе­реданное сознанию Церкви; так жило это Слово в Церкви и выражается в ней образом жизни, жестами, писаниями, об­разом мышления, молитвы и действия, которые характери­зуют Тело Христово, того Христа, который Тот же и тогда, когда Он говорит через Священное Писание и когда Он жи­вет в Своей Церкви.

Церковь живет ожиданием возвращения своего Господа: конец времен, последние времена – ведь это завершение, «день Господень», «Второе и славное паки Пришествие» – термины, обозначающие совершенно новый мир, о котором нам говорили пророки Ветхого Завета и авторы Нового. Говорили часто символическим языком, находящемся иногда на границе того, что человеческое слово способно выразить: здесь переплетаются разные темы – отражения разнообразных традиций и откровений, которые противо­поставляются одна другой, не исключая одна другую. В ре­зультате перед нами глобальная, но мало понятная картина. Но христиане читают Священное Писание подобно эммаусским путникам, освещая его светом познания, который они получают от Господа Иисуса. И вот все эти темы груп­пируются вокруг Его возвращения. В этой основной перс­пективе мы будем их последовательно изучать:

Глава 1. Два пришествия Господа

Глава 2. Ожидание Второго пришествия: бодрствование

Глава 3. Знамения, которые будут перед Вторым Пришествием

Глава 4. Конец этого мира и творение нового мира

Глава 5. Воскресение мертвых

Глава 6. Богослужебное Время

Глава 7. Жизнь в смерти

Глава 8. Суд

Глава 9. Подход к православной эсхатологии

Глава 10. Молитва об усопших и сонм святых

Глава 11. Успение Божьей Матери

Глава 12. Небесный Иерусалим.

Глава первая. Два Пришествия Господа

А. В Ветхом Завете

При чтении некоторых отрывков Ветхого Завета, особен­но книги Исаии, может показаться, что в истории будет иметь место одно пришествие Мессии, которое тотчас же ус­тановит эру примирения, справедливости, славы и счастья: «И взойдет отрасль от древа Иессеева». (Это отец Давида.) «Он будет судить бедных по правде. И умертвит нечестивого духом уст своих. И волк будет жить вместе с ягненком. И грудное дитя будет играть над норою аспида. Не будут де­лать ни зла, ни вреда по всей святой горе Моей, потому что земля будет наполнена знанием Господа. И покой Его будет славою» (Ис 11, 1-10). И еще:

«И на этой горе Господь Саваоф устроит для всех народов пир из тучных яств, пир из вин, очищенных от дрожжей. И на этой горе Он уничтожит покрывало, покрывающее все на­роды. И смерть будет уничтожена навеки; и Господь Бог от­рет слезы от всех лиц и изгладит срам народа Своего. И в тот день скажут: вот Он, Бог наш; мы надеялись на Него, и Он спас нас; Он Господь; мы уповали на Него; возвеселимся и возрадуемся во спасении Его» (Ис 25, 6-9).

Ребенок: А между тем Мессия пришел 2000 лет назад, а не видно нигде волка, играющего с ягненком, не видно и исчезающей смерти. Я вижу, как злые и сильные угнетают и эксплуатируют слабых, как бушует насилие, а кладбища на­полняются мертвыми... 

Взрослый: Да, увы, это правда! Но погоди немного. Ты знаешь, что мы всегда читаем Ветхий Завет в свете того, что нам открыл Христос. Такое чтение книги Исаии, а также по­добных отрывков из книг Даниила, Захарии или Малахии, позволяет нам видеть, уяснить себе, что в тех фразах, кото­рые мы прочли, в этом глобальном видении мессианской эры, существует своего рода столкновение двух последова­тельных уровней, перспектив: когда мы видим издалека две горы, в действительности находящиеся на большом расстоя­нии одна от другой, – они обе кажутся в одном плане; а ес­ли подойдешь к ним близко, то заметишь, стоя у одной из них, что другая еще далеко позади. Также и у пророков можно различать два аспекта, которые якобы противоречат один другому, о приходе Мессии. Это противоречие исчезает, если мы поймем, что речь идет о двух последовательных приходах того же Мессии.

Для нас ветхозаветные текста не покрыты больше «пеле­ной», покрывалом, как для тех, кто их читал до Иисуса Хри­ста. Со Христом покрывало исчезло (2 Кор 3, 14-16). Толь­ко через обращение ко Господу снимается это покрывало

1. Книга Исаии

а) С одной стороны, книга Исаии описывает Мессию как страждущего и униженного Раба: «Лик Его был обезобра­жен. Он был изранен за грехи наши и избит за беззакония на­ши. Праведник оправдает многих познанием Его. Он предал Себя на смерть. Он был причислен к грешникам, между тем как Он понес на Себе грех многих и ходатайствует за пре­ступников» (Ис 52, 14 – 53, 12).

б) С другой стороны, эта же книга Исаии описывает при­ход Мессии со славою, даже со Славою Бога. Возьмем отрывок (Ис 35, 1-10), на который ссылается сам Христос, ког­да ученики Иоанна Крестителя спросили Его, «Тот ли Он, ко­торый должен прийти» (Мф 11, 2-6). Этот текст читается в Церкви в день Богоявления во время чина освящения во­ды: «Возвеселится пустыня и безводное место, и возрадует­ся степь. Да будет радость и ликование. Они увидят славу Господню, величие Бога нашего. Укрепитесь, не бойтесь: вот Бог ваш. Он придет и спасет вас. Тогда откроются глаза сле­пых, и уши глухих услышат. Тогда хромой будет прыгать, потому что в пустыне откроются воды, и в степи потоки».

Ребенок: Чудесные исцеления, совершенные Иисусом Христом во время Его первого пришествия, суть также предвестники славы, которую Он явит, когда придет в конце времен. Но ведь эти отрывки изображают два облика Мессии, которые противоречат друг другу.

Взрослый: Нет, они не противоречат друг другу, если мы отнесем первый из двух текстов к первому пришествию Мессии, возвещающему Царство Божье враждебному миру: «Он пришел в мир, был в мире, и мир Его не познал. Он пришел к своим, и свои Его не приняли... Свет во тьме све­тит, и тьма не объяла Его» (Ин 1, 5-11). Второй текст отно­сится ко Второму пришествию, которое возвещает Сам Хри­стос, обещая вернуться во славе. Мессианская эра, открытая Воплощением, должна завершиться сотрудничеством людей. Люди, соединяясь друг с другом, активной верой в распято­го и воскресшего Спасителя, подготовят Второе Пришествие, окончательное торжество правды и жизни над злом и смертью: тогда примирится волк с ягненком...

2. Книга пророка Даниила

Эта книга приоткрывает нам два пришествия Мессии.

а) В первом видении – иносказательном сне царя Навухо­доносора, истолкованном пророком, мы находим странный образ камня, разбившего истукан и сделавшегося великою горою. «Был огромный истукан, в блеске стоял он, и страшен был вид его; голова истукана была из чистого золота, грудь и руки из серебра, чрево и бедра медные, ноги частью железные, частью глиняные. Без содействия чьих-либо рук камень оторвался, ударил в истукан и разбил его; тогда все вместе раздробилось: железо, глина, медь, серебро и золото, и следа не осталось от них. А камень, разбивший истукан, сделался великою горою и наполнил всю землю» (Дан 2, 31-36).

Толкуя сон, Даниил видит в четырех составных элементах статуи доследование четырех великих царств. Последнее цар­ство, которое обозначено ногами, – разделенное царство, в котором есть сила и слабость. Камень – тоже царство, но в отличие от других, это Царство воздвигнуто Небесным Бо­гом. Даниил уточняет: «Это Царство во веки не разрушит­ся; его власть не перейдет к другому народу; оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет стоять вечно» (Дан 2,44).

[Навуходоносор, царь Вавилонский с 604 по 562 гг. до н. э., взял в 587 году Иерусалим и увел население в Вавилон. Через 70 лет, в 538 году, Кир, персидский завоеватель, разрешил изгнанникам вер­нуться в Иерусалим. – Прим. авт.]

Этот простой камень, отрывающийся без прикосновения человеческой руки, но разбивающий истукана, – заметим, что Царство Божье нарушает, чтобы не сказать разрушает, порядок мощных сил и держав мира сего, – наполняет по­степенно всю землю, уничтожая одно за другим все земные царства: предвосхищение исторического процесса, начатого внезапным приходом Мессии. Мы также читаем этот отры­вок в Церкви накануне Рождества, так как Церковь в нем видит возвещение первого прихода Мессии, устанавливаю­щего Свое Царство в этом мире: «Богородице, Горо несекомая, камень нерукосечный оторвался от Тебе, се камень краеугольный, Христос, соединивый расстоящаяся естества». Из этой молитвы мы видим, что гора Даниила предвосхища­ет Божью Матерь. Камень – Христос, рожденный по плоти от Девы без Отца. Это также краеугольный камень псалма (Пс 117, 22), отвергнутый строителями, но на ко­тором зиждется все здание. Это также камень, открытый Исаией как ценный, основной, в котором ап. Петр в Первом послании (1 Пет 2, 4-7) узнает Христа, называя Его «жи­вым Камнем».

б) Второе видение. В седьмой главе той же книги Даниила пророк говорит: «Затем видел я в ночных видениях, вот в облаках небесных шел как бы Сын Человеческий, пришел к Предвечному и подведен был к Нему. И Ему дана власть, слава и Царство, чтобы все народы, племена и языки слу­жили Ему, владычество Его – владычество вечное, кото­рое не прекратится, и царство Его не разрушится» (Дан 7, 13-14). [Этот стих приводит архангел Гавриил Богородице в день Благо­вещения. Он находится также в Символе Веры: «Его же Царствию не будет конца». – Прим. авт.]. Ясно, что речь идет о том же Царстве, но Царь появляется «грядущим на облаках с Неба» и подведен был к престолу Небесного Отца – к Предвечному. Сам Христос приведет это пророчество, чтобы возвестить свое возвраще­ние в славе (Мф 24, 30), и процитирует его перед Каиафой (Мф 26, 64), что и послужит к осуждению его на смерть как богохульника.

3. Пророк Захария

Захария также описывает Мессию то униженным и страда­ющим, то славным и всемогущим.

а) Униженным и страдающим: «...Се Царь твой грядет к тебе; праведный и спасающий; кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной» (9, 9).

Евангелист Иоанн (12, 16) нам повествует, что после Вос­кресения Христа ученики Его вспомнили, «что это было на­писано о Нем и что так и сделали Ему» в Вербное Воскресе­ние во время Его входа в Иерусалим. Пророк Захария пи­шет в 12 главе (10-12): «Они воззрят на Меня, Которого они пронзили, и возрыдают... как рыдают о единородном сыне, и восскорбят о Нем, как скорбят о Первенце».

б) В 14 главе Захария, наоборот, описывает нам Христа прославленного и всемогущего: «Станут ноги Его в тот день на горе Елеонской, которая пред лицем Иерусалима с Восто­ка. И раздвоится гора Елеонская так, тогда приидет Господь Бог мой, и все святые с Ним. То будет единственный день, только Господу известный. И будет Господь Царем по всей земле. В тот день будет Господь один, и имя Его едино».

Б. В Новом Завете

Во время Своего Первого Пришествия Мессия предсказы­вает Свое Второе Пришествие: «Тогда увидят Сына Челове­ческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою. И пошлет Он ангелов Своих с трубою громоглас­ною; и соберут избранных Его от четырех ветров, от края до края неба» (Мф 24, 30-31; Мк 13, 26-27; Лк 21, 27).

В самом первом из своих посланий, написанном из Корин­фа солунянам-фессалоникийцам в 51 году, апостол Павел на­поминает нам об этом обещании Иисуса Христа: «Сие гово­рим вам словом Господним, что мы живущие оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших. Сам Гос­подь при гласе Архангела и трубе Божией сойдет с неба» (1 Фес 4, 15-16). «Ибо как молния исходит от востока и видна бывает даже до запада, – так будет пришествие Сы­на Человеческого» (Мф 24, 27).

Что касается времени пришествия, то никто не знает ни дня, ни часа, не знают его даже ангелы на небе, ни Сын Чело­веческий, знает его лишь Бог Отец (Мф 24, 36). [Сын не знает этого в меру Своего добровольного умаления. – Прим. авт.]. Поэтому Христос нам говорит: «Итак, бодрствуйте!» и, пользуясь более сильным образом, – «Придет же день Господень, как вор ночью; бдите, будьте готовы!» (Мф 24, 42-44; 2 Пет 3, 10).

Глава вторая. Ожидание Второго Пришествия: бодрствование

Христос указывает, что основой поведения верующего должно быть духовное бодрствование.

Бодрствование означает – быть готовым встретить Цар­ство, принять Господа. В притче о десяти девах, о которой мы уже упоминали в связи с Церковью как Невестой Хри­стовой (см. шестую часть), разумные девы «бодрствуют», будучи внимательными и запасаясь маслом для своих све­тильников, то есть делом Святого Духа в своей душе. Хри­стос предлагает нам также и другую притчу: о верном рабе, которого его Хозяин находит бодрым, неспящим, возвраща­ясь в нежданный час. В церковных песнопениях утрени Страстных понедельника, вторника и среды слышатся темы этих притч. Слушая эти молитвы, душа каждого верующего старается отождествить себя с разумной девой и с бодрству­ющим рабом.

Это состояния «бодрствования» – нечто большее, чем то, что мы обычно обозначаем этим словом, противоположным физическому сну. Это бодрствование, неусыпность, кото­рых требует от нас Христос, можно уподобить бдительности часового, который всегда начеку. Это состояние – условие «духовной» брани. Оно противоположно духовному сну, когда человек дает себя втянуть в механическое течение жизни. В таком состоянии отсутствия, отстранения, не может возрастать в нас Царство. И вот, обращаясь к ефесянам, толкуя Исаию (26, 19), ап. Павел пишет: «Встань, спящий, и воскресни из мертвых, и осветит тебя Христос» (Еф 5,14).

Ап. Павел говорит также: «Непрестанно молитесь!» (1 Фес 5, 17). Это способ ответить на повеление Господа: «Бодрствуйте!» Православная духовная традиция соединяет неусыпность с непрестанной молитвой. Эта традиция описы­вается в «Рассказах странника», где простой крестьянин, ставший странником, задает себе один единственный вопрос, в котором сосредотачивается весь смысл его жизни – что значит: «Непрестанно молитесь»? Лишь задавая этот вопрос настойчиво, странник находит ответ в учении о непрестанной молитве, исходящей не из уст, а из сердца, и заключающейся в неустанном призывании Имени Иисуса Христа. Это «умная молитва», или «молитва Иисусова», которую можно произ­носить в такой форме: «Господи, Иисусе Христе, помилуй меня, грешного».

Когда члены Церкви живут во взаимной любви, проще­нии и смирении, они поступают как «сыны света» (Ин 12, 36). Они не довольствуются тем, что «ночь прошла, а день приблизился» и что «близок день Господень» (Рим 13, 12), они торопятся предварить наступление этого дня (2 Пет 3, 12) бодрствованием.

Глава третья. Знамения, предшествующие Второму Пришествию

Убеждаемые Спасителем готовиться к Его возвращению, ученики настойчиво просят Его об уточнении: «Скажи нам, когда это будет и какой признак Твоего пришествия и кон­чины века?» (Мф 24, 5; Мк 13, 4; Лк 21,7). Отказываясь указать им дату, Господь Иисус Христос, однако, открывает им признаки, которые будут предшествовать этому собы­тию. Эти признаки, по мере своего наступления, подтвержда­ют Его Слово, воодушевляют нашу веру, напоминают нам о постоянной неизбежности прихода Жениха, того Жениха, ко­торый задерживается, но который, тем не менее, придет, когда Его будут ожидать меньше всего. Перечислим эти при­знаки, следуя Евангелию от Матфея. Некоторые из них нам были даны на протяжении истории, другие еще даются или будут даны: ведь нельзя здесь говорить о хронологическом порядке.

А. «Здесь не останется камня на камне»

Перед ослепительной красотой Иерусалимского храма, недавно восстановленного царем Иродом (перестройка храма, начатая приблизительно в 19 году до Р. X., продолжалась 46 лет. – См. Ин 2, 20), – и в ответ на восхищение учени­ков – «Учитель, посмотри, какие камни и какие здания!» (Мк 13, 1) Христос учит о конце мира и о Своем Втором пришествии. Разрушение храма и города Иерусалима будет первым знамением, предвещающим конец: «Видите ли все это? Истинно говорю вам: не останется здесь камня на кам­не; все будет разрушено» (Мф 24, 2). А также сказал Хри­стос: «Когда же увидите Иерусалим, окруженный войсками: тогда знайте, что приблизилось запустение его. Тогда находя­щиеся в Иудее да бегут в горы! И кто в городе, выходи из него! и кто в окрестностях, не входи в него! Потому что это дни отмщения; да исполнится все написанное. Горе же бе­ременным и питающим сосцами в те дни; ибо великое бу­дет бедствие на земле и гнев на народ сей. И падут от острия меча, и отведутся в плен во все народы; и Иерусалим будет попираем язычниками, доколе не окончатся времена языч­ников» (Лк 21, 20-24).

Это пророчество должно было исполниться сорок лет спу­стя, в августе – сентябре 70 года, когда римский император Тит осадил Иерусалим, разрушил город и поджог храм. Жи­телей убивали, продавали или осуждали на тяжкие принуди­тельные работы. Ученики Христа, вспоминая тогда слова своего Учителя, увидели в этом исполнение первого знаме­ния, предшествующего Его возвращению: разрушение Иеру­салима остается символом конца мира. Поэтому события, происходящие на Святой Земле, касаются и нас: «О Сионе будут говорить: такой-то и такой-то муж родился в нем, и Сам Всевышний укрепил его» (Пс 86, 5).

Б. «Многие придут под именем Моим, и будут говорить: "я Христос"»

«Берегитесь, чтобы вас не ввели в заблуждение, так как многие придут под Моим именем и будут говорить: «я Христос», и многих прельстят» (Мф 24, 5; Мк 13, 6; Лк 21, 8). История уже знала лжехристов, и еще увидит других. И лишь живя в Церкви, мы сможем избежать их лживого соблазна.

В. «Вы услышите о войнах /.../, будет голод и землетрясения»

«Вы также услышите о войнах и военных слухах. Смотри­те, не ужасайтесь: ибо надлежит всему тому быть; но это еще не конец. И восстанет народ на народ, и царство на цар­ство; и будут голод, моры и землетрясения... Все же это на­чало болезней» (Мф 24, 6-8; Мк 13, 7-8; Лк, 21, 8-11).

Г. «Тогда будут предавать вас на мучения и убивать вас»

«Тогда будут предавать вас на мучения и убивать вас; и вы будете ненавидимы всеми народами за имя Мое. И тогда соблазнятся многие; и друг друга будут предавать, и возне­навидят друг друга» (Мф 24, 9-10). «Берегитесь! вас бу­дут предавать в судилища, и бить в синагогах, и пред прави­телями и царями поставят вас за Меня, для свидетельства пред ними» (Мк 13, 9). «И так положите себе на сердце, не обдумывать заранее, что отвечать. Ибо Я дам вам уста и пре­мудрость, которой не возмогут противоречить, ни противо­стоять все противящиеся вам. Вы также будете преданы и родителями, и братьями, и родственниками, и друзьями; и некоторых из вас умертвят. И будете ненавидимы всеми за имя Мое. Но и волос с головы вашей не пропадет. Терпени­ем вашим спасайте души ваши» (Лк 21, 14-19).

Эти слова, подобные словам из заповедей Блаженства: «Блаженны будете, когда вас будут гнать ради Меня», – да­ли мученикам первых трех веков нашей эры мужество про­тивостоять гонениям и оросить Церковь своей бесценной кровью – до обращения всей Римской империи. Затем гонения возобновились в миссионерских странах. А сегодня они возникли с новой силой во многих странах, которые долго считались христианскими. Церковь также должна готовиться к вызову современного неоязычества, холодного и бездуш­ного чудовища, мощного своей техникой и своей наукой, на­ходящихся на службе силы и наслаждения

Д. «Умножение беззакония...»

Наивный оптимизм воображает, что с каждым поколени­ем люди становятся лучше, как будто нравственный про­гресс идет в ногу с научным прогрессом.

Спаситель, наоборот, предупреждал нас, что перед Его возвращением, «по причине умножения беззакония, во мно­гих охладеет любовь» (Мф 24, 12). «Тогда будет великая скорбь, какой не было от начала мира доныне, и не будет. И если бы не сократились те дни, то не спаслась бы никакая плоть: но ради избранных сократятся те дни» (Мф 24, 21-22). Сам Господь Иисус Христос задает вопрос: «Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?» (Лк 18, 8).

В послании к Тимофею (2 Тим 3, 1-5), возвещая гряду­щие испытания, апостол Павел пишет: «Знай же, что в пос­ледние дни наступят времена тяжкие. Люди будут самолю­бивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родите­лям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, Напыщенны, более сласто­любивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся. Таковых удаляйся».

Сегодня мы видим разгул гордыни и неверия, рост пре­ступности и уголовщины, коллективные преступления, со­вершаемые государствами, систематическое применение пыток многочисленными правительствами различного поли­тического толка. Не устрашимся и не будем предаваться от­чаянию! Наоборот, будем сопротивляться с большей вы­держкой и смелостью! Ведь Христос нас готовил к этим испытаниям, возвещая о них и позволяя нам таким образом считать их знамением близости Его возвращения: чем боль­ше проявляется Лукавый, тем более мы должны оставаться верными: «Претерпевший до конца спасется» (Мф 24, 13).

Е. «Это Евангелие будет проповедано по всей вселенной»

«Это Благовестие (по-гречески «евангелие») будет пропо­ведано во всем мире во свидетельство всем народам; и тог­да придет конец» (Мф 24, 14).

Христос принес Благую весть не только для того, чтобы она п