Перейти к основному содержимому
МиссияКатехизацияМиссиологияКатехетика
О насАвторыАрхив
Катехео

Научно-методический центр
по миссии и катехизации

при Свято-Филаретовском православно-христианском институте

Русская Православная Церковь в общественной жизни Санкт-Петербурга

03 июня 2015 55 мин.

Русская Православная Церковь в общественной жизни Санкт-Петербурга

Год: 2011

Автор научной работы: Зарембо Наталья Геннадьевна

Ученая cтепень: кандидат исторических наук

Место защиты диссертации: Санкт-Петербург

Код cпециальности ВАК: 07.00.02

Специальность: Отечественная история

Количество cтраниц: 239

 

Оглавление диссертации

Введение.

Глава I. Основные направления, формы и методы участия Русской

Православной Церкви и духовенства в общественной жизни Санкт-Петербурга в 1907-1914 гг.

1.1 Особенности участия Русской Православной Церкви в общественной жизни столицы в 1907-1914 гг.

1.2 Главные направления, формы и методы работы столичного православного духовенства с прихожанами.

1.3 Столичное духовенство и поиски новых методов миссионерской деятельности.

Глава II. Народное трезвенническое движение и духовные власти Санкт-Петербурга (1907-1914 гг.).

2.1 Общества и братства трезвости при петербургских церквах.

2.2. Духовные власти Санкт-Петербурга и чуриковцы.

Глава III. Русская Православная Церковь и движение иоаннитов в Санкт-Петербурге в 1907-1914 гг.

3.1 Формирование движения иоаннитов и его взаимоотношения с деятелями Русской Православной Церкви в Санкт-Петербурге.

3.2 Православное духовенство Санкт-Петербурга и движение иоаннитов в 1908-1910 гг.

3.3. Русская Православная церковь и упадок иоаннитского движения в Санкт-Петербурге (1911-1914 гг.).

 

Введение диссертации (часть автореферата)

Актуальность темы исследования.

Исследование процесса поиска Русской Православной Церковью своего места в общественной жизни Санкт-Петербурга в период 1907-1914 года представляется актуальным, так как эти несколько лет отмечены качественными изменениями во все сферах российской действительности. Исследователи неоднократно рассматривали поворотные моменты истории России: революцию 1905-1907 годов, революционные события 1917 года. Важным является и рассмотрение деятельности Русской Православной Церкви в относительно мирный период между первой русской революцией и первой мировой войной. Проблемы взаимоотношений государства и церкви, места церкви в политической жизни уже стали предметом пристального изучения историков, особенно в последние годы. Вопрос об отношениях Русской Православной Церкви и общества в новых условиях и проблема включенности ее учреждений и деятелей в религиозно-общественные процессы часто оказывались на периферии исследований. Обращение к теме обусловлено также тем, что в отечественной историографии практически отсутствуют работы, которые бы выясняли основные направления участия учреждений и деятелей Русской Православной Церкви в общественной жизни. Значительный интерес для науки представляет рассмотрение деятельности духовенства, направленной на решение духовных и социальных вопросов после революции 1905-1907 годов. Исследования последних лет показывают, что духовные лица имели разные взгляды на политические проблемы, но подобные разногласия возникали и в отношении явлений общественной жизни.

Комплексный подход и существенное расширение научной базы исследования за счет привлечения ранее не использовавшихся источников позволяют рассмотреть проблему участия Русской Православной Церкви в общественной жизни Санкт-Петербурга, а также глубже понять церковно-общественные проблемы начала XX века. Актуальность исследования определяется также необходимостью серьезного комплексного изучения предлагаемой темы, так как до настоящего момента исследователи проблем истории Русской Православной Церкви лишь поверхностно касались этих вопросов, как правило, в связи с исследованием других тем.

Санкт-Петербург являлся в тот период не только столицей государства, но центром всего нового и в общественно-религиозной сфере. Именно здесь складывались новые формы и методы работы православного духовенства с паствой. В столице активно действовали вновь возникающие религиозно-общественные движения, сюда стремились проповедники разного рода. В столице духовенство раньше, чем в других регионах столкнулось с новыми явлениями религиозно-общественной жизни. Оно вынуждено было противостоять тому, что его паства активно интересовалась разнообразными вероучениями и внимала различным проповедникам. Понятие «религиозное возрождение» чаще всего связывают с духовными исканиями интеллигенции (интеллектуальных групп), но в начале XX века складывается ситуация, когда широкие слои также находились в процессе поиска своих духовных авторитетов. В общественной жизни это приводило к попыткам самоорганизации на основе общности мировоззренческих ориентиров, с точки зрения самих верующих, чаще всего православных. Новые общественные движения приобретали значительное число участников и сочувствующих. На примере Санкт-Петербурга в работе предпринята попытка проследить, как деятели Русской Православной Церкви искали выход из складывающихся ситуаций.

Тема исследования находится на пересечении двух перспективных направлений в отечественной исторической науке: истории Русской Православной Церкви и истории общественной жизни. Не менее важным и актуальным обстоятельством является региональная ориентированность исследования.

С начала 90-х годов XX века Русская Православная Церковь начала принимать активное участие в общественной жизни, что потребовало разработки современных подходов к этой сфере деятельности в изменившихся социальных условиях. В августе 2000 г. были разработаны и утверждены Архиерейским Собором Русской Православной Церкви «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви». Таким образом, в настоящее время проблемы участия Русской Православной Церкви в общественной жизни России вновь становятся весьма актуальными. Изучение вопросов взаимодействия духовенства и мирян в нашей стране позволяет адекватно оценить прошлое и предоставляет возможность учитывать полученный опыт на сегодняшнем этапе.

Объект и предмет исследования.

Объектом исследования является Русская Православная Церковь как социальный институт, являющийся участником общественной жизни Петербурга 1907-1914 годов.

Предметом исследования являются участие учреждений и деятелей Русской Православной Церкви в общественной жизни Петербурга и их реакция на эволюцию форм религиозно-общественной жизни различных социальных групп православного населения.

Общество, по определению одного из современных справочных изданий, — это «совокупность людей, объединенных исторически обусловленными социальными формами совместной жизни и деятельности»1. В другом словаре выражение «общественная жизнь» обозначено как производное от слова «общество» в следующем значении — «совокупность людей, объединенных в определенный период исторического развития общими для них конкретно-историческими условиями жизни» . В «Новой философской энциклопедии» дается следующее определение общества: «совокупность всех способов взаимодействия и форм объединения людей, в которой выражается их всесторонняя зависимость друг от друга»3. В нем также предлагается понимание термина «общество» в более узком смысле: генетически/или структурно определенный род, вид, подвид и т.п. общения, предстающий как исторически определенная целостность либо как относительно самостоятельный элемент подобной целостности»4. В «Новом словаре русского языка» слово «жизнь» в применимом для гуманитарного исследования смысле предлагается понимать как «развитие чего-либо//события происходящие с чем-либо существующим», а также «деятельность общества и человека во всей совокупности ее проявлений» и «реальная действительность во всей совокупности ее проявлений»5. В словаре «Социальная философия» общество трактуется как «сумма связей или система отношений, возникающих из совместной жизни людей, воспроизводящих или трансформируемых их деятельностью»6.

Специалист по истории Православной Церкви М.В.Никулин рассматривает общество как «целостную систему, объединяющую в себе конкретные социальные институты, группы и слои населения с их п умонастроениями, мыслями и потребностями». Он ссылается также на мнение дореволюционного теоретика государства и права Н.М. Коркунова о содержании общественной жизни как «совокупности интересов отдельных о личностей, составляющих общество» .

Иной подход представлен в статье петербургской исследовательницы Л.Г. Рогушиной «Особенности общественной жизни в царствование Александра I». В работе перечислены и проанализированы формы общественной жизни — салон, кружок, общество. Показано постепенное увеличение «публичности» в общественной сфере. Предложены разные классификации при рассмотрении общества в значении организации. Автор указывает, что «именно в первой четверти XIX в. в России окончательно формируется понятие общественной жизни»9.

С учетом опыта предшественников под общественной жизнью в работе понимается совокупность всех способов взаимодействия и форм объединения людей в определенный исторический период. Детализируя это определение, следует подчеркнуть, что в общественной сфере проявляются представления отдельных индивидов, формальных и неформальных групп, социальных слоев о наиболее важных проблемах общества в конкретный момент его развития, путях решения существующих проблем, умонастроения и потребности, а также действия по реализации этих потребностей. Добавим также очень важное для нашего исследования замечание русского философа С.Л. Франка о том, что «общественная жизнь есть, как мы знаем, выражение, воплощение вовне духовной жизни»10. В исследовании рассматриваются только те аспекты общественной жизни Санкт-Петербурга, которые непосредственно связаны с религиозной сферой.

После первой российской революции задачи, формы и методы участия Русской Православной Церкви в общественной жизни Петербурга изменились, причем особенности этого процесса можно выявить и показать только на конкретных примерах. Православные общества и братства трезвости продемонстрировали пример самоорганизации населения и особенности этого явления в российской столице. Изучение истории этих церковных организаций позволяет проанализировать проблему воспитания паствы на основе христианских идеалов и тенденции развития трезвенного движения11 как общественного явления, выявить конкретные формы и методы участия церкви в решении столь важного общественного вопроса. Для столичного духовенства острой проблемой стала конкуренция в сфере трезвенной деятельности, так как оказалось, что борьба шла за души прихожан. Духовные власти в столице столкнулось с народным трезвенническим движением во главе с братцем Иоанном (И.А. Чуриковым). По отношению к нему, как и ко многим другим подобным явлениям и деятелям, само духовенство не выступило «единым фронтом». На уровне столицы удалось проанализировать разные позиции как церковных деятелей, так и рядовых мирян. Рассмотрение данного комплекса проблем потребовало выделение их в отдельную вторую главу нашего исследования.

Оживление религиозной жизни после первой русской революции привело к бурному развитию ряду ярких и сложных явлений общественно-духовной жизни. Таким для Санкт-Петербурга было движение иоаннитов -ревностных почитателей о. Иоанна Кронштадтского, часть их которых была убеждена в том, что в его лице будто бы вторично на землю пришёл Иисус Христос. Центр движения находился в столице. При анализе взаимоотношений духовных властей Санкт-Петербурга и иоаннитов выявлены попытки совершенствования механизма управления религиозной жизнью населения, разнообразие позиций деятелей церкви по данному вопросу и их реакция на религиозную активность верующих.

Изучение участия Русской Православной Церкви в общественной жизни требует обращения к проблеме взаимодействия церкви и интеллигенции. Интеллектуально-духовные поиски представителей этой социальной группы чаще всего имели всероссийский характер, и практически невозможно выделить региональные особенности этого явления.

Известный исследователь С.Н. Савельев подчеркивал, что выделение петербургских богоискателей является «определенной условностью»12. При анализе отдельных событий региональный подход в принципе невозможен.

Примером может служить дискуссия вокруг сборника «Вехи»13.

По этим причинам названные выше проблемы — деятельность православных обществ и братств трезвости, взаимоотношения церковных властей Санкт-Петербурга и духовенства с народным движением чуриковцев, иоаннитов, составляющие особенные черты религиозно-общественной жизни столицы, были положены в основу содержания диссертационного исследования.

После революции 1905-1907 годов столичное духовенство оказалось в новых условиях, вызванных изменениями в общественно-политической обстановки и в законодательстве, которые изменили и социально-психологические обстоятельства его служения. Анализ направлений, форм и методов работы духовенства с паствой в этот период и изучение конкретных примеров реакции церковных учреждений и деятелей на эволюцию форм религиозно-общественной жизни различных социальных групп православного населения дают возможность более глубокого изучения истории Русской Православной Церкви и общественной жизни в 1907 — 1914 гг.

Цель и задачи исследования.

Цель исследования: изучить процесс поиска Русской Православной Церковью своего места в общественной жизни Санкт-Петербурга в новых условиях и рассмотреть степень включенности ее учреждений и деятелей в новые религиозно-общественные процессы.

Реализация поставленной цели предполагает решение следующих задач:

— раскрыть специфику задач, форм и методов участия Русской Православной Церкви в общественной жизни после первой российской революции и до начала Первой мировой войны (1907-1914 гг.); выяснить официальную точку зрения духовных властей и особенности позиции церковных деятелей Санкт-Петербурга по важнейшим вопросам участия в столичной общественной жизни;

— показать возможные направления взаимодействия духовенства и верующих в решении проблем общественной жизни (на примере участие столичного духовенства и мирян в организации православных братств и обществ трезвости);

— выявить механизм управления религиозной жизнью населения в новых условиях на примере отношения к народному трезвенническому движению чуриковцев:

— выяснить степень участия Русской Православной Церкви и отдельных ее деятелей в решении проблем общественной жизни и их реакцию на религиозную активность верующих на примере движения иоаннитов.

Хронологические рамки исследования охватывают период от окончания первой российской революции в июне 1907, когда Русская Православная Церковь вынуждена была поменять свою позицию по многим вопросам общественной жизни в результате произошедших политических, социальных и законодательных изменений. Верхняя граница исследования соответствует началу Первой мировой войны 1914 года, после чего и перед обществом, и перед церковью встали новые проблемы.

Географические рамки исследования ограничены границами города Санкт-Петербург по их состоянию на 1907-1914 годы.

Степень научной разработанности темы. Литература по теме исследования представлена в первую очередь исследованиями по истории Русской Православной Церкви. Как правило, в центре внимания их авторов находится проблема взаимоотношений Русской Православной Церкви и светской власти (государства), но в некоторых из них затрагивается и проблема ее участия в общественной жизни России в целом и Петербурга в частности. Отдельные проблемы, рассмотренные в работе, нашли также отражение в специальных исследованиях по истории русского сектантства, монографиях биографического характера. Сочинения, связанные с темой исследования можно условно разделить на три группы. Во-первых, это труды по общероссийской проблематике деятельности Русской Православной Церкви. Во-вторых, работы по отдельным направлениям и более частным вопросам истории церкви и религиозно-общественной жизни. В-третьих, в послереволюционной отечественной историографии выделяется литература краеведческого характера.

В дореволюционный период изучение участия Русской Православной Церкви в общественной жизни не успело получить значительного развития. Чаще всего эти вопросы возникали в ходе многочисленных дискуссий по проблемам православного прихода и при разработке законопроектов с целью его реформирования. В книге С.Г. Рункевича о приходской благотворительности обобщены сведения о ее состоянии на 1914 год. Ранее он опубликовал работу по той же теме, охватывающую период до 1900 года. При сравнении представленных сведений возникает вывод об отсутствии динамики в развитии столичной благотворительности в начале XX века. Анализируя деятельность церковных организаций, автор показал их просветительскую составляющую14. Обработанные данные о работе православных обществ трезвости представил чиновник Синода Ф.Виноградов15. В его труде деятельность трезвенных организаций столицы представлена как образец для подражания, но не указаны проблемы, стоявшие перед ними.

В советский период в 1920 — 1930-е годы исследования по истории Православной Церкви создавались под влиянием идеологических установок того времени, и утвердился односторонний подход в изучении данной проблемы. Церковь рассматривалась как орудие классовой политики самодержавия. Обобщающим трудом по истории Русской Православной Церкви является монография Н.М.Никольского16. Методологической основой исследования Н.М. Никольского была концепция «торгового капитализма», выдвинутая М.Н. Покровским. Автору монографии важно было показать постоянное и неотвратимое разложение церкви. Для 1920 — 1930-х гг. характерны «разоблачительные» исследования по истории церкви предреволюционного периода, в которых затрагивается проблема ее участия в общественной жизни. Исследователи того времени также предпочитали рассматривать Русскую Православную Церковь в переломные моменты ее истории. Б. Кандидов показывал «организационно-инструктивную работу» церкви по борьбе с революцией: проведение епархиальных съездов, создание православных братств, развитие церковной печати17. Несколько в стороне стоит памятная записка протоиерея М.П. Чельцова «В чем причина церковной разрухи в 1920-1930 гг.»18, созданная в 1931 году и опубликованная только в 1995 году. Ее автор значительное место уделил характеристике петербургского духовенства начала XX века как идущего всегда «впереди по всем вопросам и интересам жизни». Митрополит Антоний в записке был представлен как пример для подражания других руководителей епархий 20-х годов XX века. В работе Чельцова оказались соединены воспоминания и исследование.

Сочинение Н.Ф.Платонова «Православная Церковь в борьбе с революционным движением в России (1900-1917)» было создано во второй половине 30-х годов, но опубликовано после смерти автора. Н.Ф.Платонов был обновленческим ленинградским митрополитом, затем порвал с церковью и стал её критиком с атеистических позиций. В его исследовании с привлечением архивного материала показаны формы и методы участия Русской Православной Церкви в общественной жизни России. К сожалению, часто оценки автора в силу понятных обстоятельств являлись не совсем корректными. Н.Ф.Платонов дал свое объяснение ряда любопытных явлений. Он, в частности, попытался объяснить, почему П.А.Столыпин иначе относился к религиозным народным поискам, чем деятели Русской Православной Церкви. Платонов утверждал, что Столыпин демонстрировал таким образом «религиозную свободу» и использовал «братцев», чтобы «одурачить отсталые слои рабочих и крестьян». Также Платонов рассматривал благотворительную и просветительскую деятельность церкви, но оценивал ее очень негативно19.

В историографии 1960 — 1970-х годов велась разработка, в основном, вопросов истории противоцерковных течений и реакции на них Русской Православной Церкви. В исследовании Е.Ф.Грекулова «Православная инквизиция в России» показаны методы борьбы церкви с оппозиционными течениями . В другой работе автор обратил внимание на оживление религиозной пропаганды, которое проявилось в канонизации новых святых и мероприятиях, проводимых по этому поводу. Е.Ф.Грекулов подчеркивал, что они проходили на фоне снижения благочестия населения21. Л.И. Емелях на большом фактическом материале показала негативное отношение крестьян к церкви, в том числе и крестьян, ушедших в города22. В коллективной монографии «Церковь в истории России» рассмотрен ряд особенностей общественно-православной жизни в начале XX века, например, работа церковных братств23.

В 1980-е годы идет поиск новых подходов к изучению роли православной церкви в истории России и разработка отдельных вопросов этой проблемы. Вышла брошюра известного религиоведа И.А. Крывелева, посвященная Русской Православной Церкви в первой четверти XX века. Автор отмечал методы воздействия церкви на народ (проповеди, участие в юбилейных торжествах)24. В своей статье о социально-политической позиции церкви в 1905-1916 гг. Н.П. Красников сделал вывод, что становление ее на «путь приспособления к требованиям времени осуществлялось лишь во имя сохранения религии и эксплуататорского строя»25. За хронологические рамки заявленной темы выходит монография П.Н. Зырянова «Православная Церковь в борьбе с революцией 1905-1907 гг.», которая в определенной мере раскрывает проблему участия Православной Церкви в общественной жизни, так как ее автор показывает разнообразные методы работы православного духовенства26. Очень важным этапом в изучении истории Православной Церкви стал выход коллективной монографии «Русское православие: вехи истории». В ней подробно раскрываются различные аспекты деятельности церкви в начале XX века: миссионерская деятельность, цензурная политика27, работа церковных организаций.

В современной российской историографии значительное место заняли исследования по истории церковно-государственных отношений. Данная проблема получила отражение в работах петербургского историка С.Л. Фирсова. В монографии «Православная церковь и государство в последнее десятилетие существования самодержавия в России» автор рассматривает, в том числе, проблему нарастания кризисных явлений в жизни церкви и общества. Фирсов считает, что «неумение (а часто нежелание) православных пастырей заниматься «борьбой за души», подменявшееся в течение длительного времени полицейской борьбой с религиозным свободомыслием, в начале XX века стали главной бедой церкви»28. В другой своей монографии С.Л. Фирсов проанализировал проблему союза церкви и государства. Он показывает, что церковь хорошо осознавала проблемы, которые стояли перед ней в связи с изменениями в стране29. В работе В. А. Федорова также поднимается проблема государственно-церковных отношений, но уже на протяжении всего Синодального периода. Автор обращается к вопросам религиозно-общественной жизни: анализирует процесс возвращения в церковь интеллигенции, взаимоотношения священников и паствы, миссионерскую деятельность православного духовенства30.

В недавно вышедшей монографии «Духовенство Русской Православной Церкви и свержение монархии (начало XX в. — конец 1917 г.)» М.А.Бабкин пишет о широком участии церкви в общественной деятельности в начале XX века. Главной целью историка является стремление подвести читателя к мысли о том, что церковь была заинтересована в «отдалении» от государства, и православное духовенство в целом сыграло важную роль в революционном процессе, направленном на свержение монархии в России31. Ряд работ последних лет созданы представителями православного духовенства. В книге протоиерея Владислава Цыпина «История Русской Православной Церкви»32 рассматривается религиозно-нравственное состояние общества и церковная жизнь в царствование Николая II. В издании «История Русской Православной Церкви. Новый патриарший период. 1917-1970 гг.» первая глава посвящена анализу проблем истории церкви в начале XX века . Среди этих проблем называются движение «иоаннитов» и другие явления религиозной народной жизни, широкое распространение сектантства русского и зарубежного происхождения. В статье Т.Г. Леонтьевой «Вера и бунт: духовенство в революционном обществе России начала XX века» рассмотрены «революционные» сбои в психике молодежи из духовной среды. Автор подчеркивает: «Поскольку в массе своей в начале XX в. духовенство оказалось неспособным вписаться в процесс общественных преобразований, на передний край выдвинулись совсем иные «властители дум»34.

Исторические исследования по отдельным направлениям и более частным вопросам истории церкви и религиозно-общественной жизни труднее подаются группировке. Проблема законодательных изменений, которые могли бы способствовать усилению активности церкви в общественной жизни, неоднократно была рассмотрена в работах последних лет. В статье Т.Г. Фруменковой проанализирована деятельность комиссии по делам православной церкви Государственной думы III и IV созывов35. В ней показано, что большинство членов комиссии выступали за скорейшее проведение церковных реформ, и часто вносили значительные изменения в тексты законопроектов. Например, при обсуждении проекта Устава о православном приходе некоторые думцы из духовного сословия высказывались за право прихожан представлять епархиальной власти своих кандидатов и т.д.

В исследовании A.A. Дорской рассматриваются общественные ожидания в связи с вопросом о свободе совести, а также законотворческая деятельность высших и центральных учреждений России в данном направлении в 1905-1917 годах. Автор подчеркивает, что решение проблемы было невозможно без отделения церкви от государства, но на такой шаг власть не могла решиться36. Другую свою работу — монографию «Государственное и церковное право Российской империи: проблемы взаимодействия взаимовлияния»37 А.А Дорская посвятила изучению «органов церковной власти, способов их формирования и нормативно-правовой базе, на основе которой осуществлялась их деятельность» на протяжении XIX — начала XX веков. Автору удалось показать структуру духовной власти, в том числе, на уровне епархии, правовой статус приходских попечительств и церковных братств, развитие института церковных старост.

Некоторые авторы современного периода разрабатывают проблемы участия церкви в общественной жизни страны в другие исторические периоды, а также историю российских общественных организаций начала XX века. Монография М.В.Никулина «Православная Церковь в общественной жизни России (конец 1850-х — конец 1870-х гг.) ставит вопрос о подлинной роли церкви в общественной жизни страны и об особенностях религиозного мировосприятия общества в эпоху реформ. Подобный подход к изучению церкви представляется весьма плодотворным. В работе A.C. Тумановой проанализированы процессы самоорганизации российского общества, показаны изменения их положения в начале XX века и выработаны методологические подходы к исследованию поставленной проблемы. Деятельность церковно-общественных организаций автор не рассматривала . В исследовании Т.Г. Фруменковой на обширном архивном материале показано, что в течение 1917 года была заменена значительная часть епархиальных архиереев. Автор подчеркивает, что «главную роль в организации протеста против архиереев сыграли общественные организации белого духовенства и прихожан»40. Несомненно, проявление общественной жизни Петербурга имело и такую форму, как салоны, характерные для России с XIX века. Исследователь правомонархических салонов Петербурга Д.И. Стогов подчеркивал, что среди них были и салоны религиозно-политического характера, регулярно посещаемые церковными иерархами и синодальными чиновниками41.

Праздники религиозного характера и участие Православной Церкви в различных торжествах только в последние десятилетия стали темой работ отечественных исследователей. История праздничной культуры Петербурга рассмотрена в книге Е.Э. Келлера.42 Он подчеркивает, что «в петербургском городском ритуале церковное, традиционное и светское оказываются в неразрывной связи: его компонентами становятся как церковный обряд, так и придворно-воинский церемониал»43. Проведение важнейшего православного праздника Пасхи в Москве и Петербурге на рубеже XIX - XX вв. проанализировано в статье Н.Д. Рогожиной. Автор считает, что «в итоге религия, церковь и церковные торжества стали возвращать себе прежнее значение в обществе»44.

Одной из самых популярных тем современной историографии является благотворительная деятельность Русской Православной Церкви. Благотворительная деятельность церкви на протяжении всей ее истории показана в работе Е.А. Вороновой. В ней даются определения понятий «благотворительность», «социальный институт» и определены социальные функции церкви. История самой православной благотворительности, в том числе, раздел, посвященный Санкт-Петербургской епархии, изложена очень схематично45. В работе петербургского историка А.Р. Соколова отдельная глава посвящена проблеме развития приходской и других форм околоцерковной благотворительности в конце XIX века46. В исследовании Д.А. Пашенцева рассматривается церковная благотворительность в конце XIX — начале XX века47. Автор проанализировал особенности благотворительных инициатив церкви, исследовал содержание, формы и методы благотворительной деятельности. Д.А. Пашенцев выделил три уровня осуществления церковной благотворительности: синодальный, епархиальный и местный (приходской). Значительно шире поставлена проблема взаимоотношений Православной Церкви и общества в монографии С.Г.Зубановой «Социальное служение Русской Православной Церкви в XIX веке». Хронологически работа не захватывает рамки данного исследования, но рассмотрение направлений, форм и методов влияния духовенства на состояние общества, участие в благотворительности и другие аспекты методологически оказалось очень полезным при подготовке диссертации. С.Г.Зубанова предлагает авторское определение категории «социальное служение церкви»48. Статья Т.И. Чистяковой содержит общий очерк христианской благотворительности в Петербурге с использованием хорошо известных дореволюционных работ по теме и без обращения к архивным материалам49.

В статьях Ю. Максимова и В. Цыганкова показана работа православных обществ трезвости и участие церковных деятелей в борьбе за народную трезвость в дореволюционной России с целью использования их опыта в современных условиях50. Деятельность православных трезвенных организаций в 1907-1914 гг. нашла отражение в исследовании А. Л. Афанасьева51. Автор раскрыл деятельность разных обществ трезвости, в том числе и церковных, но недостаточно определил их особенности. Историю движения трезвенников-чуриковцев он также рассмотрел только с позиции их антиалкогольной деятельности. В последнее время появились работы, посвященные православному движению за трезвость в отдельных регионах52. В статье Н.Г. Жуковой дается очерк деятельности обществ трезвости при церквах Санкт-Петербургской епархии на основе изучения печатных отчетов и материалов ЦГИА СПб . Значительное место в статье занимает перечисление фондов ЦГИА СПб и весьма поверхностная характеристика документов из них по заявленной теме.

Отдельную группу научных трудов составляют произведения, посвященные деятельности течений и сект, наиболее активно противостоящих Русской Православной Церкви в Санкт-Петербурге. Многочисленные труды православных духовных лиц, посвященные сектантам, отличаются однозначностью в подаче материала и обычно носят публицистический характер54. Известным советским историком сектантства являлся А.И.Клибанов. В своем исследовании он подробно излагает историю различных сект (евангельских христиан, баптистов, пашковцев) в конце XIX-начале XX века, почти не затрагивая вопрос об их противостоянии Православной Церкви 55. Среди современных исследований значительный интерес представляет работа Л.H. Митрохина, в которой рассматривается не только деятельность баптистов, но и близких к ним евангельских христиан, а также пашковцев56. В работе Н.И.Юдина «Чуриковщина»57 дается развернутый очерк этого народного трезвеннического движения с его возникновения до 60-х годов XX века. Главная цель работы — разоблачение взглядов чуриковцев. Очень непростые отношения церкви и лидера движения И.А. Чурикова показаны весьма упрощенно. Движение иоаннитов рассматривалось в литературе, посвященной Иоанну Кронштадтскому. В работе Н.С. Гордиенко подчеркивалось, что по требованию духовных властей Иоанну Кронштадтский осудил иоаннитов, но как секта они продолжали существовать58.

В настоящее время увеличилось количество исследований, посвященных церковным деятелям, которые играли заметную роль в общественной жизни. Книга о новомученнике и видном деятеле Русской Православной Церкви Философе Николаевиче Орнатском дает общий обзор его разносторонней церковно-общественной деятельности, в том числе, и как главы Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви. Следует отметить, что ее автор В.П. Филимонов использовал материалы ЦГИА СПб59. Очерк Н.И. Уложенко «Священномученик Философ Орнатский» эмоционально окрашен и не ставит перед собой задачи проведения исторического исследования60.

Отдельные аспекты проблемы - историю храмов и действовавших при них церковных обществ, участие духовенства в некоторых сферах общественной жизни рассматривает краеведческая литература, включая монографии последних десятилетий. В краеведческих изданиях советского периода проблема участия церкви в жизни Петербурга практически не рассматривалась. Примером может служить фундаментальное издание «Очерки истории Ленинграда»61. Если на страницы данного издания и попадали материалы о духовенстве и религиозной жизни, то такого характера как об антиалкогольном съезде: «На съезде было много попов, которые предлагали «лечить от зеленого змия» религией»62. С конца 1990-х годов появляются работы, авторы которых обращаются к проблемам истории церкви и духовенства в Санкт-Петербурге. Двухтомник И.А. Муравьевой «Век модерна»63 повествует об общественной жизни Петербурга, уделяя внимание и деятельности Русской Православной Церкви, но ее существенным недостатком является отсутствие научно-справочного аппарата (сносок, списка источников и литературы). В виде очерков о разных этапах развития Петербурга выполнена книга Е.А. Игнатовой, автор которой стремился показать обыденную жизнь города, рассмотрела ее религиозные аспекты и особую атмосферу начала XX века64. В ряде изданий показаны разные стороны религиозной жизни столицы65. В книгах журналиста С. Глезерова показаны различные направления общественной жизни Петербурга начала XX века, их особенностью является очерковый характер66. В статье Т.Н. Трусовой дается лишь общая характеристика

СП православного духовенства Петербурга на рубеже XIX — XX веков. Основанная на архивных источниках статья Н.Г. Дружинкиной об Обществе распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви рассматривает только процесс его основания и начало о работы. В современных изданиях по истории отдельных петербургских храмов авторы освещают разные стороны приходской жизни. Примером может служить книга Е.В. Исаковой и М.В. Шкаровского о Владимирском соборе и храмах приходской слободы69.

Зарубежная историография представлена, в первую очередь, исследованиями деятелей русской эмиграции — историками и представителями духовенства. Протопресвитер Г. Шавельский написал не только мемуары, но и книгу «Русская Церковь перед революцией»70, в которой соединились черты мемуаров и исследовательской работы, ее автор выявляет черты дореволюционной церковной жизни. В исследовании Г.В. Флоровского рассматривалась расхождение веры интеллигенции и народа, роль в этом православного богословия71.

В объемном и охватывающем весь синодальный период труде немецкого историка русского происхождения Игоря Смолича «История Русской Церкви. 1700 - 1917 гг.» освещена деятельность церковных институтов, духовное окормление паствы, усилия по повышению её религиозно — нравственного уровня и миссионерство. Автор показывает их развитие на протяжении всего синодального периода, что позволяет проследить тенденции в развитии общественно-церковной жизни72. Канадский историк Д.Поспеловский, анализируя положение РПЦ в начале XX века, показывает кризис православия. Выделяя такие черты времени, как рост церковных обществ, активные духовные поиски россиян, он подчеркивает, что это были «атмосферные перемены, не институционные»73. Д.Поспеловский формулирует причины, по которым церкви после революции 1905-1907 годов не удалось добиться изменений в своем положении. В небольшой работе С.Г.Пушкарева «Роль Православной Церкви в истории России» утверждается, что «дружественное сотрудничество» между церковью и обществом нарушилось74. Место церкви в «русском религиозном возрождении», а также духовные поиски начала XX века освещает исследование Н.М.Зернова75.

В обширной работе американского исследователя Д.Куртиса нашел отражение ряд сюжетов, связанных с участием церкви в общественной жизни России. Автор рассмотрел проблему отношения Русской Православной Церкви к «новым сектам», в том числе, к трезвенникам, и деятельность в этой связи Государственной Думы. Также он обратил внимание на использование административно-полицейских мер в борьбе с неправославными вероисповеданиями76.

Статья Г. Л.Фриза «Церковь, религия и политическая культура на закате старой России» рассматривает проблему взаимоотношений религии и политики в условиях революционной ситуации. Ее автор делает вывод о политизации Русской Православной Церкви77. Значение религиозного фактора при создании образа самодержавия, в том числе, при проведении праздничных торжеств в конце XIX — начале XX века, рассмотрено в статье Р. Уортмана78. Темой исследований К.Н. Цимбаева, работающего в Германии, стал анализ юбилейных торжеств, проходивших на рубеже XIX-XX вв. Он утверждает, что пышные юбилеи преследовали цель объединить народ вокруг трона и церкви, и показывает место в этих праздниках религиозных церемоний: литургий, молебнов, проповедей79.

В зарубежной историографии появился ряд работ, посвященных Иоанну Кронштадтскому, которые содержали критику иоаннитов. Некоторые сочинения являются одновременно и источниками мемуарного характера.

Выделим работы И.К. Сурского80 и А. Семенова-Тян-Шанского81. Их авторы обращаются к проблеме почитателей о. Иоанна, в том числе, иоаннитов. Оба современника стремились показать, что Иоанн Кронштадтский не был связан с иоаннитами, и их деятельность стала причиной его огорчений в последние годы жизни. В монографии американской исследовательницы Н. Киценко82 «описываются взаимоотношения о. Иоанна Кронштадтского и современного ему русского общества». Автор обращается к сложным вопросам социально-церковной проблематики, включая проблему прижизненного почитания Иоанна Кронштадтского и отношение его к этому явлению, составлявшему политический контекст диалога церкви и общества». Н. Киценко отдельную главу посвятила иоаннитам, но не показала их деятельность и отношение к ним духовных властей в 10-е годы XX века.

Итак, в исследованиях советского периода были намечены общие направления участия Русской Православной Церкви в общественной жизни, но присутствовали негативные оценки и упрощение ситуации. Зарубежная и современная историография рассматривают в целом историю церкви и ее взаимоотношений с государством в начале XX века. Авторы ряда работ предприняли попытку рассмотреть отдельные направления поиска Русской Православной Церковью своего места в общественной жизни Санкт-Петербурга. До сего дня в историографии не было ни одной работы, в которой в полной мере было бы рассмотрено участие Русской Православной Церкви в общественной жизни Санкт-Петербурга в 1907- 1914 годах.

В работе использована и справочная литература по истории Православной Церкви и по религиозной истории Петербурга. «Православная богословская энциклопедия», выпуск которой продолжается, содержит значительный материал по теме исследования. Коллективный труд «Русская Православная Церковь» (отдельный том «Православной энциклопедии») включает главы о приходе, епархиях83. В последнее время вышел ряд справочников и книг по религиозной жизни Петербурга, а также отдельным аспектам данной проблемы84.

Источниковая база исследования обширна и разнообразна. В работе использованы документальные и повествовательные письменные исторические источники разных видов. Источниковой базой исследования, в первую очередь, послужили материалы 18 фондов трех архивов (РГИА, ЦГИА СПб и ОР РНБ), причем многие из них впервые вводятся в научный оборот. Поскольку географические границы исследования распространяются на город Санкт-Петербург, то возникают определенные трудности при анализе источников и вычленении из них материалов, относящихся к петербургской жизни.

Документальные источники представлены, прежде всего, законодательными актами. Часть из них определяет те традиционные условия, в которых церковь работала раньше и привыкла работать. К ним следует отнести Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями85, Уголовное уложение86, Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия (II. Правила о положении усиленной охраны)87, Устав духовных консисторий88. Другие законодательные акты были приняты во время Первой российской революции. Положение Русской Православной Церкви в государственной системе Российской империи определялось в седьмой главе (ст.62-68) Основных законов Российской империи от 23 апреля 1906 года89. В них сохранено положение Православной Церкви как главной конфессии в империи. Указ 17 апреля 1905 г. «Об укреплении начал веротерпимости»90 отменял преследование за отпадение от православной веры в другое христианское исповедание или вероучение, улучшил положение старообрядческих и сектантских общин. Манифест 17 октября 1905 г. даровал «основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов»91. Во Временных правилах о союзах и обществах 4 марта 1906 г. оговорилась, что религиозные организации могли открываться только с разрешения духовных властей92.

Важное место среди документальных источников занимают делопроизводственные источники. Определения Синода обычно публиковались в официальном периодическом издании «Церковные Ведомости». Определение Синода от 18-25 ноября 1906 г. (Правила, определяющие отношение церковных властей к обществам и союзам, возникающим в недрах Православной Церкви и вне её и к общественно-политической и литературной деятельности церковных должностных лиц) последовало за Временными правилами о союзах и обществах 4 марта 1906 г. и обозначило позицию церковных властей по данному вопросу93. Правила об устройстве внутренней миссии Православной Русской Церкви, опубликованные по определению Синода 20-26 мая 1908 г., предлагали духовенству новые методы миссионерской работы в изменившихся общественных условиях94. Определение Синода 4-6 июня 1909 года призывало духовенство к участию в борьбе с народным пьянством95. Некоторые определения Синода публиковались не полностью или не публиковались вовсе, а сохранили в архивных делах.

Среди опубликованных отчетов следует назвать всеподданнейшие отчеты обер-прокурора Синода по ведомству православного исповедания за 1905 — 1914 гг.96. Они позволяют увидеть общие тенденции в деятельности духовного ведомства. В них помещались самые важные определения Синода, часто с дополнениями и разъяснениями. В фонде 796 канцелярии Синода сосредоточены отчеты о состоянии Санкт-Петербургской епархии за данный период. Отчеты характеризовали изменения в епархиальном управлении, деятельность церковно-общественных учреждений, давали оценку состояния паствы и духовенства97. Отчет о состоянии Санкт-Петербургской епархии за 1912 г., отсутствующий в РГИА, сохранился в фонде 19 Петроградской консистории98.

Церковные общества и братства также публиковали отчеты о своей деятельности. В работе использованы, в частности, отчеты Общества распространения религиозно — нравственного просвещения в духе Православной Церкви99. В наиболее полном виде в них содержится информация о работе, проделанной за отчетный период (чаще за год или два, но может быть и больше), с перечнем мероприятий и подробным их описанием; финансовый отчет; список руководителей и членов общества (иногда только отдельных категорий членов). Александро-Невское общество трезвости тоже входило в состав Общества распространения религиозно -нравственного просвещения в духе Православной Церкви, поэтому его отчеты включались в общий отчет. Александро-Невское общество трезвости выпускало свои отчеты и отдельными брошюрами.100 Часть отчетов снабжалась фотографиями, иллюстрирующими мероприятия общества и изображающими храмы, при которых оно действовало101. Отчеты могли содержать сведения об общероссийских и местных мероприятиях, в которых приняла участие организация. Иногда отчеты организаций не содержали в названии слово «отчет» и имели характер очерка102. Если в состав общества трезвости входили какие-либо учреждения или отделения, то о них в отчетах содержалась подробная информация, в том числе адреса, имена местных руководителей. Не все церковные организации могли позволить издать печатный отчет. В фондах РГИА сохранились отчеты не только в печатном, но и в рукописном виде103.

Отдельную и очень важную группу документальных делопроизводственных источников составляют уставы различных организаций. Уставы церковных обществ трезвости и подобных им организаций содержат информацию о времени утверждения, цели, методах её реализации, направления деятельности, его организационной структуре, финансовых источниках, порядке закрытия. Уставы утверждались главами епархий, но встречались и исключения из правил. В Санкт-Петербургской епархии был подготовлен и опубликован типовой документ — «нормальный устав» приходских братств трезвости», чтобы ускорить и облегчить создание подобных организаций. Анализ уставов позволяет выявить местные особенности обществ на уровне епархии и приходов. Особенно интересной была процедура вступления в общество трезвости. В уставах могли указать имена священнослужителей — руководителей общества. Иногда в уставе содержались образцы членских билетов или заменявших их документов. К уставам близки и правила, которые принимали некоторые организации. Следует обратить внимание, что не все приходские антиалкогольные организации имели печатные уставы. Сохранились и проекты Уставов общественных организаций, которые не получили разрешение на открытие (чаще всего их уставы не опубликованы) или работали незначительное время104.

Значительная часть делопроизводственных источников, прежде всего, материалы деловой переписки, извлечена из фондов петербургских архивов. В Российском государственном историческом архиве источники по теме исследования сосредоточены в фонде 796 канцелярии Святейшего Синода105 и фонде 797 канцелярии обер-прокурора Святейшего Синода106. Материалы деловой переписки, сохранившиеся в фонде канцелярии Синода, позволяют выявить процесс и особенности принятия решений по разным о вопросам общественной жизни, содержат рапорты и справки по многим аспектам заявленной темы. В фонде канцелярии обер-прокурора Синода содержится обширный комплекс материалов переписки обер-прокурора с митрополитом Санкт-Петербургским, со светскими учреждениями и другими инстанциями. Эти документы позволяют выявить внутренние механизмы принятия решений. В этом фонде собраны значительные материалы о деятельности духовенства по борьбе с народным пьянством.

Все документы вероисповедного характера, поступавшие в Министерство внутренних дел, отправлялись в его Департамент духовных дел иностранных исповеданий (фонд 821 РГИА). Особую важность представляют рапорты полиции о наблюдении за И. Чуриковым, проверка сообщений, появлявшихся в прессе. Для раскрытия темы важны материалы фонда, повествующие о деятельности различных сект или подозреваемых в отклонении от православия в столице. По ряду вопросов деятельности церковных организаций требовалось разрешение Министерства внутренних дел, поэтому часть материалов сохранилась в фонде 1284 Департамента общих дел Министерства внутренних дел107. В фонде 1288 Главного управления по делам местного хозяйства108 во время работы над проектом изменений в организации попечительств о народной трезвости были собраны сведения обо всех, а не только православных, антиалкогольных организациях Петербурга и России. Материалы по Санкт-Петербургской губернии выделены в особое дело, и возникает возможность их сравнения с аналогичными материалами, сохранившимися в фонде обер-прокурора.

В ряде случаев потребовалось обращение к фонду 776 Главного управления по делам печати Министерства внутренних дел. В нем хранятся документы, которые освещают историю периодических изданий, тесно связанных с иоаннитским движением, таких, как журнала «Кронштадтский маяк» и газета «Гроза»109. Деловое письмо главы Александро-Невского общества трезвости к известной общественной деятельнице А.В. Щварц сохранилось в личном фонде Щварц — Томилиных (ф. Ю86)110. В различных фондах удалось обнаружить дела о епархиальных миссионерах. В фонде 802 Учебного комитета при Синоде сохранились документы о миссионере Д.И. Боголюбове111. Материалы, характеризующие деятельность петербургского миссионера И.Г. Айвазова и его продвижение по службе, обнаружены в 112 фонде 1409 Собственной его императорского величества канцелярия и фонде 1579 директора канцелярии обер-прокурора Св. Синода В. И. Яцкевича113.

Использованы также делопроизводственные источники, сохранившиеся в фондах Центрального государственного исторического архива города Санкт-Петербурга. Значительная их часть размещается в фонде 19 Петроградской консистории114. Это переписка с различными инстанциями, указы консистории, сведения, собранные по распоряжению вышестоящих инстанций. В этом же фонде сохранились отчеты епархиальных миссионеров, в которых встречаемся их личная оценка событий и явлений. Фонд 569 канцелярии Петроградского градоначальника располагает значительными материалами, полученными в результате наблюдения за иоаннитами, а также сведениями о столичных обществах трезвости115. Материалы об иоаннитах сохранились в фонде 2075 канцелярии Петербургского генерал-губернатора. Источники по истории трезвеннического движения, в том числе, и о взаимоотношениях его деятелей с духовенством, собраны в фонде 680 религиозного общества последователей братца Иоанна Чурикова116. Материалы по теме исследования также сохранились в фонде 2215 Общества религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви117 и фонде 2216 Общества в память Иоанна Кронштадтского118, а также в фонде 1304 Балтийского завода119.

Из повествовательных источников использованы, прежде всего, источники личного происхождения — дневники и мемуары участников событий. Личные источники дополняют документальные материалы. Они сохранили личный, субъективный взгляд на происходившее, на деятелей эпохи, позволили посмотреть на многие события и явления изнутри. Прежде всего, потребовалось обратиться к источникам личного происхождения, созданными деятелями Русской Православной Церкви. Характеристика эпохи и отдельных ее явлений содержится в воспоминаниях митрополита Евлогия Георгиевского120, а также митрополита Вениамина (Федченкова)121.

Интересным источником по истории церкви является книга протопресвитера Г. Шавельского «Русская Церковь пред революцией»122, в которой автор выступает и в качестве исследователя, и в качестве мемуариста. Дневники отца Иоанна Кронштадтского необходимы для выяснения в конкретный период отношения автора к событиям и явлениям религиозно-общественной жизни 123.

Ряд воспоминаний и дневников были созданы жителями Петербурга. Они содержат информацию о жизни столицы начала XX века, что обычно отражено в их заглавии. Д.А.Засосов и В.И. Пызин в своих совместных мемуарах передали особенности религиозной жизни столицы, показали проявления православия на бытовом уровне124. В воспоминаниях известного художника М.А. Григорьева125 и писателя Г. Успенского126, в дневниковых записях литератора С.Р.Минцлова127 о Петербурге 1910-х годов были переданы черты и атмосфера петербургской жизни, содержались отклики на происходившие в городе события, но религиозные и церковные вопросы обойдены авторами.

Отдельную группу составляют источники личного происхождения, которые были созданы общественными и государственными деятелями того времени, жившими в столице. В Отделе рукописей РНБ находится дневник секретаря Религиозно — философского общества С.П. Каблукова. Его автор интересовался событиями религиозной жизни столицы, поэтому в дневнике были изложены внутренние причины поступков деятелей того времени и скрытые стороны событий столицы. Он фиксировал не только свое суждение, но и мнения людей из своего круга общения, в который входили деятели церкви128. У дневников С.П. Каблукова существует интересная особенность: их автор тщательно сохранял письма к себе и иногда черновики своих ответов на них. Дневники A.B. Богданович содержат характеристики современников — церковных деятелей (в частности, митрополита Антония) и представителей правых кругов (В.М. Скворцова, H.H. Жеденова)129. Опубликованные дневниковые записи московского публициста монархического направления Л.А.Тихомирова были сделаны после его перехода на государственную службу по приглашению П.А. Столыпина и сохранили взгляд со стороны на столичную религиозно-общественную жизнь130. В мемуарах С.Ю. Витте сохранились высказывания по поводу особого почитание Иоанна Кронштадтского 131. В творческих автобиографиях Н.А.Бердяева132 и С.Н.Булгакова133 дается характеристика особенностей петербургской жизни и черты времени. Точные наблюдения за событиями и людьми содержат мемуары З.Н.Гиппиус134, A.B. Тырковой-Вильяме135. В дневниковых записях В.В.Розанова содержатся интересные мнение о явлениях того времени136.

Важным и ценным источником для раскрытия темы является периодическая печать и публицистика. Официальными изданиями Синода являлись журналы «Церковные Ведомости»137, «Прибавления к Церковным ведомостям». В «Церковных Ведомостях», публиковались определения Синода. В неофициальной части — «Прибавления к Церковным ведомостям»138 помещали статьи по актуальным вопросам и сообщения о событиях церковной жизни. Журнал «Церковные ведомости» издавался при Синоде и публиковал все официальные документы. «Прибавления к «Церковным ведомостям» печатали хроники церковно-общественной жизни, стенограммы и решения IV Миссионерского съезда в Киеве (1908 г.), статьи по различным вопросам современной церковной жизни, полемические заметки. Журнал внутренней миссии «Миссионерское обозрение»139 и газета «Колокол»140, которые возглавлял чиновник особых поручений при обер-прокуроре Синода В.М. Скворцов, участвовали в полемике с рядом православных изданий и писали о событиях религиозно-общественной жизни, часто выступая с крайне ортодоксальных позиций. Из православной прессы использованы также материалы журналов «Русский паломник»141, «Православный путеводитель»142, журнала Петербургской Духовной академии «Церковный вестник»143, издания общества в память Иоанна Кронштадтского «Кронштадтский пастырь»144. Публикации по интересующей нас теме помещали столичные газеты общего характера "Петербургский листок»145, простолыпинская газета «Россия»146, журнал Исторический вестник»147.

Журнал «Известия по Санкт-Петербургской епархии»148, издаваемые при журнале «Отдых христианина», публиковал официальные документы епархиального начальства, хроники местной церковно-общественной жизни.

В Петербурге выходило два издания церковных обществ трезвости: Трезвые всходы»149, «Трезвая жизнь»150.

Еженедельный журнал «Кронштадтский маяк»151 (1906-1912 гг.) выступал как неофициальный орган иоаннитского движения. Журнал регулярно публиковал проповеди Иоанна Кронштадтского, а также статьи о его «чудесах», критиковал церковь с правых позиций, выпускал много приложений. Газета «Гроза» выступала в защиту иоаннитов и полемизировала с их критиками152. Четко было обозначено отношение правомонархического движения к иоаннитам к газете «Вече»153.

Важным источником по теме исследования являются и отдельные публицистические сочинения. Круг использованных публицистических источников включает в себя работы духовенства и православных деятелей. Значительная часть сочинений православных миссионеров имеет публицистический характер и поэтому использована в качестве источников. Издания петербургских миссионеров Д. И. Боголюбова154 и И.Г. Айвазова155 позволяют выяснить их позицию по отношению к разным явлениям религиозно-общественной жизни, а также методы их миссионерской деятельности. Многие проблемы миссионерской работы были затронуты в изданиях известного миссионерского деятеля и руководителя газеты «Колокол» и журнала «Миссионерское обозрение» В.М. Скворцова156. Ценную информацию о противостоянии Православной Церкви и ее оппонентов содержит сборник докладов участников IV миссионерского

157 съезда «Русские сектанты, их культ и способы пропаганды» . В ряде случаев публикации деятелей церкви выходили по конкретным поводам. Резкая критика идей и деятельности братца Иоанна и его последователей содержит брошюра иеромонаха Вениамина (Федченкова)158. Попытка показать историю иоаннитов с позиций официальной церкви была предпринята В.Н. Терлецким159. В поддержку иоаннитов выступил игумен Арсений160. С целью разоблачения иоаннитов была издана книга священника Е. Зубарева161. Работы исследователей, придерживавшихся иных взглядов как, например A.C. Пругавина, также использованы в качеств источников162. К публицистическим изданиям примыкают и методические пособия в помощь духовенству по миссионерским и другим проблемам163.

Руководители и активные участники народно-религиозных движений сами оставили значительное публицистическое наследие. Выходили отдельными листами и потом сшивались беседы И.А.Чурикова164. Издание различных по характеру произведений И.А.Чурикова было предпринято его современными последователями, которые назвали их письмами и присвоили им номера. Однако в собрании они расположены далеко не всегда по хронологии и лишены научного комментария165. Велико публицистическое наследие иоаннитских лидеров Н.И. Большакова, В. Ф. Пустошкина166. Многие брошюры и книги были изданы в ответ на критику иоаннитов и разъясняли их позицию. Взгляды лидеров религиозных движений и события из жизни находили отражение в публикациях близких им деятелей167. Эта группа источников позволяет увидеть разнообразие взглядов по общественным вопросам в среде церковных деятелей и узнать мнение их оппонентов.

Особое место среди публицистических материалов занимают книги и брошюры для народа — поучительные, назидательные и антиалкогольные, издаваемые церковными организациями. Для них характерно использование языка, стилизованного под простонародный. Их содержание составляют простые житейские истории, рассказы о подвижниках трезвости168. Самое крупное общество трезвости — Александро-Невское — выпустило несколько десятков наименований книг и брошюр: в 1909 — 75 и в 1912 — 45169. К этой же системе источников относятся листовки и подобного типа издания — без них невозможно представить агитационную часть работы православных обществ. Листовки с воззваниями выпускали по поводу каких-либо мероприятий общества (крестные ходы, юбилеи обществ и т.д.)170.

Таким образом, тема исследования обеспечена источниками разных родов и видов.

Методологическая основа диссертации.

В основу исследования положены принципы историзма, объективности, научной достоверности и признания причинно-следственной закономерности событий, явлений и процессов. Формулировка суждений осуществляется на основе всестороннего осмысления совокупности фактов. Для достижения цели и решения задач исследования использовались методы исторического, сравнительно-исторического, проблемно-хронологического и источниковедческого анализа. Их применение обусловлено необходимостью реконструкции событий и явлений религиозно-общественной жизни Санкт-Петербурга, критического изучения и объективного интерпретирования документов, использованных в исследовании. В диссертации применены системно-структурный и историко-генетический методы, позволяющие проследить в динамике процессы изменений в различных сферах религиозно-общественной жизни в исследуемый период. Комплексный подход дает возможность системно изучать источники и историческую литературу. Метод исторического синтеза позволяет обобщить полученные выводы и создать картину участия Русской Православной Церкви в общественной жизни Петербурга.

Положения, выносимые на защиту:

1. В 1907-1914 годах, после Первой российской революции, столичное православное духовенство активно пыталось приспособиться к новым условиям общественной жизни и повысить свой авторитет. Участие Русской Православной Церкви в мероприятиях общегосударственного значения характеризовалось раз и навсегда отведенным ей местом и ролью в них.

Повседневная работа столичного православного духовенства с прихожанами отличалась большим разнообразием форм и методов. Самой значительной организацией, участвующей в общественно-религиозной жизни Петербурга, являлось Общество распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви.

2. В условиях повышенного интереса населения к иным вероучениям и падения авторитета Православной Церкви перед столичным православным духовенством встала задача оживить миссионерскую деятельность с привлечением прихожан и использованием накопленного опыта работы. В Петербурге в 1907-1914 гг. активизировались представители рациональных сект (пашковцы, баптисты, евангельские христиане), и православное духовенство вырабатывало методы противодействия их пропаганде.

3. Организация православных братств и обществ трезвости помогла накопить опыт взаимодействия духовенства и верующих в решении проблем общественной жизни. Важным принципом их деятельности являлась установка на образ жизни, достойный православного христианина. В Санкт-Петербурге действовала самая крупная из российских организаций — Александро-Невское общество трезвости, которое в 1914 г. было преобразовано во Всероссийское Александро-Невское братство трезвости.

4. Духовные поиски в народной среде привели к организации новых религиозных движений (иоанниты, чуриковцы). Деятели официальной церкви должны были выработать свое отношение к ним. Новые массовые религиозные движения объединяла борьба за праведный, по их представлениям, образ жизни (подчеркнутая приверженность к православным идеалам, отказ от светской культуры, трезвость).

5. Отношение петербургского духовенства и епархиальных властей к народному трезвенническому движению, возглавляемому братцем Иоанном Чуриковым, прошло в начале XX века два этапа. С 1907 г. до июня 1912 г. наблюдались попытки духовных властей поставить его под свой контроль. С июня 1912 до 1914 гг. отмечались репрессии с привлечением светских властей против Чурикова и его «малое отлучение».

6. Православная церковь, желая укрепить свой авторитет именем Иоанна Кронштадтского, столкнулась с движением, выходящим за рамки официального православия. Для движения иоаннитов характерно фанатичное почитание о. Иоанна Кронштадтского, вера в скорый конец света, формирование особого типа личности и своеобразного вида общины. Попытки организационного объединения иоаннитов были пресечены совместными усилиями духовных и светских властей. Часть петербургской церковной общественности, подчеркивая их праведность, выступала за их возвращение в лоно государственной церкви. Синод и многие миссионеры считали иоаннитство отходом от официального православия. В 1911-1914 годах репрессии по отношению к иоаннитам привели к упадку движения.

7. После преобразований в законодательной и общественно-политической сфере Русская Православная Церковь и духовенство попытались действовать по-новому в изменившихся условиях и конкурировать со своими оппонентами в религиозной сфере (представителями рациональных сект) или сотрудничать с не совсем каноничными народно-религиозными движениями. Однако действия методами убеждения и пропаганды требовали слишком много непривычных усилий, в том числе, активного привлечения мирян, и не давали быстрых желаемых результатов. Церковным деятелям пришлось обратиться за помощью к светским властям. Победила позиция тех деятелей, которые хотели вернуться к традиционным административным методам.

Научная новизна работы. Диссертация является первым комплексным исследованием, посвященным выявлению роли и основных форм участия Русской Православной Церкви в общественной жизни Петербурга в 1907-1914 гг. Период, определенный хронологическими рамками исследования, является малоизученным. Историков, прежде всего, привлекала деятельность Русской Православной Церкви в годы бурных общественных перемен, а не после их окончания, когда церковь и общество, пережившие политические, социальные и прочие изменения, продолжали существовать в новых условиях. Характерно, что изменения в форме и методах участия Православной Церкви в общественной жизни столицы становились заметными только по прошествии определенного времени.

Проблема взаимоотношений Русской Православной Церкви и общества в начале XX века не становилась темой отдельного исследования, хотя в монографиях и статьях некоторые ее аспекты нашли определенное отражение. Данная работа является попыткой исследования многообразия взглядов и форм личного участия представителей Русской Православной Церкви в общественной жизни Петербурга.

В диссертационной работе выяснены региональные особенности участия церкви в общественной жизни Санкт-Петербурга и процесс реализации решений Святейшего Синода на местном уровне. Выявлены трудности, с которыми приходилось сталкиваться духовенству в 1907-1914 гг., и разнообразие его подходов к явлениям общественной жизни.

Исследование показывает, что духовные поиски различных категорий православного населения реализовывались в таких формах общественной жизни, как формальные и неформальные организации или движения. Впервые показано, что взгляды членов Святейшего Синода и части столичных православных деятелей относительно иоаннитов, почитателей Иоанна Кронштадтского, и чуриковцев (трезвенников), сторонников братца Иоанна (Чурикова) значительно различались. Анализ источников свидетельствует, что новые движения стремились не порывать с Русской Православной Церковью. Если официальные руководители Русской Православной Церкви считали их сектами, то часть церковной общественности, подчеркивая их праведность, выступала за их возвращение в лоно церкви.

В научный оборот вводятся многие вновь выявленные архивные источники и публицистическая литература, которая ранее не использовались историками.

Теоретическая значимость исследования.

Работа призвана восполнить отсутствие в историографии исследований по проблеме участия Русской Православной Церкви в общественной жизни Санкт-Петербурга в период 1907-1914 годах. Результаты исследования могут использоваться при формулировании новых подходов в изучении истории церкви и общественной жизни России. Положения диссертации дают возможность осмысления исторического опыта церковно-общественной жизни начала XX века и могут послужить основой для новых исследований в области истории Русской Православной Церкви, общественной жизни Санкт-Петербурга.

Практическая значимость исследования.

Материалы и выводы диссертационного исследования могут быть использованы в общих работах по истории России, истории Русской Православной Церкви и духовенства, а также по истории Петербурга. Положения и выводы диссертации могут быть использованы для подготовки общих курсов по истории России, курсов по истории Русской Православной Церкви, курсах по выбору, посвященных истории сословий в России, истории общественной жизни в Петербурге в начале XX века.

Апробация результатов исследования.

Основные положения диссертации нашли отражение в публикациях автора по теме, были представлены на «Герценовских чтениях» (Санкт-Петербург, 2004, 2005, 2006, 2007, 2008, 2009, 2010 гг.), на научных конференциях молодых ученых «Науки о культуре — шаг в XXI век» (Москва, 2004), XXII Международной научной конференциях ассоциации исторической психологии «Быт как фактор экстремального влияния на историко-психологические особенности поведения людей» (Санкт-Петербург, 2007), XXV Международной научной конференции «Народы России: историко-психологические аспекты межэтнических и межконфессиональных отношений (Санкт-Петербург, 2009 г.), всероссийской научно-практической конференции «Международное и национальное правосудие: теория, история, практика» (2010 г.), XV ежегодной конференции Российской библиотечной ассоциации (Томск, 2010 г.). По теме диссертации опубликовано 15 статей.

Структура работы. Структура исследования определена задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и литературы.

Примечания

1 Ефремова Т. Ф. Новый словарь русского языка: толково-словообразовательный: В 2 т. М.,2000. Т.1. С. 1099.

2 Комплексный словарь русского языка. М., 2001. С.561.

3 Новая философская энциклопедия: в 4 т. М., 2000 - 2001. Т. 3. С.132.

4 Там же

5 Ефремова Т. Ф. Новый словарь русского языка: толково-словообразовательный: В 2 т. Т.1. С. 462.

6 Социальная философия: словарь. М., 2003.

7 Никулин М.В. Православная Церковь в общественной жизни России (конец 1850-х — конец 1870-х гг.). М., 2006. С. 12.

8 Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. — СПб., 1907. С.228.

9 Рогушина Л.Г. Особенности общественной жизни в царствование Александра 1.//Клио. 2009. № 4 (47). С. 52.

10 Франк.С.Л Духовные основы общества. Введение в социальную философию// Русское зарубежье: из истории социальной и правовой мысли. Л., 1991. С. 418.

11 Название трезвенное движение употребляем в прямом значении, что его конечная цель — трезвость человека. Народное движение обозначим по названию его участников — трезвенники — трезвенническим.

12 Савельева С.Н. Идейное банкротство богоискательства в России в начале XX века. Л., 1987. С. 11.

13 Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции. М., 1909.

14 Рункевич С.Г.Приходская благотворительность в Петербурге. СПб., 1914.

13 Церковные общества трезвости и подобные им учреждения. СПб., 1911.

16 Никольский Н.М. История русской церкви. М.,2004.

17 Кандидов Б. Церковь 1905 году (Очерки и материалы.). Мелитополь,[1931].

18 Чельцов М.П. В чем причина церковной разрухи в 1920-1930 гг. //Минувшее. Исторический альманах, 17. М.,СПб., 1995. С. 418-423.

19 Платонов Н.Ф. Православная Церковь в борьбе с революционным движением в России (1900-1917)// Ежегодник Музея истории религии и атеизма. - М.;Л.,1960.Т.1У. С.103-209.

20 Грекулов Е.Ф. Православная инквизиция в России. Л., 1964.

21 Грекулов Е.Ф. Церковь, самодержавие, народ. М., 1969

22 Емелях. Л.И. Антиклерикальное движение крестьян в период первой русской революции. М.-Л., 1965.

23 Церковь в истории России. М., 1967.

24 Крывелев И.А. Русская Православная церковь в первой четверти XX века. — М.,1982.

25 Красников Н.П. Социально-политическая православной позиция церкви в 1905-1916 годах//Вопросы истории. 1982. №9. С29-41.

26 Зырянов П.Н. Православная церковь в борьбе с революцией 1905-1907 гг. М., 1984.

27 Русское православие: вехи истории. М.,1989.

28 Фирсов С.Л. Православная церковь и государство в последнее десятилетие существования самодержавия в России. СПб., 1996. С.31.

29 Фирсов С.Л. Русская церковь накануне перемен. СПб., 2001.

30 Федоров В.А. Русская православная церковь и государство: Синодальный период (1700-1917). М., 2003.

31 Бабкин М.А. Духовенство Русской Православной Церкви и свержение монархии (начало XX в. — конец 1917 г.). М., 2007. С.181, 412.

32 Цыпин В. История Русской Православной Церкви. М., 2006.

33 История Русской Православной Церкви. Новый патриарший период. 1917-1970 гг. Т. 1 / Данилушкин М.Б., Шкаровский, М. В., Никольская Т. К. и др. — СПб., 1997.

34 Леонтьева Т.Г. Вера и бунт: духовенство в революционном обществе России начала XX века// Вопросы истории. 2001. №1.С.42. 

35 Фруменкова Т.Г. Работа комиссии по делам православной церкви Государственной думы III и IV созывов // История парламентаризма в России (К 90-летию I Государственной думы): Сборник научных статей. Ч. 1 .СПб., 1996. С.109-112.

36 Дорская А.А.Свобода совести в России: судьба законопроектов начала XX века. СПб., 2001.

37 Дорская A.A. Государственное и церковное право Российской империи: проблемы взаимодействия взаимовлияния. СПб., 2004. С. 155.

38 Никулина М.В. Православная Церковь в общественной жизни России (конец 1850-х — конец 1870-х гг.).

М., 2006.

39 Туманова А.С.Общественные организации и русская публика в начале XX века. М., 2008.

40 Фруменкова Т.Г. Высшее православное духовенство России в 1917 г. // Из глубины времен. Вып. 5. СПб., 1995. С. 74-94.

41 Стогов Д.И. Правомонархические салоны Петербурга-Петрограда (конец XIX — начало XX века). СПб., 2007. С.193-200.

42 Келлер Е.Э. Праздничная культура Петербурга. Очерки истории. СПб. 2001.

43 Там же. С. 161.

44 Рогожина, Н. Д. Пасхальный праздник в жизни Москвы и Петербурга в конце XIX — начале XX в. // Вестник Московского университета. 2008. № 3. С. 52.

45 Воронина Е.А. Благотворительная деятельность Русской Православной Церкви в России: история и современность. СПб., 2004.

4б Соколов А.Р. Благотворительность в России как механизм взаимодействия общества и государства(начало XVIII — конец ХIХв.). СПб., 2007.

47 Пашенцев Д.М. Благотворительная деятельность Русской Православной Церкви во второй половине XIX — начале XX века. Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд. ист. наук. М., 1995.

48 Зубанова С.Г. Социальное служение Русской Православной церкви в XIX веке. М., 2009.

49 Чистякова Т.И. Христианская благотворительность в Петербурге. //Петербургские чтения 96. Материалы Энциклопедической библиотеки «Санкт-Петербург - 2003». СПб., 1996. С. 438-440.

50 Максимов Ю. В борьбе за трезвую Русь. Новомученики Российские против алкоголизма. — Интернет-ресурс. Режим доступа: Мр://ги5к.ги/51.рЬр?1с1аг=114478. Дата обращения: 15.02.2011. Цыганков В. Православный опыт утверждения трезвости. — Интернет-ресурс. Режим доступа: ЬНр://ш5к.ги/51.р11р?1ёаг=103805. Дата обращения: 15.02.2011.Он же. Апостол трезвости. В память о священнике Александре Рождественском. Интернет-ресурс. Режим доступа: Ькр://гизк.ги/з1.рНр?1с1аг= 110104. Дата обращения:15.02.2011

51 Афанасьев А. Л.Трезвенное движение в России в период мирного развития. 1907 — 1914 годы: опыт оздоровления общества. Томск , 2007.

52 Назукина А. «Ругался матом и проклинал святую церковь.». Церковно-приходские общества трезвости Московской губернии//Родина. 2009. № 5. С. 100-101.

53 Жукова Н.Г. История создания и деятельности обществ трезвости при церквах С,- Петербургской епархии.//Христианское чтение. 1995. №10. С.25-37.

54 Айвазов. И.Г. Русское сектантство. М., 1915. Скворцов Миссионерский посох: православное миссионерство — Церковно-гражданские узаконения и распоряжения — Миссионерская методика и полемика. Вып. 1. СПб., 1912. Терлецкий В.Н. Очерки, исследования и статьи по сектантству. Вып.1. Полтава, 1911.

55 Клибанов А.И. История религиозного сектантства в России (60-е годы XIX в. — 1917 г.). М., 1965

56 Митрохин, Л. Н. Баптизм: история и современность: (Философско-социологические очерки) / Л. Н. Митрохин. СПб., 1997.

57 Н.И.Юдин. Чуриковщина. Л., 1963.

58 Гордиенко Н.С.Кто такой Иоанн Кронштадтский. СПб., 1991.

59 Филимонов В.П. Крестом отверзается небо. Жизнь и подвиги новомученника Философа Орнатского, — СПб., 2000.

60 Уложенко Н.И. Священномученик Филосиф Орнатский// Небесные покровители Петербурга. СПб., 2003

61 Очерки истории Ленинграда / Ред.: Б. М. Кочаков (отв. ред.) и др. — М.-Л., 1955 — 1970. Т. 3: Период империализма и буржуазно-демократических революций. 1895-1917 гг. / Э. Э. Крузе, Д. Г. Куцентов, С. Н. Валк и др. — 1956.

62 Там же. С. 452.

63 Муравьева И.А. Век модерна. В. 2 т. СПб., 2001,2004.

64 Игнатова Е.А. Записки о Петербурге. Очерки истории города. — СПб.; РИЦ «Культ информ-пресс», 1997.

65 Религиозный Петербург. СПб., 2004. Блаженные Санкт-Петербурга. СПб., 2002

66 С. Глезеров. Петербург серебряного века. М.; СПб., 2007, Он же. Петербургские окрестности. М.; СПб., 2006.

67 Трусова Т.Н.О православном духовенства Санкт-Петербурга на рубеже XIX и XX веков//Петербургские чтения 96. Материалы Энциклопедической библиотеки «Санкт-Петербург — 2003». СПб., 1996. С. 124-126.

68 Дружинкина Н.Г. Петербургское Общество распространения религиозно-нравственного просвещения в духе православной церкви. Памяти священника М.И. Соколова (1845-1895)//Петербург в мировой культуре. СПб., 2005. С. 94-101.

69 Исакова Е.В., Шкаровский М.В. Собор на Владимирской и храмы Придворной слободы. — СПб.,2004.

70 Шавельский Г. Русская церковь перед революцией. М., 2005.

71 Флоровский Г.В. Пути русского богословия. — Киев, 1991 (Репринт, изд. вых. дан. ориг.:Раris:YМСА-PRESS, 1983.).

72 Смолича И. История Русской церкви. 1700 — 1917 гг. М., 1996 — 1997. 4.1-2

73 Поспеловский Д. Русская Православная Церковь в XX веке М., 1995. Его же. Русская Православная Церковь: испытания начала века. Вопросы истории. 1993. №1. С. 42-54.

74 Пушкарев С.Г. Роль православной церкви в истории России. N-¥.,1985.С.60.

75 Зернов Н.М.Русское религиозное возрождение XX века. Париж, 1991.

76 Curtiss J. Church and State in Russia. The last years of the empire. 1900-1917. New-York,1940. P. 334-336.

77 Фриз Г. Л. Церковь, религия и политическая культура на закате старой России История СССР.1991.№ 2. С.107-119.

78 Уортман Р. Николай II и образ самодержавия// История СССР. 1991. №2. С. 119-128.

79 Цимбаев К.Н. Православная церковь и государственные юбилеи императорской России // Отечественная история. М., 2005. № 6. С. 42-51; Его же. Феномен юбилеемании в российской общественной жизни конца XIX - начала XX века // Вопросы истории. М., 2005. № 11. С. 98-108.

80 Сурский И.К. Отец Иоанн Кронштадтский.Т.1-2. М., 1994.

81 Семенов-Тян-Шанского А. Отец Иоанн Кронштадтский. Обнинск, 1995.

82 Киценко H. Святой нашего времени: Отец Иоанн Кронштадтский и русский народ. М., 2006. С. 11-12. 

83 Православная энциклопедия/ Под общей ред. Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Т. Русская Православная Церковь. — М.: Православная энциклопедия, 2000.

84 Щульц.С.С. Храмы Санкт-Петербурга. История и современность. СПб. 1994, Антонов В.В., Кобак A.B. Святыни Санкт-Петербурга. Христианская историко-церковная энциклопедия. СПб., 2003.

85 Свод законов. Т. XV. Устав о наказаниях, налагаемых мировых мировыми судьями. СПб., 1885.

86 Свод законов Российской империи. Т. XV. Уголовное Уложение (статьи, введенные в действие). СПб., 1909.

87 Свод законов Российской империи. Т. XIV. Устав о предупреждении и пресечении преступлений. — СПб., 1890. Прил. 1 к ст.1 Уст. о пред. и пресеч. преет.

88 Устав духовных консисторий. СПб., 1911.

89 Свод законов Российской империи. Т. I. Ч. I. Основные законы Российской империи. СПб., 1906.

90 Указ «Об укреплении начал веротерпимости» от 17 апреля 1905 года// ПСЗ. С. III. Отд. I Т.XXV. СПб. 1908. №26125.

91 Манифест «Об усовершенствовании государственного порядка» от 17 октября 1905 года// ПСЗ. Собр. III. Т. XXV. СПб. 1908. № 26803.

92 Временные правила о союзах и обществах 4 марта 1906 года// ПСЗ. Собр. III. Т. XXVI. СПб., 1909. № 27479.

93 Правила, определяющие отношение церковной власти к обществам и союзам, возникшим в недрах Православной Церкви и вне ее, и к общественно-политической и литературной деятельности церковных должностных лиц//Церковные ведомости. 1906. № 48. С. 505-506.

94 Правила об устройстве внутренней миссии Православной Русской Церкви// Церковные ведомости. 1908. 22. С. 190-196.

95 От Святейшего Правительствующего Синода о борьбе с пьянством// Церковные ведомости. 1909. №24. С. 242-245.

96 Всеподцаннейший отчет обер-прокурора Святейшего Синода по ведомству православного исповедания за 1905-1907 гг. — СПб. 1910. Всеподданнейший отчет обер-прокурора Святейшего Синода по ведомству православного исповедания за 1908-1909 гг. — СПб. 1911. Всеподданнейший отчет обер-прокурора Святейшего Синода по ведомству православного исповедания за 1910 г. СПб., 1913. Всеподданнейший отчет обер-прокурора Святейшего Синода по ведомству православного исповедания за 1911- 1912 гг. СПб., 1913. Всеподданнейший отчет обер-прокурора Святейшего Синода по ведомству православного исповедания за 1913 год. СПб., 1915. Всеподданнейший отчет обер-прокурора Святейшего Синода по ведомству православного исповедания за 1914 г. СПб., 1916.

97 РГИА. Ф.796. Оп.442. Д. 2229, 2290, 2348, 2407, 2473, 2473, 2598.

98 СПб. Ф. 19. Оп.104. Д. 7.

99 Отчет о деятельности Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви за 1909 г. — СПб. 1910. Отчет о деятельности Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви за 1910г. — СПб., 1911. Отчет о деятельности Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви за 1911 г. СПб., 1912.Отчет о деятельности Общества распространения религиозно- нравственного просвещения в духе Православной Церкви за 1912 г. СПб., 1913.

100 Отчет Александро-Невского общества трезвости за 1912 г. — СПб., 1914.

101 Отчет Сампсониевского Христианского братства в г. Санкт-Петербурге за 1909 год. — СПб., 1910.

102 Из жизни Казанского братства трезвости. Вып. 1. СПб., 1910.

103 РГИА. Ф. 797. Оп. 80. Отд. 2. Ст. .3. Д. 141. Ч. 2., РГИА. Ф. 1288. Оп. 14. Д. 115 е.

104 РГИА. Ф. 821. Оп. 133. Д. 212,Д. 206.

105 РГИА. Ф.796.0п. 189. Дело 8442.0п. 190. Отд. 6. Ст. 3. Д. 51, 51а, 223.0п. 191. Отд. 1. Ст. 2а. Д. 175.0п. 191. Отд. 6. Ст. 3. Д. 336.Оп. 442. Д. 2229, 2290, 2348, 2407, 2473, 2473, 2598.

106 РГИА. Ф.797.0п. 65. Отд. 2. Ст. 3. Д. 413.0п. 78. Отд. 2. Ст. 3. Д. 84.0п. 78. Отд. 3. Ст. 4. Д. 54,202. Оп. 79. Отд. 2. Ст. 3. Д. 267,ЗЗЗ.Оп. 80. Отд. 2. Ст. 3. Д. 141. Ч. 1. , 141. Ч. 2., Д. 507 б.Оп. 83. Отд. 2. Ст. 3.д.32, 253. Оп. 84. Отд. 2. Ст. 3. Д. 10, 574.

107 РГИА. Ф.1284. Оп. 187. Д. 163.

108 РГИА. Ф.1288. Оп. 14. Д. 115 в, 115 е.

109 РГИА. Ф.776.0п. 9. Д. 345, 1885,1886.

110 РГИА. Ф. 1086. Оп. 1. Д. 571.

111 РГИА. Ф. 802 Оп. 11. Д. 176.

112 РГИА. Ф.1409. Оп. 16. Д. 428.

113 РГИА. Ф. 1579. Оп. 1. Д. 5.

114 ЦГИА СПб. Ф. 19.0п. 97. Д. бО.Оп. 99. Д. 15, 21,Оп. 100. Д. 55, 56,Оп. 101 Д. 2,Оп. 104. Д. 7. Оп. 105. Д.380.

115 ЦГИА СПб. Ф.569. Оп. 13. Д. 16в, 335, 531, 908.0п. 20. Д. 344.

116 ЦГИА СПб. Ф. 680. Оп. 5. Д. 26, 30, 31, 40, 52.

117 ЦГИАСПб. Ф. 2215. Оп. 1. Д. 12,20.

118 ЦГИАСПб. Ф. 2216. Оп. 1.Д.14.

119 ЦГИА СПб. Ф. 1304. Оп. 1.Д. 3078.

120 Евлогий (Георгиевский) митр. Путь моей жизни. Воспоминания митрополита Евлогия (Георгиевского), изложенные по его рассказам Т. М. Манухиной. М., 1994.

121 Митрополит Вениамин (Федченков). На рубеже двух эпох М, 1994.

122 Шавельский Г., протопресвитер. Русская Церковь пред революцией. М., 2005.

123 Святой праведный Иоанн Кронштадтский. Творения. Предсмертный дневник 1908, май-ноябрь. М, — СПб. 2003.

124 Засосов Д.А., Пызин В.И. Из жизни Петербурга 1890-1910-х годов. Записки очевидцев. Л., 1991.

125 Григорьев М.А. Петербург 1910-х годов. Прогулки в прошлое. СПб., 2005.

126 Успенский, Л. В. Записки старого петербуржца: главы из кн. Л., 1990.

127 Минцлов С.Р. Петербург в 1903-1910 годах. Рига, 1931.

128 ОР РНБ.Ф. 322. С. П. Каблукова. Ед. хр. 3, 4, 7, 12, 14, 22.

129 Богданович A.B. Три последних самодержца. Дневник. М., 1990. 

130 Тихомиров Л.А. Из дневника Л.Тихомирова.// Красный архив.1933. T.6 (61). С.83-128; 1935. T.5 (72). С. 120-159; Т. 6(73). С. 170-190.

131 Витте С.Ю. Воспоминания. М. ,1960. 3 т. T.3.

132 Бердяев H.A. Самопознание. Л., 1991.

133 Булгаков С.Н. Автобиографическое// С.Н. Булгаков: pro et contra. Антология. T.l. СПб., 2003. С.63-111.

134 Гиппиус. 3.H. Воспоминания. Тбилиси., 1991.

135 Тыркова-Вильяме A.B. То, чего больше не будет. М., 1998.

136 Розанов. B.B. Уединенное. М., 1990.

137 Церковные Ведомости. 1905. №48.1906 .№ 48.1908. № 22.1909. №24. 1910. №32. 1912. №24. 1913. №9 1914.№ 44.

138 Прибавления к Церковным ведомостям. 1908. № 9,30, 31. 1909. №51-52. 1910. №8. 1913. №23.

139 Миссионерское обозрение. 1907 № 10.1908 № 9.1909 №11,12. 1910 №1,4. 1912. №2. 1914. №2,3.

140 Колокол. 1907 ноябрь. 1909 июль, сентябрь. 1910 март.

141 Русский паломник. 1907. № 33.

142 Православный путеводитель. 1905. №1.

143 Церковный вестник. 1911.№14-15.

144 Кронштадтский пастырь. 1912. .№48.

145 Петербургский листок. 1905 март. 1907 апрель.

146 Россия. 1909 июль,1910 январь.

147 Исторический вестник. 1909. № 8.

148 Известия по Санкт-Петербургской епархии, издаваемые при журнале «Отдых христианина». 1907. № 9. 1908. № 3. №4. 1910. № 6-7. 1912. № 19.1913. № 6.

149 Трезвые всходы. 1911 № 12, 1912.№ 3.

150 Трезвая жизнь. 1912 № 1,3.

151 Кронштадтский маяк. 1907. №11, № 52. 1908. №44. 1909. №41. 1910. №2. 1912. №2.

152 Гроза. 1909 октябрь,1912 апрель, ноябрь.1914 февраль.

153 Вече. 1909. 23 августа.

154 Боголюбов Д. И. Религиозно-общественное течения в современной русской жизни и наша православно-христианская миссия. СПб., 1909. Боголюбов Д.И. О так называемых «иоаннитах» в русском народе. СПб., 1909.

155 Айвазов. И.Г.Русское сектантство. М., 1915.

156 Скворцов В.М. Миссионерский посох: православное миссионерство. Церковно-гражданские узаконения и распоряжения. Миссионерская методика и полемика. Вып. 1. СПб., 1912.

157 Русские секты, их учения, культ и способы пропаганды. Братский труд членов IV миссионерского съезда (с портретами сектантов и картинами сектантских радений)/Ред. M.A. Кальнева. Одесса, 1911.

158 Вениамин, иеромонах (Федченков). Подмена христианства. (К спорам о Чурикове, «братцах», странниках и проч.). СПб., 1911.

159 Терлецкий В.Н. Очерки, исследования и статьи по сектантству. Вып.1. Полтава, 1911. Терлецкий В.Н. Секта «иоаннитов». Полтава, 1910.

160 Арсений, игумен. Открытое письмо редактору-издателю журналов «Кронштадтский маяк», «Свет России» Н.И. Большакову и беседа б. синодального миссионера и главного учредителя союза русского народа о. Арсения. СПб., 1909.

161 Зубарев Е. Иоанниты прокляты отцом Иоанном Кронштадтским. Изд. 2-е. Кострома, 1912.

162 Пругавин A.C. «Братцы» и трезвенники. Из области религиозных исканий. М.,1912.

163 Смолин. И. Миссионерская памятка . СПб., 1914.

164 Чуриков И.А.Беседы «братца Иоанна» Чурикова. СПб., 1911.

165 Чуриков И.А. Письма братца Иоанна Самарского (Чурикова)/ [Сост. Г.С. Афанасьев; Общество последователей братца Иоанна Чурикова]. СПб., 1995.

166. Большаков Н.И. IV Всероссийский миссионерский съезд и современные ревнители православия. СПб.,1908. Большаков Н.И. Ложная защитница православия и «Черные вороны». СПб. 1908. Пустошкин В. Ф. Ещё днём закатилось солнце. СПб., 1908. Пустошкин В.Ф. Церковь Христова в опасности. СПб., 1908.

167 Трегубов И.М. Мир с животными. СПб., 19Ю.Трегубов И.М. Миссионеры и братец Иоанн Чуриков.[СПб.],[1910.]. Трегубов И.М. День ангела братца Иоанна Чурикова 15 января 1914 года. СПб., 1914.

168 Миртов П.А. Братский призыв. СПб., [1914]. Апостолы трезвости. СПб., 1910. Не выдержал. СПб., 1907.

169 Отчет Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе православной церкви за 1909 год. СПб., 1910. С. 27-29. Отчет Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе православной церкви за 1912 год. СПб. 1913., С. 81-83.

170 Брат — христианин! СПб, [1913]. Иродово пиршество. СПб, [1913]. К Х-летию Литейного отделения Александро-Невского общества трезвости в С.-Петербурге. СПб., [1914].

Заключение диссертации

После Первой российской революции в изменившихся условиях Русской Православной Церкви пришлось начать поиск своего места в общественной жизни Санкт-Петербурга. Ее учреждения вынуждены были меняться, церковные деятели должны были оперативно реагировать на новые религиозно-общественные процессы.

В изменившихся законодательных условиях и новой общественно-политической и социально-психологической обстановке происходила активизация деятельности неправославных вероисповеданий и их служителей. Особая атмосфера нравственной опустошенности и кризиса религиозного сознания приводила население к поискам новых духовных ориентиров и авторитетов. Духовные власти Санкт-Петербурга встали перед необходимостью срочно искать новые методы и формы работы с прихожанами, а также научиться решать острые проблемы борьбы за паству.

Деятельность Русской Православный Церкви в общественной жизни проходила в двух главных направлениях. Первое направление включало в себя участие церкви в мероприятиях государственного и общественного значения или проведение церковных торжеств. Для него был свойственны более традиционные формы и методы. Второе направление представляло собой область повседневной работы столичного православного духовенства с паствой. В нем оказалось больше новаций и разнообразнее взаимодействие пастырей с мирянами. От духовенства Петербурга потребовалось выработка новых методов работы с паствой, неустанные попытки сделать мирян активными участниками общественно-церковной жизни. Самой значительной общественно-православной организацией Петербурга было Общество распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви. Оно вело обширную просветительно-нравственную работу через свои отделения в разных районах города.

Столичное православное духовенство в условиях повышенного интереса населения к иным вероучениям и утраты былого авторитета Русской Православной Церковью стремилось вывести на новый уровень миссионерскую деятельность, используя накопленный опыт и привлекая к ней прихожан. Однако в этой сфере она не могла отказаться от поддержки светских властей.

Православные иерархи, чиновники ведомства православного исповедания и духовенство Санкт-Петербурга часто первыми встречались с новыми явлениями религиозно-общественной жизни. В рассматриваемый период обнаруживалось несовпадение официальной позиции духовных властей и разнообразных мнений церковных деятелей Санкт-Петербурга по важнейшим вопросам участия в столичной общественной жизни.

В 1907-1914 гг. духовенство столкнулось с необходимостью вести борьбу не только за трезвость народа, но также за его душу и мировоззрение. Организация православных братств и обществ трезвости помогла накопить опыт взаимодействия духовенства и верующих в решении проблем общественной жизни. Важным принципом их деятельности являлась установка на образ жизни, достойный православного христианина. В Санкт-Петербурге действовала самая крупная из российских организаций — «Александро-Невское общество трезвости», которое в 1914 г. преобразовано во «Всероссийское Александро-Невское братство трезвости». Отдельные общества трезвости Петербурга накопили значительный опыт работы. В начале XX наблюдался подъём движения по созданию и развитию православных обществ и братств трезвости в Петербурге. Движение приобрело широкий характер, но процесс сопровождался бюрократизацией и нивелированием работы обществ трезвости. Духовенство и церковные власти рассматривали православные общества и братства трезвости и как миссионерские учреждения в противостоянии с неправославными религиозными течениями.

Актуальным для представителей официального православия участие в пропаганде трезвости стало еще и потому, что в начале XX века в России активно действовали трезвеннические движения со своими яркими лидерами, так называемыми «братцами». В этой ситуации перед церковными руководителями встал вопрос об управления религиозной жизнью столицы. В Петербурге вел беседы самый яркий из братцев — Иоанн Чуриков. Народное трезвенническое движение чуриковцев оказалось направленным не только против пьянства, но и на поиски новых религиозных нравственных ориентиров. Для чуриковцев была характерна борьба за праведный, по их представлениям, образ жизни (подчеркнутая приверженность к православным идеалам, отказ от светской культуры, трезвый образ жизни).

Отношение петербургского духовенства и епархиальных властей к народному трезвенническому движению, возглавляемому братцем Иоанном Чуриковым, прошло два этапа. В 1907 — июне 1912 г. наблюдались попытки духовных властей поставить его под свой контроль. С июня 1912 до 1914 гг. руководители церкви применяли репрессии с привлечением светских властей для закрытия бесед Чурикова. В этот же период произошло его «малое отлучение». Важную роль играла позиция Министерства внутренних дел, долгое время считавшего народное трезвенническое движение полезным. Русская Православная Церковь, посчитав братца Иоанна (Чурикова) опасным конкурентом в общественно-религиозной жизни, стремилось разными методами противодействовать ему.

Религиозная активность верующих и их духовно-нравственные поиски потребовали от Русской Православной Церкви и отдельных ее деятелей четкого обозначения своих позиций. В начале XX века Санкт-Петербург оказался центром нового неканонического движения иоаннитов. Для него было характерно фанатичное почитание о. Иоанна Кронштадтского и вера в скорый конец света. Начав формироваться в 90-х годах XIX века, в рассматриваемый период движение иоаннитов имело своих лидеров, собственное учение и особый тип организации - своеобразный вид общины.

Они были убеждены, что ведут «праведную» жизнь с отказом от земных радостей, и считали себя избранными. Для движения иоаннитов была характерна активная пропагандистская работа: выпуск публицистических сочинений, издание еженедельного журнала «Кронштадтский маяк» и развитая сеть книгонош — торговцев литературой и предметами православного культа.

Синод официально осудил движение иоаннитов в 1908 г. Православное духовенство столицы стало искать меры воздействия на его участников. В Петербурге отдельные миссионеры и некоторые представители духовенства, отчасти поддержанные Петербургскими епархиальными властями, старались вернуть их в лоно Русской Православной Церкви. Эти церковные деятели считали особенно важным для церкви поддержку ревностно верующих людей в атмосфере падения общего уровня религиозности. Многие другие представители церкви не верили, что иоанниты искренне раскаялись и готовы вернуться под контроль духовных властей. Две попытки организационного объединения иоаннитов были пресечены совместными усилиями духовных и светских властей. В 1912-1914 гг. точка зрения о необходимости репрессивных мер против иоаннитов как сектантов-хлыстов, победила и в Синоде, и в среде петербургского духовенства и миссионеров.

Отсутствие соответствующих законов, постоянная надежда на административный ресурс, опора на светскую власть и консерватизм части духовенства не давали Русской Православной Церкви полноценно и творчески действовать в общественной жизни Санкт-Петербурга. Деятели церкви предприняли немало удачных шагов по взаимодействию с верующими, но им не удалось стать поворотными в решении проблемы участия Русской Православной Церкви в общественной жизни. Ситуация начала XX века показала возможные, но до конца не реализованные направления взаимодействия духовенства и верующих в решении проблем общественной жизни.

Научная библиотека диссертаций и авторефератов disserCat

Миссия

Современная практика миссии, методы и принципы миссии, подготовка миссионеров и пособия

Катехизация

Опыт катехизации в современных условиях, огласительные принципы, катехизисы и пособия

Миссиология

Материалы по миссиологии и истории миссии, святоотеческие тексты и рецензии

Катехетика

Материалы по катехетике и истории огласительной практики, тексты святых отцов-катехетов

МиссияКатехизацияМиссиологияКатехетика
О насАвторыАрхив