Перейти к основному содержимому
МиссияКатехизацияМиссиологияКатехетика
О насАвторыАрхив
Катехео

Научно-методический центр
по миссии и катехизации

при Свято-Филаретовском православно-христианском институте

Миссионерская и религиозно-просветительская деятельность Русской православной церкви в Центральной России в кон.XIX-нач.XXв.

18 февраля 2015 32 мин.

Миссионерская и религиозно-просветительская деятельность Русской православной церкви в Центральной России в конце XIX начале XX века

Год: 2010

Автор научной работы: Михайлова Елена Дмитриевна

Ученая степень: кандидат исторических наук

Место защиты диссертации: Курск

Код специальности ВАК: 07.00.02

Специальность: Религия — Христианство — Православие — Русская православная церковь — Организация церкви — Русская православная церковь в отдельных местностях России — Епархии — Епархии XVIII в. — 1917 г. — Курская епархия

Количество cтраниц: 185

 

Оглавление диссертации

Введение.

Глава 1. Условия и предпосылки религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Русской православной церкви в центральной России в конце XIX— начале XX в.

1.1. Особенности духовно-нравственной жизни населения центральной России в условиях общественной модернизации конца XIX — начала XX в.

1.2. Развитие религиозного инакомыслия и его влияние на православное сообщество.

Глава 2. Основные направления и методы религиозно-просветительской деятельности Русской православной церкви в центральной России в конце XIX— начале XX в.

2.1. Церковная школа как инструмент религиозно-просветительского воздействия на прихожан.

2.2. Религиозно-просветительская деятельность православных братств и иных церковных организаций в Курской епархии до 1917 г.

Глава 3. Миссионерская деятельность Русской православной церкви в центральной России в конце XIX — начале XX в.

3.1. Организация системы внутренней миссии в России и ее особенности.

3.2. Миссионерская деятельность представителей Курской епархии в конце XIX - начале XX в.

 

Введение диссертации (часть автореферата)

Актуальность избранной темы исследования определяется, с одной стороны, важной ролью, которую играет в современной России Русская православная церковь, а с другой — ценностью исторического опыта последней. Постсоветский период жизни российского общества ознаменовался значительным увеличением количества людей, считающих себя православными верующими, ростом влияния Церкви в политических вопросах, укреплением церковных институтов. Несмотря на изменение исторических условий и правового поля по сравнению с началом XX в., Православная церковь сумела по прошествии столетия отчасти восстановить свои позиции, имевшиеся до 1917 г. При отсутствии юридической связи с государственным аппаратом (имевшейся в Российской империи), церковь по-прежнему де-факто выполняет ряд важных для государства и общества функций. В частности, приобщенность россиян к православию в условиях экспансии западной культуры и всемирной глобализации до некоторой степени способствовало поддержанию традиционной культурной идентичности, стало фактором сохранения культурно-исторического и духовного наследия. Трудно переоценить значение церкви как института социальной стабильности. Нравственные ценности православия стали для многих людей духовным стержнем в условиях кризиса коммунистической идеологии. Проповедуемые православными священнослужителями патриотизм, добросоветный труд ради живущих и будущих поколений, сохранение национальных традиций, уважительное отношение к старости, честность, взаимопомощь, несомненно, также необходимы для сохранения российской цивилизации.

Важным направлением для приложения сил современной Православной церкви стала религиозно-просветительская и миссионерская деятельность. Ее целью, согласно многочисленным заявлениям православных иерархов, является нравственное воспитание верующих, приобщение их к богатому религиозно-культурному наследию. Кроме того, декларируется противодействие новым религиозным (или псевдорелигиозным) движениям, имеющим антиобщественный или экстремистский характер. При этом, однако, активное осуществление православных программ в системе образования, здравоохранения, социального обеспечения, в армии порой вызывает неприятие со стороны представителей иных конфессий или неверующих людей. Очевидно, что оценка религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Русской православной церкви в современных условиях, создание приемлемых условий для нее без нарушения прав неправославных граждан Российской Федерации могут осуществляться только с учетом имеющегося исторического опыта.

Церковное просветительство и миссионерство всегда было важной составляющей духовной жизни российского общества, однако наиболее организованные формы в густонаселенной центральной части страны приобрело в конце XIX — начале XX в. Представляется, что этот период церковной истории, отмеченный форсированной модернизацией и европеизацией страны, кризисом многих традиционных ценностей, во многом созвучен настоящему времени, а потому заслуживает особенно пристального внимания исследователей. Стоит также учитывать, что последние десятилетия существования Российской империи ознаменовались ростом атеистического движения и активизацией самостоятельных религиозных исканий в народной среде, заметным количественным увеличением сектантства. Именно в конце XIX — начале XX в. начали закладываться основы государственной вероисповедной политики, допускающей право людей на религиозное самоопределение. Опыт взаимоотношений Православной с представителями религиозного инакомыслия в то время может быть востребован на современном этапе, в условиях существования демократической модели отношений между разными конфессиями.

Конечно, в разных регионах обширной Российской империи (в зависимости от географических, экономических и культурных условий) воздействие православных священнослужителей на массы имело разные формы. Поскольку наибольшая часть населения и в прошлом, и в настоящее время сосредоточена в центральной части страны, логичным является первоочередное обращение к материалам епархий, представляющих этот регион. В частности, вполне приемлемым выглядит исследование курских источников. Дореволюционная Курская епархия, располагаясь в центральной части страны, в силу социально-экономических характеристик, этноконфессио-нального состава и культурных особенностей населения являлась типичным регионом провинциальной европейской России. При значительном преобладании православного населения здесь, начиная с XVII в., были представлены и так называемые «протестные» религиозные сообщества (старообрядчество, сектантские общины), становившиеся объектом миссионерского воздействия. Названные обстоятельства позволяет считать эту территорию подходящей моделью для выяснения особенностей религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Православной церкви в центральной России. Всё сказанное обусловило выбор темы настоящей работы: «Миссионерская и религиозно-просветительская деятельность Русской православной церкви в центральной России в конце XIX — начале XX в. (на материалах Курской епархии)».

Объектом исследования является комплекс мероприятий, проводившихся Русской Православной церковью в Курской епархии в конце XIX — начале XX в. с целью церковно-образовательного, духовно-нравственного и миссионерского воздействия на население.

Предметом исследования является история религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Православной церкви в центральной России в условиях общественной модернизации двух последних десятилетий XIX — начала XX в.

Хронологические рамки работы охватывают конец XIX — начало XX в. Этот хронологический отрезок отмечен в российской истории ярко выраженными модернизационными процессами, которые поколебали традиционные устои народной жизни, привели к ослаблению церковно-государственного контроля над духовной жизнью масс, создав предпосылки для распространения антирелигиозных настроений, а также численного увеличения и активизации отпочковавшихся от господствующей церкви религиозных меньшинств. Этот же исторический этап характеризуется смягчением государственной политики в отношении религиозного инакомыслия и поэтапной легализацией ряда отпавших от Русской православной церкви конфессий. Нижней границей рассматриваемого периода можно условно считать 1884 год, когда появление «Правил о церковно-приходских школах» ознаменовало совместное намерение правительственных и церковных кругов активизировать религиозное просвещение масс. Верхней хронологической границей исследования является 1917 г., когда сложившаяся в Российской империи система отношений между государством, церковью и верующими была разрушена. В отдельных случаях автор диссертации выходила за указанные временные рамки исследования с целью выявления причин (истоков) того или иного явления в церковной истории.

Географические рамки исследования ограничены территорией Курской епархии, в рассматриваемый период территориально совпадавшей с Курской губернией. В рассматриваемый период она занимала среднюю по меркам центральной России площадь 46,5 тыс. км2. В конце XIX — начале XX в. территория, на которой располагалась епархия, имела преимущественно аграрный характер экономики, великороссы здесь преобладали над представителями других этносов (составляя около 77% из общего числа жителей), среди населения доминировало православное вероисповедание (около 98% от всех верующих). Представители старообрядческих и сектантских общин, подвергавшиеся миссионерскому воздействию, составляли в конце XIX в. около 1,5 % населения1. Данные обстоятельства позволяют рассматривать Курскую епархию (губернию) указанного периода как типично-провинциальный регион центральной России.

Степень изученности проблемы. В истории изучения религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Русской православной церкви можно выделить три основных периода. Первый из них приходится на дореволюционное время (конец XIX в. — 1917 г.), второй — на советскую эпоху (1917 — 1991 гг.), третий охватывает постсоветский этап развития исторической науки (после 1991 г.).

Характеризуя первый из названных периодов, следует отметить, что для него свойственно многообразие исследовательских концепций, использование которых сильно зависело от общественного положения и политических взглядов тех или иных авторов. В количественном отношении до 1917 г. (особенно в XIX в.) преобладали работы официально-консервативного направления, для которых был характерен взгляд на Русскую православную церковь как главную хранительницу духовных основ российской цивилизации. Религиозное просвещение и миссионерство в духе официального православия представители данного направления считали полезным (или необходимым) для нормального существования государства и общества. В таком духе, в частности, написаны труды П.В. Знаменского, Ф.И. Титова, С.Г. Рункевича2, посвященные церковной истории синодального периода. В меньшей степени консервативный дух присущ работам П.В. Верховского, отличающимся большой информативностью и скрупулезным отношением к фактам3. Впрочем, просветительская и миссионерская проблематика ни у одного из названных авторов не является основным предметом исследования.

Ряд работ дореволюционных исследователей, разделявших консервативные воззрения, посвящен истории возникновения и деятельности православных братств. Среди них можно выделить статистический очерк A.A. Папкова, в котором автором была показана преемственность православных братств с XVI в. до второй половины XIX в., а также важность и необходимость их религиозно-просветительской работы. В своем труде A.A. Папков назвал все существовавшие в Российской империи к 1893 г. православные братства и дал общую и частную характеристику основным направлениям их деятельности4. Отдельные сведения о православных братствах содержатся в работе А.П. Лопухина5. Состоянию церковных братств и обществ в 1860 — 1880-е гг. он посвятил одну из глав своей книги. Информация о православных братствах содержалась и в периодической печати. Например, преподаватель Казанского университета И.С. Бердников результаты соответствующей работы поместил в журнале «Православное обозрение6. Отдельные факты из истории религиозно-просветительской работы братств можно найти и в энциклопедическом словаре Ф.А. Брокгауза и И.А. Эфрона7.

О миссионерской деятельности Русской Православной церкви «консерваторы» обычно писали в контексте характеристики старообрядческих или сектантских движений. Воспринимая отделение от официального православия как однозначно негативное явление, они обычно положительно оценивали миссионерские усилия тех или иных клириков. Среди работ такого рода можно отметить посвященные истории раскола труды П.С. Смирнова8, а также А. Рождественского. О. Новицкого, К. Кутепова, епископа Алексея, посвященные росту сектантского движения и борьбе с ним9. Значительное количество небольших статей и очерков по данной теме было опубликовано в конце XIX — начале XX в. на страницах официального печатного органа Русской Православной церкви — «Миссионерского обозрения».

Другое направление в области исследования религиозной истории России составили представители демократической ориентации: И. Юзов, A.C. Пругавин, С.П. Мельгунов. В.И. Ясевич-Бородаевская. Занимаясь преимущественно историей народных религиозных движений, эти исследователи критически оценивали религиозно-просветительскую и миссионерскую деятельность Русской Православной церкви, видя в ней фактор духовного закрепощения масс. В то же время маргинальные духовные движения часто идеализировались авторами демократической ориентации с целью пропаганды определенных общественных идей. Так, в работе И. Юзова «Русские диссиденты» о расколе, утверждалось: «Умственные и нравственные особенности нашего народа проявились по преимуществу в расколе. Поэтому изучение раскола необходимо для всякого общественного деятеля, который захотел бы идти не ощупью и наугад в своих действиях и предприятиях»10. Понимая под общественным прогрессом распространение рационализма, этот автор считал религиозных «диссидентов» поборниками прогресса, так как они — «носители рационалистических идей»11. Одновременно с книгой И. Юзова появилась статья A.C. Пругавина «Значение сектантства в русской народной жизни», отличавшаяся акцентом на социально-экономические отношения в сектантской среде, «раскол», по мнению этого исследователя, «в лице передовых сект вырабатывает идеал будущего и отношений в человечестве»12. В других своих работах A.C. Пругавин обосновывал эту идею, рассматривая конкретные сюжеты из жизни представителей религиозного инакомыслия и доказывая бесперспективность миссионерской деятельности Церкви в их среде13. С.П. Мельгунов также отмечал «инстинктивные стремления к лучшему будущему» у религиозных отщепенцев14, в том же духе написана и работа В.И. Ясевич-Бородаевской15. Названные авторы в какой-то мере предвосхитили тезис советской историографии об официальной церкви как инструменте самодержавного государства.

Видное место среди дореволюционных историков, обращавшихся к проблемам миссионерской деятельности Православной церкви, занимает П.Н. Милюков. Не будучи ни консерватором, ни радикалом, он представляет либеральное крыло русской общественной мысли. Перу Милюкова принадлежат объемные сюжеты об историческом развитии «протестных» форм вероисповедания в России и попытках Церкви борьбы с ними, помещенные в «Очерках по истории русской культуры». Милюков осуждает охранительную концепцию, согласно которой «истинно-русский человек не может быть сектантом или неверующим», противопоставляя ей тезис о неизбежном развитии религиозного сознания и закономерности секуляризации16. Впрочем, П.Н. Милюков приводит довольно мало конкретных фактов из прошлого религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Православной церкви, ограничиваясь ее общей характеристикой.

Что касается провинциальных работ, посвященных рассматриваемой проблематике, то они до 1917 г. в подавляющем большинстве случаев имели описательный характер и оставалась в русле консервативного подхода. Таковы, в частности, статьи курских авторов И. Дмитриевского, С. Амфитеатрова, П. Коротеевского, Д. Колосовского и др.17. Впрочем, следует сказать, что в них приводится немало интересных фактов из источников, не дошедших до нашего времени.

Таким образом, несмотря на обилие работ, посвященных Русской Православной церкви, в дореволюционной историографии не сложилось традиции беспристрастного анализа ее деятельности в области духовного просвещения и миссионерства, а многообразные сведения по данной проблеме, представленные авторами с разными методологическими установками, не были объединены в обобщающем труде.

Второй этап в изучении церковной истории отечественными авторами приходится на советский период. Руководствуясь марксистской методологией, советские идеологи и историки начали рассматривать религиозную пропаганду как «опиум», «дурман», средство «закабаления»18. По мере усиления борьбы с религиозными институтами тон таких работ становился все более негативным. В частности, в публикациях историков — членов «Союза воинствующих безбожников» ярко проявилось атеистическое неприятие религии, был сделан акцент на постулировании безусловной вредности «религиозных заблуждений»19. Общий тон оценок истории религии для последующей советской историографии был задан работой Н.М. Никольского «История русской церкви», впервые изданной в 1930 г. Рассматривая Православную церковь как «верную слугу царизма», этот автор обратил внимание на неудачи Церкви в религиозно-просветительских и миссионерских мероприятиях конца XIX в. Н.М. Никольский указал на симптомы ослабления церковного влияния на массы, каковыми, по его мнению, стали малая эффективность церковно-религиозных средств по «одурманиванию народной массы», переход православных христиан в сектантство, старообрядчество, рост антирелигиозных настроений в среде рабочих и интеллигенции20.

Линию Н.М. Никольского в оценке церковной деятельности до 1917 г. в 1960-1970-е гг. развил А.И. Клибанов. Будучи специалистом в области истории сектантства, он доказывал, что данное явление было ничем иным, как формой политического протеста, облеченного в религиозную оболочку21. Соответственно, миссионерская деятельность Православной церкви, направленная на борьбу с сектами, рассматривалась как один из инструментов поддержания старого социального порядка. О борьбе Церкви с нарождающимся революционным движением при помощи «религиозного просветительства« писали несколько позже Н.П. Красников и П.Н. Зырянов22. Следует отметить, что несмотря на «идеологизированность», работа последнего довольно информативна, а потому может быть интересна и современному исследователю.

В советское время также появился ряд работ, посвященных миссионерской деятельности Русской Православной церкви на северных и восточных окраинах Российской империи. Их авторы, как правило, стремились показать неприглядную роль церкви в «порабощении» империей коренных народов в том или ином регионе23.

Своеобразное подведение итогов исследований советского периода нашло свое отражение в коллективной монографии «Русское православие. Вехи истории», изданной в 1989 г.24. Здесь имеется глава, целиком посвященная религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Русской православной церкви. Несмотря на несколько смягченный тон формулировок, авторы по-прежнему склонны видеть в Церкви «инструмент самодержавия» и силу, подавляющую свободомыслие.

Сказанное позволяет утверждать, что вклад советской историографии в изучение избранной для диссертационного исследования темы отнюдь не велик.

Третий этап в историографии рассматриваемой проблемы охватывает время с 1991 г. до наших дней. В этот период, ознаменовавшийся разрушением атеистической идеологии, у отечественных ученых появилось гораздо больше возможностей для объективного изучения духовной истории. Возросший интерес общества к социокультурной проблематике привел к активизации научных исследований, посвященных различным аспектам деятельности Русской Православной церкви. В 1990-е гг. в России были изданы работы Г.В. Флоровского, A.B. Карташева, И.К. Смолича, написанные во о время пребывания этих авторов в эмиграции25. Книга первого из названных авторов представляет интерес для исследователей духовных основ религиозно-просветительской деятельности православных братств. Капитальный труд И.К. Смолича охватывает как историю массового духовного просвещения в конце XIX — начале XX в., так и основные вехи миссионерской деятельности Православной церкви в среде язычников, униатов, старообрядцев и сектантов. Впрочем, при написании соответствующих разделов ученый опирался в основном на официальные статистические данные и публикации в центральной печати (т.е. источники, во многих случаях недостаточные), в силу чего представленный анализ нельзя назвать комплексным.

Попытки переосмыслить роль и место церкви в российской истории привели в последнее десятилетие XX в. и в первые годы XXI в. к появлению большого количества публикаций, авторы которых вопреки принципу критического анализа стремятся показать лишь положительные стороны в деятельности священнослужителей и православной организации в целом. В то же время появился и ряд работ, сочетающих в себе уважительное отношение к церкви со стремлением найти взвешенный подход к оценке ее прошлого. В частности, осмыслению предпосылок и особенностей религиозно-просветительской деятельности Православной церкви в конце синодального периода ее истории способствуют публикации Ю. Освальт, Н. Балашова, Т.Г. Леонтьевой, С.Л. Фирсова, В.А. Федорова, М.Н. Никулина, Т.А. Бернштам. Так, первая из названных авторов проанализировала процесс обсуждения в периодической печати XIX в. проблемы оживления церковноприходской жизни и активизации религиозного просвещения26. Н. Балашов исследовал попытки духовенства обновить литургическую культуру в соответствии с запросами времени и нуждами миссионерской работы27. Т.Г. Леонтьева посвятила свой труд условиям жизни приходского духовенства в конце синодальной эпохи, в том числе рассмотрев возможности миссионерской и просветительской деятельности рядовых православных «пастырей»28; эта же проблематика затронута в солидной работе Т.А. Бернштам29. В труде C.Л. Фирсова прослеживаются внутренние процессы церковной жизни в конце 1890-х гг.-1918 г. (стремление клириков и мирян восстановить канонический строй церковной жизни и поднять уровень религиозного просвещения, «церковное строительство»)30. В.А. Федоров в работе, посвященной истории православной церкви в синодальный период, в одной из глав подробно освещает процесс подготовки церковных реформ XIX в. и разработки проекта указа по учреждению православных братств31. Историк-архивист М.В. Никулин в своей книге анализирует особенности религиозных настроений российского обществам ходе подготовки и проведения государственных преобразований конца 1850-х-конца 1870-х гг.32.

Среди монографий, посвященных миссионерской деятельности Русской Православной церкви, можно отметить работы Л.H. Харченко, К.В. Орловой, Л.A. Тресвятского и С.Б. Морозова, H.A. Окладникова и H.H. Матафанова33. Все они написаны по материалам Сибири и Русского Севера.

Интерес к религиозно-просветительской и миссионерской деятельности церковных структур заметен и на уровне диссертационных исследований. Так, с 1995 по 2008 г. по соответствующей проблематике были подготовлены и защищены диссертации И.Ю.Ваниной, С.А. Раздольского, A.A. Ипатьевой, Г.Ш. Мавлютовой, О.Р. Князевой, З.А. Шагжиной, Н.В. Расовой, В.В. Макуриной, Т.Н. Гусейновой, А.Д. Камзиной, А.Н. Понятова, В.Ю. Софронова И.А. Гажвы, P.P. Исхакова34. Почти все перечисленные исследователи посвятили свои труды изучению функционирования церкви в отдаленных регионах со значительным элементом нерусского и неправославного населения (Сибирь, Забайкалье, Дальний Восток, Кавказ, северные российские территории и т.д.). Работа, основанная на материалах Центральной России (Владимирской и Костромской губерний), принадлежит И.А. Гажве и посвящена довольно узкой теме — просветительской деятельности православных братств.

Тема просветительской и миссионерской деятельности Русской Православной Церкви затрагивалась на протяжении последнего десятилетия и на уровне курской региональной историографии. В частности, сюжет о работе курских священнослужителей в данной сфере в последние годы существования Российской империи имеется в диссертационном исследовании А.Ю. Бунина, посвященном деятельности православного клира в 1905 -1929 гг.35. Попытки курских епархиальных властей воссоединить с церковью старообрядцев, проживавших на территории Курского края и в целом Центрально-Черноземного региона, затрагивал в своих монографиях исследователь прошлого «старой веры» А.В. Апанасенок36. Культурно-просветительским мероприятиям, проводившимся в конце XIX — начале XX в. на территории Курской епархии, посвящена работа Л.А. Шуклиной37. Последняя, впрочем, написана с позиций православного традиционализма, что предопределило выводы автора, во многих случаях идеализировавшей реалии церковной жизни.

Кроме названных работ следует также упомянуть публикации А.Ю. Друговской, Т.Н. Арцыбашевой, З.Д. Ильиной, Б.Д. Беспарточного, Ю.А. Бугрова, К.В. Козлова, В.Л. Юрковецкого, А.Н. Курцева, Л.С. Гатило-вой, М.С. Стародубцевой, А.Д. Афанасьева, обращавшихся к отдельным аспектам религиозно-просветительской деятельности Русской Православной церкви на территории Курского края38. Задача детального (комплексного)анализа религиозно-просветительских и миссионерских мероприятий на данной территории в региональной историографии до сих пор не ставилась.

В заключение историографического обзора следует отметить и труды зарубежных исследователей. Говоря о западной историографии, нужно прежде всего назвать объемную монографию американского ученого Г.Фриза «Приходское духовенство в России XIX века: кризис, реформы, контрреформы», вышедшую на английском языке в 1983 г. Несмотря на то, что тема религиозного просветительств и миссионерства не является для автора основной, а скорее служит для подкрепления выводов о кризисе «белого» духовенства в пореформенной России, можно отметить интересные выводы американского историка об «обреченности» попыток церкви обрести былой авторитет через систему духовного просвещения39. Менее известная, хотя также интересная работа принадлежит шведскому исследователю Томасу Стуру40. В ней автор рассматривает историю православной миссии в контексте колонизационной политики России.

В 2001 г. в Лондоне вышел тематический сборник статей западных авторов, посвященных положению религиозных меньшинств в Российской империи и миссионерству в их среде Русской Православной церкви41. Авторы (Г. Митчелс, Е. Клей, Ф.Уикс, С. Кан и др.) рассматривают историю обращения в православие сибирских язычников, буддистов Забайкалья, мусульман Поволжья, старообрядцев Русского Севера. Показательно, что ни одна из работ данного сборника не посвящена миссионерской деятельности Православной церкви на территории Центральной России. В предисловии редакторы называют эту тему только ожидающей исследователя42.

Таким образом, несмотря на обилие трудов, посвященных истории Русской Православной церкви, проблема ее религиозно-просветительской и миссионерской деятельности в центральной части страны в конце XIX — начале XX в. нуждается в более детальном изучении. Дореволюционные и советские работы, затрагивающие данную проблематику, часто оказываются тенденциозными, а исследования постсоветского периода на сегодняшний день являются далеко не исчерпывающими.

Целью данной работы является комплексный анализ религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Русской Православной церкви в центральной части России в условиях общественной модернизации конца XIX — начала XX в. Реализация этой цели связана с решением следующих задач:

— рассмотреть особенности религиозного и духовно-нравственного состояния российского общества в избранный период, выявив основные предпосылки и условия религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Православной церкви;

— охарактеризовать систему инструментов и форм, использовавшихся представителями Православной церкви для религиозно-просветительских целей;

— используя материалы Курской епархии, изучить вклад церковных школ, православных братств, монастырей и других церковных организаций в дело духовного просвещения масс;

— исследовать идейные и организационные основы миссионерской работы представителей Православной церкви в центральной части России в конце XIX — начале XX в.

— изучить историю миссионерских мероприятий на территории Курской епархии, выявить динамику их развития и степень эффективности;

— проанализировать влияние религиозно-просветительских и миссионерских мероприятий на внутреннюю жизнь Русской Православной церкви в рассматриваемый период.

Методологическая основа исследования. При написании диссертации автор руководствовался принципами историзма, научности и объективности. При решении исследовательских задач применялись как общенаучные методы (анализа и синтеза, дедукции и индукции, абстрагирования, конкретизации, идеализации, обобщения), так и традиционные методы исторического анализа (историко-генетический, историко-типологический, сравнительно-историчес-кий, историко-функциональный). При сборе материалов в роли основной выступила методика архивного исследования.

Источниковая база исследования. Источники, к которым автор обращался в ходе написания работы, достаточно разнообразны. Условно они могут быть разделены на две категории: архивные и печатные.

Первостепенную важность для работы имели документы Государственного архива Курской области (ГАКО). Так, в фонде «Курская духовная консистория» (№20) были почерпнуты разнообразные сведения о подготовке и проведении просветительных мероприятий, о мерах церковных властей по борьбе с сектантством и старообрядчеством, о присоединениях к официальному православию приверженцев «протестных» форм вероисповедания. Ценные для проведенного исследования материалы находятся в фонде «Духовные семинарии, училища и церковно-приходские школы Курской губернии» (№792). Относящиеся к ним отчеты и рапорты о состоянии церковно-приходских школ, описания учебных программ и дополнительных мероприятий, прошения родителей об определении детей в школы дали возможность оценить религиозно-просветительский потенциал церковных образовательных учреждений такого рода. Получить сведения о росте старообрядческого и сектантского сообществ на территории Курского края, о регистрации их общин, строительстве ими культовых сооружений после 1905 г. позволили дела из фондов №1 («Канцелярия курского губернатора») и №33 («Курское Губернское правление»). Материалы о численности сектантов и старообрядцев в отдельных уездах Курской губернии, ставших объектами миссионерской деятельности епархиальных структур и братств, были найдены в фонде Курского статистического комитета (№4), а также в фонде «Благочиннические округа» (№483).

Большое значение для написания работы имели также материалы, хранящиеся в Российском государственном историческом архиве (РГИА). В частности, большую роль в исследовании сыграли отчёты о состоянии Курской епархии, содержащиеся в фонде №796 («Канцелярия Синода»). В каждом из этих ежегодно подававшихся курскими преосвященными отчетов есть сюжеты о духовно-нравственном состоянии населения епархии, системе внебогослужебных религиозно-просветительских мероприятий, о состоянии «раскола», а также о предпринимаемых епархиальными властями миссионерских мерах по борьбе с ним.

Печатные источники исследования можно разделить на несколько категорий. Во-первых, это опубликованные законодательные акты Российской империи, регулировавшие правовое положение Русской Православной церкви и отпавших от нее лиц. Во-вторых, статистические материалы, представленные в «Обзорах Курской губернии», «Памятных книжках» и других изданиях Курского статистического комитета, а также данные Всероссийской переписи 1897 г. В-третьих, материалы миссионерских съездов, проводившихся в России с 1887 по 1908 гг. и оказавших значительное влияние на становление системы «внутренней миссии» в епархиях центральной России. Четвертую группу печатных источников составили материалы периодической печати, прежде всего «Курских епархиальных ведомостей». В их официальной части публиковались программы религиозно-просветительных мероприятий в том или ином населенном пункте, постановления епархиального начальства о «борьбе с расколом», отчёты епархиальных миссионеров и православных братств, объявления о публичных диспутах с сектантами и староверами и т. д. В неофициальной части этого издания содержатся многочисленные заметки священнослужителей и активистах православных братств о церковных чтениях и внебогослужебных «собеседованиях», разного рода полемические статьи, а также церковно-приходские летописи. Нашли своё отражение в работе выпуски курского «Миссионерского листка», издававшегося в начале XX в. представителями епархии для борьбы с распространением сектантства. Кроме того, использовались и материалы центральных журналов, прежде всего синодального «Миссионерского обозрения». На страницах последнего было найдено большое количество статей и заметок с рекомендациями относительно организации религиозно-просветительской работы в приходах, отчеты последних о своей работе в «раскольничьей» среде, описания споров и диспутов между представителями разных конфессий.

Научная новизна диссертации определяется тем обстоятельством, что она является одним из первых опытов комплексного изучения истории религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Русской Православной церкви на территории центральной России. В отличие от предыдущих исследований, затрагивающих данную проблематику, особенности православного духовно-нравственного просвещения и миссионерства рассматриваются в контексте масштабных социокультурных процессов, имевших место в условиях модернизации конца XIX — начала XX века. В работе показано, что комплекс мероприятий просветительского и миссионерского характера, направленный на сохранение населением православной идентичности, в то же время стал важным инструментом церковного обновления.

Проведенное исследование имеет определенную значимость и с точки зрения вклада в региональную историю Курского края. В диссертации впервые введен в научный оборот ряд интересных источников по церковной истории. Привлечение ранее не использовавшихся исследователями документов Курской духовной консистории и церковно-приходских школ, а также материалов курских православных позволяют конкретизировать и углубить существующие представления о духовной жизни Курской епархии в последние десятилетия существования Российской империи.

Практическая значимость работы определяется возможностью использования ее результатов в дальнейших исследованиях религиозной и социокультурной истории России, а также при подготовке обобщающих трудов о прошлом Русской Православной церкви. Материалы диссертации могут быть привлечены при создании учебных курсов по истории, культурологии, религиоведению и краеведению, при написании учебных пособий, справочников и энциклопедий. Они также могут быть востребованы представителями государственного аппарата, осуществляющими контроль за культовой и общественной деятельностью современных религиозных организаций.

Апробация результатов исследования. Основные идеи и результаты работы обсуждались на заседаниях кафедры истории и социально-культурного сервиса Курского государственного технического университета, прошли апробацию на трех международных и всероссийской научных конференциях, а также изложены в публикациях общим объемом [7] п. л.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, разделенных на параграфы, заключения, списка использованных источников и литературы.

Примечания

1 Сведения об этническом и конфессиональном составе губернии даны по состоянию на 1897 г. (См.: Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Курская губерния. — СПб, 1904. - С. V.). 

2 См.: Знаменский П.В. Руководство к русской церковной истории. СПб., 1871; Он же. Богословская полемика 60-х годов: Об отношении православия к современной жизни. Казань, 1909; Титов Ф.И. Император Александр III и православная церковь в его время. Киев, 1901; Рункевич С.Г. История Русской Церкви под управлением Святейшего Правительствующего Синода. СПб., 1900; Он же. Русская Церковь в XIX в. СПб., 1901

3 Верховский П.В. Очерки по истории Русской церкви в XVIII и XIX столетиях. Варшава, 1912; Он же. Учреждение Духовной коллегии и «Духовный регламент». Ростов-на-Дону, 1916.

4 Папков A.A. Церковные братства. Краткий статистический очерк о положении церковных братств к началу 1893 г. — СПб. 1893.

5 Лопухин А.П. История христианской церкви в XIX веке. — СПб. В 2-х томах. Т. 1. 1900. Т. 2. 1908.

6 Соловьев С.М. Братчины. //Русская беседа. 1857. № 4; Бердников И.С. Церковные братства. //Православное обозрение. 1868. Кн. 4.

7 Церковные братства. //Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Эфрона. — СПб. 1903. В 78 т. Т. 38. 

8 Смирнов П.С. История русского раскола, известного под именем старообрядчества. Одесса, 1898; Он же. Внутренние вопросы в расколе в XVII веке. Исследование из начальной истории раскола по вновь открытым памятникам, изданным и рукописным. СПб., 1898.

9 См.: Арсений Рождественский. Хлыстовщина и скопчество в России // Чтения в Обществе истории и древностей российских. 1882. С. I — XXV; Он же. Южно-русский штундизм. СПб, 1889; Орест Новицкий. О духоборах. Киев. 1882; Кутепов К. Секты хлыстов и скопцов. Казань, 1882; Еп. Алексей. Религиозно-рационалистическое движение на Юге России во второй половине XIX столетия. Казань, 1900; Он же. Внутренняя организация южнорусских необаптитов-штундистов. Казань, 1908.

10 Юзов И. Русские диссиденты, староверы и духовные христиане. СПб, 1881. С. 5.

11 Там же. С. 90-91.

12 Пругавин A.C. Значение сектантства в русской народной жизни // Русская мысль. 1881, кн. 1. С. 362.

13 См.: Пругавин A.C. Религиозные отщепенцы. Очерки современного сектантства. Вып. 1-2. М., 1906; Он же, Раскол внизу и раскол вверху. М., 1907.

14 Мельгунов С.П. Из истории религиозно-общественных движений в России XIX в. М., 1907. С. 231.

15 Ясевич-Бородаевская В.И. Борьба за веру. Историко-бытовые очерки. СПб, 1912.

16 Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры.: в 3-х тт. Т. 2. 4.2. М., 1994. С. 103. 

17 См., напр.: Дмитриевский И. Из записок миссионера. Религиозное брожение в Пу-тивльском уезде. Курск, 1900; Он же. Из записок миссионера. Скопцы. // Прибавление к Курским епархиальным ведомостям. 1900. № 48. С. 1071-1079; Амфитеатров П. Штунда в слободе Красной Белгородского уезда и средства для борьбы с ней // Курские епархиальные ведомости. Часть неофициальная. 1906. №40. С. 968-969; Коротеевский П. Курский кружок церковного обновления. // Прибавление к Курским епархиальным ведомостям. 1898, №34. С. 815-817; Колосовский Д. Торжество в селе Ковенках Путивльского уезда // Прибавление к Курским епархиальным ведомостям. 1898, №34. С. 817-820 и т.д.

18 См., напр.: Ленин В.И. Социализм и религия // Полн. собр. соч. Т. 12. М., 1960. С. 142— 147; Так же см.: Красиков П.А. Революция и церковь. М., 1923. 

19 См.: Волков Н. Религиозный дурман. JL, 1929; Горский Е. Изуверы. М., 1930; Морозов И.П. Безбожники и атеисты в борьбе за народное дело. JL, 1931 и др.

20 Никольский Н.М. История русской церкви. М., 1983. С. 404-435.

21 Клибанов А.И. История религиозного сектантства в России (60-е гг. XIX - начало XX в.). М., 1965; Он же. Проблемы изучения и критики религиозного сектантства. М., 1971; Он же. Религиозное сектантство в прошлом и настоящем. М., 1973. 

22 Красников Н.П. В погоне за веком. М., 1968. 160 е.; Он же. Социально-этические воззрения русского православия в XX веке. Киев, 1988. 177 е.; Зырянов П.Н. Православная церковь в борьбе с революцией 1905-1907 гг. М., 1984. 224 с. 

23 См., напр.: Базанов А.Г. Очерки по истории миссионерских школ на Крайнем Севере. JL, 1936; Огрызко И.И. Христианизация народов Тобольского Севера в XVIII в. М., 1941; Гемуев И.Н., Сагалаев A.M. Религия народов манси. Новосибирск, 1986. и т.д.

24 Русское православие. Вехи истории / Под ред. А.И. Клибанова. М. 1989.

25 Карташев A.B. Очерки по истории русской церкви. М. 1997. В 2 т.; Смолич И.К. История русской церкви 1700-1917 гг. М. 1997. В 2 ч. Ч. 2. 

26 Освальт Ю. Духовенство и реформа приходской жизни. 1861-1865. // Вопросы истории. 1993. № 11-12.

27 Балашов Н. На пути к литургическому возрождению. М., 2001.

28 Леонтьева Т.Г. Вера и прогресс: православное сельское духовенство России во второй половине ХIХ-начале XX вв. М., 2002. С. 103-120, 165-184.

29 Бернштам Т.А. Приходская жизнь русской деревни. Очерки по церковной этнографии. СПб., 2007. С. 356-403.

30 Фирсов C.Л. Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х—1918 гг.). М., 2002. 624 с.

31 Федоров В.А. Русская Православная Церковь и государство. Синодальный период. 1700-1917. М. 2003.

32 Никулин М.В. Православная церковь в общественной жизни России (конец 1850-х-конец 1870-х гг.). М. 2006.

33 См.: Харченко Л.H. Миссионерская деятельность православной церкви в Сибири: (вторая половина XIX в.-февраль 1917 г.): Очерк истории. СПб., 2004; Орлова К.В. История христианизации калмыков: середина XVII — начало XX в. М., 2006; Тресвятский Л.A., Морозов С.Б. Влияние православной культуры на изменение этнической картины мира сибирских народов (XVII — начало XX вв.). Новокузнецк, 2006; Окладников H.A., Матафанов H.H. Тернистый путь к православию: из истории обращения в христианство ненцев архангельских тундр. Архангельск, 2008.

34 См.: Ванина И.Ю. Миссионерская деятельность русской православной церкви в северовосточной Азии, середина XVIII — середина XIX века : диссертация кандидата исторических наук. Иркутск, 1995; Раздольский С. А. Миссионерская деятельность православной церкви на Северном Кавказе в XIX — начале XX веков: дис. кандидата исторических наук. Краснодар, 1996; Ипатьева A.A. Миссионерская деятельность русской православной церкви на юге Дальнего Востока во второй половине XIX — начале XX вв. : автореферат дис. . кандидата исторических наук. Красноярск, 1999; Мавлютова Г. Ш. Миссионерская деятельность русской православной церкви в Северо-Западной Сибири в XIX — начале XX века: дис.кандидата исторических наук. Тюмень, 1999; Князева О. Р. Миссионерская деятельность Русской православной церкви в 1905 - 1917 гг. : На примере епархий Пермской губернии : дис . кандидата исторических наук. Пермь, 2000; Шагжина 3. А. Миссионерская деятельность русской православной церкви в Забайкалье: 2-я половина XVII-начапо XX вв.: дис. . кандидата исторических наук. Улан-Удэ, 2000; Расова Н. В. Миссионерская деятельность Русской Православной Церкви на Алтае в XIX -начале XX в. : дис. . кандидата исторических наук. Новосибирск, 2002; Макурина В.В. Миссионерская деятельность Русской православной церкви в Удмуртии во второй половине XIX — начале XX века : автореферат дис. . кандидата исторических наук. Санкт-Петербург, 2002; Гусейнова Т. Н. Миссионерская деятельность Русской православной церкви среди старообрядцев Забайкалья : XVIII-начало XX вв. : дис. кандидата исторических наук. Улан-Удэ, 2004; Камзина А.Д. Старообрядчество как объект миссионерской деятельности Русской православной церкви в Оренбургской епархии : 1859-1917 гг. : дис. . кандидата исторических наук. Оренбург, 2004; Понятов А. Н. Миссионерская деятельность «Братства святителя Гурия» в Казанской губернии во второй половине XIX — начале XX вв. : дис. кандидата исторических наук. Казань, 2007: Софронов В.Ю. Миссионерская деятельность Русской Православной Церкви в Западной Сибири в конце XVII — начале XX вв. : дис. доктора исторических наук. Барнаул, 2007; Гажва И.А. Религиозно-просветительская деятельность православных братств Центральной России во второй половине XIX - начале XX вв.: на материалах Владимирской и Костромской губерний : диссертация . кандидата исторических наук Иваново, 2008; Исхаков P.P. Миссионерская деятельность Русской православной церкви в отношении мусульман Среднего Поволжья в XIX - начале XX вв. : 1800-1917 гг. : дис. кандидата исторических наук. Казань, 2008.

35 Бунин А.Ю. Деятельность православного духовенства Курского края в 1905 — 1929 гг. Автореф. дис. канд. ист. наук. Курск, 2005. 25 с.

36 См.: Апанасенок A.B. Старообрядчество Курского края в XVII — начале XX века. Курск, 2005. С. 93-103; Он же. «Старая вера» в Центральном Черноземье: XVII — начало XX века. Курск, 2008. С. 183-192.

37 Шуклина Л.A. Культурно-просветительская деятельность Русской православной церкви в конце XIX — начале XX вв. (по материалам Курской губернии): Автореф. дис. . канд. ист. наук. Курск, 2005. 25 с.

38 Арцыбашева Т.Н. Православный Курский край. Курск, 2002; Ильина З.Д. Русская Православная церковь и общество в истории России и Курского края // Церковь и общество: проблемы взаимодействия религиозного и научного знания. Материалы II Научно-образовательных Знаменских чтений. Курск, 2007. С. 301-308; Курцев А.Н. Культовые миграции населения Центрального Черноземья в 1861-1917 гг. // Из истории монастырей и храмов Курского края. Курск, 1998. С. 92-96; Жуков В.И., Беспарточный Б.Д., Черкашин М.Д., Юрковецкий B.JI. Курский край: Антология социальной работы. Деятельность Русской Православной Церкви. Научно-популярная серия в 10 томах. T.I. М., 2001. С. 92-114, 133-150 и др.; Бугров Ю.А. История Курской епархии. Курск, 2003. 104 с.; ГатиловаЛ.С. Благотворительность курских монастырей в конце XIX - начале XX вв. // Курский край: Научно-исторический журнал. № 1-2 (33-34). Курск, 2003. С. 10-12; Она же. Значение церковно-приходских школ в образовании и просвещении крестьян Курской губернии: конец XIX века Церковь и общество: проблемы взаимодействия религиозного и научного знания. Материалы II Научно-образовательных Знаменских чтений. Курск, 2007. С. 389-393. Козлов К.В. Политика Русской Православной церкви в области образования и ее реализация в деятельности епархий Центрального Черноземья. 1884-1914.: Автореф. дис. канд. ист. наук. Курск, 2004. 26 е.; Стародубцева М.С. Влияние Русской православной церкви на развитие народного образования в Курской губернии во второй половине XIX-начале XX вв.: Автореф. дисс. . канд. пед. наук. Курск, 2001. 22 е.; Юрковецкий B.JI. Церковь и государство. Эволюция взаимоотношений. Курск, 2001. 268 е.; Афанасьев А.Д. Церковно-приходские школы Курской губернии и просветительская деятельность православного духовенства в начале XX века // Церковь и общество: проблемы взаимодействия религиозного и научного знания. Материалы II Научно-образовательных Знаменских чтений. Курск, 2007. С. 393-395. 

39 Freeze G.L. The Parish Clergy in Nineteenth-Century Russia. Crisis, Refrm, Counter-Reform. Princeton. 1983. P. 348-352.

40 Stoor,Thomas. Den oonskade missionen : Proselytismen i Ryssland och den ortodoxa kyrkans reaktioner Stockholm : Norma, Cop. 2001.

41 Of Religion and EmpireA Missions, Conversion and Tolerance in Tsarist Russia / Edited by Robert P. Geraci and Michael Khodarkovsky. London: Cornell University Press, 2001. 

42 Там же. Р. 15.

 

Заключение диссертации

Подводя итог работе, можно констатировать, что исследование прошлого религиозно-просветительской и миссионерской деятельности Православной церкви является плодотворным направлением исторического поиска. Оно представляет немалый интерес как для религиозной, так и для социально-культурной истории России. Это обстоятельство подтверждают сделанные выводы.

Последние десятилетия XIX в. и начало XX в. стали эпохой заметного изменения духовно-нравственного и религиозного климата в российском обществе. Отечественная модернизация предопределила постепенное разрушение традиционного патриархального уклад жизни широких масс, привела к трансформации мировоззрения в сторону его секуляризации. Приведенные в диссертации факты из духовной жизни Курской епархии свидетельствуют, что авторитет Православной церкви и ее представителей оказался поколеблен, среднестатистические прихожане все чаще оказывались склонны следовать строгим церковным предписаниям. Другой проблемой, унаследованной от предшествующего периода, было «религиозное невежество» значительной части православного населения, большое количество суеверий и предрассудков, несовместимых с учением Церкви.

Кризис, переживаемый Православной церковью в рассматриваемый период, выразился также в быстром численном росте различных сект, укреплении старообрядческих общин, развитии свободного богоискательства и распространении атеизма. Конечно, религиозная жизнь населения центральной России и в предшествующий период не отличалась однообразием. Несмотря на государственный статус и полное доминирование господствующей православной церкви, со второй половины XVII в. в России активно проходил процесс генезиса «протестных» религиозных сообществ. Наиболее крупным из них было старообрядчество, другие формы религиозного инакомыслия принимали формы сектантства в его мистико-экстатическом (христоверие, скопчество), спиритуалистическом (духоборы, молокане) или рационалистическом (штундисты, штундобаптисты) вариантах. Однако, быстрее всего рост «протестных» религиозных движений происходил именно в конце XIX — начале XX в.

Изучение источников церковного происхождения привело к выводу, что условия для распространения «протестных» форм вероисповедания в российской провинции создавало, прежде всего, состояние религиозной жизни в официально-православной среде. Нехватка «в глубинке» церквей и хорошо подготовленных священнослужителей, бедность и невысокий статус приходских «батюшек», невозможность для них уделять достаточно времени для проповеднической или миссионерской деятельности, формализм, часто имевший место в проповедях и культовых действах представителей православной церкви — все это снижало авторитет официальной церкви в глазах верующих. Кризисные явления в церковной среде отражались на жизни православных приходов, которая в глазах требовательного наблюдателя не всегда отвечала христианским принципам. Гораздо менее эти проблемы были присущи новым религиозным сообществам. Уход из лона русской православной церкви с последующим присоединением к старообрядцам или сектантам мог означать попытку присоединиться к более «благочестивому» сообществу. Набожных прихожан привлекала более высокая степень приобщенности старообрядцев и сектантов к религиозным книгам. Сплоченность и материальное благополучие большинства старообрядческих и сектантских общин, готовность оказать помощь новым членам также определяли симпатии к ним у части прихожан господствующей церкви. Духовная эмансипация пореформенного периода, ослабление патриархальных уз значительно облегчали переходы из официального православия в стан его противников.

Все эти нежелательные для Православной церкви явления обусловили необходимость энергичных религиозно-просветительских и миссионерских действий. От нее требовались продуманные и эффективные меры, направленные на укрепление веры и сохранение влияния на умы широких слоев российских подданных.

Проведенный в работе анализ показывает, что в течение двух последних десятилетий XIX столетия и первых лет XX века Православной церкви удалось создать довольно мощную систему религиозного просвещения в центральной России. Если в предшествующий период духовно-просветительные мероприятия в том или ином населенном пункте зависели от близости крупного монастыря или рвения приходских священнослужителей, то в конце XIX — начале XX в. они становятся нормой для крупных сел и тем более городов. Создание названной системы, прежде всего, предполагало организацию в 1880-е гг. крупной сети церковных школ, имевших целью воспитание для православных приходов верных прихожан. Материалы Курской епархии показали, что замыслы организаторов системы церковного образования довольно серьезно расходилась с реальностью: представленные в диссертации сведения свидетельствуют о слабом материальном обеспечении, недостатке квалифицированных кадров, равнодушии части духовенства к делу духовного просвещения. Тем не менее, при всех своих недостатках, церковная школа стала серьезным фактором сохранения православной идентичности российской молодежи.

Материалы диссертации свидетельствуют об активизации монастырской религиозно-просветительской деятельности. При этом, однако, наиболее значительным в дело религиозного просвещения масс следует признать вклад церковных братств. Имеющиеся по Курской епархии источники показали, что их деятельность в течение рассматриваемого периода постепенно увеличивала масштабы и во многих случаях оказывалась результативной. Она, конечно, не стала панацеей от имевшихся у Православной церкви проблем. Тем не менее, братские чтения, лекции, школьные мероприятия, проводимые энтузиастами и поддержанные епархиальными структурами, укрепляли связь прихожан с Церковью, способствовали преодолению многих суеверий и предрассудков. Особенно активной религиозно-просветительская деятельности церковных организаций в центральной части России стала после 1905 г. под влиянием роста социальной напряженности и революционных потрясений в стране. В этот период Братства и другие церковные организации стали уделять значительное внимание политическому и гражданскому развитию (воспитанию) населения, в первую очередь молодежи.

Наряду с системой духовно-нравственного просвещения, в конце XIX — начале XX в. Православной церковью была создана система миссионерского воздействия на «отпавших от православия» и склонных к этому подданных. В центральной России эта система получила название внутренней миссии. На протяжении рассматриваемого периода епархиальные власти прилагали значительные усилия для ослабления религиозного инакомыслия с помощью увещеваний, миссионерских бесед, распространения среди населения специальной «противораскольнической» литературы и других подобных мероприятий, до 1905 г. подкрепляемых административным нажимом. В ходе этой работы внутри клира сформировалась прослойка профессиональных миссионеров — знатоков ортодоксального православного учения, главной задачей которых стала полемика с «заблудшими» и «изобличение» конкурирующих (прежде всего сектантских) религиозных учений.

Впрочем, существенных успехов в миссионерской деятельности господствующей церкви добиться не удалось. Фактом духовной жизни центральной России (что видно из курских материалов) оставалось и развитие атеистических настроений. Судя по источникам Курской епархии (где «миссионерское дело» признавалось поставленным на должную высоту), как в конце XIX в., так и в начале следующего XX в. возвращения прихожан «в лоно Православия» не могли компенсировать численный рост сект. Единственным более или менее эффективным средством борьбы с «расколом» и инакомыслием оказалось воспитательное воздействие на молодежь из старообрядческих и сектантских общин посредством привлечения ее в церковные школы. Тем не менее, борьба с инакомыслием все-таки приносила Православной церкви пользу. Стремясь предотвратить распространение «раскола» и «духовного отщепенства», епархиальные власти и помогавшие им православные энтузиасты постоянно предпринимали попытки усовершенствования религиозной жизни в приходах — поощрялась проповедническая деятельность клира, просвещение паствы, организация кружков «ревнителей православия».

Научная библиотека диссертаций и авторефератов disserCat

Миссия

Современная практика миссии, методы и принципы миссии, подготовка миссионеров и пособия

Катехизация

Опыт катехизации в современных условиях, огласительные принципы, катехизисы и пособия

Миссиология

Материалы по миссиологии и истории миссии, святоотеческие тексты и рецензии

Катехетика

Материалы по катехетике и истории огласительной практики, тексты святых отцов-катехетов

МиссияКатехизацияМиссиологияКатехетика
О насАвторыАрхив