О неформальных границах

Священники и миряне отвечают на актуальные вопросы, связанные с покаянием перед крещением

Как можно судить, готов человек к крещению или нет?

Руководитель Миссионерского отдела Курской епархии свящ. Тигрий Хачатрян: По требованиям Евангелия, он должен быть готов исповедовать Иисуса Христа Господом и желать наследования Царствия Небесного, при этом сделать жизнь следованием за Христом.

Сотрудник Миссионерского отдела Воронежской епархии свящ. Стефан Домусчи: С одной стороны, нельзя с уверенностью сказать, можно ли быть готовым ко крещению, потому что здесь, как и в таинстве покаяния или причастия, нет формальной границы готовности. Во всех этих случаях мы не можем сказать, что мы полностью покаялись или полностью подготовили себя к принятию Святых Тайн Христовых. С другой стороны, есть требования, которым человек должен соответствовать - это свидетельство православной веры и праведной жизни. Готовящийся ко крещению должен знать основы Священного Писания, прочитав некоторые книги Ветхого и Нового Завета, знать Символ Веры, не просто его выучив, но умея объяснить. Человек должен знать основы нравственного и аскетического учения церкви, знать опытно, т.е. показав пример молитвенной жизни и добрых дел.

Свящ. Иоанн Привалов (Архангельская епархия): Будучи приходским священником, настоятелем сельского храма, я встречаю немало людей, которые просят о крещении. Конечно, прежде всего нужен какой-то неформальный критерий. Родная душа, верующая душа, которая действительно хочет какой-то иной жизни, всегда опознается. Это тот, кто действительно говорит, что ему важно не просто пройти тот или иной обряд, что он хотел бы понять какие-то главные вопросы в своей жизни, т.е. он хотел бы изменить свою жизнь. Так или иначе человек это дает понять. Но таких людей, надо сказать, крайне мало появляется в рамках прихода. Обычно люди приходят поговорить о той или иной какой-то нужде. Они хотят, чтобы что-то изменилось в их жизни, но при этом не самым радикальным, не самым острым образом. Им Бог нужен как помощник, если угодно, как золотая рыбка нужна была старухе. Поэтому в основном с готовностью людей к крещению я встречаюсь на оглашении. Когда люди проходят длительный путь оглашения, то тогда уже по контексту жизни, в каком-то более длительном процессе узнавания можно понять, действительно ли готов человек или не готов.

Нужно сказать, что в середине 90-х годов был страшный напор желающих креститься. И там критерием (я понимаю, это сейчас может восприниматься немного анекдотически) мог послужить ответ на замечание о необходимости оглашения. Если человек был готов потерпеть, пройти оглашение, разобраться с какими-то вопросами, был готов прислушаться, послушаться, значит, это косвенно говорило в пользу его готовности (уже появляется какой-то момент христианского терпения, послушания). А если человек требовал: нет, только здесь и сейчас, только сию минуту, и вообще ждать мне некогда или вообще вы ничего не понимаете, как вы можете знать, готов я или не готов, а я, может быть, всю жизнь готовился, вот я созрел - значит, с готовностью большие проблемы. Ведь люди здесь, конечно, путали принципиально разные вещи:да, может быть, он всю жизнь задавался вопросом, надо ему или не надо, и вот наконец решил, что ему это надо, и считает это готовностью к крещению, тогда как после этого должен быть сделан следующий шаг - разобраться, а церковь-то что в это вкладывает, а Бог-то чего хочет?

Да, я не всегда жестко настаивал на оглашении перед крещением. Но в основном это были компромиссы, которые ничем хорошим не закончились для этих людей. Они крестились, но не воцерковились, как-то сами где-то прозябают. Я помню только два случая, когда это действительно было внутренне оправдано. В обоих случаях это были молодые женщины. Было видно, что Евангелие ими прочитано, и в жизни их что-то Господь уже успел совершить. Но до сих пор я вижу, что их путь все равно очень непрост.

А.М. Копировский, катехизатор: «Если веруешь от всего сердца, то можно» (Деян 8:37). Это проявляется в том, что человек не тяготится заповедями, но старается исполнить их максимально возможно, пусть даже немного по-детски, радуется при чтении Писания, не чувствует себя неловко в храме, не отмалчивается при разговоре о Боге и церкви, а главное - понимает крещение не как дополнение к тому, что есть, а как выход во что-то совсем новое, хоть и не очень пока понятное. Ну, и не пропускает огласительных встреч, задает человеческие, а не заумные вопросы.

Насколько оглашаемые связывают покаяние, без которого невозможно таинство крещения, с исправлением жизни?

О. Стефан Домусчи: Естественно, если человек желает креститься, он должен быть готов к тому, чтобы изменить свою жизнь. В реальной жизни все бывает по-разному, кто-то сам понимает, что жизнь надо будет изменить, кто-то не знает этого и думает, что его жизнь и так нормальная и ему, чтобы стать христианином, необходимо просто креститься. Последним приходится пояснять, что настоящая перемена ума невозможна без перемены жизни.

О. Иоанн Привалов: По-разному бывает. Это бывает даже не обязательно в момент исповеди или молитвенно-покаянной встречи незадолго перед крещением, это бывает где-то в процессе оглашения, когда люди говорят: «Господи, ну почему же я раньше этого всего не знал, почему же? Жалею о том, что раньше-то я не прошел». И видно, что из этого зреет какая-то возможность нового развития его жизни. Зреет какое-то новое направление жизни. Но ярких событий, острых переживаний не так много. В основном это такой спокойный, естественный рост. Помнится, даже Бердяев как-то говорил, что в православном сознании крайне редко встречается момент резкого обращения ко Христу. Как правило - постепенное врастание. Поэтому связывается, да, люди идут дальше, они принимают эту жизнь, потом уж мы видим, насколько это все было серьезно. Бывает очень часто, что на одних порывах вроде человек оглашение прошел, и каялся он слезно, и исповедь за всю жизнь у него была, потом проходит год, полтора, и мы видим, что порывы остались только порывами, в общем-то ничем не обеспеченными. Кто виноват в этом, я не знаю. Ну, конечно, всегда основную ответственность несет сам человек. Что он смог сделать из того, что было, насколько он трезвенно или нетрезвенно к этому отнесся. Иногда бывает, что после оглашения у человека такой душевный заряд, что ему кажется, что он горы готов свернуть. Ведь жизнь по закону и под законом, которая возникает на оглашении, она же дает возможность резко накапливать силы. Вот человек перестал так грешить - сяк грешить, у него возникает переизбыток сил. Бывает, что в мире сем люди в какой-то момент просто «шалеют» от денег, которые неожиданно на них сваливаются. К сожалению, так же люди могут шалеть от тех внутренних сил, которые даются им «не мерою», когда они перестают смертно грешить. Но они не знают, как эти силы потратить, как ими распорядиться. И срывов здесь бывает много. Мне кажется, должна каким-то естественным образом сложиться, сформироваться практика помощи этим людям, этим группам после оглашения.

А.М. Копировский: Чаще с исправлением отдельных ее сторон, особенно им досаждавших ранее. В целом, по-моему, не очень связывают.

Обсуждаете ли Вы с готовящимся к крещению грехи, связанные с нарушением заповедей Моисея? Исправляет ли человек то, что с этим связано (в частности, регистрирует ли «гражданский брак» и т.п.)?

О. Тигрий Хачатрян: Да, кроме этого всегда стараюсь указывать, что т.н. крестные не могут быть таковыми, если живут в блуде.

О. Стефан Домусчи: Конечно, уже на первой беседе человеку говорится, что определенные моменты его жизни могут сделать крещение для него невозможным. Таковыми могут быть занятие магией и оккультизмом, мошенничество, преступный бизнес и проч. Часто для людей это бывает очень трудно, особенно если говорить о «гражданском браке», потому что в этом участвует другой человек, который может быть вообще неверующим и не желающим по чьему-то указанию менять жизнь. Часто это бывает настоящим подвигом, на который человек идет ради жизни со Христом.

О. Иоанн Привалов: Это обязательно. Я считаю, что здесь не грех побыть ригористом в каких-то вопросах. Другое дело, что людей надо готовить к этому, об этом надо говорить не за месяц до перевода на второй этап, а где-то с середины первого этапа оглашения, причем регулярно. Но в какой-то момент, я думаю, не грех быть ригористом. Я знаю положительный опыт, когда строго решалось, что если человек, скажем, не бросит пить, он никуда не перейдет и там это жизнью было обеспечено, т.е. я имел возможность строго разговаривать с человеком. Я знаю: лучше, что человек сделал такой выбор, чем если бы его перевели и сказали: «да ничего, как-нибудь потом, ну ты старайся, старайся...» Человек должен знать, что какие-то вещи нельзя делать в принципе. В противном случае лучше не переводить. Я понимаю, что все индивидуально, но, если бы была моя воля, я бы всех курильщиков не переводил на второй или третий этап оглашения (я знаю, что с пьянством никто не переходит, а вот с курением несколько случаев было). Мы должны чувствовать эту планку, хотя и должны ее подбирать каждому человеку лично.

А.М. Копировский: Да, обязательно обсуждаем. И некоторые довольно откровенно говорят о своих проблемах в этой области. Тогда возможно и решение их, так сказать, в рассрочку, а не только «нет, и всё!» Но если человек вдруг сам решается на радикальные меры, при этом не заглаживая ситуацию и даже создавая себе явные проблемы - это победа Бога. Не забуду, как женщина в возрасте, с седыми уже волосами, одинокая, сказала на огласительной встрече вскользь, как о чем-то незначительном: «Вчера любовника отправила...»

Есть ли какие-то еще критерии готовности человека к крещению?

О. Тигрий Хачатрян: Если присутствуют указанные в ответе на первый вопрос, тогда можно добавить опыт жизни по вере в конкретной общине, в которой человек живет некоторое время.

О. Стефан Домусчи: Думаю, одним из самых важных критериев является готовность человека вести церковную жизнь после крещения, т.е. стать членом какого-либо конкретного прихода, регулярно причащаться, участвовать во внебогослужебной жизни. Очень важно во время подготовки показать человеку, что «христианства нет без Церкви»*, без причастия (Ин 6:53), без общей молитвы (Мф 18:20), без общей жизни (Деян 4:32. и 1 Ин 1:7).

О. Иоанн Привалов: Трудно сказать. Ведь есть формальные критерии и есть неформальные. Формальные мы обсудили: десять заповедей он должен исполнять, а о неформальных я пока не могу сказать. Я повторяю, я не знаю другого пути нормальной подготовки человека ко крещению, кроме как через оглашение. Это значит - через длительный процесс взаимного узнавания. Человек должен стать той почвой, куда можно вложить зерно, которое он уже примет, не отторгнет его.

А.М. Копировский: Да. Если оглашаемый вдруг начинает говорить, что он не готов, что оглашение хорошо бы продлить, что хотелось бы еще много прочитать, сделать - значит, он вышел на финишную прямую...

* Сщмч. Иларион (Троицкий)


Вопросы задавала Анастасия Наконечная

КИФА №5(111) апрель 2010 года

comments powered by Disqus