Сегодня назрела острая необходимость в катехизации

Интервью с Николаем Фуштеем, катехизатором церковно-приходской школы при Свято-Дмитровском храме Кишинёва

Николай Фуштей – катехизатор-мирянин с многолетним опытом, кандидат богословия (по молдавской научной классификации – доктор теологии), кандидат исторических наук, научный координатор Института истории, государства и права Академии наук Молдовы. Окончил энергетический факультет Кишинёвского политехнического института, затем Московскую духовную семинарию и Московскую духовную академию, преподавал основы богословия и церковное право в Кишинёвской духовной академии. Наша беседа состоялась в воскресный день, сразу по окончании встречи по катехизации 4-й старшей катехизической группы, которую ведет Николай Фуштей.

Добрый день, домнул[1] Николай. Благодарим Вас за согласие дать интервью для газеты «Кифа». Разрешите задать Вам первый вопрос. 

Приход Свято-Дмитровского храма в Кишинёве известен как очень живой, сюда приходит много людей, здесь много причащающихся. Ещё мы знаем, что здесь есть школа катехизации и Вы много лет служите в ней катехизатором. Расскажите, пожалуйста, как всё начиналось, как Вы пришли к этому, что Вас на это служение вдохновило.

Начинал я не здесь, и инициатива основать эту школу принадлежит не мне. В 1990 году Дмитровский храм был ещё в полуразрушенном состоянии, но после богослужений люди не хотели уходить из храма, и его настоятель, ныне митрофорный протоиерей Павел Борщевский, проводил с ними беседы о вере. Потом, когда навели порядок, стало приходить больше людей, и батюшка сам уже не справлялся – крещения, венчания, другие требы занимали много времени. Поэтому он привлёк к катехизической работе с детьми матушку Наталью Пэдурару (это жена священника, служившего здесь в 1949–1953 гг., до закрытия храма). Потом пришёл дьякон Сергий, преподаватель английского языка, работавший тогда в лицее им. Иона Крянгэ. Позднее, в 1993 году, пришёл я, затем Сергей Сажин, Ангелина Савин. Так постепенно образовался преподавательский коллектив, и мы стали организовывать занятия в специализированных классах по возрастам. Сегодня у нас есть первая вторая группа – с 9 до 12 лет, третья – с 13 до 15 лет, и четвёртая – для всех, кто старше 15 лет. Курсы у нас трёхгодичные. Каждые три года мы начинаем новый набор, и научение начинается с нуля. В течение трёх лет к курсам могут присоединиться и другие люди, при условии, что они самостоятельно изучат пройденный материал по книге[2], чтобы не выглядели свалившимися с луны и понимали, о чём идёт речь.

Три года – это серьёзный, длительный срок. Есть ли у Вас в программе определённые этапы? 

В каждой группе есть своя программа, которая рассчитана на три года, и на каждый год разработан план по темам. Ведётся журнал, где записываются темы каждого урока. Стараемся, чтобы к концу курсов весь материал мы прошли.

Какое место в Вашей программе Вы отводите чтению Священного Писания?

В группе 12–15 лет вся программа посвящена занятиям по толкованию Священного Писания. В следующей возрастной группе, старше 15 лет, мы подразумеваем, что люди знакомы с Библией, и там мы изучаем учение Церкви, которое должен знать каждый сознательный христианин.

Каких плодов Вы ожидаете от тех, кто приходит на встречи? Как, на Ваш взгляд, проявляется ответственность мирян за Церковь, особенно после пройденного ими курса катехизации?

Я заметил, что прошедшие катехизацию становятся взрослее, ответственнее, даже взрослые «взрослеют». Они уже не бросаются словами, как это обычно бывает на первых этапах обучения. Вначале они уверены, что всё знают, на всё могут ответить, а в конце курса – начинают задумываться, как правильно сказать от имени Церкви.

Начинают размышлять примерно так: «Многое может мне показаться правильным, но соответствует ли это действительности? Не погрешу ли я против учения Церкви, против Слова Божьего, не внесу ли я своё, выдавая это за учение Церкви?» У людей появляется ответственность, когда они говорят о Боге, о Церкви. Думаю, что это хорошо, ведь дело Божье – дело ответственное, и нужно нести ответственность не только за дела, но и за слова.

Как, на Ваш взгляд, обстоят дела с катехизической деятельностью в православной церкви Молдовы? Что следует предпринять церковному руководству и народу Божьему для того, чтобы катехизация проводилась повсеместно?

Я не такой дерзкий, чтобы давать советы церковным властям. Я могу сказать о том, что может сделать любой христианин. Мне кажется, что всякий человек, который считает себя христианином и хочет жить по-христиански, обязан что-то делать для ближнего. Если я вижу, что мой брат-сосед не знает о христианской вере и у него есть желание о ней знать, то я, как наученный христианин, обязан с ним поделиться. Это наша обязанность. Думаю, что такая инициатива должна исходить не от церковных властей, а прежде всего от нас, верующих христиан. Может быть, сначала организовать кружки по катехизации, потом возможна и школа катехизации.

Сегодня в проповеди в храме прот. Павел Борщевский говорил, что, к сожалению, в настоящее время в Молдове, несмотря на статистику про 95 % православных, на самом деле, 70 % – это язычники. Это чаще всего проявляется при совершении таинства крещения. У восприемников и у ребёнка, которого крестят, можно увидеть всё, что угодно – и красные нити на запястьях, и знаки зодиака. Восприемник, который должен взять на себя ответственность за воспитание ребёнка в христианской вере, не знает даже Символа веры. Вместо крестика у него на груди – знак зодиака, козла или ещё чего-то. Кто в его жизни главный – Христос или какой-то козёл? И такой человек считает себя христианином, что совершенно невозможно, если он носит на себе языческие знаки.

Не берусь судить о других поместных церквях, но считаю, что для нашей церкви в Молдове назрела острая необходимость в катехизации, несмотря на заявляемые 95 % православных в стране. Люди приходят в церковь и ничего о ней не знают. Приходят затем, чтобы им повезло в бизнесе, или чтобы соседку Господь наказал за то, что она запустила кур в их огород, или ещё за чем-то подобным. У большинства приходящих чисто языческие потребности. Поэтому те, кто имеет сознательную веру, должны ею делиться, и как можно больше нужно искать моделей катехизических движений. Мне думается, что в нашей стране назрела необходимость появления нового движения, подобно тому, как в Греческой церкви в 50-х годах XX века появилось движение «неоортодоксия» – «новоправославие». Там тоже в одно время церковь опустела, потому что люди смотрели на неё как на фольклор, национальную традицию и не понимали ее абсолютную необходимость для жизни человека. Тогда появилось молодёжное течение, когда молодые люди пошли в народ и начали говорить о Боге, о Христе, о Церкви, и теперь, слава Богу, в Греции храмы полные.

Думаю, в нашей республике тоже назрел момент, когда нам нужно идти в народ и проповедовать слово Божье, проповедовать Христа, и сказать людям о том, чего Бог ожидает от человека и что человек может желать от Бога, что может просить у Него. Сегодня перед нами встала насущная необходимость – надо воцерковлять людей. И для этого нужны горячие сердца, особенно среди молодёжи, и они могут начать такое движение – неоортодоксия, которое может стать новым дыханием в нашем православии. К сожалению, у нас люди православные на словах, но далеко не на деле.

Домнул Николай, получается, что программа катехизации, которая осуществляется в Дмитровском приходе, – это восполнение той катехизации, которая должна была быть до крещения человека. Сегодня в наших условиях это восполнение необходимо. Конечно, правильнее научаться вере до принятия крещения, но у нас в основном крестят младенцев…

Даже если мы крестим младенцев, это никак не освобождает нас от необходимости катехизации. Есть практика в других церквях, когда не крестят ни младенцев, ни детей другого возраста, если их родители и восприемники не прошли минимальный курс катехизации в течение месяца. А для взрослого это тем более необходимо. Он должен осознанно креститься. Нужна его личная вера, отсутствие которой не заменит вера восприемника. Поэтому, как минимум, он должен знать Символ веры и краткое его изъяснение. Нужно уметь выразить то, во что веришь. Месяц для научения основам веры – это минимальный срок. В Кишинёве римо-католики не крестят, не венчают, пока человек не пройдёт минимальный месячный курс катехизации. Я не думаю, что мы должны быть хуже. Мы же считаем, что наша вера правильная, православная.

Необходимо более серьёзно подходить к совершению таинства крещения. Должен быть обязательный период катехизации человека, который хочет креститься. А после крещения нужен следующий этап – продолжение курса катехизации.

Вспомним историю первых веков христианства. Человек, который хотел креститься, должен был найти человека – поручителя, и вместе они шли к епископу. Тот беседовал с кандидатом в христиане, и если убеждался в серьёзных намерениях человека, то записывал его в группу катехизируемых 1-й ступени. Человек слушал примерно три года поучения, объяснения основ православия, и это считалось кратким научением, без особого углубления. После этого он опять приходил на собеседование. Епископ или священник смотрел, насколько он понял научение трёх лет. Если успешно, то его записывали в группу следующей ступени – более высокой, где он проходил более углублённую катехизацию. После этого вновь было собеседование, и тогда в субботу перед Пасхой его крестили. В литургии Преждеосвященных Даров сохранилось свидетельство этого, когда с третьей недели Великого поста добавляется специальная молитва о просвещаемых, то есть о тех, кто готовится к крещению на Пасху. Человека готовили к принятию таинства несколько лет! И при этом было много супостатов, отступников от веры. А мы хотим, чтобы в наших условиях люди были настоящими верующими, без их научения.

Было ли в Вашем опыте, чтобы взрослый человек прошёл катехизацию до крещения?

Да, есть у нас один человек, который сначала был православным, потом принял католичество по личным мотивам. И теперь снова решил стать православным. Мы, конечно, не имеем права закрыть двери любому человеку, который хочет прийти к Богу. Но перед этим человеком мы поставили условие – он должен прочесть книгу[2], после этого побеседуем, чтобы понять, насколько он правильно понял, что в ней написано. Важно прояснить, насколько серьёзно его намерение прийти в православие, так как один раз уже был отказ от него. Мы поставили срок подготовки – три месяца, чтобы прочесть книгу, подумать хорошо и прийти осенью. Тогда мы примем решение, готов ли человек принять православие или ещё нет. Этот человек как раз сейчас проходит период подготовки. Осенью посмотрим.

У нас неверно люди понимают, для чего нужно крещение. Бабушки говорят, что нужно крестить ребёнка, чтобы не плакал по ночам. Или, например, в последнее время часто происходят следующие случаи. Девушка из Молдовы, вышедшая замуж за турка и живущая в Турции, во время приезда в Кишинёв приходит с ребёнком в храм, чтобы его крестить втайне от отца. Так ей сказала мать – надо крестить, и пусть муж не знает. Мы говорим такой женщине: понимаешь, что ты будешь жить с ребёнком в Турции, и отец обратит его в мусульманство. Получится, что ребёнок поневоле откажется от Христа. А это страшная вещь, страшнее ничего не может быть. Мы убеждаем такую маму не накладывать на ребёнка непосильное бремя. Никому не пожелаю оказаться в роли человека, отказавшегося от Христа. Лучше умереть, чем до такого дожить. Такое крещение будет не во спасение, а в осуждение. Мы советуем: не надо крестить, а нужно показать своей христианской жизнью, что христианином быть лучше, достойнее. Своей жизнью покажи, что наш Бог – Бог Истины. Воспитай ребёнка в христианской вере. И когда он станет взрослым, даже если был принят в ислам, а потом примет христианское крещение – оно будет ему во спасение.

Нельзя крестить по принципу: «пусть будет на всякий случай». В церкви так не должно быть. Мы или с Богом, или без Него. Нельзя одновременно находиться в двух лодках, потому что рискуешь упасть в воду. Если ты пришёл ко Христу, значит, ты должен твёрдо решить, что от Него никуда не отступишь. Если же ты отступишь от Христа, то лучше тебе было не родиться.

Позвольте задать Вам ещё один вопрос. Вы стали катехизировать в 1993 году. Как случилось так, что Вы, мирянин, стали катехизатором?

Я стал катехизатором ещё в Сергиевом Посаде в 1989 году. Обучаясь в духовной семинарии, потом в академии, я вёл катехизические уроки в техникуме для инвалидов. Он находился на территории Гефсиманского скита в военном городке в Сергиевом Посаде (тогда назывался Загорском). Там по пятницам, каждую неделю, я проводил катехизацию.

Это было Ваше послушание? Вас благословил Ваш духовный наставник?

Да, отец ректор благословил, потому что пришли из этого монастыря с приглашением, так как они хотели открыть воскресную школу. Я сначала занимался с маленькими детьми. С ними тоже было интересно заниматься. Но потом из техникума также изъявили желание посещать воскресную школу. Естественно, что в одну группу нельзя было собирать детей 7–8 лет и молодых людей 17–20 лет. Разные интересы, разные способы мышления. Тогда я пригласил другого семинариста, которого определили заниматься с детьми, а меня – со студентами техникума. Это продолжалось с 1989 по 1993 год. Потом я приехал в Кишинёв и оказался здесь, в Дмитровском храме.

У Вас уже было много выпусков огласившихся. Всегда ли продолжительность катехизации составляла 3 года?

Нет, сначала курс длился один год, пока у меня самого был маленький опыт. Потом постепенно опыт накапливался, собирался новый материал, и для всей программы стало не хватать одного года. Так пришли к трём годам. И для остальных возрастов тоже увеличили продолжительность, чтобы более подробно пояснять темы и детям, и взрослым.

Исходя из Вашего многолетнего опыта в качестве катехизатора, расскажите, пожалуйста, о плодах длительного совместного научения людей в группах. Рождает ли катехизация в тех, кто проходил оглашение в одной группе, и по окончании курса желание не терять друг друга, делать что-то вместе для Бога и для Церкви?

Это особенно заметно в тех, кто являются прихожанами Дмитровского храма. Практически путем катехизации и создается община. Вот посмотрите, люди после занятия не расходятся (показывает на группу оживленно беседующих во дворе храма), разговаривают. Им есть о чем беседовать друг с другом. Они уже знают о жизни друг друга, помогают друг другу. Вот ребенок у кого-то родился, надо прийти помочь, или проблемы какие-то, вот день рождения, давайте купим от нас цветы, поздравим. У них появились общие интересы. Не просто пришел, помолился и ушел. А пришел, помолился, а после пообщался с людьми, осмотрелся вокруг. Может быть, кому-то нужна моя помощь, и если нужна – пошел и помог. Люди сплачиваются, и эта сплоченность остается и после молитвы, после литургии. Думаю, что если работать ежедневно, ежечасно, то можно создать живой организм, живую общину. То, чего нам, к сожалению, остро не хватает. Мы пришли в храм и ушли, не знаем, кто рядом молится, не знаем никого. И это ненормально. Мне думается, что через катехизацию можно эту проблему решить, особенно через катехизацию взрослых. От детей еще трудно ожидать чего-то осознанного, они пока во всем видят игру. Взрослые же после 16–17 лет начинают подходить к этому ответственно.

Содержание общения меняется. Люди говорят уже не о футболе или о конкурсе «Евровидение», а о вещах, связанных с верой и Церковью, со спасением. И на вопросы других людей они уже могут дать компетентный церковный ответ, а не говорить то, что им кажется. Те, кто проходят катехизацию, сами удивляются, сравнивая себя в начале курса и по мере научения. Какая большая разница между тем, во что верили вначале, и тем, что составляет настоящее учение Церкви! У них до научения обычно бывает больше суеверия, чем веры. Радостно, когда человек начинает думать, размышлять. На уроках я стараюсь их больше расшевелить, задать вопрос: «А как тебе кажется?» Лучше пусть здесь выскажется неправильно, ведь мы поможем, поправим. Хуже, если человек будет продолжать думать неправильно и эту неправду распространять вокруг. Очень важно задавать вопросы: «Что ты думаешь? Почему? А правильно ли ты думаешь?» Чтобы научить человека опираться не просто на «мне кажется», а на то, что говорят Священное Писание, Церковь, православные догматы.

Было ли в Вашем опыте, что люди по окончании одного курса просят продолжения?

Да, некоторые по три курса проходят. На занятиях я прошу их помолчать, если спрашиваю о пройденном ими ранее материале, и дать возможность ответить тем, кто впервые это изучает. Иногда я их тоже экзаменую – спрашиваю о том, что они три раза слышали и насколько качественно усвоили.

Существуют ли экзамены?

Иногда предлагаю контрольные работы – без предупреждения. Из практического опыта я понял, что лучше заранее не объявлять о таких проверочных работах и опросах, потому что многие боятся и не приходят (смеется). Я им говорю: «Почему вы боитесь меня? Бойтесь Бога! Вы перед Ним будете отвечать за то, что не знаете ответ на вопрос. Мой вопрос – это полбеды, а вот если вы не ответите на вопрос, который жизнь вам поставит, тогда будет больно».

Мы видели Вашу книгу, написанную специально для таких занятий «Creştinismul pe înţelesul tuturor» («Христианство для каждого»). На какие источники Вы опирались, труды каких духовных учителей вдохновили Вас?

В книге есть ссылки на источники. Учителей катехизации у меня не было, но были книги. Благо, я жил на территории академии, и там была библиотека. По книгам я писал небольшие конспекты по темам, из которых потом сложились темы уроков, и этот материал постепенно накапливался.

План уроков основан на Символе веры, на объяснении каждого из его двенадцати членов. Конечно, есть известный катехизис, который изучается в семинарии, и он объясняет Символ веры. Но он слишком нудный, и для народа непонятный, тем более в XXI веке. Сегодня нужен другой язык, современный. Да и объяснения нужны другие. Например, когда говоришь о двойственной природе во Христе – Боге и Человеке. Свидетели Иеговы не верят в Богочеловечество Христа, а считают Его просто человеком. И я привожу пример, что в нашем материальном мире есть вещи или феномены несопоставимые. Есть вещество, и есть энергия. Две разных формы существования материи. И, как будто, не может быть один объект одновременно и энергией, и веществом. Однако, может. Например, свет, у которого двойственная природа – волновая и корпускулярная. Свет ведет себя как частица, фотон, и в то же время, как волна. Этого по обыкновенному логическому мышлению не может быть. А ведь может! Почему же мы отказываем Христу быть одновременно Богом и Человеком? Только потому, что не можем вместить?

Или если говорить о вере в Троицу. Приведу пример: может ли быть 1+1+1=1? Очень может быть, даже в нашем мире! Есть натуральный ряд чисел, а есть комплексные числа. В ряду натуральных чисел такого быть не может. Там всегда 1+1+1=3. Это еще от Аристотеля пошло. Возьмем сегмент, разделим его на три части, и сумма этих сегментов будет равна трем частям. Но это не обязательно соблюдается в комплексных числах, в которых важно не только арифметическое значение, но и направление. Комплексные числа – это векторы. И там такое возможно, когда 1+1+1=1!

Я вам покажу на примере электрической схемы (чертит рукой на стенке колодца, у которого мы сидим). Возьмем схему постоянного электрического тока. Она отражает систему реальных чисел, для которых всегда действует формула 1+1+1=3. Вот три ветви, три сопротивления, в каждой ветви по амперметру, и есть источник тока, где также установим амперметр. При включении тока видим, что в каждой ветви по 1 Амперу, а на входе – 3 Ампера. Теперь меняем на переменный ток. Меняем два сопротивления, в одном ставим катушку, а в другом – конденсатор. Источник тока меняем с постоянного на переменный. Арифметические значения сопротивлений равны 1 Ом + 1 Ом + 1 Ом. Пускаем ток и видим: 1 Ампер + 1 Ампер + 1 Ампер = 1 Ампер! Как же такое может быть? Вот же прибор показывает! (смеется) И это возможно в нашем, сравнительно простом мире. Почему же мы отказываемся верить, что в мире, где Бог, не может быть подобного тому, что возможно даже у нас. Почему считаем невозможным, что Бог Отец, Бог Сын и Бог Святой Дух суть Одно Божество, Единый Бог? Если подобное возможно у нас, почему там невозможно?

Такого примера в классическом катехизисе не найдешь (улыбается). Там есть пример с кирпичом – про глину, воду и огонь. Этот пример не совсем правомочен. Глина – это твердое вещество, вода – жидкость, а огонь – газ. Когда мы говорим о Боге, то Его Три Лица должны быть одного порядка, единосущны. Пример с комплексными числами более подходит – числа отличаются не по существу, а по направлению, вектору. У Божественных Лиц – Отца и Сына и Святого Духа – сущность одна и та же, но у Них есть ипостасные качества, личностные свойства, которые позволяют нам узнавать их. Как раз пример с вектором больше всего подходит для объяснения. Можно сказать, что Лица Троицы – Единицы Одной Сущности, их можно характеризовать векторами. Они отличаются друг от друга направлением.

Объяснить, почему в переменном токе получается 1+1+1=1, более наглядно можно графическим способом. Есть активное сопротивление, где ток совпадает с напряжением. В конденсаторе ток опережает напряжение на 90 градусов, а в катушке отстает на 90. Рисуем векторы на графике, и сумма трех векторов будет равна единице.

А кто Вы по профессии?

Я окончил Кишиневский политехнический институт, энергетический факультет, по специальности инженер-электромеханик. Оказывается, в электротехнике есть немало важных вещей, достойных внимания, которые помогают укрепиться в вере. Для меня этот пример, который я вам привел, один из наиболее значимых. Моя вера в Триединого Бога, в возможность существования одного Божества в Трех Лицах, опирается и на этот рациональный пример.

Считаю, что нужно новое движение, обновление языка, второе дыхание в православной церкви. Нельзя сегодня говорить, опираясь на те примеры, которые когда-то были убедительными. Современный человек намного больше знает, и нужен язык, соответствующий уровню его знаний. Есть практика перепечатывать дореволюционные книги огромными тиражами. Человеку их читать скучно. Надо с каждым говорить на его языке. В разговоре с человеком гуманитарного склада нужно приводить примеры из философии, а с человеком из мира реальных, точных наук нужен точный язык, конкретный, немногословный. Мышление разное у людей из разных сфер деятельности, и надо хорошо отличать, где можно говорить более пространно, подробно, а где для большей убедительности нужна особая краткость.

Когда человеку открывается красота учения Церкви и то, как логична и рациональна наша вера, бывает, что он с благодарностью и сожалением думает: вот я глупец, где-то бегал, а у меня под носом золото лежало, и я его не замечал!

Домнул* Николай, где же взять много катехизаторов? Ведь, как мы уже говорили, много народу крещеного, но не наученного.

Нас мало, но мы в тельняшках (улыбается). Вы знаете, не всегда много – это хорошо. Количество не всегда переходит в качество. Иногда вообще не переходит в качество. Ведь если соберешь всех дураков вместе, это еще не гарантия, что они станут умными. Надо уметь и малым количеством обходиться. Сколько есть, пусть работают. С Божьей помощью появятся и другие энтузиасты. Было бы желание.

Нужно духовное образование.

Обязательно! Не просто образование, а систематическое образование. Любой сейчас может взять книгу и изучить ее. Но если самостоятельно изучать, то можно в такие дебри, в такие искушения попасть. И даже изобрести новую секту. Вот мне так видится, я такой умный, посмотрите, что я открыл, и никто до меня этого не увидел…

А человек, получивший систематическое образование, не припишет себе недолжного. Преимущества систематического подхода – всё выстроено на определенном основании, разложено по полочкам, просто так кирпич не вытащишь из выстроенного здания.

Где сегодня мирянину можно в Молдове получить систематическое образование? Есть такая возможность?

(с улыбкой) У нас, в церковно-приходской школе при Дмитровском храме, в старшей 4-й группе.

Надо сказать, что некоторые бывшие слушатели курса по катехизации сегодня преподают в младших классах. Постепенно вырастают свои кадры. Некоторые после катехизации пошли в семинарию, потом вернулись и повторно прошли курс, и теперь преподают младшим.

Слава Богу! Спасибо Вам, домнул Николай, за вдохновляющий рассказ. Божьей помощи в трудах ради Господа!

С Николаем Фуштеем беседовали специально для газеты «Кифа» Елена-Алина Патракова, Юлия Патракова, Дмитрий Бурдиенко, Константин Чобану

Примечания

1 Domnul – в переводе с рум. «господин», общепринятое в Молдове обращение к взрослому человеку.

2 Nicolae Fuştei. Creştinismul pe înţelesul tuturor. Chişinău, 2012. / Перев. с рум.: Николай Фуштей. Христианство для каждого. Кишинев, 2012.

Газета "Кифа" №9 (179) и №11 (181), 2014.

comments powered by Disqus